Порождение зла

Далее же почему-то мне Се Лянь вообще ничего не стал говорить, а просто пялился на мою физиономию, смотрящую на него со скептисом. Ну вот, опять этот взгляд — будто я не демон, а непонятный гриб, который он пытается классифицировать: съедобный или нет. Или, может, он просто сравнивает меня с теми странными поганками, что растут после дождя на старых пнях — яркими, но подозрительными. Вообще без малейшего понятия, что мы старались в друг друге увидеть или какой дзен словить, но определенно никакая искра между глазами не проскочила. — Ну что? — вскинула бровь, когда надоело его разглядывать, всё равно нифига особенного в нём не увидела. — Сколько лет уже шатаемся по миру? — Бессмертные не ведут счёт годам, — лаконично ответил он, протягивая мне руку. Голос ровный, будто читает по свитку: «Учение о вечности, глава первая, пункт третий». Ну а я, не будь ханжой, встала с его помощью. Его ладонь была тёплой, но шершавой, даже по сравнению с моей, видимо, он очень даже не брезгает трудом. Хотя, если честно, я ожидала, что у бессмертного принца (или бывшего принца, или как он там себя называет) руки будут как у барышни — нежные и холёные. Ан нет, мужик явно знает, что такое работа. — Значит не я одна такая ненормальная, что не считаю сколько вообще в таком состоянии… — говорила, отряхивая своё чёрное ханьфу, которое очевидно, что порвала, пока была в гостях у его брата. Ткань шипела под моими пальцами, слегка дымясь — демоническая энергия всё ещё не успокоилась после той стычки. — Если я демон, то у меня сейчас считает бессмертие или поссмертие? — Вопрос, конечно, идиотский, но мне реально интересно. Се Лянь наконец-то отвёл взгляд, но уголок его рта дёрнулся — то ли от раздражения, то ли от чего-то ещё. С ним никогда не угадаешь — то ли он вот-вот рассмеётся, то ли мечом махнёт. Но мне пофиг: если что — я быстрее. — Если бы ты была «посмертной», — произнёс он, медленно вытирая ладонь о ткань своих одежд (как будто моё прикосновение оставило на нём след), — то уже разложилась бы. — О, спасибо за просвещение, ваше высочество, — я закатила глаза. — А то я без тебя не знала, что трупы воняют. Он не ответил, но его плечи слегка напряглись — будто он сдерживал вздох. Или смех. С ним никогда не угадаешь. Ветер шевельнул верхушки деревьев, и сквозь листву пробился луч света, упав прямо между нами — будто сама природа подчёркивала эту нелепую дистанцию. Я потянулась к ближайшему кусту, срывая несколько молодых листьев и небрежно покрутив их в пальцах. Пахнет свежо. Прям как в бабушкином огороде после дождя — земля, трава, ничего лишнего. Хорошо бы ещё грибов найти — опят или лисичек. А если повезёт — белых. Их я на углях зажарю — пальчики оближешь! — Ладно, — бросила я через плечо. — Раз уж мы тут застряли друг с другом, может, хотя бы поужинаем? Я тут раньше опята видела — сейчас как раз сезон, — а если он откажется — его проблема. Се Лянь замер на месте. Его брови поползли вверх с такой медлительностью, будто он пытался понять, не ослышался ли. Ну да, конечно — «демон предлагает еду, наверняка это ловушка». Да будь это ловушка, я бы тебя уже сожрала, дорогой. Да и поди, ты и не вкусный. — Ты собираешься… готовить? — в его голосе прокралось что-то среднее между ужасом и любопытством. Я резко развернулась к нему, руки уперлись в боки. — Так я перед тобой уже готовила, у тебя башка что ли дырявая? — выпалила я. — Или ты думаешь, что демоны только людей жрут да кости грызут? Его глаза расширились. Кажется, я всё-таки задела его за живое. — Я… — он запнулся, что было для него редкостью. — Просто не ожидал, что ты… — Что? — перебила его, делая шаг вперёд. — Что я могу быть нормальной? Или что у меня, кроме силы огня, ещё и руки из нужного места растут? — а не как у некоторых. Не будем показывать на того пальцами, мы в приличном лесу (упустим момент, что тут где-то Лазурный Фонарь находится — не видим, не слышим, не говорим про него — его нет). Се Лянь слегка отклонился назад, но быстро взял себя в руки. Видимо, решил, что спорить с демоном, который может его поджарить на месте, — не лучшая идея. — Я не это имел в виду, — пробормотал он, но его взгляд скользнул в сторону. Ой, да конечно. Он просто не знает, как сказать: «Я думал, ты монстр, а ты, оказывается, умеешь суп варить». Ну и пусть смущается. — Ага, конечно, — я повернулась и пнула ближайший камень. Тот с глухим стуком влетел в ствол сосны. — Ладно, сиди тут, если хочешь. А я пойду искать ужин, — у Ци Жуна побыла, аж сильно жрать захотелось, больше к нему не пойду. Я уже сделала несколько шагов, когда услышала его голос: — Подожди. Остановившись, я обернулась. Се Лянь стоял на том же месте, но выражение его лица изменилось. Теперь он выглядел… задумчивым? — Я пойду с тобой, — сказал он наконец. — Ого, — я скрестила руки на груди. — А что, принцы тоже грибы собирают? — Я не принц, — ответил он слишком быстро, и в его глазах мелькнуло что-то тёмное. О, вот и больная тема. Ну хоть что-то его выводит из равновесия. — Ну да, ну да, — я махнула рукой. — Только не начинай опять про «я больше не тот человек». Мы двинулись вглубь леса, и странное чувство возникло между нами — не то перемирие, не то временное перемирие, хоть мы и не враждовали никогда. «Интересно, сколько ещё таких разговоров у нас впереди?» — подумала я, раздвигая ветки перед собой. «А главное — сколько раз он ещё удивится, что я не только огнём плююсь, но и солёные огурцы умею закатывать.»