Здравствуй, Глубина

      Несмотря на то, что я плыла к людям, поводов для улыбки было мало.       Во-первых, то, что мне рассказала Безымянная пусть и было безумно увлекательно, но порождало новые вопросы, ответы на которые я, скорей всего, никогда не узнаю.       Во-вторых, Шнелльбот, Искра и Пуля. До этого момента это было не так важно, но сейчас меня всё больше беспокоило то, что с ними будет, когда я наконец доберусь до береговых. Примут их? Заберут на опыты? Или вообще убьют, посчитав слишком опасными? И что мне делать с ними? Передать властям, наказав «слушаться береговых как своего флагмана», или всюду таскать их с собой? Где? По суше? Ладно ещё Шнелльбот, а остальные?! Может, им будет лучше в каком-нибудь исследовательском центре? Будут кормить, охранять, проводить тесты свои… Главное чтобы меня туда же не упекли.       Да и, кстати, в-третьих, а как отреагируют на меня саму, и моё внезапное возвращение? Знают ли люди о том, что глубинные куда разумнее обычных монстров? А как дать им понять, что я не враждебна? Никакой белой тряпки даже нет…       В-четвёртых, путь неблизкий. И шансы что нам будут попадаться только глубинные Ниссин куда меньше, чем кажется.       Собственно поводы для радости тоже были.       Во первых, я плыву к людям. Нет, не так.       Я ПЛЫВУ К ЛЮДЯМ!       Во вторых, вопрос с едой на какое-то время снят с повестки нашего глубинного дня. После того боя было много погибших глубинных, и мы… Ну, вы поняли. С глубинными жить — по-глубинному питаться.       Кстати, по поводу глубинных…       Думаю, после всего, что я узнала, им бы подошло что-то вроде безднявцев. Хотя нет, звучит не очень. Бездунь? Как там по английски… абисс или типа того? Значит, абиссалы. Звучит куда лучше, да.       Путь на северо-восток, благодаря разрешению прохода от Безымянной, проходил достаточно спокойно. Нет, случались, конечно, стычки с дикими, но в основном стаи Ниссин нас спокойно пропускали, стоило мне доказать что я имею право тут плавать. Повезло наткнуться на тех, кто хоть немного держит слово. В мире монстров это, увы, редкость.       В какой-то момент на пути попался остров. За всё время, что я провела в океане, я, кажется, ни разу не натыкалась на острова, а потому проверить первую увиденную мною сушу стало навязчивой идеей. Если остров и был обитаем, то сейчас вряд ли. Я сомневалась, что кто-то мог так долго прожить в окружении абиссалов.       О своих планах я поделилась с остатками стаи. Те, ожидаемо, против не были.       Уже приближаясь к острову, и видя разрушенные строения и последствия цунами, вызванными взрывом Истока, мои надежды найти тут кого-то были минимальны. И всё же, ненадолго я бы хотела тут остановиться.       — Так, Пуля, Исток, вы подождёте нас в воде, и если что трубите тревогу. Шнелльбот, не хочешь посмотреть?       — Да… Флагман, — произнесла Шнелльбот.       Она была спокойна, но её аура выдавала любопытство.       — Отлично.       Ожидаемо, никто нас не встречал, и подплыв к пляжу я впервые за, наверное, месяцы почувствовала ногами песок, ощущая, как глаза становятся влажными. Как же я скучала…       Сделав шаг по песку я чуть не упала. Ноги, привыкшие к скольжению по воде, казалось, почти забыли как ходить. Делать первые шаги было не просто, и мне казалось, что я чувствовала хруст костяшек.       С Шнелльбот, впрочем, было ещё хуже. Для неё это был первый выход на берег, и не удивительно что она сразу же свалилась на мокрый песок. Пришлось помочь подняться.       — Флагман… может… обратно? — спросила меня мелкая, оглядываясь по сторонам, и чувствуя себя рыбой выкинутой на сушу.       Что, на самом деле, было не далеко от истины.       — Всё хорошо, давай, делай как я. Как говорил мой знакомый: широкую на широкую, и вперёд, к мировому рекорду.       — Какому… рекорду?.. Это вкусно? — спросила она, переставляя ноги, и привыкая ходить по суше под моим чутким контролем.       Мне как-то не хотелось морскому монстру объяснять, что тот парень был каким-то чудаком, ставящим спидраны в игрульках. Я в этом не особо разбиралась, но слышала как он с другими одногруппниками часто перекидывались подобными фразочками.       — Он бе… плавал с другими. Типа конкурса, кто быстрее проплывёт дистанцию.       На удивление, достаточно быстро Шнелльбот научилась ходить по твёрдой земле. Мы решили осмотреть остатки города. Всюду была разруха, воронки от взрывов, автомобили, мусор, и намёки на то, что когда-то здесь буйствовала жизнь.       Идя по улице, я заметила рядом с одним из зданий выцветший баннер какой-то фирмы. На голубом фоне был изображён белый силуэт девушки, стоящей на воде, на голове которой парила корона. Сбоку красовалась надпись на английском «Си Принцесс», а внизу слоган «На страже природы».       «Иронично», — подумала я, раздумывая, что что-то мне это напоминает.       Шнелльбот, в это время жевала остатки какой-то легковушки. Я была, в принципе, готова к такому исходу. И скажу откровенно — сама подумывала что-нибудь погрызть. Плыть ещё долго, и лишний перекус нам не повредит. Надо бы ещё набрать чего примитивам…       Из размышлений меня вывело ощущение, что я почувствовала чью-то незнакомую ауру. Словно прошедший по коже тёплый ветерок. От которого по телу пошли мурашки.       «Так, я не трус, но я боюсь», — вспомнились мне чьи-то слова.       Я начала мотать голову в разные стороны, пытаясь увидеть кого-то. Моё беспокойство почувствовала и Шнелльбот, прекратив жевать алюминий.       Проклятье, а у меня из оружия только торпеды, которые на суше бесполезны, как и у моей «напарницы». Ну что за гадство!       «Флагман… Я чувствую береговых», — услышала я по мыслесвязи голос Шнелльбот.       На этом острове… кто-то выжил?!

***

      Игорь сидел на корточках у несчастного генератора и тихо матерился.       — Да что опять с тобой, лять?!       Остальные выжившие сейчас копошились по всему острову, каждый выполняя свои задачи — проверяли плоды манго и папайи, следили за водой и искали в руинах домов то, что могло быть ценным (что, на его взгляд, было уже гиблым делом). Исключением были те, кто отдыхали в их «убежище», готовясь заступить в ночное дежурство, да парочка родителей, которым нужно было следить за детьми.       Классическая рутина постапокалиптического мира.       Постапокалипсис. Когда-то оно твёрдо ассоциировалось у Игоря с чем-то вроде фильма «Я легенда» с Уиллом Смитом в главной роли. Разрушенные города, полчища опасных мутантов, и ты, со скромными пожитками и верной собакой, ищущий способ выжить. Теперь же постапокалипсис стал реальностью, разве что вместо упырей, нападающих по ночам они имеют дело с какими-то подводными упырями, нападающих в любое время суток.       Незадачливый «выживальщик» отвлёкся от генератора и посмотрел на чистое голубое небо, вспоминая как всё началось.       Сам он был менеджером в одной крупной нефтегазовой компании. Работа была непыльной, зарплата приличной. И вполне хватающей для регулярных поездок за границу. Не сказать, что Игорь был каким-то откровенным «богачом», но в его среде подобное было банальным символом статуса, важным в том числе для поддержания имиджа. Собственно, тут, на мальдивском острове Фувамула, он оказался во время очередного отпуска, что планировал посвятить дайвингу, которым и славился остров, и провести время со своей девушкой. Ещё не женой, но это пока.       А затем, в один из дней, начался настоящий ад. Ему и Анне повезло — именно в тот день они не пошли на пляж, и только это спасло их жизни. Он слышал стрельбу, взрывы, крики людей. Сверху им на головы сбрасывали бомбы какие-то дроны. За считанные минуты туристический остров оказался зоной боевых действий.       Хотя, на его взгляд, это больше походило на откровенный геноцид мирного населения. Не было ни предупреждений, ни требований — ничего. Их просто убивали, глубоко наплевав на любые конвенции и банальный гуманизм. Это потом уже Игорю удалось поглядеть на этих тварей издалека и понять, что их убивали не люди.       Первые три дня этого хаоса были чудовищными, и до сих пор преследуют в кошмарах многих выживших. Им приходилось прятаться от обстрелов и падающих бомб, а когда всё прекратилось, их ожидали не менее жуткие первые недели адаптации. Из нескольких тысяч жителей острова уцелела хорошо бы сотня. Точнее, в начале было больше, да только эти мрази иногда продолжали по ним стрелять, и это не считая больных, калек, раненых, умерших позже. Женщины, старики, дети, животные…       От промелькнувших воспоминаний Игоря невольно поёжило. Повезло, что в глубине острова есть озеро с пресной водой, а на самом острове растёт манго. Не сказать, что многое уцелело, но и это чудо.       Связь с другими островами скверная, эфир постоянно чем-то глушится, а почти всё, что имеет связь со спутниками, не пережило хаос первых недель.       Наконец, выживший вернулся к починке генератора. Не то чтобы им часто пользовались — морских упырей генератор сильно привлекает (не говоря о том, что топлива для него осталось пара капель), поэтому включают его редко, ненадолго, и только если вблизи острова не проплывают морские твари. Но всё же иметь рабочий генератор было нужно.       В который раз проверяя масло и молясь Богу-машине, чтобы проблема была не в карбюраторе, краем глаза Игорь заметил движение.       Маленькая фигурка, ростом с его ладонь, одетая в рабочую форму механика и смотрящая на него. Что бы это ни было, оно выглядело как пластиковая фигурка, словно стилизованная. Кажется, такое любят в Азии. Может, кто-то оставил? Хотя, он бы заметил…       Фигурка зашевелилась, положив руки на бока, и поменяв выражение лица на недовольное. Это было настолько неожиданно, что Игорь дёрнулся назад, чуть не швырнув инструментом в генератор.       — Твою мать! — сказал он, упав на пол.       «Фигурка» в ответ нахмурилась ещё сильнее, и спрыгнув вниз начала показывать на свечу зажигания, активно жестикулируя ручками.       — Ты… — начал уж было говорить горе-выживальщик, но непонятное нечто лишь топнуло миниатюрной ножкой, и продолжило тыкать в несчастную деталь двигателя.       — Так, я не… Хорошо, просто глюки, недосып, стресс… — начал бубнить Игорь себе под нос, потряхивая головой чтобы сбросить наваждение.       Но сущность, вместо того, чтобы пропа́сть, продолжала настойчиво что-то от него требовать, тыча в свечу и сверля его взглядом.       Слегка дрожащими руками он всё же проверил свечу, опасливо озираясь на непонятную штуку рядом, и, присмотревшись, понял, что свеча и правда загрязнена. Но он же вроде проверял её! Не заметил? Проклятье!       К счастью, рядом уже была запасная свеча — именно на такой случай, найденная в городе во время одной из вылазок выживших. Пара минут под пристальным взглядом ожившей фигурки, и двигатель завёлся!       Игорь выдохнул, и уже повернулся к фигурке, чтобы поблагодарить названного помощника, но никого рядом не оказалось.       — Точно двинулся головой… — сказал он в пустоту, выключая генератор, чтобы попусту не тратить драгоценное топливо и не привлекать внимание морских упырей.       Сзади послышались шаги, и знакомый голос на немного ломанном английском:       — С кем разговариваешь?       Это был Хасан. Местный пожилой рыбак, потерявший, жену когда начался весь этот хаос. Игорь его искренне уважал — мужик он был умный, рукастый, и хорошо разбирающийся в вопросах выживания. Без его организации они бы тут давно скатились в дикарство.       — С генератором говорил, чтобы больше не ломался, — ответил Игорь на том же неидеальном английском, убирая инструменты.       Хасан шутку понял, но не оценил:       — Побойся Аллаха и постарайся не сходить с ума. Даже в шутку.       Он подошёл к генератору, и осмотрел бракованную свечу.       — Как там наши французы? Роза и Рафаэль? — спросил Игорь между делом.       — Эти как раз сошли с ума окончательно. Сейчас опять сидят на аэродроме с радиостанцией и как обычно говорят с нашими соседями. Всё надеются, что спасатели вот-вот приплывут и вытащат… Жаль их.       То, что помощь можно не ждать, большая часть выживших уже приняла за факт, хотя это и наталкивало на не лучшие мысли. Что за упыри поселились в море? И где американцы, европейцы, да даже Россия? Ладно Мальдивы, Игорь не интересовался, но сомневался, что местные ВМС могли выстоять против тех тварей. Но остальные то? Может, их слишком много? Может, они бессмертные? Что вообще происходит на большой земле?       Вопросов было много, ответов мало. Соседние острова, когда с ними удавалось связаться, и сами многого не знают. Поговаривают только, на одном из островов есть прям полноценно работающая спутниковая связь, но тем сказали прямо: ближайшее время не надейтесь на помощь, и пока постарайтесь продержаться сами хотя бы месяц.       Прошло, на минутку, значительно больше. Сейчас на каждом острове свой мини-мир. Сеансы связи происходят всё реже, и чаще всего это предупреждения о проплывающих стаях морских монстров. Где-то пробовали, конечно, отправлять лодки к ближайшим островам, но вроде как шансы выжить на воде слишком мизерные. Хотя кто-то доплывал, поговаривают…       В любом случае, им особого смысла менять остров не было. Этот был достаточно крупным, по меркам Мальдив, была какая-то еда, укрытия. В сравнении с некоторыми другими островами — им крайне повезло. Были мысли пытаться на лодках поплавать между островами и так подобраться ближе к континенту, но Хасан тогда гениальные планы выживших разбил в пух и прах, когда, помимо банального шанса нарваться в воде на тварей, чуть более понятно обрисовал расстояния и шансы доплыть до Евразии.       Иными словами, остров Фувамула стал для них на какое-то время домом и тюрьмой. Одновременно.       — Пусть хоть так. Слушать радио и вовремя предупреждать о плывущих к нам монстрах полезно. Намного полезней, чем когда они закатывают истерику.       На это Хасан ничего не ответил, лишь поблагодарил за помощь с генератором и отпустил проведать Анну. Но судя по его виду, старик полностью согласен с ним.       Хотя Игорь был не бедным менеджером, а весьма уважаемым в своих кругах человеком, по своей сути он оставался парнем достаточно простым. Родившись в бедной сельской семье, он с раннего возраста приручал себя работать руками. Учился он неплохо, невзирая на не лучший характер, имел инженерное образование, а в свою сферу ушёл по рекомендации одного старого знакомого. Потому, от работы руками Игорь никогда не отказывался, понты не показывал, и как Хасан, в меру сил, старался поддерживать порядок. За это рыбак его и ценил.       В лагере стоял запах жареной рыбы, которую готовила Мина — тайка, весьма умелый повар. Вроде бы она сюда переехала пару лет назад, устроившись в ныне разрушенную кафешку.       Поодаль сидела Лана, ланкийка (то есть родом с Шри-Ланки) и вместе с детьми что-то плела. Её муж Бен, накинув на себя сумку, как раз покидал укрытие, и отправлялся на наблюдательную точку — следить за океаном. Увидев Игоря, Бен остановился.       — Ну как там наша Сюзанна? Слышал, что проснулась, — улыбаясь спросил он, словно они тут отдыхают, а не выживают.       — Если пациент хочет жить, то врачи бессильны, — спокойно ответил выживальщик в ответ, встретив непонимание в глазах американца. Потому, вздохнув, Игорю пришлось уточнить: — Со свечой были проблемы. Как поменял, так всё и заработало.       — А, правда?! Я вроде проверял, всё было нормально… Ну, хорошо! Вот мы вновь поднялись из пещерных людей, в категорию людей попавших в небольшую беду!.. Ладно, я пойду, а то Майкл с меня опять кожу сдерёт, если не подменю его вовремя.       — Удачи там, — сказал ему в дорогу менеджер, на что Бен лишь показал знак большим пальцем, удаляясь от лагеря.       Поздоровавшись со всеми, Игорь зашёл в палатку, где лежала Анна. Ей было всё так же плохо, тело красное, а рядом лежали некоторые найденые таблетки, которые ей отдал единственный выживший врач на острове.       Анна, завидев своего мужа, напряглась.       — Ты что, дурак? Заразиться пришёл?       — Я за тебя в первую очередь переживаю. Может, принести чего?       — Спасибо, котик, но не стоит. Ай, опять вступило… Ай-ай-ай… — Она взялась за сердце, и Игорь, не теряя времени, метнулся из палатки к врачу.       «Это какой уже приступ за день!» — подумал он, выбегая.       Это началось буквально пару дней назад. Всё было хорошо, никаких проблем, и раз — высокая температура, боли. И ведь даже скорую не вызовешь! Единственная больница на острове сейчас в руинах. Хорошо хоть, среди выживших оказался врач… Хотя — как врач… Учащийся на врача, но в тех условиях, в каких были они, это было хоть что-то.       Единственное, что Игорю СИЛЬНО не нравилось — это то, что этот Райан никак не мог разобраться с диагнозом. Понятное дело, что врач он был неопытный, но вроде как мальдивец. Если тут есть какая-нибудь местная зараза, да ещё и такая неприятная, должен же знать! Были ещё мысли, что это последствия гниения мёртвых тел на острове. Увы, всех похоронить они всё ещё не успели, да и тяжело это, когда в любой момент по острову может вновь прилететь с моря…       Очень хотелось позлиться, поискать виноватых… Да хоть врача-недоучку этого! Но выживальщик прекрасно понимал, что это ничем сейчас его будущей жене не поможет. Ещё и эти глюки, когда он чинил генератор… От нервов это, определённо!       В конечном итоге состояние Анны стабилизировалось, но с глазу на глаз Райан откровенно признался — он не знал, переживёт ли эту болезнь Анна, и клялся, что сделает всё, чтобы поставить её на ноги.       Делать всё равно было нечего. Никакие спасатели за ней не прилетят (он пробовал, и даже находил способ передать информацию по спутниковой связи… Но, очевидно, на помощь никто не поспешил), море вокруг кишит людоедскими тварями (не будь их, он бы просто сам поплыл с ней на лодке к врачам, или починил бы самолёт на аэродроме), никто, кроме этого, парня среди них не имеет врачебных навыков (на других ближайших, впрочем, врачей в принципе нет), а на самом острове даже больницы нет уцелевшей. Только разрушенный город с аэродромом, они, их лагерь, пруд, лесополоса, и тысячи мёртвых тел.       Это явно не были благоприятные условия для лечения. Прямо сейчас менеджер больше всего жалел, что в принципе решился на эту поездку. Нахрен эти острова, нахрен эту заграницу! Жаль только, вся эта злость в пустоту. Прошлое не изменить.       Может, и правда починить ту развалюху с аэродрома и махнуть через океан? Вдруг это единственный способ?!       Уснуть не удавалось. В палатку Анна не пускала, боясь заразить своего возлюбленного, а сам Игорь ни в какую не хотел от неё уходить, боясь, что ей станет хуже. Даже спать, невзирая на небольшую перепалку с Хасаном, ему не хотелось. Но третью ночь без нормального сна его организм, видимо, не выдержал, и менеджер отрубился у палатки, заснув прямо на траве.       Он открыл глаза от света люминесцентного света, и увидел свой офис. Знакомое удобное кресло, дорогой стол, лежащие на нём ровной стопкой бумаги проектов новых контрактов. Фотография Анны в рамке, стоящая справа от него. Казалось, его нос улавливал даже запах кофе, с которым он любил тут работать за ноутбуком. Но очень быстро стали видны отличия. Вместо стены с шкафами и питерским видом их «лахты», находилось огромное панорамное окно с видом бескрайнего океана, в котором бушевал шторм. Сама целесообразность такого окна должна была вызвать у менеджера вопросы, но почему-то он принял «обновку» помещения за данность.       Он попытался подняться, но услышал короткий стук в дверь.       — Войдите, — ответил он, опускаясь обратно в кресло.       Дверь открылась, и из неё в кабинет молча зашёл человек, чьё лицо менеджер не мог различить. Оно было, но каждый раз при попытке сфокусироваться на нём зрение словно размывалось. Но Игорь отметил, что этот кто-то зашёл явно в военной форме морского офицера. Подойдя ближе, он положил на стол распечатку какого-то приказа, и принялся ждать.       Пододвинув бумагу ближе и вчитываясь в текст, он понял, что это приказ о переводе военного корабля, название которого расплывалось перед глазами, на вверенную ему военную базу. Там же стояла рекомендация о модификации дока с целью маскировки от противника.       — Эм, хорошо… Только мы что, теперь ещё и военными базами занимаемся?       Игорь проснулся от резкого толчка в плечо и встревоженного женского голоса прямо над ухом.       — Ты совсем спятил, И́гор?! — спросила нависшая над ним Лана.       В её глазах металась паника, скрываемая агрессией. Его имя за всё это время она по-прежнему произносит не совсем верно, не выговаривая мягкий знак. Ему, впрочем, было всё равно.       — Что случилось? — не проснувшись до конца спросил менеджер.       Нет, спать на траве — это, конечно, странно, он всё понимал, но чего она так взъелась на него с утра пораньше?       Вообще, всё тело болело, спину ломило. Чувствовал себя он паршиво. Если она будет клевать мозг тем, что он не может не беспокоиться о своей девушке — точно пошлёт в известное направление.       — Ещё спрашиваешь?! Ты чем занимался всю ночь?       Менеджер по прежнему не мог понять что происходит и причём тут он.       — …Ну, спал.       На это Лана лишь подняла глаза, смотря куда-то за спину Игорю, где должна была быть палатка Анны…       Игорь вскочил и обернулся, и потерял дар речи.       Палатки не было.       Вместо неё стояло небольшое, не выше роста обычного человека, самодельное строение, собранное из кусков бетона, досок, каких-то тряпок. Крыша прикрыта листами жести. Эдакий «самострой», построенный не пойми кем и не пойми для чего.       Под недовольство Ланы менеджер зашёл внутрь, и чуть успокоился, увидев лежащую на расстеленной палаточной ткани мирно спящую Анну. Будить её парень не стал, тихо спросив у Ланы:       — А кто…       Но спросить он не успел, сразу получив ответ:       — Не я же с Беном! — тоже тихо, но крайне недовольно сказала она. — Он, кстати, вчера возвращаясь с дежурства видел как ты чудил. Ходил, таскал сюда всё, строил один. На него внимание не обратил, даже когда он окликнул тебя. Потом Бен меня позвал с Миной. Сначала никто и не понял, чем ты тут занимаешься, а как дошло — муж мой попытался тебе помочь, а ты его не подпускал, как ребёнок малый. Он потом даже не знал — обидеться на тебя или посмеяться.       Сначала выживальщику показалось, что она шутит. Но судя по её виду — нет. Осмотрев руки, на которых прибавилось мазолей, и результат «начинающего строителя», Игорю стало как-то не по себе. Теперь к галлюцинациям прибавился лунатизм.       — Я ничего не строил… Вроде.       Лана в ответ покачала головой, и ушла, сделав свои выводы.       С этого дня Анна погрузилась в кому. Она всё ещё дышала, но никак не реагировала на внешние раздражители. Райан пытался что-то сделать, мягко подготавливая Игоря к худшему. Тут, на руинах острова, её шансы были минимальны. И всё же, менеджер не терял надежду, и с молчаливого согласия Хасана проводил всё время с возлюбленной, не теряя надежды на то, что она очнётся.       И чудо произошло.       Спустя пару дней Анна заёрзала. Её сознание рисовало жуткие картины: налёты фрицев, взрывы, как она умирает…       И в этот момент на неё нахлынул ворох новых чувств. Она услышала чей-то мужской голос рядом:       — Анна! Ты жива! — гласил он.       «Кто такая Анна?» — подумал приходящий в себя эсминец Беспощадный.       Она открыла глаза, увидев тряпки, служащие своеобразной крышей. Оглядевшись вокруг, стало ясно, что она в какой-то примитивной постройке, собранной из подручных материалов. Рядом с ней сидел незнакомый мужчина, и обеспокоенно смотрел на неё, после чего обнял, сказав:       — Я знал, что ты у меня сильная, и выживешь… — говорил он, пока она пыталась понять происходящее.       Она и её экипаж точно погибли — это факт. Где она? Кто он? Что происходит? Что в вторжением фрицев? И, погодите-ка, как он умудрился обнять эсминец шириной десять метров?       Пока он обнимал её, она посмотрела на свои руки, и её глаза широко раскрылись, а «рубка» напряглась. Это были женские руки.       «Что за чертовщина?!» — подумала она.       Вопросов было слишком много, и она не знала, находится ли в безопасности. Ей нужно было разобраться во всём, не сильно выдав себя. Похоже, этот человек воспринимает её как кого-то близкого. Значит, доверяет. И этим нужно воспользоваться.       — Д-да, жива… — хрипловатый голос впервые за её жизнь произнёс человеческие слова.       Разговаривать было странно, но, как ни странно, достаточно просто. Возможно, помогла память экипажа или инстинкты тела?       Наконец незнакомец отстранился. Он определённо был всё так же обеспокоен. Странно. Она его не знает, журнал экипажа, и вся её память молчала, но что-то говорило, что он ей был знаком. Кажется, люди называют это чувство как дежавю.       — Где мы? В… голове туман… — она старалась не выдавать себя, но её голос прозвучал излишне отстранённо, что Игорь заметил, но значения не придал.       — Мы на Мальдивах, на острове Фувамула. Мы приехали с тобой отдохнуть сюда, поплавать, а потом эти упыри появились… Мы тут застряли, тебе плохо стало, и ты пролежала без сознания целых два дня!.. Ты… Ты ведь помнишь, кто я, Анна?       Кажется, для него это действительно важно. Но она определённо не та, о ком он думает. Ни один здоровый человек не будет так разговаривать с эсминцем.       Тут её осенило. Можно было притвориться человеком с амнезией. Это сняло бы с неё подозрения, и дало бы возможность спокойно задавать вопросы:       — Прости, но… Я ничего не помню, — сказала Беспощадный, стараясь своим видом вызвать жалость.       Она надеялась, что это сработает.       Судя по лицу незнакомца, он был подавлен:       — Анна, это же я, Игорь, твой парень. Помнишь, как мы познакомились в Питере в «Зимнем дворце»? Или как мы…       — П-прости, но я правда не помню.       Значит, Мальдивы, остров Фувамула. Само название острова ей ничего не говорило, хотя о Мальдивах она знает, а потому примерное своё местоположение теперь ей было известно. Судя по всему, они тут застряли. Вдвоём? Или есть другие? Стоит тоже выяснить. Ещё и эти «упыри»…       — Скажи, Игорь, что за упыри, из-за которых мы тут?       Игорь ответил не сразу, будто обдумывая ответ, либо не сразу поняв вопрос.       — Да хер его знает. Мы с тобой просто отдыхали, потом появились эти… из океана. Начали стрелять по острову, убивать всех. Мы тогда спрятались в подвале отеля, пока они играли в тир. Ещё и жрали людей, поговаривают… Сам я их только издалека видел. Думали… ну, мы с тобой… что, может, американцы или ещё кто роботов натравил. Не знаю, честно. Они будто из фильмов всяких про апокалипсис выползли. Может, так и есть.       Информации это особо не дало, пусть и прибавило пищи к размышлению. Мужчина попытался сблизиться с Беспощадным, но она аккуратно отстранилась.       Нужно раздобыть информацию, выяснить… Погодите, она же не спросила!       — Ясно… Игорь, эм, а какой сегодня месяц, год? Я, кажется, даже это забыла.       — Бедненькая, надеюсь, всё вернётся. Сейчас две тысячи…       «Я попала в будущее?!» — подумала новая канмусу, услышав дату.       В мыслях Беспощадного стоял ураган. С точки зрения материализма она не могла объяснить происходящее. И если попадание в будущее ещё имело хрупкие объяснения, то вопрос того, как она оказалась в человеческом теле, что за «упыри», как сказал этот Игорь… Многое из этого не поддавалось логике. Да даже её прошлое как корабля! Наука отрицает такое. Души — термин сугубо идеалистический. Корабли — это техника, управляемая человеческим экипажем. Да, существуют суеверия, традиций…       Но ведь её память всё это помнит! Как?! Может, она и правда эта Анна, с головой которой что-то произошло? Это бредни? Шизофрения? Но воспоминания слишком яркие и чёткие…       Игорь уловил, как его возлюбленная уставилась в одну точку, явно сильно погрузившись в свои мысли.       — Аня, зай, полежи немного. Я схожу за едой, и заодно попрошу Райана тебя осмотреть. Всё будет хорошо, ты меня поняла?       Он обхватил её руку, и посмотрел в её красивые глаза. Эсминец отвлёкшись от своих дум, посмотрела на него, и натянуто улыбнулась.       Она во всём разберётся, обязательно. Но пока этому человеку, даже если он правда близок Анне, лучше не знать о том, кто она на самом деле.       Прошла неделя. За это время Игорь окончательно убедился, что его проблемы с головой прогрессируют: фигурки появлялись всё чаще, иногда помогая, иногда просто бегая где-то на фоне. И нет, они не таскали вещи, никак строили. Во всяком случае, менеджер ни разу не смог этого заметить. Зато он за последнее время по ночам стал бесплатно подрабатывать строителем. Каждое утро он просыпался возле очередного «самостроя» или починенной техники. Отношения с Анной, по его мнению, стали холодными. Девушка, конечно, не избегала его, но вела себя отстранённо, как-то странно, многое спрашивала, особенно о прошлом страны и мира, как будто сейчас это имело хоть какое-то значение.       В остальном же жизнь выживших шла своим чередом. За неделю только один раз к острову подплыли монстры, похожие на гуманоидов. Точнее, две стаи монстров, которые стреляли друг в друга. Когда одна из стай победила, то просто съела врага, порыскала в поисках еды рядом с берегом, и, не найдя ничего, уплыла по каким-то своим делам. Раньше они появлялись гораздо чаще, так что этот факт был хорошим знаком.       Из плохого — соседний остров перестал выходить на связь совсем. Может, их нашли упыри, может, выжившие сломали радиостанцию или повздорили между собой. Так или иначе, оставалось надеется, что это временно…       Так же за эту неделю Анна, она же эсминец Беспощадный, узнала много нового. Союз развалили, причём те, кто должен был защищать до последнего. Страна скатилась в то, против чего всегда была, ещё и распавшись на множество более малых государств. Так ещё и вторжение… чего-то. Она уже успела посмотреть на этих упырей издалека, убедив этого дилетанта Райана, что она пошла на поправку. Спасибо острому зрению (впрочем, её сила также была куда больше обычной, отчего приходилось контролировать себя), даже с такого расстояния она смогла рассмотреть достаточно. Они были похожи на бледных людей, на телах которых росло что-то тёмное и твёрдое. У некоторых были хвосты, оружие, растущее прямо из частей тела. Среди них плавали подобия рыб-мутантов под стать.       Ничего похожего она никогда не видела. Связаны ли они с её перемещением в будущее? Ответ, увы, пока не приходил. Помимо монстров, она иногда замечала бегающие фигуры людей. Но, похоже, кроме неё, никто их не видел. По крайне мере, тот американец после одного случая смотрит на неё с подозрением, как и весь остальной лагерь.       В некотором роде она была даже солидарна, поскольку и сама была не против отправить себя в психушку на лечение.       Единственный кто был с ней по-прежнему искренен и добр — это тот самый Игорь. Парень, который был близок с этим телом ранее. Он не ощущался человеком военным. Однозначно гражданский. Правда, в лагере она слышала, что последнее время с ним происходило что-то странное. Он часто куда-то уходил, что-то строил. Один из выживших, Майкл, говорил, что видел как ночью Игорь носил здоровые куски бетона, но списывал на то, что парень просто крепкий, хоть по виду так не скажешь.       В один из дней, вечером она наткнулась на него, шастующего по руинам городка, в одном из бывших магазинов. Рядом с ним бегали те самые миниатюрные человечки, направляющие его. Прислонившись к остаткам стены она решила понаблюдать.       — Да понял я, понял! Хватит пинать мою ногу! — ворчал он, разгребая завал, определённо что-то ища.       Отбросив доски, он достал из завалов настоящее мачете, на что фигурки вокруг принялись активно хлопать.       — Богатый у них ассортимент… был.       Одна из фигурок показала на Анну. Раскрыли!       Игорь резко обернулся, удивлённо уставившись на неё.       — Аня? Ты чего тут делаешь? — спросил он.       — У меня такой же вопрос к тебе.       — Так это… Мой черёд ходить в город. Искал чего полезного и вот, целое мачете нашёл. А ты?       — Решила прогуляться. В лагере опять эти французы… Они неплохие люди, но уж больно ворчливые.       Игорь ответ почесал голову, поглядывая на фигурки:       — Что правда, то правда…       — Так ты их видишь? — спросила она, глядя на того же миниатюрного человечка, на которого только что смотрел Игорь.       Сейчас же по его спине пробежал холодок, а взгляд уставился на Анну.       — Т-ты о чём, Ань?       — О этих коротышках рядом с тобой, — ответила она, скрещивая руки.       Игорь посмотрел на фигурки, на Анну, снова на фигурки.       — Погоди, ты их видишь?! — он резко сделал шаг к ней. Учитывая, что делал он это с мачете в руке, Беспощадный напряглась, и на всякий случай прикинула план обороны. Но внешне она старалась быть спокойной:       — Да, вижу.       Мачете выпало у него из рук, и он, воодушевлённо принялся говорить:       — Слава Богу, я всё же не сумасшедший. Я уж думал… Кхм, Аня, слушай, нам надо серьёзно поговорить, и мне кое в чём признаться. Я и так хотел, но не знал как тебе объяснить, и…       Он постарался кратко, но ёмко объяснить те удивительные вещи, которые с ним произошли за последнее время. Беспощадный внимательно слушала его, стараясь понять — этот человек точно не сумасшедший?       С другой стороны, её случай был тоже необъяснимым. А когда он признался в том, что его сила по неведомым причинам увеличилась, она решила, что, возможно, хотя бы ему стоит признаться. У неё не было никаких союзников в этом новом мире, а этот человек… С одной стороны, он доказал преданность этой самой Ане, а их ситуации в чём-то похожи. С другой стороны, как он отреагирует на правду?       Будь что будет.       — Игорь, я… Тоже должна тебе кое в чём признаться. Я не та, за кого ты меня принимаешь. Вернее, это тело принадлежит той самой Ане, но сознание… Моё сознание — это сознание эсминца «Беспощадный». Точнее, эскадренного миноносца проекта семь Черноморского флота СССР. Я погибла в сорок третьем, и моё… — Беспощадный ни в какую не хотела произносить «душа», будучи убеждённым материалистом, — сознание перенеслось в будущее.       Скажи она подобное хотя бы месяц назад, или до вторжения этих тварей — на подобное «откровение» Игорь лишь бы рассмеялся, и попросил бы Анютку придумать розыгрыш поинтереснее. А сейчас, невзирая на фантастичность сказанного, ему было как-то не до смеха. Тем более, это объясняло её холодность. А эсминец- не эсминец… В последнее время столько всего произошло, что поверить можно и в такое.       — И… Поэтому ты?…       — Я умерла, проснулась спустя десятки лет, в человеческом теле, рядом с незнакомцем. Да, прости, я соврала тебе. И нет, я не знаю, где твоя девушка. Быть может, её память никуда не исчезла, и это её помутнение рассудка. А может, моё сознание стёрло её из этого тела. Прости, ответа у меня нет.       Игорь опустился на обломки. Сверху, где когда-то была крыша, на него смотрело безоблачное небо, медленно погружающееся в закат. Он был спокоен, хотя Беспощадный была уверена, что он испытывает сильную боль. Но пусть она, возможно, сгустила краски, но это было лучше, чем дать ему красивую надежду.       — Интересно. Я стал лунатиком, видящим невидимых человечков и строящий дома вместо сна. Ты потеряла память и теперь думаешь что ты корабль. Другие в лагере, как считаешь, тоже изменились?       — Игорь, это серьёзно. Понимаю, что ты… расстроен. Но поверь, я точно не собиралась ничего делать с твоей девушкой, как и в принципе обретать человеческое тело. Моя среда там, — она кивнула в сторону пляжа, — в воде. И обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы вернуть Анну. Но для этого нам нужно во всём разобраться, найти способ это сделать. Надеюсь, ты мне в этом поможешь.       — Конечно помогу, Бе… кхм, эсминец…       — Можешь продолжать звать Анной, не обижусь. Да и стоит сохранять конспирацию…       Игорь озадаченно посмотрел на неё:       — Ты не собираешься посвящать в это остальных?       — Мы не будем никому рассказывать. Пока. Они и так напуганы, и косо смотрят в наши стороны. Вместо того, чтобы втягивать их в это, лучше защитить их, и самостоятельно искать ответы. В идеале, нам стоит добраться до Со… России, в общем. Ты, часом, не знаешь, как связаться с кем-то из флота, когда мы доберёмся туда?       — Я знаком с парой чиновников… Надо было, по работе.       — Ты не рассказывал, кем ты работал?… — поинтересовалась Беспощадный.       Игорь, не предчувствуя опасности, спокойно ответил.       — Ах ты! Буржуй?! Ну конечно, с какой ещё радости простой пролетарий в капиталистической стране позволит себя отдых на тёплых островах! Мерзавец! Может, ты ещё либерал?!       — Ты чего так взъелась вдруг! Никакой я не буржуй, даже близко! Ты как левачка больная завелась. Успокойся, я тебя прошу…       — Нет-нет-нет, ты не понял в чём проблема! И за левачку сейчас получишь! Чего отходишь от меня со своим мачете? Сюда иди! Ты хоть знаешь, за что сражался наш народ в семнадцатом…       А в это время время, пока Игорь и Беспощадный вступили во внезапную полемику, в лагере, вокруг костра, часть выживших обсуждали их.       — Этот русский совсем того! Может, его это… связать? — спросила француженка Роза, занимаясь мойкой фруктов и помощью Лане с готовкой.       — Ну это совсем дикость, Роза. Давайте оставаться людьми…       — Роза права, вдруг этот чокнутый ночью нас всех придушит со своим лунатизмом? А то, как его застукали за общением с пустотой? Он шизофреник! — поддержал свою жену Рафаель. — И вообще, Лана, у вас самой есть дети. Вы за них что, совсем не боитесь? Мало нам чертей в море, ещё и живём вместе с больными на голову…       — Вот! Я же не предлагаю его выгнать на съедение этим… штукам. Но и просто ждать, когда он учудит что-то, не хотелось бы, — продолжала искать союзников Роза.       — Никто никого выгонять не будет, — сказал Хасан, как отрезал. — Нас и так осталось мало, все на нервах, и каждому тяжело. А Игорь… Да, есть странности, но никому хуже от этого не стало. Человек просто переживает стресс, ещё и его девушка потеряла память. Отстаньте от них.       На следующий день, когда паре удалось обсудить… недопонимания, Игорь и Анна (или же, как оказалось, ныне Беспощадный), обсуждали те изменения, что произошли с ними.       — Слушай, Аня, я всё понимаю, но давай не возвращаться к этому вопросу…       — Почему? Что именно ты не понимаешь во фразе «я корабль в теле человека»?       — Я могу ещё согласится на «человек с сознанием корабля»…       — А мои силы? Или твоя Анна умеет таскать такие тяжести? Мне что, поплавать, чтобы ты понял?       — Погоди, стоп, брейк! Я верю, что ты ещё умеешь плавать, и…       Вместо дальнейших препирательств, Анна схватила стальной хваткой руку менеджера и потащила к озеру. По прибытии же она, наконец разжав руку изрядко запыхавшегося парня, сбросила с себя обувь и быстро вступила на озеро. Игорь не мог поверить своим глазам. Его девушка стояла на воде, будто та была не водой вовсе.       — Убедился? Похоже на корабль?       — Как?… Как ты это делаешь?! — шокировано спросил он, наблюдая как Беспощадный скользит ногами по поверхности воды озера.       — В первые дни, когда проверяла границы возможностей этого тела, узнала. Попробуй ты. Может, раз мы оба видим тех существ, то и наши особенности схожи. Ты, конечно, на корабль не похож, но вдруг?       — Ты смеёшься? Я даже не понимаю как… Как на воде стоять так можно!       — Ты ведь согласился со мной разобраться в происходящем, ведь так?       — Аргх, ладно! Хорошо! Уговорила…       Сняв обувь, и подойдя к краю озера, он взял за руки эсминца и под её присмотром постарался поставить ногу на воду.       — А теперь переноси центр тяжести на воду. Давай, смелее, — сказала она, наблюдая за менеджером.       Но когда тот облокотился на воду, то его нога просто пошла под воду, пока тело столкнулось с Беспощадным, которая вовремя подхватила неудачливого человека.       — Я как-то даже не удивлён, — заржав, прокомментировал он своё «фиаско».       — Предлагаю попробовать ещё разок, — всё не успокаивалась Анна. — Возможно, ты неправильно поставил ногу…       Но ни во второй, ни третий, ни десятый Игорь не смог встать на воду.       — Неудачный результат тоже результат. Очень странно. Ты рассказывал, что тебе снилось что-то связанное с водой недавно?       — Да, примерно когда тебе… Ну, моей Анне, стало плохо. Но я не помню ничего особого. Но там точно присутствовал океан. Знаешь, большие волны, всё такое. Больше ничего не помню.       Вернувшись на сушу, и обувшись, Беспощадный серьёзно задумалась о новых странностях, однако, в этот момент раздались хлопки со стороны океана. Похоже, монстры вблизи острова стреляли друг в друга.       — Я схожу на пляж, посмотрю на них поближе… — сказала она, когда её руку обхватил Игорь.       — Эй, постой, там опасно! — попытался остановить её менеджер. — Эти суки видят далеко, и всегда стреляют, когда видят людей!       — Я буду осторожна, спасибо, — произнесла она, вырвав руку обратно, хоть и пыталась сделать так, чтобы её голос прозвучал менее резко, чем вышло в итоге. — Ты можешь остаться здесь.       — Так, я иду с тобой! — твёрдо заявил Игорь, догоняя эсминец.       Она хотела возразить, но, посмотрев в его глаза, поняла — спорить бесполезно. Вчера она с ним здорово повздорила из-за, кхм, идеологических разногласий. Но кое-какие выводы о нём построить сумела, а они оба пришли к некоторому взаимопониманию. Всё же сейчас первостепенной задачей было выживание, поиск ответов на вопросы. И для этого им явно не стоило спорить. Пока что. Она ещё ему докажет, что он неправ…       — Держись позади и не отсвечивай, — тихо сказала Беспощадный, ускоряя шаг.       Почему её вообще волнует этот человек из будущего? Почему так покоробило, что он думает? Это парень этой Анны. А она — советский эсминец!.. И всё же?…       Они быстро добрались до пляжа, прячась за остатками пляжных построек, когда-то бывших частью отельной инфраструктуры. Игорь сжимал в руке найденное вчера мачете, хотя прекрасно понимал — против упырей, которых не брали автоматы, это оружие вряд ли поможет. Пистолеты и автоматы у выживших, к слову, были, но были они под замком у Хасана. Как говорил тот: «чтобы не перебили друг друга». Тем не менее, ходить с голыми руками Игорю было совсем неуютно. А уж лезть к пляжу — так совсем.       С момента, как они застряли на острове, менеджер никогда не ходил так близко к пляжу, когда твари плавали неподалёку. Воздух тут по-прежнему смердел трупами, а единственная причина, по которой выжившие иногда ходили к пляжам — это проверка, не появились ли следы со стороны океана.       К моменту, когда они добрались до места, стрельба успела стихнуть. Игорь никого в воде не видел, но его зрению было далеко от зрения Анны.       — Погоди, — прошептала Беспощадный, замедлившись, и аккуратно показав вдоль пляжа. — Там кто-то есть.       Выживальщик проследил за взглядом девушки. Впереди действительно кто-то был. Сначала он принял это нечто за труп, но присмотревшись, и увидев что оно движется, разглядел фигуру. Человеческую фигуру, обращённую к ним спиной и что-то пожирающую.       Отсюда было плохо видно, но ему казалось, будто это девушка в какой-то тёмной ветровке, но оголёнными бледными ногами. Сзади неё рос… хвост? Да, большой хвост! На конце хвоста болталась чёрная штука, напоминающая зубастую голову какого-то зверя. Причём тело головы было странным, блестящим. Словно имело панцирь. Руки девушки держали какие-то штуки. Будто огромные пушки? Он не был уверен до конца. А ещё… Игорю показалось, что он видел на этой голове орудия! Такие, какие ставят на корабли, только поменьше. И эти орудия двигались из стороны в стороны, будто задерживаясь при повороте к ним…       — Оставайся здесь, — одними губами произнесла Беспощадный.       — Это одна из них! Ты с ума сошла! — так же одними губами, боясь привлечь внимание непонятного мутанта, ответил Игорь.       Пусть эта тварь и была похожа на человека… частично. Со спины. Но с учётом, что эти упыри натворили… Он очень не хотел встречаться с ними лицом к лицу.       А в это время изрядно потрёпанная недавним боем Ре-класс ползала по пляжу, ища и съедая мусор. Патруль Ниссин смог сильно её потрепать и ранить. Да, в итоге соплячки сбежали, но её боезапас был истрачен, а сама она ослабла и была сильно ранена. Ей повезло, что рядом оказался остров с кучей еды рядом с водой! Большинство её сестёр никогда не заходили на территорию мерзких береговых, но Ре-класс была умной! Она знала, что тут всегда есть чем поживиться. И поживиться вкусным. Иногда приходится, правда, отвлекаться на перекус береговыми крысами, да и ходить по этой поверхности оказалось слишком неудобно и тяжело… но да ладно!       От трапезы её отвлекло движение позади, которое уловил её хвост. Двое. Один выглядел как береговой. А вот вторая… Ощущалась странно. Как дитя Бездны, но какое-то не такое. Да и её внешний вид был странным для тех, кого она встречала раньше. Никакой сильной ауры за ней не чувствовалась. Значит, не Химе. Значит, слабачка. Но и те же Химе могли скрывать ауру… Дилемма!       Ре-класс делала вид, что не видит их, надеясь, что они подойдут ближе, и она быстро на них напрыгнет. Бегать по суше она пока не умела, да и после боя ей не сильно и хотелось. Вот только пара остановилась, что-то друг другу показывая.       Ре-класс не нравилось ждать. Она жила боем, адреналином. Сидеть в засаде было не в её стиле.       Значит, решено!       Между тем Игорь, потерпев крах в немом споре, и внутренне матерясь, двигался вместе с Анной, держа наготове мачете, пусть и понимая, что оно ему не поможет. Надо было её привязать в лагере! Проклятье, куда она лезет?!       Внезапно хвост монстра замер. Игорь и Анна остановились. А глубинная резким движением повернулась к ним. На ней был капюшон, прикрывающий миловидное лицо с белоснежными волосами и с застывшей безумной улыбкой во все тридцать два белоснежных и острых как клыки акулы зуба. Её глаза с необычными фиолетовым оттенком не выражали никаких эмоций, вопреки улыбке.       Несколько мгновений длилась игра в гляделки, пока Ре-класс не бросилась вперёд. Были бы у неё боеприпасы, она бы уже от них избавилась, но сейчас она была готова разорвать их и голыми руками. Вопреки ранениям, двигалась она шустро, перебирая орудиями на руках по песку и отталкиваясь своим хвостом, чтобы скорей сократить дистанцию.       Игоря сначала парализовало от страха, но вспомнив о Ане, он сжал мачете покрепче.       «Мать твою… Ну давай, нападай, уродина!» — подумал он, подбадривая себя.       — Назад! — крикнула Беспощадный, заслоняя Игоря.       Глубинная сделала прыжок вперёд, бросившись к канмусу. Та, оттолкнув парня в сторону, попыталась уйти и сама, но не успела. Глубинная повалила её, и раскрыв пасть, попыталась откусить лицо. Но Анна ударами ногой и хваткой на руках монстра не давала той сделать задуманное.       — Аня! — Игорь рванул у монстру, замахнувшись мачете.       Лезвие, на удивление, вонзилось в её плечо, но та даже не вскрикнула, и не сменило свою зловещую улыбку. Она лишь дёрнула хвостом, выбив мачете из рук менеджера, и быстрым прыжком повалила его на песок, явно не оценив попытку её ранить. Её зубы щёлкнули в сантиметре от его лица.       — Держи её! — Анна навалилась на монстра сзади, зафиксировав ногой хвост и пытаясь оттащить.       Глубинная оказалась невероятно сильной. Даже вдвоём они с трудом удерживали её, несмотря на то, что она была изрядно потрёпана и ранена.       А Ре-класс не понимала, что не так с этими береговыми? Как он своей тыкалкой смог ранить её? Они не первые береговые, которых она убивала, и ей уже встречались те, что были и с «тыкалками», «пиф-пафами». Но ни то, ни другое раньше ей не только не приносило боли — она даже не чувствовала эти жалкие попытки этих слабаков к сопротивлению. Сейчас же у них получилось, и они оказались сильнее, чем она ожидала. Почти как другие сёстры. Да, она была ранена, не могла стрелять, и в целом была не в лучшей форме. Но чтобы её, Ре-класс, так унижали!       — Не могу долго держать! — проорал Игорь, чувствуя как силы сдают, а тварь лишь ещё больше раззадоривается.       Второй ногой эсминец пыталась пододвинуть к себе выпавший мачете Игоря, но сделать это было непросто — если она хоть на секунду ослабит хватку, монстр обгладает лицо Игоря. Из второй ноги же всё это время пытался вырваться хвост с клацающей пастью.       Выбора не было.       — Приготовься насчёт три, — крикнула она менеджеру. — Раз… два… три!       Она резко потянула Ре-класс на себя, отодвинув максимально, насколько это было возможно, монстра от мужчины, после чего отпустила, быстро нагибаясь к мачете.       Иван же, словно в замедленной съёмке видел, как монстр, которого Анна дёрнула назад, быстро сокращал дистанцию, раскрывая пасть, полную острых белоснежных зубов. Вблизи было видны следы красной и голубой застывшей крови вокруг её лица. Упёршись ногами в её грудь, он попытался не дать ей подобраться ближе, но столкнулся с какой-то нечеловеческой силой. Когда она была уже близко, а в глазах менеджера пронеслась вся жизнь, монстр внезапно остановился и отпрянул. Он увидел, как Анна замахивается для нового удара, прямо по задней стороне шеи. Воспользовавшись моментом, он отпрянул назад.       Ещё один удар в шею, и Ре-класс попыталась скинуть хвостом с себя канмусу, но та задела какой-то нерв, отчего хвост дёрнулся в сторону. Затем ещё один колящий удар, и ещё один, и ещё…       Анна била и била монстра, и остановилась лишь тогда, когда тело Ре-класса окончательно обмякло, навсегда уснув.       Тело выживальщика трясло. Ему то и дело казалось, что сейчас хищная тварь поднимется и бросится на него. Но монстр не шевелился.       В себя пришёл, когда его окликнула Беспощадный:       — Ты как?       — Жить буду… — прохрипел он, пытаясь унять дрожь в теле. — А ты?       — Всё хорошо. Я не человек, забыл?       Игорю хотелось что-то ответить, но куда больше ему хотелось свалить отсюда подальше.       Монстр спустя пару часов исчез. Сгнил, по сути. Забрав с собой все доказательства их боя. И, тем не менее, этот случай неплохо сблизил их. С тех пор прошло минимум пара недель. Остров продолжал жить своей уже привычной, постапокалиптической жизнью. Игорь по указанию неведомых фигурок и своего лунатизма что-то строил по всему острову, а Анна помогала ему, параллельно ища зацепки по поводу происходивших с ними странностей. И так бы продолжалось и дальше, если бы не произошёл случай, внёсший свои коррективы.       В тот пасмурный день, где-то далеко, за горизонтом, раздался глухой, протяжённый грохот. Над водой, в той стороне появилось багровое зарево.       — Что это? — спросил он Анну, смотря в ту сторону.       Анна же чувствовала приближение опасности. Вокруг зашевелились миниатюрные человечки, привлекая внимание и показывая, что всем срочно нужно на возвышенность. Учитывая, что за всё это время эти создания только помогали, причин не довериться им не было.       — Все, к смотровой площадке, живо! — кричал Игорь, поднимая лагерь и чуть ли не пинками отправляющий их на возвышенность.       — Игорь, что происходит, чёрт возьми?! — ворчала Роза.       — Потом, всё потом! Быстрее, бросайте всё! ЖИВО!       Чем больше времени проходило с того грохота, тем больше все ощущали приближение опасности. Поэтому, даже те, кто не был склонен довериться Игорю, послушались их с Анной призыва. Та тем временем, взяв на руки детей, тоже помогала всем скорей забраться повыше. Инстинктивно она уже ощущала надвигающуюся волну.       Несмотря на то, что они среагировали быстро, всем всё равно казалось, что они успели в самый последний момент. Волна ударила по острову. Не огромная на сотни метров, как рисуют в фильмах, но тоже достаточно большая, быстро смывшая чудом уцелевшие пляжные пристройки и автомобили, и буквально за минуту прокатившись через весь остров, ненадолго погрузив большую его часть под воду. Но так же быстро как вода пришла, так же быстро она и ушла, оставив за собой множество поваленных деревьев и разрушений, и унося в океан обломки их лагеря, палатки, припасы, генератор. За первой волной пришла вторая третья… Каждая новая волна была слабее прошлой.       Люди молча смотрели на это. Кто-то плакал, кто-то ругался, кто-то молился.       Игорь и Анна стояли чуть поодаль, оба мокрые с ног до головы. Вода достала и сюда — их окатило брызгами, когда волны проходили рядом.       — Спаслись… — произнёс менеджер, глядя на последствия внезапных цунами, вызванных непойми чем. — Жаль, правда, лагерь и все наши запасы унесло к этим тварям.       «Может, взорвали чего?» — подумал он.       — По крайней мере мы живы, — ответила ему Беспощадный. — С остальным справимся.       Повисла тишина, нарушаемая лишь всхлипываниями и отдалёнными звуками уходящей воды.       Он убедился, что никто их не слушает, больше занятые осмыслеванием и обсуждением произошедшего.       — Аня, — начал он, беря её за руку. — Я знаю, что ты не она, но… Знаешь, вы с ней похожи. Я не рассказывал, но она тоже стремилась всегда всем помочь. Подружкам, друзьям. По ней так не скажешь, но… Я её знаю не один год, поверь. И чем больше я с тобой нахожусь, тем больше мне кажется, что ты и есть та самая Аня. Моя Анна. Да, с какими-то воспоминаниями эсминца. Да, с суперсилой. Да, с амнезией. Но я не могу воспринимать тебя иначе, кроме как ею.       Анна же, аккуратно сжав его руку, ответила не сразу:       — Время ты, конечно, выбрал для признания… ловелас недобитый… но хорошо. Скажу честно, мне и самой тяжело поверить, что я попала в тело человека. И я сама думала о том, что я всё ещё та Аня, память которой каким-то образом… изменилась. Ты неплохой парень. Либерал, правда…       — Аня, ты опять…       — Цыц. Слушай. Так вот, ты неплохой парень, и, буду говорить честно — как бы по итогу ни обернулась вся эта история, своей Анны ты достоин.       Её лицо приблизилось к щеке Игоря, и он почувствовал лёгкий поцелуй.       — Не подведи наше доверие.       А затем отпрянула и направилась к остальным выжившим обсуждать дальнейшие действия, пока Иван пытался осознать что это было. Сначала он не понял. Потом понял, но не понял, откуда этот вернувшийся букетно-конфетный период из сопливой романтики. А потом вновь понял, и улыбнулся.       Улыбнулся тому, что Анна никуда не исчезла и больше не исчезнет.       Он этого не допустит.       Или, по крайней мере сделает всё для этого.