Если я исчезну

В то утро на озере было тихо, его поверхность была неподвижна, если не считать тонкой пелены тумана, стелющейся над водой. Бледный солнечный свет пробивался сквозь листву, а земля под ногами Гермионы была влажной от холода, который пробирал до костей. Было 15 октября. Она стояла в одиночестве на краю, крепко скрестив руки на груди. Тишина здесь была тяжелее, чем обычно, пропитанная воспоминаниями. Она пыталась избавиться от тревоги, ползущей по коже, и напоминала себе, что это Хогвартс. Что здесь никто на нее не нападет. Не сейчас. Уже нет. Где-то вдалеке с территории замка доносились приглушенные голоса, но до нее долетали лишь обрывки. Здесь весь мир словно затаил дыхание. Она посмотрела на часы и нахмурилась. Драко опаздывал. Не намного — всего на несколько минут, — но этого было достаточно, чтобы ее пульс участился от нетерпения. Она не знала, почему это так важно. Может быть, потому, что эта была не просто встреча . Это был первый по-настоящему важный шаг. Впервые они всерьез займутся планированием — как она и говорила ему в тот воскресный вечер в своей комнате. Тогда она объяснила, что первым делом нужно достать книгу из закрытого раздела. Она уже пыталась, и не раз, но теперь новые меры безопасности стали еще строже. Под усиленной охраной. Она не могла сделать это в одиночку. Он просто кивнул, тихо, но уверенно, и они договорились встретиться и все обсудить. Это место — у озера — предложил он. Услышав шаги за спиной, она не обернулась. -Ты опоздал, — ровным голосом сказала она. -На две минуты, — ответил Драко. Его тон был сухим, но не вызывающим. Она обернулась. Он стоял в нескольких метрах от нее, руки в карманах пальто, взгляд, как всегда, непроницаемый. Волосы слегка растрепались на ветру. Он выглядел так, будто мало спал. Она понимала, что он чувствует. Ее глаза сузились, когда она заметила что-то у него в руке. -Что это? — спросила она, кивнув в сторону предмета. Драко приподнял бровь и протянул ей маленькую плетеную корзинку. -Завтрак, — просто ответил он. — Я подумал, что утро может затянуться. Гермиона выгнула бровь. -Надеюсь, там есть кофе. Драко нахмурился. -С каких это пор ты пьешь кофе? — он искоса посмотрел на нее, приподняв бровь. - Ты всегда казалась мне любительницей чая и логики. Гермиона пожала плечами. -Кофе может быть очень логичным. В этом его суть — он обостряет ум. Помогает сосредоточиться. Драко тихо усмехнулся. -И вызывает дрожь. Он взглянул на корзину. - К несчастью для тебя, я принес чай. Знаешь, спокойный ум может быть таким же сосредоточенным. Гермиона не сразу ответила. По правде говоря, она уже и не помнила, каково это — чувствовать себя спокойно. Прошлым летом, вернувшись в Нору, она начала пить кофе. Мистер Уизли всегда следил за тем, чтобы на кухне был кофе, — он его обожал, как и половину вещей, которые привозил из маггловского мира. Гермиона пристрастилась к нему скорее по необходимости, чем по собственному желанию. Кофе помогал ей сохранять ясность ума, когда все внутри нее словно раздиралось на части. Сосредоточиться, когда все остальное было не в фокусе. В последнее время она постоянно чувствовала усталость. Сон был прерывистым, и его никогда не хватало, чтобы почувствовать себя отдохнувшей. Кофе стал для нее чем-то вроде тихой гавани — способом функционировать, двигаться, держаться на ногах. Учитывая все обстоятельства, это была достойная компенсация. Драко откашлялся и сказал: Итак. Книга. Так значит тебе не удалось достать ее из Запретной секции? Гермиона медленно выдохнула, ее взгляд скользнул по воде. -Я уже трижды пыталась, — сказала она. — Один раз во время ужина, надеясь, что мадам Пинс отвлечется. Один раз с помощью старого заклинания невидимости, которое я на себя наложила, — но чары на воротах запульсировали, как только я подошла ближе. А на прошлой неделе я попыталась пройти через проход на верхнем этаже, которым иногда пользуется Флитвик, но он был запечатан новыми чарами. Очень сильными. Она покачала головой. - Дело уже не только в том, чтобы пробраться внутрь. Теперь защита стала умнее и реагирует на движение. Мы даже не сможем подойти близко. Драко слушал, нахмурив брови. -Значит, нам придется придумать что-то поумнее. -Точно, — пробормотала она. - Нам нужно как-то отвлечь их внимание — или найти обходной путь. Драко склонил голову набок. -Так что же мы ищем? Как это называется? Ты вообще знаешь, как это выглядит? — Она называется «Зеркало забвения» — или, точнее, «Зеркало забвения: искусство стирания и удаления магической памяти», — тихо ответила Гермиона. — В тексте, который я нашла, она упоминается вскользь — описывается как книга в переплёте из тёмно-синей кожи без названия на корешке. Предположительно, она защищена уникальным заклинанием, благодаря которому остаётся тёплой на ощупь. Драко слегка нахмурился. - Откуда ты вообще об этом узнала? Гермиона поколебалась, а затем сказала: - Это было упомянуто в другой книге, которую я нашла спрятанной между старыми томами по магической философии, — буквально в сноске. На самом деле я нашла ее летом, когда была в Норе. Она выделялась на общем фоне. Автор ссылался на нее как на единственный полный источник по магическому извлечению и стиранию памяти. Я проследила все возможные связи. Перекрестные ссылки на заклинания, названия, даже переплет. Все вело к этой книге. — В любом случае, — сказал Драко, слегка изменив позу, — у тебя есть хоть какое-то представление, как нам достать книгу? — Нет, — призналась Гермиона. — Я надеялась, что мы сможем подумать вместе. Или, может быть, — добавила она, многозначительно глядя на него, — у тебя уже есть ответ. Драко сухо фыркнул. — Нет, с тех пор, как я перестал быть Пожирателем смерти. Оказывается, когда перестаешь служить Темному лорду, ты лишаешься привилегии нарушать правила библиотеки. Гермиона просто смотрела на него. Она не могла поверить, что он сказал это — так непринужденно, как будто это была шутка. И все же это почему-то обезоруживало. Какая-то странная честность застала ее врасплох. Да, это было странно. Возможно, неуместно. Но в то же время... освобождающе, хотя она и не совсем понимала почему. Она медленно выдохнула и села на ближайший камень, чувствуя, как прохлада просачивается сквозь мантию. — Что ж, тогда, полагаю, мы все еще на первом этапе, — пробормотала она, глядя на озеро. — И нам нужно разобраться во всем вместе. Драко опустился на камень рядом с ней и открыл корзину. Он налил чай в жестяную чашку и протянул ей. Их пальцы соприкоснулись, и он замер. — Черт возьми, — сказал он, нахмурившись. — У тебя руки ледяные. Она слегка пожала плечами. — Я забыла перчатки. Он взглянул на нее и пробормотал: — Тогда согрейся с помощью заклинания. — У меня с собой нет волшебной палочки, — просто ответила она. Он удивленно поднял брови. — Почему? — Я не люблю пользоваться ею без необходимости, — сказала она, не глядя на него. — С каких пор? — тихо спросил он. Затем его голос стал еще тише и серьезнее. — Что на самом деле происходит, Грейнджер? Все это… я имею в виду… ты пытаешься избавиться от всего этого? Зачем? Она не ответила. Не потому, что не услышала его, а потому, что ответов было слишком много. И ни один из них не казался ей подходящим для того, чтобы произнести вслух. После паузы он поднял палочку и произнес мягкое согревающее заклинание. Тепло разлилось по ее коже, окутав ее, словно одеялом, и проникло до самых кончиков пальцев. Она не сказала «спасибо». Но и не отодвинулась. Какое-то время они сидели молча, попивая чай и ковыряясь в завтраке, который он собрал с собой. Там были маффины — слегка помятые, но еще теплые. Наконец Драко снова заговорил, понизив голос. — Ты упомянула своих родителей. Что стерла им память. Пальцы Гермионы крепче сжали чашку. Она медленно кивнула. -Да. Я сделала это. Чтобы защитить их. Они сейчас в Австралии. Они не помнят меня. - Ее голос был ровным, но в нем чувствовалась усталость. -Это труднее, чем я думала. Знать, что они живы, но больше не мои. Она опустила взгляд в чашку с чаем. -Это было прямо перед тем, как началось самое ужасное. Когда Пожиратели смерти стали более открыто нападать на семьи маглов. Они уже не просто арестовывали и допрашивали. Они убивали. Тихо. Жестоко. Всех, кто был связан с нашим миром. А я была подругой Гарри. Гарри — того, кого Волан-де-Морт хотел заполучить больше всего. Я была его самым близким другом. К тому же грязнокровкой. Драко вздрогнул от этого слова, но она не обратила на это внимания. -Я знала, что рано или поздно они придут за мной. А если до меня не доберутся, то возьмутся за них. Она сглотнула. - Поэтому я заставила их забыть меня. Я использовала заклинание однажды утром, до того, как ловцы начали прочёсывать окрестности. Я изменила их воспоминания, собрала их вещи, дала им новые имена и посадила на самолёт до Сиднея. Я смотрела, как они уходят из аэропорта Хитроу. А потом пошла в другую сторону. Ее голос зазвучал тише. - Я думала, что однажды смогу все исправить. Что после войны я найду их, все объясню и верну все как было. Но чем больше времени проходило, тем яснее я понимала... Я не могу. Память — хрупкая штука, особенно когда прошло столько времени. Попытка восстановить то, что я стерла, может нанести непоправимый ущерб. Я изучала теорию. Нельзя просто обрушить на человека всю его прошлую жизнь, которую он больше не помнит. Это может разрушить всё в их сознании. Драко ничего не ответил сразу. Просто посмотрел на нее. Через мгновение он спросил: - А твои родители? Я имею в виду... раньше? Она растерянно моргнула. - Что ты имеешь в виду? Он замялся. - Они были добрыми? Драко помолчал, а потом добавил: - Я много слышал о магглах — и хорошего, и плохого. В детстве в основном плохое. Нам только это и рассказывали. Но мне всегда было любопытно. Не то чтобы я когда-нибудь видел их своими глазами, в отличие от некоторых моих знакомых. Многие из тех, с кем я рос, по выходным тайком бегали в маггловский Лондон. Гермиона приоткрыла рот от удивления, но кивнула. — Они были... хорошими. Любящими. Обычными. Драко уставился на озеро, а потом сказал: - Тебе повезло. Она посмотрела на него и через мгновение тихо спросила: - А тебе? Его челюсть напряглась, но голос оставался спокойным. -Ты прекрасно знаешь о моих родителях. Один из них пытал тебя. А моя мать… она теперь как призрак. Она не знает, как жить без него. Гермиона не отвела взгляд. -Он этого не делал. Драко в замешательстве повернулся к ней. -Что? Она медленно выдохнула. -Твой отец. Он не пытал меня. Он не был одним из них. Он наблюдал — я думаю. За большинством из них. Но не пытал. Она помолчала, а потом добавила уже тише: - Трудно собрать все воедино. Чтобы точно знать, что реально, а что просто... шум в голове. Драко посмотрел на неё, и в его взгляде что-то едва заметно изменилось. Это было не совсем облегчение, но очень близко к тому. Как будто от этих слов с его плеч свалился небольшой, но невидимый груз. Сначала он ничего не сказал, только кивнул, словно готовился услышать правду, и это... это было лучше, чем он себе представлял. Гермиона не отвела взгляд. -Ты скучаешь по ним? -Я скучаю по тому, какими они мне казались, — ответил он. - Мне не хватает ощущения, что у меня есть семья. Но... в этом есть и что-то освобождающее. По крайней мере, я чувствую себя свободнее, чем раньше. Впервые в жизни я могу думать своей головой. Решать, кто я, чего я хочу, с кем хочу быть и почему. Он помолчал, а потом добавил: - Мои родители… они любили друг друга. Очень. И они любили меня. - Его голос смягчился. - Мама всегда хотела большую семью. Но после меня она больше не могла иметь детей. Драко взглянул на неё. — Ты ведь тоже единственный ребёнок в семье, верно? Гермиона кивнула. - Да. Только я. Нас всегда было только трое — я, мама и папа. Мне никогда не казалось, что чего-то не хватает… пока не случилась война. Драко слегка пожал плечами. -Мне всегда казалось, что чего-то не хватает. Я хотел братьев и сестёр. У большинства моих друзей были по крайней мере один или два брата или сестры. В чистокровной семье важно наследие. Родословная. Продолжение рода. Семья — это всё. Но у меня был только я. Поэтому вся ответственность легла на меня. Все ожидания, все традиции и репутация. А теперь? Как будто с меня вдруг свалился весь этот груз. Мир кажется... открытым. И мне интересно, всегда ли люди, выросшие без такого опыта, чувствовали себя так же. Он слегка пожал плечами и посмотрел на нее. — Итак. Книга? ___________________________________ Прошел час, может, и больше. Они все еще сидели там. — Ты правда не заметила? — сказал он уже более спокойным тоном, но с каким-то понимающим подтекстом. — Как та жаровня, которую мы взяли, — нестабильная магия, верно? То же самое происходит по всему замку. Даже в библиотеке. Гермиона моргнула, удивленная произошедшими переменами. — Бывают моменты, — продолжил он, — когда чары мерцают. Ослабевают. Всего на несколько минут. Но это происходит. И так каждый день. Не в одно и то же время, но регулярно. Повсюду. Даже в библиотеке. — Он почти с удивлением посмотрел на неё. — Как ты этого не замечала? Весь замок похож на каминную сеть — всё время трещит по швам. Магия здесь пока нестабильна. Нужно просто знать, когда искать. Гермиона только пожала плечами. -Так что же нам делать? Разбить лагерь за пределами Запретной секции и ждать, пока индикатор мигнет? Драко тоже пожал плечами. -Да. Почему бы и нет? Это наш лучший вариант. Он прислонился спиной к камню. -У нас есть два варианта. Либо мы разбиваем лагерь там вместе — тогда, когда он погаснет, мы оба войдем и быстро все обыщем. Две пары глаз — больше шансов.— Или, — продолжил он, — мы будем дежурить по очереди. Но это значит, что, когда начнется мерцание, пойдёт кто-то один. Без поддержки. Без второго наблюдателя. Рискованно, но, возможно, так будет меньше подозрений. Он бросил на нее косой взгляд. — Решать тебе. Гермиона на мгновение замолчала, а потом сказала: - Я даже не знаю точно, где она. Мы не можем просто призвать вещи с помощью Акцио в Запретной секции — половина этих книг зачарована так, что их нельзя призвать. И если мерцание такое короткое, как ты говоришь... то, как ты и сказал, лучше иметь две пары глаз, чем одни. -Хорошо”, - сказал он. - Итак, когда мы это сделаем? Казалось, им обоим пришла в голову одна и та же мысль. — Нужно выбрать выходные, — сказала Гермиона. — Когда у нас нет занятий — с субботы по воскресенье. Большинство учеников тогда ходят в Хогсмид. Никто не задерживается в библиотеке по субботам. Драко посмотрел на нее и приподнял бровь. - Раньше ты так делала. Она едва заметно улыбнулась.-Справедливо. -А в воскресенье? — спросил он. Закрыто, — ответила Грейнджер. — Мадам Пинс не работает с шести утра субботы до восьми утра понедельника. Это наше идеальное время. Она помолчала, а потом добавила: - А до Хэллоуина осталось около двух недель, так что следующая суббота — наш единственный шанс. Драко кивнул. — Тогда решено.