Приëмный сын небожителя и демона

После того дня что-то окончательно сдвинулось. Не резко, не громко, без фанфар и откровений, но как будто внутри Вэй Ина перестал щёлкать тот самый механизм, который раньше заставлял его бежать при любом намёке на опасность. Он всё ещё оглядывался, всё ещё напрягался, всё ещё замирал, когда слышал резкие звуки, но теперь это было… не единственным вариантом. И это бесило. И радовало. И пугало. Всё сразу. «Ты опять улыбаешься», — лениво заметил голос сбоку. «Я не улыбаюсь», — автоматически ответил Вэй Ин, но губы предательски дёрнулись. «Конечно», — усмехнулся Сань Лан. «У тебя просто лицо перекосило от страданий». «У тебя вообще нормального лица нет», — огрызнулся Вэй Ин, но уже без злости. «Есть», — спокойно ответил тот. «Просто не для всех». «О, да, ты особенный», — фыркнул Вэй Ин. «Я рад, что ты это понял», — лениво протянул тот. Се Лянь тихо вздохнул, но в глазах мелькнула улыбка: «Вы начали разговаривать как знакомые». «Мы и есть знакомые», — буркнул Вэй Ин. «Он меня достаёт уже который день». «Я тебя развлекаю», — спокойно поправил Сань Лан. «Я не просил», — отрезал Вэй Ин. «Ты и не знаешь, что тебе нужно», — ответил тот. «А ты знаешь?» «Конечно», — невозмутимо сказал он. «Ты хочешь есть, спать, не бояться и чтобы тебя не трогали без причины». Вэй Ин замолчал. На секунду. «…это очевидно», — буркнул он. «Да», — спокойно сказал тот. «Но ты только сейчас начинаешь это признавать». Вэй Ин закатил глаза и отвернулся, но спорить не стал. Это тоже было новым. Раньше он бы уже взорвался, начал бы защищаться, кусаться словами, как это делал всегда. Сейчас… не хотелось. «Кстати», — вдруг сказал он, резко оборачиваясь. «Что?» — лениво спросил Сань Лан. «Ты так и не сказал своё имя», — прищурился Вэй Ин. «Или ты думаешь, что я буду вечно звать тебя “эй ты, странный”?» Сань Лан чуть склонил голову, будто раздумывая, стоит ли отвечать. «Ты уже звал меня и хуже», — заметил он. «Это не имя», — буркнул Вэй Ин. «А тебе нужно имя?» «Да», — сразу ответил он. «Потому что иначе это бесит». «Интересный аргумент», — тихо усмехнулся тот. Се Лянь посмотрел на него: «Ты можешь сказать». Сань Лан на секунду перевёл взгляд на него, и в этом взгляде мелькнуло что-то мягче, чем обычно. Потом он снова посмотрел на Вэй Ина. «Хуа Чэн», — спокойно сказал он. «Меня зовут Хуа Чэн». Вэй Ин замер. Имя… подошло. Оно звучало так же, как он выглядел. Опасно. Красиво. И немного неправильно. «Хуа Чэн», — повторил он, пробуя на вкус. «Хм. Подходит». «Я рад, что ты одобрил», — лениво ответил тот. «Я не одобрял», — буркнул Вэй Ин. «Я просто сказал, что звучит нормально». «Это и есть одобрение», — спокойно сказал Хуа Чэн. «Нет», — упрямо сказал Вэй Ин. «Да», — так же спокойно ответил тот. Се Лянь тихо рассмеялся. И Вэй Ин поймал себя на том, что… не раздражается. Это было странно. Ещё страннее — он сам вдруг усмехнулся. «Ладно, Хуа Чэн», — сказал он, нарочито небрежно. «Если ты теперь с именем, может, перестанешь вести себя как загадка?» «Нет», — сразу ответил тот. «Это часть моего обаяния». «У тебя нет обаяния», — фыркнул Вэй Ин. «Ты уверен?» — спокойно спросил Хуа Чэн. «Да», — уверенно сказал Вэй Ин. Пауза. «Ладно, может, немного», — добавил он спустя секунду. «Я знал», — усмехнулся тот. Они шли по дороге, не торопясь. Вэй Ин уже не держался позади, как раньше. Он то шёл рядом, то чуть впереди, то вдруг разворачивался и шёл задом, глядя на них, как будто проверяя, идут ли они за ним. «Ты сейчас упадёшь», — лениво заметил Хуа Чэн. «Не упаду», — сразу ответил Вэй Ин. И тут же споткнулся о камень. Но не упал. Удержался. «…это было запланировано», — быстро сказал он. «Конечно», — спокойно ответил Хуа Чэн. «Ты просто проверял законы физики». «Они работают», — буркнул Вэй Ин. «К сожалению». Се Лянь покачал головой, но улыбка не исчезла. «Ты стал легче», — тихо сказал он. «Я не тяжёлый», — сразу ответил Вэй Ин. «Я про настроение», — мягко пояснил он. Вэй Ин замер на секунду. «Я просто… не хочу всё время быть злым», — сказал он вдруг. «Это утомляет». «Я знаю», — тихо ответил Се Лянь. «Ты хорошо держался». «Я не держался», — буркнул Вэй Ин. «Я просто выживал». «Теперь ты живёшь», — спокойно сказал Хуа Чэн. Вэй Ин закатил глаза: «Вы оба сговорились с этим словом?» «Оно тебе идёт», — усмехнулся Хуа Чэн. «Мне идёт не это», — фыркнул Вэй Ин. «А что?» — спросил он. Вэй Ин задумался. На секунду. Потом вдруг ухмыльнулся: «Мне идёт, когда я не слушаю тебя». «Жаль, что у тебя плохо получается», — спокойно ответил тот. Они остановились у небольшой речки. Вода текла тихо, отражая свет. Вэй Ин подошёл ближе, присел на корточки, посмотрел в отражение. Чистое лицо. Не такое, каким он привык его видеть. «Хм», — сказал он. «Что?» — спросил Се Лянь. «Я выгляжу… нормально», — ответил Вэй Ин. «Ты всегда так выглядел», — мягко сказал он. «Нет», — покачал головой Вэй Ин. «Раньше я выглядел как кто-то, кого никто не хочет видеть». Пауза. «Сейчас… не так». Хуа Чэн подошёл ближе, остановился рядом. «Потому что ты перестал быть невидимым», — спокойно сказал он. «Я никогда не был невидимым», — буркнул Вэй Ин. «Был», — ответил тот. «Просто никто не хотел смотреть». Вэй Ин замолчал. Он смотрел на своё отражение ещё несколько секунд. Потом вдруг брызнул водой в сторону Хуа Чэна. «Эй!» — возмутился тот, отступая на шаг. «Ты что творишь?» «Проверяю», — ухмыльнулся Вэй Ин. «Что?» «Реальный ты или нет», — ответил он. «И?» «Пока не уверен», — сказал Вэй Ин и снова плеснул водой. «Ты сейчас договоришься», — спокойно сказал Хуа Чэн, но в голосе уже звучала угроза… с оттенком веселья. «Попробуй», — ухмыльнулся Вэй Ин. Се Лянь тихо рассмеялся: «Только не устраивайте войну». «Он первый начал», — сразу сказал Хуа Чэн. «Я продолжу», — весело ответил Вэй Ин. И в этот момент он рассмеялся. Не тихо. Не осторожно. А по-настоящему. Громко. Легко. Свободно. И этот смех прозвучал так, будто его слишком долго не было в этом мире. Хуа Чэн замер на секунду, потом усмехнулся: «Вот теперь узнаю». «Кого?» — спросил Вэй Ин, всё ещё улыбаясь. «Тебя», — спокойно ответил тот. Вэй Ин замолчал на мгновение. Потом пожал плечами: «Я всегда был таким». «Нет», — тихо сказал Се Лянь. «Но теперь ты снова таким становишься». И Вэй Ин не стал спорить. Потому что впервые за долгое время… ему это нравилось.