Ранние родители

Утро начиналось обманчиво спокойно. Райан, уютно устроившись в кресле с тарелкой печенья, увлеченно следил за драмой в дораме, пока Дилан пропадал где-то на улице с Нейтаном. Тишину нарушил хлопок входной двери — Хан вернулся из школы подозрительно рано. Когда мальчик снял шарф, Райан чуть не выронил пульт: на лице Хана красовались характерные водянистые прыщики. — Хан, подойди-ка сюда, — Райан нахмурился, вглядываясь в лицо подопечного. — Ты когда-нибудь болел ветрянкой? Мальчик шмыгнул носом и покачал головой, пятясь назад от пристального взгляда «мамочки». — Нет... Но у нас в классе сегодня двоих домой отправили. Говорят, эпидемия. Райан театрально всплеснул руками, в его глазах смешались паника и облегчение. — Ну, поздравляю, дорогой сын! У тебя ветрянка. Как хорошо, что я этой гадостью уже отмучился в детстве. Всё, марш в комнату, и только попробуй хоть один прыщ содрать — руки свяжу! В этот момент в дом завалился Дилан, сияющий после прогулки. Заметив серьезные лица, он замер на пороге, переводя взгляд с одного на другого. — Что такое? Чего шумим на весь квартал? — спросил он, снимая куртку. — Радуйся, папаша, твой сын официально стал леопардом! — Райан ткнул пальцем в сторону Хана. — У него ветрянка. А ты-то сам болел? Дилан замер, на его лице отразилась мучительная попытка вспомнить глубокое детство. — Не знаю... Вроде бы что-то такое было, но я не уверен. — Ну так позвони Лимо, спроси у отца! — Райан сложил руки на груди, ожидая ответа. Дилан раздраженно фыркнул, доставая телефон, но тут же осекся, вспомнив важную деталь. Его голос стал тише и серьезнее. — Ты забыл? Лимо забрал меня к себе, когда мне было уже лет шесть. Он может и не знать, что там было до него... Но я вроде помню, как меня чем-то мазали. Наверное, болел. Вечер прошел в режиме «домашнего госпиталя». Райан, вооружившись зеленкой и ватными палочками, методично превращал Хана в зеленого человечка, попутно читая лекции о гигиене. Дилан сидел рядом, стараясь сохранять невозмутимый вид, хотя атмосфера болезни в доме его явно тяготила. На следующее утро Райан проснулся от странного звука — ритмичного почесывания. Он открыл глаза и увидел Дилана, который сидел на краю кровати и с каким-то остервенением тер предплечье. — А ну-ка, замри, — Райан мгновенно перешел в режим детектива. — Покажи руку. Дилан дернулся, пряча руку за спину, и попытался сделать максимально невинное лицо, хотя на лбу у него выступила испарина. — Зачем? Ничего там нет, просто комар укусил... Наверное. — В марте? Комар-мутант? Живо покажи руку! — Райан вскочил с кровати и буквально силой вытянул руку Дилана на свет. На сгибе локтя отчетливо краснели три свежих, налитых жидкостью прыщика. Райан замер, глядя на них так, будто это были метки инопланетного вторжения. — О, нет... — Райан медленно поднял взгляд на Дилана. — Дилан Квон, у тебя ветрянка. И, судя по тому, как ты чешешься, это только начало. Дилан побледнел, глядя на свою руку, а затем на Райана. В его глазах отразился истинный ужас взрослого парня, который понял, что ближайшие две недели он проведет в зеленке. — Ты ведь... ты ведь не будешь меня мазать этой херней, как Хана? — с надеждой спросил он. Райан хищно улыбнулся, потянувшись за заветным пузырьком с ярко-зеленой жидкостью. — О, еще как буду, милый! Ложись, папочка, сейчас «мама» будет тебя лечить. Хан, услышав шум, заглянул в комнату, весь покрытый зелеными точками, и тихо усмехнулся. — Пап, не переживай. Райан сказал, что если не шкрябать, то шрамов не будет. Но чешется — просто пипец! Дилан застонал и упал лицом в подушку, понимая, что его достоинство только что официально покинуло чат, оставив его на растерзание Райану и его неумолимой зеленке.