ботаник(а)

Конфеты все-таки вкусные. Зря он написал Сету, что выкинет все то дерьмо, что он заказал, но внутреннее рвение противиться всем попыткам его добиться Аарон почему-то никак не может игнорировать. Ники исследует пакет продуктов из доставки, расставляя все по местам и проверяя сроки хранения (Аарон строжайше наказал, потому что рвению найти любые изъяны в этих попытках он противиться тоже не может), а он лениво машет ногами, сидя на кухонной тумбе и поедая конфеты из упаковки, только изредка делясь ими с Ники. — Сет милый, думаю. Он затарил нам холодильник на две недели, — говорит Ники, совсем не понимая о чем. Аарон фыркает, надкусывая конфету. — Сет кто угодно, но только не милый, — из-за шоколада во рту слова получаются менее связными, чем хотелось бы. — Он грубый, неотесанный, безответственный, ленивый, тупой… — И любимый тобой, я понял. От внезапного возмущения половина конфеты летит на пол, выпадая из ослабевших пальцев. — Что за хуйня? Вы с Эндрю как-то часто перетираете мне кости, я смотрю. — Не-а, не часто. Он вообще редко теперь появляется, не находишь? С тех пор, как дядя Нила уехал в командировку. Ах, эта юность, — улыбается Ники. Аарон грустно смотрит на размазанный на полу шоколад, с недовольством понимая, что в ближайшее время придется встать с нагретого места. Он не планировал. — Избавь меня от подробностей интимной жизни моего близнеца, я и так их терплю каждый день в универе. — Но о чем это мы, — ловит себя на мысли Ники. — Ты бы не испытывал к нему столько отрицательных чувств, если бы тебе не было до него дела. Я помню, как Эндрю постоянно говорил, что ненавидит Нила. Теперь мы с тобой видим, как он его ненавидит. Сравнение с Эндрю бьет, как всегда, в цель и навылет. Он тоже выглядит, как его брат, когда тот был влюблен и отрицал свои чувства? Тогда чем же он все-таки отличается от него кроме того, что зрение у него немного хуже, что позволяет носить аксессуар, по которому их отличают другие? Он думал, выберет Сета как полную противоположность Нилу и этим и скажет, как сильно они не похожи, но Ники всегда находит, где соединить и как сопоставить. Они всегда проигрывают ему в игре отличий и сходств. А он проигрывает своему брату даже в любви. Что делает Аарона Аароном? Что можно выбрать в нем, что нельзя выбрать в Эндрю? Он спускается с кухонной тумбы, поднимает кусок шоколада, измазываясь в глазури, и выкидывает в мусорное ведро. Затем кухонными салфетками протирает пол и выкидывает их. Моет руки в раковине. Ники наблюдает за всеми его действиями с настороженной внимательностью, будто одно неловкое движение — и Аарон бросится на него. Совсем так же, как пару лет назад наблюдал за Эндрю. Аарон выдыхает и встречается с ним взглядами. — Я знаю, что ты нас различаешь внешне, но что делает нас другими в твоих глазах? — тихо проговаривает он. — Помимо медицины и экси. — Ох, Аарон. Ники, как заботливая домохозяйка, перебрасывает кухонное полотенце на плечо, и тянется обнять. Он высокий, и Аарон удобно утыкается ему лбом в ключицу, прямо в вафельное полотенце, пропахшее едой и мокрой водой. Немного неприятно, но можно потерпеть — ради Ники или ради себя. — Вы абсолютно разные, — отвечает он, успокаивающе похлопывая его по спине. — Вы реагируете одинаково зачастую, но мотивация у вас разная. Эндрю плюется на беспорядок из-за какой-то доли перфекционизма, а ты — из-за нежелания все убирать. — Аарон выдыхает тихий смешок, морщась от запаха. — Эндрю отрицает чувства, боясь привязанности, а ты — боясь быть отвергнутым. — Это одно и то же. — Несовсем. Эндрю заботится о важных ему людях, но боится, что они однажды исчезнут, как исчезали другие, и тогда ему не о ком будет переживать. Боится быть покинутым. Ты же сам покидаешь Сета, потому что думаешь, что он будет таким, как твой брат. — Что он может уйти от меня? — Да. Эндрю это умеет — уходить. Спокойно, не задавая вопросов, потому что не хочет новых огорчений. — А я не ухожу, а… — Даже не заходишь. Аарон шмыгает носом: не из-за слез, из-за забитого запахом сырости носа. Он даже не ожидал, что Ники копнет так глубоко, надеясь на поверхностные сравнения в виде выбора мороженого или игры на приставке — учитывая, что Эндрю в принципе не особо жалует приставку. — Но ведь это всё равно страшно: вдруг он уйдет? Может, он только притворяется. Может, это все неправда, и я… И я ему не нужен. Ведь именно это Аарон говорит Сету: я тебе не нужен. Сколько пройдет времени, прежде чем он сдастся? — Что-то ты обретаешь, только если рискнешь. Я не буду врать, шанс ведь есть, что твои мысли правдивы. И сколько бы я или Эндрю не говорили тебе, что все совсем не так, ты не зайдешь в эту дверь. Ты просто должен открыть ее сам и посмотреть. Аарон зажмуривается крепко, отгоняя накатившую от разговоров усталость и приближающуюся тоску. Вечером, сидя за рабочим столом, заваленным конспектами, методичками и учебниками, он звонит Сету. Трубку берут почти мгновенно, будто только и ждали его звонка. — Привет, — он звучит так, будто улыбается. — Ты решил, что я голодаю? Или усыпить бдительность моей семьи, втереться к ним в доверие? — Эндрю уже со мной разговаривает, кстати. Знает Аарон, о чем они разговаривают. «Пять шагов по завоеванию»; и Аарон еще никогда так сильно не жалел, что когда-то свел Нила и Эндрю вместе. Правда, они бы сошлись на какой-то глупой херне, найдя друг в друге соратников по мнению, и не стоило ему туда соваться, тогда бы, возможно, и Эндрю не лез к ним Сетом. — И ничего такого у меня не было в планах, просто очень непросто ухаживать за студентом медицинского, ты знал? Просто очень непросто. — Зато за тобой легко — подарить словарь. Сет усмехается. — Я был бы рад, если бы ты за мной поухаживал. Голос его — мед. Мягкий, густой и сладкий. Аарон вздыхает, теребя в пальцах корешок одной из тетрадей. Ему даже не приходило в голову, что Сету тоже было бы приятно получить от него что-то. Просто так, безвозмездно, не имея в виду «сегодня секс» и так далее. Он возвращается к предыдущей теме разговора, чтобы не отвечать прямо. — И ты решил, что студенту медицинского надо есть? — Всем надо есть, тебе тоже. Еда беспроигрышный вариант. Черт, можно еще в рестик сводить. Сейчас посмотрю. — Не надо, Сет. — Конечно надо. Я хочу сводить тебя в… эм… Возможно, он ищет название, но это все равно никак не интересует Аарона. — Своди меня в пиццерию. — Ты хочешь пиццу? Какую? — Которая при универе. — Не-ет, ты ходишь в нее каждую неделю и так. Нужно что-то другое, которое отличается. — Я хочу поесть с тобой пиццу в универской пиццерии. И чтобы ты пришел к нам. С минуту в трубке раздается только молчание, не слышно даже его вздохов. Аарон даже подсматривает в экран, но звонок еще идет. Он сам не ожидал от себя таких слов, но Эндрю вообще-то приглашает к ним Нила, они встречаются и лобызаются на их диване. Аарон не может назвать Сета своим, но ему бы хотелось показать, как выглядит комфорт для него, поделиться этим комфортом, впустить к себе, а не заходить. Сет наконец прокашливается в трубку. — Я… был бы рад. Когда? Аарон водит пальцем по столу в размышлениях. — Не знаю, когда-нибудь… Спрошу у Ники и надо по расписанию посмотреть. — Я буду ждать, — говорит Сет. — А в пиццерию когда? В эту же субботу они сидят в неприметном заведении при кампусе с пепперони на столе, напитками и нервным молчанием, застрявшим между ними камнем преткновения. Сет облизывает губы, оглядываясь по сторонам, будто не бывает здесь каждую неделю, и Аарон чувствует себя тупо, когда не может на него взглянуть. Все вокруг смотрят на них, он чувствует. Все вокруг знают. Сет прочищает горло, отпивает из стакана и снова смотрит. — Так и будем молчать? О, Аарон с удовольствием бы помолчал да подольше. У него была бессонная ночь, забитая конспектами от руки, строением человеческого тела и подкастами о маньяках на фоне. Он сдал сегодня зачет по физиологии и отсидел семинар по гистологии. Ему стоило быть честным и перенести это «свидание», но, казалось, что если он его перенесет, то больше никогда не будет настолько смелым, чтобы решиться на это снова. Сет смотрит, и Аарон поднимает взгляд. Возможно, что-то отражается в его усталых глазах или всему виной мешки под глазами. — Ты вообще спал? — Зависит от того, про какой день на этой неделе ты спросишь, — пожимает плечами Аарон. — Сон был одним из пунктов моего списка. — У тебя есть список? — Да. Медики часто не высыпаются, правда? Аарон сужает глаза, но у него нет сил на даже крохотное раздражение, не говоря о злости. — Значит, это все-таки «Пять шагов по завоеванию», — слабо фыркает он. Его напиток слишком сладкий и должен, вообще-то, бодрить, но хер там. — Эндрю не давал этому название при мне. И он… только подтолкнул, все остальное… — По подаркам я догадался, как ни странно. — Я настолько безнадежен? — усмехается Сет. Аарону от этого становится так легко и хорошо. Он откидывается на спинку сиденья, улыбаясь уголками губ и прикрывая глаза. Его так сильно рубит и ведет. Это из-за недосыпа ему хочется отдать себя в руки Сету и сказать разобраться со всем этим. Сет сильный и крупный и не обидит его, ему можно себя вручить. — Знаешь, что? — Аарон наклоняется через слишком широкий стол, непозволительно широкий. — Увези меня домой. Сейчас. Было бы грустно лишать их обоих этого свидания, но если позвать к нему Сета, то все, в общем-то, не так уж и плохо, да? Нет разницы, где проводить время, главное — с кем. Сет непонимающе улыбается, забавно сводя брови, но не говорит ни слова, когда поднимается и натягивает куртку, оставляя пару купюр чаевых на столе. Аарон просто следует за ним, позволяя себе быть ведомым. Он даже хочет протянуть к руку к руке Сета, но недосып не такое сильное зелье смелости, как он предполагал. Это все равно уже что-то. Ники бы им гордился. Они загружаются в пикап Мэтта, одолженный на это маленькое «свидание», но у Аарона нет каких-то моральных сил вербально показать, что это для него значит. Он только отмечает в голове, как пунктик в собственным списке пока что без названия. Дорога убаюкивает, и он дремлет весь путь, прислонившись к окну пассажирского сиденья, просыпаясь иногда от толчков при торможении. Голова кружится, и когда он смотрит на уплывающий мимо асфальт, кажется, что вот-вот столкнется с препятствием, но угроза всегда его минует. В мутном сознании Сет выглядит сексуально, держа в руках руль. Очень сексуально. Аарон засыпает с этой мыслью. — …подъехали. Прикосновения холодных пальцев ко лбу тоже убаюкивают, хотя он и так, вообще-то, спал. Он невнятно стонет, но открывает глаза, находя себя на подъездной дорожке собственного дома. — До встречи, — мягко улыбается Сет. Аарон хмурится, не понимая, о чем он, воздушные руки сна все еще обхватывают тело, и он боится, что больше не сможет заснуть сегодня, поэтому сохраняет как может это ощущение. — О чем ты? Идем. — Ты… приглашаешь меня? Аарон фыркает, открывая дверцу. Глаза сами по себе закрываются. Сет мог бы его понести, кстати. — Конечно. Сон был в твоем списке, дебил. Непонятливый. Я вырублюсь на асфальте, неси меня. Происходят какие-то движения, значение которым Аарон не придает до тех самых пор, пока руки не обхватывают расслабленное тело, забирая его из машины. Он выглядит глупо, наверное. Еще нужны ключи: Ники сейчас на работе, а Эндрю снова со своим Нилом. Он достает их из кармана и протягивает Сету. — Куда идти? — Наверх… дверь… справа, белая. Все двери у них в доме белые, вспоминает он, но Сет разберется. — Думаю, тебе нужно снять верхнюю одежду. — Господи, как же похуй, — стонет Аарон, вываливаясь из его рук на кровать. Уже со злости снимает с себя выходную футболку и пытается снять штаны, но они такие неподатливые, такие тесные и неудобно снимаемые в сидячем положении. Сет успокаивает его одним прикосновением ладоней к бедрам. А затем помогает со штанами. — Ненавижу тебя. Лучше бы я тебя никогда не знал. Черт, я звучу как Эндрю. — Все в порядке. — А ты звучишь как Нил. Мы оба ебнутые. Давай спать. Сон на самом деле накатывает на него волнами. Он то проваливается во тьму, то выхватывает силуэт снимающего одежду Сета, снова тьма, снова Сет расправляет постель, про которую Аарон вообще забыл, как и то, где и зачем находится; ведь они вместе. Снова тьма и снова Сет, на этот раз они обнимают его вместе. Руки у них обоих бережные, но крепкие, в которые приятно укутаться, растаяв от комфорта. Еще немного, и Аарон начнет тереться носом о его шею. Сет в его комнате, у него дома. Какой пиздец. — Я рад, что ты здесь, — бормочет Аарон, прежде чем полностью погрузится в сон.