Тёмное Сердце

Я осмотрел место, где находился. Это была небольшая комната, в которой источником света выступали странные растения. Они святились, как и эта плита, бледно-синим сиянием. Эти растения тянулись корнями из другой комнаты, путь к которой начал потихоньку освещаться ими. Будто меня кто-то приглашал туда. Я шёл по этому пути, пока позади меня гасли эти цветы, словно ими кто-то управлял. — Ты уже близко, — послышался голос в дали. Честно сказать, я был напуган, но что мне оставалось делать? Здесь просто нет выхода, кроме как идти вперёд по тёмному туннелю, по которому расползаются корни. И вот я увидел, как впереди меня туннель заканчивается, и начинается непроглядная тьма. Цветов, что освещали мне путь, дальше не оказалось. Я прошёл в эту пустоту, из которой тянулись корни. Сразу я почувствовал некое движение в темноте. Хруст и шелест веток. Будто что-то двигалось и извивалось там, в темноте. Холодный пот стекал с моего лба. — После стольких лет мы снова встретились. А ты подрос с нашей последней встречи, — раздался хриплый женский голос из темноты. — Прошу прощения, я не знаю никого похожего, — решил я не дерзить. Авось прокатит. — Хе-хе-хе. Просто ты не помнишь. Или, лучше сказать, не можешь, — хриплый смешок донёсся из темноты. — Это было 14 лет назад. Когда тебе не было и шести. Ты, наверное, путаешь нашу встречу со сном или видением. Я напомню тебе о твоём первом кошмаре. 14 лет назад. Август 2007 года. Ночь. Маленький светловолосый мальчик сидит за столом в тёмной комнате. Единственным его ближайшим источником света был телевизор. Перед мальчиком стоит тарелка с едой. В руке он держит вилку, поедая кусочек брокколи и заедая разрезанным куском мяса, рядом с которым было картофельное пюре. Вдруг мальчик задрожал. В его светло-голубых глазах цвета неба был ужас. Мальчик встал со стула и, не подавая виду, спрятался под окном, что было рядом со столом. Он не видел, что его так напугало. И не слышал. Он лишь чувствовал, что сейчас там кто-то смотрит. Посмотрев вертикально вверх, он увидел край. Край чьей-то маски. Это была белая маска с пустыми глазными яблоками. В ней отсутствовал нос, а вместо рта была тьма. Это существо пристально разглядывало комнату, как будто выискивая что-то. Мальчик прижался к батарее, что была под окном, и трясся от ужаса. Но вдруг. Мальчик встал в полный рост! После чего уставился на создание, что было ошарашено. Оно явно не ожидало такого. После чего... всё пропало. — Именно так ты запомнил нашу встречу? — спросил голос в темноте. Я стоял в ужасе. Сердце бешено колотилось в груди. Никто. Абсолютно никто не знал эту историю. Она осталась в моей душе лишь как рычаг, рычаг к смелости и отваге перед всем миром. Но разве это не было сном? Не было лишь плодом моей испорченной психики? — Не бойся. Сейчас я всё тебе покажу. Из темноты с невероятной скоростью вылетело тёмное щупальце. Так быстро, что я ничего не успел сделать. Вших!— оно дотронулось до моего лба, и я провалился в воспоминание. До создания всего мироздания была лишь пустота. Эта пустота была моим домом. Там не было времени. Там не было смерти. Там была лишь тьма. — Я была этой тьмой, — голос звучал прямо в моей голове. — Я спала и наслаждалась тишиной, как вдруг прогремел взрыв. Из бесконечной тьмы и пустоты начал литься свет. Этот свет принадлежал богу. Не тому, что управляет одной вселенной. А тому, что создал все вселенные. Почти бесконечное количество миров со своими богами и правилами, по которым они начали существовать. — А я снова безразлично отправилась дальше спать, — продолжал голос. — Меня не особо интересовало происходящее. Мне просто хотелось спокойно спать. Но этому не суждено было случиться. Бог заметил меня. Он направил свой свет в мою сторону. И как только его частичка коснулась меня, я впервые почувствовала что-то. Почувствовала боль. Я взревела от боли. Я просила его остановиться. Но ему было мало. Там, где он проливал свой свет, зарождалась новая жизнь. Но потом я заметила. Его вселенные начали медленно затухать. Они разрушали сами себя. И всё снова обращалось в пустоту. — Он был в бешенстве. Будто ребёнок, чья игрушка сломалась, — голос стал мрачнее. — И тогда он остановился. Он обратился ко мне за помощью. Сказал, что мы поделим всё сущее поровну, и он оставит меня в покое. — Я согласилась. И тогда его детище начало полноценную жизнь, — эхом раздалось в темноте. — У каждой вселенной был свой срок. Но после того, как они умирали, появлялись новые. Жизнь, смерть и новое начало. Такая концепция нравилась ему. Но потом... на меня снова напали. — Это были три светоносных существа с белыми крыльями. Они медленно, но верно, уничтожали меня. Но я не чувствовала этого. Пока не было совсем поздно. Бог обманул меня. И когда осталась только моя тёмная оболочка, они пленили меня. Три копья света вонзились в меня. — Тогда я впервые почувствовала страх. Я не знала смерти, но чувствовала, что вот-вот исчезну, — голос стал шёпотом. — И тогда он поразил меня своим мечом. Я чувствовала, как распадаюсь. И тогда из последних сил отправила в одно из его детищ частичку себя. — Я выжила. И скиталась от вселенной к вселенной... — голос растворился, и я снова увидел темноту. Темнота поглотила всё вокруг, и я снова оказался в пустоте. Голова шла кругом. В груди тяжесть, а в висках гулкий, нарастающий звук, будто кто-то играл на расстроенной скрипке прямо внутри моего разума. Я попытался отдышаться, но воздух был вязким, будто дышать приходилось через мокрую ткань. — Значит, это не просто сон… — пробормотал я, держась за виски. Перед глазами вспыхивали образы. Голос Тьмы всё ещё эхом отдавался в голове. Истории, что она рассказывала, заполняли каждый уголок сознания, оставляя после себя смутные ощущения боли, страха, тоски и чего-то неизведанного. Я поднял голову. Темнота начала светлеть, превращаясь в серый туман. Вдалеке появился силуэт. — Ты уже близко… Голос был мягче, но с той же хрипотцой. Я шагнул вперёд, но тело ощущалось тяжёлым, будто меня держали невидимые путы. Каждый шаг давался с трудом, но я продолжал двигаться. Вдруг земля под ногами задрожала. Я замер. Сначала слабый гул, потом всё сильнее и сильнее, будто что-то огромное приближалось. Светлая дымка впереди рассеялась, открывая пространство. Теперь я видел, что нахожусь не просто в пустоте, а в огромном зале. Потолок терялся где-то в бесконечности, а стены были усеяны светящимися знаками, похожими на те, что я видел в пещере. А в центре… В центре стоял силуэт. Высокий, хрупкий, но в то же время пугающий. Её длинные, будто сотканные из теней волосы колыхались, словно в невидимом ветре. Глаза неестественно светились в темноте, а вокруг неё извивались бесчисленные щупальца, сотканные из чёрного тумана. — Ты снова здесь. Я сглотнул. — Ты… — Тьма. Та, что была до всего сущего. Та, что пронеслась сквозь тысячи миров, но так и не нашла покоя. Она сделала шаг вперёд. — И ты, дитя, носитель печати, последняя искра умирающего мира, теперь стоишь передо мной. Я невольно сжал кулаки. — Почему… почему я? — Потому что твоя душа никогда не принадлежала этому миру. Потому что ты, как и я, существуешь за его пределами. Она склонила голову, пристально глядя на меня. — Ты ищешь смысл? Ответы? Или просто хочешь бежать? Я молчал. Внутри всё бурлило. Я не знал, что сказать. Я даже не знал, что чувствую. Но прежде чем я смог подобрать хоть какие-то слова, мир вокруг начал рушиться. Стены покрылись трещинами. Знаки вспыхнули прощальным светом и начали меркнуть. — Время вышло, — прошептала Тьма. — Что? — Нас заметили. Её глаза сверкнули, и передо мной возникли образы — фиолетовое поле, накрывающее мир, фигуры в сияющих одеяниях, нависающие над реальностью, и… Оно. То, что стояло за гранью мироздания. Я не успел разглядеть его полностью, но одного взгляда было достаточно, чтобы внутри всё похолодело. — Ты должен уйти. — Куда? Тьма улыбнулась. — Туда, где начнётся твоя настоящая история. Чёрные щупальца потянулись ко мне, окутывая, сковывая, утягивая вниз. Я не сопротивлялся. Просто закрыл глаза. — Запомни… В конце пути ты встретишь самого себя. И с этими словами я провалился в пустоту. Яркий белый свет ударил мне в лицо. Я с трудом разлепил глаза. Голова раскалывалась, тело было ватным, но главное — я чувствовал, что дышу. Я жив. Яркий свет ударил в глаза. Я попытался приоткрыть веки, но всё вокруг слепило меня настолько, что я почувствовал резкую боль. Инстинктивно подняв руку, чтобы прикрыться, я понял, что тело стало легче, словно воздух. — Здравствуй, дитя человека, — раздался спокойный голос. — И вам не хворать, — пробормотал я, щурясь. — А можно убавить яркость? Раздался лёгкий смешок. — Человеческие глаза столь слабы? — голос был мягким, но с лёгкой насмешкой. — Подожди немного. Шаги приблизились, и я почувствовал лёгкое прикосновение к глазам. На мгновение резкая боль пронзила их, но затем исчезла, словно кто-то убрал с них пелену. Я заморгал, привыкая к освещению. Постепенно мир передо мной обретал форму. Белоснежный зал. Высоченные колонны тянулись к потолку, украшенные узорами, что будто светились изнутри. Пространство казалось бесконечным, но в то же время уютным. А главное — всё здесь застыло. Остановленные фигуры ангелов и демонов находились друг с другом бок о бок, будто время прекратило своё существование. Передо мной стоял высокий мужчина с длинными светлыми волосами, зачесанными назад. Его чёрные, как смоль, крылья слегка подрагивали, а лицо выражало нескрываемое любопытство. Его золотистые глаза внимательно изучали меня. — Так лучше? — спросил он, ухмыльнувшись. Я медленно кивнул. — Да… Гораздо… Спасибо. Он театрально поклонился. — Рад помочь. Я, кстати, Азазель. Я моргнул. Азазель? Тот самый? — Как я понял, ты сейчас задаёшься вопросом, что демон делает в Раю? — продолжил он, лениво осматривая ногти. — Времена нынче… необычные. Приходится работать сообща. Я открыл рот, но не успел ничего сказать — из-за колонны вышла ещё одна фигура. Высокая женщина в строгом сером костюме с золотыми узорами. На её плечах красовались небольшие серебряные наплечники, а на боку висела тонкая рапира с рунами, которые мерцали при свете. Её короткие волосы были аккуратно убраны назад, а золотые глаза изучали меня с подозрением. — Ах ты, жалкий демон! Как ты смеешь вмешиваться в дела небес? — холодно бросила она. Азазель усмехнулся и сложил руки за спиной. — Грэмиэль, дорогая, может, ты хоть раз поприветствуешь меня без угроз? Я ведь помог человеку. Грэмиэль сузила глаза. — Мы сами могли это сделать. — Но ведь не сделали, не так ли? — Азазель хмыкнул и бросил на меня взгляд. — Дитя, ты ведь не жалуешься на мою помощь? Я сглотнул, чувствуя, как напряжение между ними растёт. — Нет… я благодарен, — пожал я плечами. — Но что вообще происходит? Почему Рай… пуст? Грэмиэль на мгновение смягчила взгляд и посмотрела на меня более внимательно. — Ты последний человек, оставшийся в этом мире, — сказала она. — Всё, что существовало, застыло во времени. Я почувствовал, как холод пробежал по спине. Последний человек… — Значит… Я один? — Да, — спокойно ответила Грэмиэль. — Ты последний. Но это не совпадение. Мы хотим знать: кто ты? Почему твоя душа настолько тёмная? И… причастен ли ты к этому катаклизму? Я смотрел на неё, не зная, что сказать. Я простой человек. Я не делал ничего… Но внутри что-то болезненно сжалось. — Это был не я, — наконец выдавил я, встречаясь с её взглядом. Грэмиэль долго смотрела мне в глаза, словно стараясь прочитать мои мысли. Затем тяжело вздохнула и отвернулась. — В таком случае, ты предстанешь перед Высшими. Им решать, что с тобой делать. Я почувствовал, как внутри всё сжимается. Моё путешествие только началось, а меня уже ведут на суд к самим богам? Азазель наклонился ко мне и шепнул на ухо: — Не бойся, дитя. Главное — не раздражай их. Ну, или хотя бы попробуй. Он подмигнул и с ленивой улыбкой двинулся вперёд, ведя нас по коридору дальше. Я сглотнул и последовал за ними, понимая, что всё это — только начало.