Я не жду твоего ответа, Бакуго

На самом экзамене на лицензии класс 1-А столкнулся с тактикой «Разгрома UA» от других школ. Класс разделился. Бакуго, как обычно, ушел вперед сам по себе, забрав с собой Киришиму и Каминари. Сара, решив действовать стратегически, осталась с основной группой. Бакуго, из-за своего агрессивного поведения на этапе спасения, провалил экзамен. Это ударило по его гордости сильнее, чем похищение. Вечером того же дня в общежитии Сара видела, как Бакуго вызвал Деку на бой ночью на полигоне. Она пришла на полигон, когда всё уже закончилось. Деку и Бакуго лежали на земле, тяжело дыша, а Айзава уже читал им нотации. Когда учителей и Деку не стало, Сара подошла к Бакуго. Он сидел на коленях, его костюм был разорван, а в глазах стояли слезы ярости и облегчения — он наконец высказал всё, что его мучило. — Ты пришла позлорадствовать? Вали отсюда. — хрипло спросил он, не поднимая головы. Сара молча села на землю рядом с ним, прямо в пыль. — Я пришла проверить, не разнес ли ты полигон окончательно. Нам здесь еще два года учиться, Кацуки. Она коснулась его плеча, и на этот раз не стала включать причуду. Просто человеческое тепло. Бакуго замер, а потом медленно прислонился своей головой к её плечу. — Я всё равно буду первым, — прошептал он. — Лицензия — это просто бумажка. — Знаю, — ответила Сара, глядя на звезды. — Но теперь тебе придется догонять меня. Я ведь уже официально герой, а ты — «проблемный ребенок». Бакуго издал слабый смешок — первый за долгое время. — Завались.

<«»>

После этого начался период, когда Бакуго и Тодороки ходили на дополнительные занятия, чтобы пересдать экзамен. Сара часто ждала его в гостиной общежития поздно вечером. Повседневность этого периода была наполнена тихой поддержкой: Сара помогала ему с теорией, а он взамен готовил ей самую острую еду в её жизни, утверждая, что «капсаицин полезен для её дохлых суставов». В общежитии воцарилась странная атмосфера. Бакуго был взвинчен до предела. Каждый раз, когда Сара возвращалась с патрулирования или учебных заданий, на которых она имела право использовать причуду официально, Бакуго встречал её в общей гостиной тяжелым взглядом. — О, глядите, официальная героиня соизволила вернуться, — ядовито бросил он однажды, когда Сара зашла в общежитие, потирая уставшее плечо. — Ну как там, Акане? Помогла какой-нибудь старушке перейти дорогу? Почувствовала себя великой? Сара, у которой после патруля голова раскалывалась от «Сферы», не выдержала. Она подошла к нему вплотную, и в её карем глазу вспыхнул опасный огонек. — В отличие от некоторых, Кацуки, я умею сдерживать свой характер ради дела. Если ты провалился из-за своей гордости, не смей выплескивать это на меня. — ЧЁ ТЫ СКАЗАЛА?! — он вскочил, и между ними мгновенно сократилось расстояние. — То, что слышал. Ты ведешь себя как обиженный ребенок, которому не дали конфету. Они стояли так близко, что чувствовали дыхание друг друга. Бакуго замахнулся, но вместо удара он просто схватил её за воротник формы и притянул к себе. — Я не ребенок, — прорычал он прямо ей в губы. — И я не «провалился». Я просто жду момента, когда растопчу всех вас вместе взятых. Включая тебя. — Тогда не жди, — прошептала Сара, не отводя взгляда. — Покажи мне это прямо сейчас. В этот момент в гостиную зашел Киришима, и они резко отпрянули друг от друга.

<«»>

Бакуго начал тренироваться еще жестче, чтобы нагнать класс. Сара часто находила его в тренировочном зале в три часа ночи. Однажды она пришла туда, когда он в ярости избивал тренировочный манекен. — У тебя стойка завалена, — тихо сказала она из тени. — Завались, блять. Сара подошла и молча встала в спарринг-позицию. — Нападай. Помогу тебе выпустить пар. Они бились долго. Без причуд, только рукопашный бой. В какой-то момент Бакуго повалил её на мат, прижав её руки к голове. Они оба тяжело дышали, пот катился по лицам. В зале было темно, только тусклый свет дежурных ламп подчеркивал резкие тени. Бакуго смотрел на неё сверху вниз. Его взгляд задержался на её губах, а затем переместился на её разноцветные глаза. — Почему ты вечно лезешь ко мне? — хрипло спросил он. — Тебе мало Деку и остальных? — Ты просто мне нравишься — честно ответила Сара. Бакуго на мгновение замер. Он медленно опустил голову, так что его колючие волосы коснулись её лба. Его сердце билось о её грудную клетку так сильно, что Сара чувствовала этот ритм каждой клеткой своего тела. Он резко отпустил её и встал, отвернувшись. — Уходи. Завтра рано вставать. Сара встала, поправляя одежду. Уходя, она почувствовала, как её пальцы всё еще горят от его хватки. Она не знала, что это — ненависть, азарт или что-то, для чего у неё еще не было слов.

<«»>

Это было утро понедельника. Класс еще не успел отойти от событий с Чисаки и спасением Эри. Айзава, как обычно, ввалился в класс в своем желтом спальном мешке и, не тратя времени на приветствия, прохрипел: — Скоро начнется Культурный фестиваль UA. В классе повисла секундная пауза. После Спортивного фестиваля и битв со злодеями все ждали подвоха. — Культурный фестиваль? — переспросил Каминари. — Типа... танцы, еда и всё такое? Никаких драк? — Именно, — Айзава выбрался из мешка. — В отличие от Спортивного фестиваля, этот направлен на внутреннее сплочение школы. Вы должны подготовить мероприятие от своего класса, которое развеселит других студентов. Решайте сами, что это будет. У вас есть время до конца дня. Класс тут же взорвался предложениями. — Давайте устроим кафе с горничными! — крикнул Минета, за что тут же получил по голове от Джиро. — Может, историческую постановку? — предложил Иида. Бакуго сидел впереди Сары, демонстративно игнорируя шум. — Какая хрень, — буркнул он. — Герои должны тренироваться, а не в клоунов наряжаться. Сара, которая обычно держалась в стороне от таких обсуждений, вдруг подала голос: — Мы могли бы устроить что-то, что объединит наши причуды в творчестве. Не просто кафе, а настоящее шоу. Бакуго обернулся к ней, вскинув бровь. — И что ты предлагаешь, отличница? Будешь трясти стены своим резонансом, пока все не оглохнут? Сара не отвела взгляда. — Я предлагаю музыку, Бакуго. Живой звук, который люди почувствуют не только ушами, но и всем телом. — Группа! Давайте соберем рок-группу! — воскликнула Джиро, подхватывая идею Сары. — Я в деле, — внезапно громко сказал Бакуго, ударив кулаком по ладони. — Но только если мы раскатаем все остальные классы! Наше шоу должно быть самым громким и чертовски крутым! Сара слегка улыбнулась. — Значит, договорились, Кацуки. Ты на барабанах — там как раз нужна твоя агрессия. — Завались, не указывай мне, что делать! — огрызнулся он, но Сара видела, что он уже начал простукивать пальцами по парте какой-то сложный ритм. Так началось планирование самого громкого события года.

<«»>

Вечерний воздух на крыше общежития «Юэй» был прохладным, но Сара его почти не замечала. Сквозь стиснутые зубы вырывалось лишь сиплое дыхание. Плечо горело тупой, выматывающей болью — результат неудачного приземления на тренировке. Она уперлась здоровой рукой в бетонный парапет, пытаясь найти нужный угол, чтобы вправить сустав самостоятельно. — Черт… — прошипела она, когда пальцы соскользнули. — Дай сюда, идиотка. Голос Бакуго прозвучал как гром среди ясной ночи. Он стоял в тени дверного проема, засунув руки в карманы мешковатых штанов. Его взгляд, обычно яростный, сейчас был непривычно сосредоточенным. Не дожидаясь ответа, он подошел вплотную, грубо, но надежно перехватил её предплечье и плечо, отталкивая её собственные дрожащие руки. — Заткнись и не дергайся, — бросил он. Секундная пауза, короткое, выверенное движение — резкий рывок. Раздался глухой щелчок. Сара вскрикнула, зажмурившись, и на мгновение уткнулась лбом в его грудь, пережидая вспышку боли. — Готово, — буркнул он, не спеша, однако, отстраняться. — Спасибо, Кацуки, — тихо сказала она, осторожно пробуя пошевелить рукой. Боль отступала, оставляя после себя лишь приятное тепло там, где его ладони всё еще касались её кожи. Бакуго собирался что-то рыкнуть в своем обычном стиле — про то, что она слабачка и ей нужно больше тренироваться, — но странная тишина ночного города и то, как Сара смотрела на него снизу вверх, сбили его с толку. — Слушай, Кацуки, можно вопрос? — Сара не отвела взгляд. Она знала, что сейчас — самый подходящий момент. Позже, в светлых коридорах академии, она снова струсит. Бакуго нахмурился, в его глазах блеснул привычный вызов, но он не ушел. — А чё? — Ты ведь уже понял, что ты мне нравишься? — Она сделала шаг вперед, сокращая и без того крошечное расстояние между ними. — А что насчет тебя? Кацуки замер. Воздух между ними, казалось, наэлектризовался сильнее, чем от его взрывов. Его челюсть сжалась, а в алых глазах отразился свет далеких фонарей. — Ты совсем тупая, да? — прохрипел он, и его голос внезапно стал ниже. — Думаешь, я бы возился с твоим плечом, если бы мне было плевать? Он не умел говорить красиво. Но то, как он рывком притянул её к себе, лишая любого пространства для маневра, было красноречивее любых слов. Его губы накрыли её — требовательно, почти зло, с той страстью, которую он всегда вкладывал в борьбу. Сара ответила на поцелуй, зарываясь пальцами в его колючие волосы. Бакуго глухо зарычал. Его руки соскользнули к её талии, приподнимая её, заставляя почувствовать жар его тела. Весь мир сузился до этого момента, до запаха карамели и пороха, исходящего от него, и до его прерывистого дыхания прямо ей в губы. — Больше не спрашивай такую чушь, — выдохнул он, на секунду отстранившись, но тут же снова припал к её шее, оставляя обжигающий след. — Ты — моя, ясно? И попробуй только это оспорить. Бакуго не привык отступать, и если он что-то решал, то шел до конца. Его рука, всё еще властно сжимавшая её талию, собственническим жестом потянула её за собой. Они почти бежали по лестнице, стараясь не попадаться на глаза другим ученикам. Воздух в коридорах казался слишком плотным, а тишина — звенящей от напряжения. Когда за ними захлопнулась тяжелая дверь его комнаты и щелкнул замок, всё сдерживаемое напряжение взорвалось. Бакуго прижал её к двери, впиваясь в губы с первобытной жадностью. Сара ответила с не меньшей силой, её пальцы судорожно вцепились в его футболку, сминая ткань. — Кацуки… — выдохнула она, когда его поцелуи переместились на её ключицы. Он не ответил, лишь глухо зарычал, подхватывая её под бедра и заставляя обхватить свою талию ногами. В несколько шагов он преодолел расстояние до кровати. Оказавшись на мягком покрывале, Сара почувствовала над собой всю тяжесть его тела. Его руки, привыкшие к разрушению, сейчас действовали с удивительной, пугающей точностью. Он избавлялся от её одежды, не сводя с неё горящего, лихорадочного взгляда алых глаз. — Ты хоть понимаешь, как долго я хотел заставить тебя замолчать именно так? — прохрипел он, когда его ладонь скользнула по её бедру вверх, обжигая кожу. Когда последние преграды одежды исчезли, Сара почувствовала себя совершенно беззащитной перед его мощью, но страха не было. Бакуго медленно вел рукой по её животу, заставляя её выгибаться навстречу его прикосновениям. Каждый его жест был коротким, резким, как микровзрыв, но в то же время невероятно чувственным. — Смотри на меня, — приказал он, когда его пальцы нашли самую чувствительную точку. Сара закусила губу, чтобы не вскрикнуть слишком громко, и распахнула глаза. Он наблюдал за каждой её эмоцией, за тем, как расширяются её зрачки и как сбивается дыхание. Его собственная выдержка была на пределе. Сняв с себя остатки одежды. Раздвинув ноги пошире, он вошел в нее одним мощным, уверенным движением, заполняя собой всё пространство, вырывая из её груди больной сдавленный стон. Ритм, который он задал, вначале был медленным и сдержанным, а вскоре после удовлетворительных стонов стал жестким и быстрым — в его стиле. Он не умел быть нежным в привычном понимании, его нежность проявлялась в этой неистовой страсти, в том, как он сплетал свои пальцы с её, прижимая их к подушке. Каждое движение отзывалось электрическими разрядами внизу живота. — Еще… — прошептала Сара, закидывая голову назад. Бакуго низко зарычал, ускоряясь. Пот градом катился по его напряженным мышцам спины. На пике удовольствия он выкрикнул её имя и мигом выгел из нее, кончая на живот и накрывая её губы своими, чтобы разделить этот момент до последней секунды. Когда всё стихло, в комнате осталось только их тяжелое, рваное дыхание. Кацуки не отодвинулся — он тяжело рухнул рядом, притягивая её к своему горячему боку. — Ты… — он запнулся, пытаясь восстановить голос, и прижал её голову к своей груди, где сердце всё еще колотилось как сумасшедшее. — Теперь ты точно никуда не денешься, идиотка. Сара улыбнулась в темноте, чувствуя его руку в своих волосах. Теперь она знала ответ на свой вопрос.