Следственный отдел

Саша ещё какое-то время стоял, не двигаясь, пытаясь уложить в голове одновременно и задание, и сам факт того, что именно ему предстоит наблюдать за чем-то, что не являлось ни человеком, ни другим видом знакомых ему живых существ. Взгляд снова и снова возвращался к объекту, цеплялся за отдельные детали, скользил по ним, будто пытаясь найти хоть что-то знакомое, за что можно было бы зацепиться и отнести его к какому-то виду, но ничего не находилось. Всё здесь было чужим, собранным по каким-то другим правилам, выделялись лишь силуэт паучьих ног и более человеческое туловище. Ростом он был чуть ниже самого парня. Он чуть нахмурился, переводя дыхание, и только потом заставил себя оторвать взгляд. — И… на что именно я должен обращать внимание? - спросил он, не поворачиваясь сразу к Сойеру. — В смысле, какие реакции считать значимыми? Голос прозвучал спокойнее, чем он себя чувствовал. Внутри всё ещё оставалось это неприятное напряжение, но теперь к нему примешивалась и другая вещь - необходимость понять правила. Доктор ответил не сразу. Саша всё же обернулся. Тот стоял почти в том же месте, где и раньше, наблюдая не столько за объектом, сколько за самим Сашей, как будто его реакция представляла не меньший интерес. — Это ты решишь сам, - сказал он наконец. Саша на секунду замер. — Сам? В голосе мелькнуло лёгкое недоверие. Сойер чуть склонил голову, словно этот вопрос был ожидаем. — Ты уже показал, что умеешь замечать то, что не лежит на поверхности, - спокойно продолжил он. — Используй это. Короткая пауза. — Если я задам тебе конкретные параметры, ты будешь искать только их. Саша чуть сжал губы, переваривая услышанное. Он был прав. — А если я пропущу что-то важное? Учёный не изменился в лице. — Тогда это будет твоя ошибка. Прозвучало это так же ровно, как и всё остальное, может и без давления, но с чётким ощущением новой ответственности. Саша медленно кивнул, логика в этом была. Неприятная, но понятная. Он снова перевёл взгляд на объект, на секунду задержавшись на движении глаз, которые в этот момент скользнули куда-то в сторону стены. — И как долго я должен… - он запнулся, подбирая слово, — наблюдать? — Я вернусь через несколько часов, - ответил Сойер. — К этому моменту у тебя уже должны быть результаты. Всё, что на столах, в твоём распоряжении. Результаты. Раз нет ограничений, то главное подготовить хоть что-то, что действительно можно считать результатом. Саша коротко усмехнулся про себя. Слово звучало довольно абсурдно в контексте того, что он сейчас видел перед собой, но он ничего не сказал. Мужчина больше ничего не добавил, он развернулся так же спокойно, как и раньше, и направился к выходу. На секунду его шаги отозвались в тишине помещения чётко. Затем дверь открылась и закрылась. Саша снова остался один. Он медленно выдохнул и снова перевёл взгляд на объект. Или… не совсем один. Парень смотрел уже без попытки отвернуться и желания сделать шаг назад. Просто наблюдал, пытаясь не только видеть, но и понимать. И где-то глубоко внутри, сквозь всё ещё остающееся напряжение, начала проступать новая мысль. Если он должен решать сам… Значит, здесь нет правильного ответа. Только тот, который он сможет найти. Саша чуть наклонил голову, наблюдая за тем, как взгляд объекта снова медленно смещается. Каким образом его создали? Когда? Он же продолжает как-то жить, но рта в привычном понимании этого слова Александр разглядеть у него не мог, как они поддерживают его жизнь? И почему раньше не проверили реакцию эксперимента на разные факторы? Учитывая документ, попытки были, но о масштабах можно только догадываться. Он был даже рад, что у эксперимента не наблюдалось большой схожести с человеком, иначе он просто не выдержал бы. Да даже если бы оно могло слушать и начало следить за ним по звуку, он бы и шага не сделал от этой двери. Комната была довольно просторной, помимо стола с экспериментом в центре по периметру одной из стен стояли столы, хоть и почти пустые. Где-то вдоль одной из стен тянулись рабочие поверхности. На первый взгляд они казались почти пустыми, но при рассмотрении что именно лежит на них, становилось понятно что ничего другого тут видимо и не должно быть. Саша заставил себя отвести взгляд от объекта не сразу, это далось с усилием. Сделав медленный вдох, он подошёл к столам у стены. Теперь детали начали проступать. Инструменты лежали не хаотично, но и не так идеально, как в лаборатории в которой он был до этого. Металлические щипцы разных размеров, тонкие зажимы, удлинённые пинцеты. Рядом - несколько контейнеров с прозрачными крышками, внутри которых угадывались какие-то фрагменты, слишком мелкие, чтобы сразу понять их природу. Чуть дальше стояли стеклянные колбы, часть пустых, часть с мутноватой жидкостью. В некоторых плавали взвеси, едва заметные при первом взгляде. Несколько пробирок были закреплены в держателе, и их содержимое отличалось по цвету, от почти прозрачного до тёмного, густого розового. Ближе к краю лежали более простые вещи: металлическая линейка, маркеры, куски плотного пластика, тонкие провода, аккуратно свернутые в петли. Всё это выглядело как набор, из которого можно было собрать что угодно, если конечно знать, что. А парень не знал. Саша скользнул взглядом дальше. И там, почти в стороне от всего этого, лежало нечто неожиданно обычное, , а рядом несколько ручек. Он на секунду задержал на них взгляд, взял один лист, затем - ручку. Проверив, что ручка пишет, он чуть выдохнул. Хорошо, значит он сможет фиксировать. Уже проще. Мысль о том, что ему нужно не просто наблюдать, а что-то делать, постепенно вытеснила первоначальное напряжение. Он снова окинул взглядом стол: инструменты, контейнеры, материалы. Всё это можно было использовать для проверки реакции. Саша медленно повернулся обратно к эксперименту. Он сделал шаг в сторону, аккуратно смещаясь так, чтобы не пересечь линию взгляда. Глаза объекта в этот момент скользнули в противоположную сторону, не задевая его. Затем взгляд парня зацепился за панель на стене. Небольшой блок с регуляторами, почти незаметный, из-за того что был встроен в стену, если не искать. Саша подошёл ближе, провёл пальцами по поверхности, разбирая обозначения. Регулируемое освещение. Он на секунду задержал руку на регуляторе, затем осторожно сдвинул его. Свет в комнате потускнел. Настолько, что можно было не заметить реакции объекта, если не сосредоточить взгляд. Саша сразу перевёл взгляд на 1006. Имеет смысл следить только за глазами. Сначала не наблюдалось никаких изменений, но затем движение замедлилось. Едва заметно, но достаточно, чтобы зацепиться хоть за что-то. Саша прищурился, запоминая, и быстро сделал пометку на листе. Он снова коснулся панели, теперь движение было увереннее. Свет стал ярче, холоднее, тени исчезли, пространство стало ярко освещенным. И на этот раз реакция была заметнее. Глаза заметались из стороны в сторону. Затем движение чуть замедлилось. Саша медленно выдохнул и сделал ещё одну запись, чуть подробнее. Он вернул уровень освещения в норму и отступил от панели, давая себе секунду подумать. Свет работает, значит, реакция должна быть и на что-то другое. Он перевёл взгляд дальше по стене - и только сейчас заметил дверь. Она почти сливалась с поверхностью, не привлекая внимания, но теперь, когда он начал искать варианты, выделялась отчётливо. Саша подошёл, осторожно открыл её. Соседняя комната оказалась меньше и темнее. Почти пустой. Но главное - между ней и основной лабораторией было плотное, но прозрачное стекло, встроенное так, что изнутри его почти не замечаешь. Саша шагнул внутрь и закрыл за собой дверь. Звук сразу стал глуше. Он поднял взгляд. Отсюда объект был виден полностью. Парень подошёл к стеклу, наблюдая. Теперь он мог оставаться вне поля зрения и при этом продолжать. Панель управления светом была и здесь. Удобно. Ручка снова легла в руку. Постепенно ощущение слишком сильной неправильности происходящего отступало. На его месте появлялись сосредоточенность и интерес. Саша сделал ещё одну пометку и на секунду отстранился от стола, позволяя глазам отдохнуть от постоянного напряжения. Он стоял в соседнем помещении, за стеклом, в той точке, где, по его расчётам, оставался вне поля зрения. Он проверял это уже несколько раз. Траектория движения глаз была предсказуемо медленной, плавной, с небольшими остановками в крайних точках. Саша даже успел отметить примерный диапазон обзора, мысленно выстраивая границы, за которые не стоит заходить. Он был уверен в своих догадках. Почти. Парень чуть сместился в сторону, буквально на полшага, чтобы изменить угол наблюдения. Глаза объекта в этот момент скользнули в противоположную сторону. Всё так, как он и предполагал. Саша опустил взгляд на лист, быстро дописывая строку. И в этот момент что-то изменилось. Он не сразу понял, что именно. Сначала это ощущалось как какое-то неприятное чувство, словно что-то не так. Саша замер, не закончив движение ручки, и медленно поднял взгляд. Глаза объекта больше не двигались. Они были зафиксированы чётко, неподвижно, прямо на нём. Саша не шелохнулся. Рациональная часть сознания сразу попыталась объяснить это – возможное совпадение, задержка в движении, ошибка в расчёте угла. Но внутри уже поднималось другое, более быстрое и острое чувство. Он медленно выпрямился, не отрывая взгляда. Глаза объекта не сдвинулись ни на миллиметр, прервав свой цикл. Они были направлены точно в ту точку, где он стоял, хотя не должны были. Александр почувствовал, как по спине пробежало напряжение, холодное и неприятное. Он медленно, очень аккуратно сделал шаг в сторону, проверяя. Глаза остались на месте ещё на долю секунды, а затем… плавно сдвинулись следом. Если бы он не успел закрыть себе рот рукой, точно началась бы истерика. Саша резко остановился, пытаясь успокоиться. Это было до ужаса жутко… Он снова шагнул, теперь чуть дальше. Надеясь на то, что теперь все будет в порядке, но взгляд снова без задержки последовал за ним.