Проект GNS

Глава 9: Перерождение

      Операционная утонула в стерильной тишине, лишь мерное пищание приборов нарушало ее гнетущую атмосферу. Михаил Петрович, в зеленом хирургическом костюме, был сосредоточен, как никогда.       – Давление 80 на 50, пульс 130, – доложил анестезиолог из-за перегородки. – Держим на вазопрессорах.       – Работаем быстрее, – коротко бросил Михаил Петрович, не отрывая взгляда от операционного поля. Он внимательно ощупал живот Максима, проводя рукой по выбритой коже. – Скальпель.       Ассистентка, двигаясь с отточенным профессионализмом, вложила инструмент в руку хирурга. Лезвие опасно блеснуло под светом ламп. Первый разрез. Длинный, точный, в нижней части живота. Кровь выступила багряными каплями, быстро впитываясь в стерильные салфетки.       – Зажимы, тампоны, – приказал Михаил Петрович, и ассистентка моментально выполнила указание.       Вместе с Михаилом Петровичем работали еще хирурги и медсестра.       Хирург 1 (внимательно рассматривая анатомию Максима): Михаил Петрович, глубина вагинального тракта – решающий фактор. Ткани должны обладать достаточной эластичностью для вынашивания потомства, но не чрезмерной. Помните о риске пролапса.       Михаил Петрович (в его голосе звучала едва уловимая тревога): Будьте предельно осторожны с внутренними органами. Препарат сильно изменил его структуру.       Хирург 2 (голос его звучал ценично): Главное – обеспечить идеальные условия для имплантации синтетической матки. Именно она сделает этот эксперимент успешным. Нам нужен гибрид, способный принести настоящую пользу.       – Начинаем формировать вагинальный тракт, – объявил Михаил Петрович, его взгляд был прикован к операционному полю. Он делал глубокий разрез в промежности, осторожно отделяя ткани.       Звук разрезаемой ткани – мягкий, влажный, но в этой тишине он резал слух.       Хирург 2: Ткани удивительно податливые. Видимо, кастрация и гормональная терапия дали свои плоды.       Михаил Петрович: Формируем стенки, прокладываем нервные окончания. Чувствительность – приоритет. Без адекватной иннервации рефлекс спаривания будет подавлен.       Хирург 2 (с откровенным цинизмом, его голос был полон зловещего предвкушения): Нужно постараться, чтобы скулил как сучка в период течки.       Михаил Петрович (полностью игнорируя комментарий, его внимание было сосредоточено на работе): Всё идет по плану. Формируем малые и большие половые губы... Важно сохранить остатки клитора для стимуляции.       Хирург 3 (его голос был полон неуёмного любопытства, словно он смотрел на диковинку): До сосков доберемся? Хочу взглянуть на это чудо.       Михаил Петрович: Скоро доберемся. Сосредоточьтесь на своей задаче. Помните, там важно правильно расположить молочные железы и обеспечить приток крови.       Резкий, пронзительный звук, похожий на низкочастотную вибрацию, прорезал тишину, смешиваясь с неприятным скрежетом и писком оборудования. Михаил Петрович формировал карманы для имплантов молочных желез.       Хирург 2: Подготовим грудную клетку, выровняем поверхность. Соски должны быть достаточно большими, чтобы щенки могли их захватить.       Хирург 3: Увеличиваем площадь – делаем надрезы, вставляем эспандеры. Нам необходимо обеспечить достаточное кровоснабжение для лактации.       Михаил Петрович: Готово. Дальше дело за малым – пришьем аккуратненько. Импланты должны быть надежно зафиксированы.       Хирург 2: Соединяем ткани. Подготавливаем будущие протоки. Главное, чтобы молоко поступало по назначению – к щенкам.       В этот момент раздался тихий, болезненный стон Максима, прорвавшийся сквозь наркоз. Писк аппаратуры участился, сигнализируя о нестабильности его состояния.       Володя (голос его звучал напряженно, в нем чувствовалась паника): Давление падает! Быстро стабилизируйте!       Медсестра: Адреналин!       Михаил Петрович: Пульс выравнивается. Продолжаем.       Хирург 2: Заканчиваем с сосками, переходим к матке.       Володя: На этом этапе главное – функциональность. Нам нужно, чтобы «он» смог выносить потомство. Синтетическая матка должна быть надежно интегрирована в кровеносную систему.       Михаил Петрович: Создаём искусственную матку. Используем биосовместимый материал, чтобы минимизировать риск отторжения.       Хирург 2: Пересаживаем. Сшиваем. Проверяем проходимость маточных труб.       Хирург 3: Устанавливаем импланты, которые помогут создать полноценную матку. Важно обеспечить правильное гормональное окружение.       Михаил Петрович: Подключаем кровеносные сосуды. Матка должна быть достаточно большой, чтобы выносить достаточно щенков.       Володя: Ну, посмотрим, приживется ли это вообще… Я до сих пор не верю, что это возможно.       Хирург 2: Всё готово. Накладываем швы.       Михаил Петрович (разминая затекшую шею): Кажется, мы совершили невозможное. Объект готов к новой жизни. Зашивайте и фиксируйте конечности. Он не должен навредить себе, когда придет в себя. А я пойду перекурю.       Закончив сшивать раны, медсестра обработала кожу Максима антисептическим раствором и наложила стерильную повязку. Операция, длившаяся долгие часы, подошла к концу. Максима перевели в реанимационную палату.       Михаил Петрович достал из кармана сигарету и закурил. Дым, заполнивший легкие, немного успокоил его.       – Что ж, – пробормотал он, глядя на клубы дыма, поднимающиеся к потолку. – Посмотрим, что из этого получится.       Он понимал, что операция – это только первый шаг. Впереди еще долгий период реабилитации, гормональной терапии и, самое главное, – психологической адаптации. Сможет ли Максим принять свое новое тело? Выдержит ли он все испытания, которые ему предстоят?       Михаил Петрович не знал ответа. Но он сделал все, что было в его силах, чтобы Макс был морально готов к своей новой роли. Старик только хочет полного подчинения и смирения, но не чтобы он сошёл с ума.