Тонкая грань

В своих покоях в Летнем Замке Мейкар велит повесить плотные шторы. «Я плохо сплю», — зачем-то поясняет он слугам. На самом же деле это для тех ночей, когда он не спит.   В комнате темно, но глаза все равно привыкают довольно быстро, а ночь сегодня слишком ясная, чтобы полностью скрыть тот позор, что творится за закрытыми дверями. Комнату наполняют тихие стоны и тяжелое дыхание. Сам Мейкар пытается молчать, но получается плохо. Валарр сидит на нем верхом и движется в размеренном темпе — такой мягкий, податливый, раскрытый. Он свободно скользит на члене Мейкара, невольно вызывая воспоминания, каким тугим был в тот первый раз, когда пришел в покои Мейкара. Его глаза прикрыты, а рот искажен гримасой удовольствия. Луч лунного света, проникший сквозь прореху в шторах, освещает его грудь тонкой полосой. Он безумно похож на отца. На молодого Бейлора из тех далеких времен, когда они с Мейкаром были юны и принадлежали только друг другу. Мейкар понимает, что стоит дать волю воображению, и отличия перестанут существовать. Рядом с ним вновь будет Бейлор, но это станет первым шагом на безвозвратном пути к безумию.    Мейкар проводит по бедрам Валарра, скользит ладонями по груди, и тот выгибается, запрокидывает голову и начинает двигаться быстрее, резче. Мейкар неотрывно смотрит на его лицо, держа себя на грани, когда еще понимает, что перед ним племянник, а не брат. Он не позволяет себе забыть ни на секунду. Их запретная связь с братом была отвратительна во многих смыслах, возможно, боги покарали их именно за это. С Валарром все намного хуже. Он здесь, потому что Мейкар не может отпустить Бейлора, и сам Мейкар даже не пытается сделать вид, что все иначе. Ему нужен брат, и он его получает, пусть даже в таком больном извращенном виде. О, Мейкар готов гореть во всех семи преисподних за это.    Он кладет руки Валарру на талию и придерживает, сам начинает двигаться навстречу, резко вскидывать бедра, проникая глубже. Валарр вздрагивает и тихо охает. Накрывает ладони Мейкара своими и стонет почти жалобно. Он близок к развязке, Мейкар отлично знает это выражение лица. Раз за разом Валарр пытается оттянуть сладостный миг, но не выдерживает. Хватается за собственный член и парой быстрых движений доводит себя до пика. Капли семени орошают живот Мейкара. Внутри становится так тесно, так хорошо, что Мейкар тут же следует за ним. Делает последний рывок, загоняя член в податливое тело, и изливается с протяжным стоном. Впервые он позволяет себе подать голос, отчего на губах Валарра расцветает улыбка. Впрочем, длится это недолго.    Он нависает над Мейкаром, пытаясь привести дыхание в порядок.   — Можно я?..   — Нет.   Мейкар не хочет знать, о чем собирался попросить Валарр: остаться на ночь или же просто провести в его постели немного времени. Это то, чего он не позволит никогда — выйти их отношениям за рамки животной похоти. Валарр закусывает губу, но не возражает. Осторожно соскальзывает с Мейкара, а затем и с постели. Молча собирает разбросанную одежду и также молча уходит. Поговорят они завтра. Разумеется, не о сегодняшней ночи, а о всякой ерунде, которую могут обсуждать дядя и племянник. Мейкар спросит, не пора ли Валарру отправляться в столицу, и тот ответит, что хочет погостить еще немного. А ночью вновь явится в его покои: разгоряченный, готовый на все. И Мейкар не сможет его прогнать.