Японская принцесса.

К большому сожалению, я не смогла уехать на Рождество к семье — даже после бала. Силы практически иссякли, да и лёгкое недомогание, подхваченное в тот вечер, не способствовало дальнему путешествию. Хирато ещё двадцатого числа сумел отправиться домой, но я оставалась в замке — ведь я всё ещё участница турнира. Это и стало главной причиной, по которой я не покинула Хогвартс. На следующий день замок словно вымер. Лишь те, кто по разным причинам не пожелал возвращаться домой, бродили по коридорам. Школа будто затаилась, погрузившись в непривычную тишину. В этой умиротворённой атмосфере даже шаги по каменным плитам звучали особенно отчётливо, эхом разносясь по пустынным переходам. За завтраком почти никого не было — лишь несколько профессоров и студентов, решивших остаться в школе. Я сидела за столом, рассеянно помешивая чай, и погрузилась в размышления о вчерашнем вечере. Вопросы роились в голове, назойливо цепляясь друг за друга: был ли мой выбор искренним или это лишь мимолетный импульс? Действительно ли я готова к новым отношениям? А вдруг я ошибаюсь в собственной ориентации? Мысли крутились в бесконечном хороводе сомнений. Может, это и правда ошибка — начинать что‑то новое? Возможно, позже я буду сожалеть о своём решении. Но потом я мысленно повторяла себе: лучше пусть всё идёт своим путём. Уж лучше попробовать и потом пожалеть, чем всю жизнь мучиться вопросом «а что, если?..» Из пучины размышлений меня вырвал громкий смех, раздавшийся где‑то неподалёку. Я сразу поняла: это близнецы Уизли. С самого утра их нигде не было видно — ни за завтраком, ни в общей гостиной. И действительно, выйдя из Большого зала, я заметила их счастливые, раскрасневшиеся лица. Фред что‑то оживлённо рассказывал, а Джордж, слушая брата, заливался звонким смехом. Улыбнувшись их беззаботности, я направилась в сторону библиотеки. Но не тут‑то было. Жизнь редко бывает простой, особенно когда рядом близнецы Уизли. Не успела я пройти и нескольких шагов, как внезапно оказалась на грани падения. Пол будто ушёл из‑под ног, и я уже мысленно приготовилась к столкновению с холодным камнем, но в последний момент чья‑то сильная рука обхватила меня за талию, мягко вернув равновесие. — Прости, принцесса, не заметил тебя. — прозвучал знакомый голос. Тёплые губы коснулись уголка моих губ, и в тот же миг виновник моего почти‑падения умчался прочь, свернув в тот же коридор, куда направлялась и я. — Вот же негодники, эти Уизли! — раздался возмущённый голос профессора Макгонагалл. Она появилась словно из ниоткуда и теперь смотрела на меня с явным беспокойством — мои щёки пылали, а взгляд, наверное, был совершенно потерянным. — Мисс Катаяма? С вами всё хорошо? Они ничего плохого не сделали? — женщина мягко положила руки на мои плечи, её глаза светились искренней заботой. — А?.. Нет, всё правда хорошо, профессор Макгонагалл. — поспешила я успокоить её, слегка смущённо улыбнувшись. — Всё в порядке. А что близнецы на этот раз вытворили? — с любопытством спросила я, невольно нахмурив брови. — Сегодня они решили, что идеальной идеей будет напугать младшие курсы с помощью своего нового изобретения. Что‑то вроде хлопушки‑невидимки — точно не знаю, но, судя по всему, это что‑то громкое и не слишком приятное. Изобретательность у них на высшем уровне, чего не скажешь об успеваемости по некоторым предметам. — профессор слегка покачала головой, но в её глазах читалась не столько строгость, сколько снисходительная улыбка. — Хм, миссис Катаяма, не хотите помочь одному из них? У обоих проблемы с закрытием зачётов по истории магии и высшей математике. Вы ведь лучшая на своём курсе. — Она тепло улыбнулась, внимательно глядя на меня. — Если не хотите или не можете — смело отказывайтесь. — Я согласна, но возьмусь за Джорджа. — после короткого раздумья ответила я, переводя взгляд на окно. За стеклом медленно кружились первые снежинки, рисуя причудливые узоры в воздухе. — Я слышала, что у него дела обстоят хуже, чем у Фреда. — Хорошо, спасибо большое. — с облегчением произнесла профессор. — Иначе они так и не возьмутся за учёбу, а через год экзамены уже на пороге. — С этими словами она развернулась и ушла, оставив меня одну с мыслями о предстоящей «миссии». Не успела я и шагу ступить, как за спиной раздался знакомый голос: — Учить меня будешь, принцесска? — Джордж обнял меня со спины, его дыхание щекотало шею, вызывая лёгкую дрожь. — Буду. Об учёбе надо думать. — слегка возмущённо ответила я, не оборачиваясь. Мой взгляд всё ещё был прикован к зимнему пейзажу за окном — деревья, укутанные снежной пеленой, выглядели особенно волшебно. — Мог бы и сам попросить о помощи, а не ждать, пока профессор подойдёт и попросит. — Ну раз ты будешь меня учить, то я буду самым послушным учеником. — с улыбкой ответил он, отстранился и встал передо мной, заглядывая в глаза. — Кстати, чем сегодня занята? Не хочешь прогуляться, случаем? — Я собиралась в Хогсмид. Можешь пойти со мной, а потом прогуляемся. Сегодня довольно тепло, так что я не против. — ответила я, внимательно разглядывая его лицо. Он смотрел на меня так пристально, что я невольно засомневалась.— Что‑то не так? Или у меня что‑то размазано? — Достав зеркальце из кармана, я быстро осмотрела своё лицо, но не обнаружила ничего необычного и убрала его обратно. — Красивая ты. — тихо произнёс Джордж, чмокнув меня в уголок губ. С довольной ухмылкой он развернулся и направился прочь. — Буду ждать тебя в два часа около фонтана на улице. — Хорошо, буду. — кивнула я, чувствуя, как сердце учащённо бьётся в груди.

***

После неожиданной встречи с Джорджем и похода в библиотеку я вернулась в свою комнату. До назначенной встречи оставался всего час — время поджимало, и нужно было успеть собраться. После того как Анджелина переехала, комната казалась непривычно пустой. Хотя, признаться, это даже к лучшему — мы никогда не были особенно близки, и её отъезд не вызвал у меня особой грусти. Но всё же пространство выглядело слишком просторным, словно лишённым части своей души. Я подошла к шкафу и начала выбирать наряд. Погода стояла прохладная, но солнечная, и хотелось выглядеть уютно, но при этом стильно. После недолгих раздумий я остановила свой выбор на тёплой коричневой куртке с капюшоном и меховой подкладкой. Она не только отлично согревала, но и придавала образу изысканный вид. Капюшон обещал надёжную защиту от внезапного ветра или снежинок, а мягкий мех приятно ласкал кожу. Под куртку я надела светло‑серый трикотажный свитер с открытыми плечами. Мне всегда нравилось, как он контрастировал с массивной верхней одеждой, добавляя образу женственности и лёгкости. Рельефная вязка создавала объём, а свободный крой не сковывал движений, позволяя чувствовать себя комфортно. Джинсы клёш тёмно‑синего цвета стали идеальным дополнением. Это была моя любимая модель — они создавали расслабленный, непринуждённый вид. Свободный крой уравновешивал облегающий верх, а насыщенный цвет гармонично сочетался с остальными элементами образа. Обувь тоже требовала особого внимания. Я выбрала зимние ботинки, которые сразу привлекли меня. Особенно радовали белые пушистые вставки — контраст между тёмной замшей и белоснежным мехом выглядел очень эффектно. Подошва была толстой и рифлёной, что гарантировало надёжное сцепление со скользкой поверхностью. Завершила образ чёрная кожаная сумка с двумя длинными ручками. Её лаконичный дизайн дополняли металлические застёжки и цепочки, придававшие аксессуару стильный акцент. Сбоку располагалась удобная застёжка‑молния, что делало сумку не только красивой, но и практичной. Осмотрев себя в зеркало, я осталась довольна результатом. Образ получился одновременно уютным и стильным — идеально для прогулки в зимний день. Однако время неумолимо поджимало, и пора было выходить. Через пару минут я уже спускалась по лестнице, направляясь к месту встречи. И действительно — Джордж ждал меня у фонтана. Его лицо озаряла улыбка, напоминавшая кошачью, как у Чеширского кота. — Ну что, принцесска, идём? Красиво сегодня выглядишь. — произнёс он, мягко взяв меня за руку и направляясь в сторону Хогсмида. Мы шли подальше от лишних глаз и любопытных взглядов, наслаждаясь уединением. — Разве только сегодня красиво выгляжу, рыжик? — возмутилась я, бросив на него игривый взгляд. — Ты всегда красивая, но сегодня особенно. — ответил он с такой теплотой в голосе, что на душе сразу стало легче. Его улыбка согревала лучше любого зимнего солнца, и я почувствовала, как все тревоги и сомнения растворяются в этом мгновении.

***

Мы шли по заснеженной дороге, и под ногами мягко похрустывал свежий снег. Ветер слегка шевелил мои волосы, но тепло куртки и близость Джорджа надёжно защищали от холода. Время от времени Я поглядывала на Джорджа, а он шёл рядом, засунув руки в карманы, и что‑то беззвучно напевал, глядя вперёд с лёгкой улыбкой. В воздухе витала особая атмосфера — тихая, уютная, наполненная едва уловимым волшебством зимнего дня. — О чём думаешь? — не выдержала я, нарушая это приятное молчание. Он повернул ко мне голову, и в его глазах заплясали озорные искорки. — Думаю о том, как бы уговорить тебя заглянуть в «Зонко». У них недавно появились новые шутихи — говорят, они меняют цвет в зависимости от настроения того, кто их держит. Представляешь? — Ты всерьёз? Мы ведь собирались просто прогуляться, а не устраивать рейд по магазинам. — рассмеявшись ответила я — Ну, прогулка — это хорошо. — согласился он, — но немного волшебства никогда не помешает. К тому же, если мы не проверим, как они работают, кто тогда это сделает за нас? — Ты неисправим. — покачала я головой, но в душе уже сдалась. — Ладно, зайдём в «Зонко», но только на десять минут! — Десять минут? — Джордж театрально схватился за сердце. — Это жестоко, принцесска. Но я готов смириться, если ты пообещаешь потом зайти в «Сладкое королевство». Говорят, у них новая партия шоколадных лягушек с мятной начинкой. — Ладно. — я подняла руки в знак капитуляции. — Но только если ты обещаешь не пытаться подбросить одну из этих лягушек в карман кому‑нибудь из первокурсников. — Кто, я? — он приложил руку к груди с наигранным возмущением. — Да я бы никогда! Мы оба рассмеялись, и я поняла, что уже давно не чувствовала себя настолько легко и свободно. Хогсмид встретил нас праздничной суетой. Улицы были украшены гирляндами, а из труб над крышами поднимался лёгкий дымок, смешиваясь с морозным воздухом. В витринах магазинов мерцали разноцветные огни, а из дверей «Трёх мётл» доносился аромат горячего сливочного пива и выпечки. В «Зонко» оказалось шумно и многолюдно. Студенты толпились у витрин, разглядывая новинки: летающие конфеты, самозавязывающиеся шнурки, волшебные мыльные пузыри, которые не лопались, а превращались в миниатюрных драконов. Джордж тут же устремился к стенду с «настраивающимися шутихами». Он схватил одну из коробочек и с восторгом принялся изучать: — Смотри, она сейчас серая, но если подержать её в руках… Он сжал коробочку в ладони, и через несколько секунд она вспыхнула ярко‑розовым цветом. — Ого! — я наклонилась ближе. — И что это значит? — Видимо, я сейчас очень рад. — подмигнул он. — Или просто думаю о тебе. Я почувствовала, как щёки заливает румянец, но тут же нашлась с ответом: — Или просто тебе нравится эта коробочка. — Нет. — он покачал головой, не отрывая взгляда от меня. — Мне нравится то, что рядом со мной. Моё сердце пропустило удар, но я поспешила перевести тему. — Давай уже купим её и пойдём дальше. Иначе мы так до вечера тут проторчим. В «Сладком королевстве» пахло шоколадом, карамелью и ванилью. Джордж сразу направился к прилавку, где красовалась вывеска «Новые вкусы». — Вот они. — он указал на коробку с изображением лягушки, обёрнутой мятным листом. — Попробуем? Мы взяли по шоколадке и вышли на улицу. Я развернула свою лягушку и осторожно откусила кусочек. Вкус оказался неожиданно гармоничным — нежный шоколад переплетался с освежающей мятной ноткой. — Неплохо.— признала я, облизнув губы. — Даже очень неплохо. — Я знал, что тебе понравится. — он довольно улыбнулся. — А теперь куда? Может, в «Три мётлы»? Там сейчас наверняка тепло и уютно. Я кивнула. Мысль о кружке горячего сливочного пива казалась невероятно заманчивой. Но всё же напоследок захватила своих любимых леденцов с мятой. Внутри было действительно тепло и шумно. Мы нашли свободный столик у окна, и вскоре перед нами появились две кружки с пенящимся напитком. — За что будем пить? — спросил Джордж, поднимая свою кружку. — За сегодняшний день. — предложила я. — За то, чтобы он запомнился. Мы чокнулись кружками, и я сделала первый глоток. Тепло разлилось по телу, а в голове стало приятно легко. — Знаешь — начал Джордж, глядя на меня через край кружки, — я рад, что ты осталась в Хогвартсе на Рождество. Иначе я бы пропустил всё это. — Всё что? — я слегка наклонила голову, пытаясь поймать его взгляд. — Всё вот это — он обвёл рукой пространство между нами. — Эти разговоры, смех, прогулки… Просто быть рядом с тобой. Я не нашлась с ответом, чувствуя, как внутри разливается тепло — не только от напитка, но и от его слов. — А ты? — наконец спросила я. — Почему ты не поехал домой? Он пожал плечами: — Семья, конечно, скучает, но… — он замолчал на секунду, подбирая слова. — Я подумал, что здесь тоже есть люди, с которыми мне хочется провести время. Его взгляд был настолько искренним, что у меня перехватило дыхание. Я опустила глаза, делая ещё глоток пива, чтобы скрыть смущение. — Кстати — он вдруг оживился, — у меня есть идея. Давай завтра сходим на каток? Говорят, уже достаточно залили его, можно попробовать покататься. — Кататься на коньках? — я удивлённо подняла брови. — Ты умеешь? — Конечно! — он гордо выпрямился. — Я даже могу научить тебя, если захочешь. — Ну уж нет. — рассмеялась я. — Я лучше сама научусь. А ты будешь страховать. — Как скажешь. — он поднял руки в знак согласия. — Но если упадёшь, я всё равно тебя поймаю. Я хотела было возразить, но он уже снова улыбался своей обезоруживающей улыбкой, и я просто кивнула: — Хорошо. Тогда завтра на озере.

***

Насладившись напитком и атмосферой, мы всё же решили заглянуть в один из тихих магазинчиков — мне нужно было найти редкие ингредиенты для зельеварения. — И зачем тебе сюда? — настороженно спросил Джордж, оглядывая полутёмный интерьер лавки. — Стремновато как‑то… — Подожди пару минут, и вернёмся к прогулке. — успокоила я его. Я зашла внутрь и чуть сжалась от неуюта — в помещении пахло чем‑то острым и пряным, а полки были уставлены странными сосудами и коробками. — Э‑э, здравствуйте? — неуверенно произнесла я, оглядываясь по сторонам. Из‑за прилавка появился невысокий мужчина с проницательным взглядом. — Чем могу помочь? — Мне нужны сушёные корни мандрагоры , экстракт лунного цветка и если есть,то жабросли— выпалила я, стараясь звучать уверенно. Он кивнул, скрылся в глубине магазина и вскоре вернулся с тремя небольшими мешочками: — Вот, возьмите. Будьте осторожны с мандрагорой — даже в сушёном виде она может издавать звуки. Я поблагодарила его, расплатилась и вышла к Джорджу. Он с любопытством взглянул на мешочки: — Ну что, теперь можем вернуться к нашей прогулке? — Конечно. — улыбнулась я. — Куда хочешь пойти теперь? — Может, прогуляемся вдоль реки? — предложил он. — Там сейчас особенно красиво — снег на ветках и лёд, сверкающий на солнце. — Отличная идея. — согласилась я.

***

Когда мы вышли из хогсмида,солнце уже клонилось к закату, окрашивая снег в золотисто‑розовые тона. Дорога обратно в замок казалась короче, чем путь сюда. Мы шли медленно, наслаждаясь последними лучами зимнего солнца и тишиной, нарушаемой лишь нашими шагами. — Спасибо за сегодня. — тихо сказала я, когда мы подошли к воротам Хогвартса. — Это тебе спасибо. — ответил Джордж, останавливаясь и глядя мне в глаза. — Ты сделала этот день особенным. Он наклонился и снова коснулся губами губ, а затем отстранился, улыбаясь: — Увидимся завтра. Не опаздывай! — Постараюсь. — я улыбнулась в ответ. — До завтра. И пока он шагал к входу в замок, я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как в груди разливается странное, тёплое чувство — чувство, которое я давно пыталась игнорировать, но теперь понимала: оно никуда не исчезнет. Медленно развернувшись, я направилась к башне, где располагались комнаты студентов. Каждый шаг отдавался в голове тихим эхом — словно эхо тех слов, что прозвучали сегодня. «Ты сделала этот день особенным». Эти простые, но такие искренние слова крутились в мыслях, не желая уходить. Поднимаясь по лестнице, я невольно улыбалась. Вспоминала, как Джордж с восторгом разглядывал «настраивающиеся шутихи», как его глаза загорались, когда он говорил о новых изобретениях. А потом — тот момент в «Трёх мётлах», когда он посмотрел на меня так, будто вокруг не было никого больше. В комнате было тихо. Я сняла куртку, аккуратно повесила её на спинку стула, а потом опустилась на кровать, всё ещё держа в руках мешочки с ингредиентами для зелий. Но сейчас они казались чем‑то второстепенным. Главное — то странное, тёплое чувство, которое я так долго старалась не замечать. -- Оно никуда не исчезнет — повторила я про себя. И впервые за долгое время не стала спорить с этой мыслью. За окном уже сгущались сумерки, а в воздухе кружились первые снежинки — такие же лёгкие и непредсказуемые, как мои мысли. Завтра — каток. Завтра — новый день. И, возможно, новый шаг. Я легла в постель, но сон не шёл. Вместо него — образы: Джордж, улыбающийся, с искорками смеха в глазах; его рука, крепко держащая мою; тот короткий, но такой тёплый поцелуй у ворот замка. И где‑то в глубине души я наконец позволила себе признать: «Я рада, что осталась».