HANGE ONESHOTS

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Ханджи впервые откашляла лепесток цветка. Её всегда предупреждали о неизлечимой болезни, появляющейся от неозвученной любви. Ужас и тревога, которые таились в любви, определённо настигли Ханджи. Пару месяцев брюнетка без проблем скрывала свою болезнь. Это был всего один-два лепестка, никто бы не заметил. Но один лепесток со временем внезапно превратился во множество. И вскоре Ханджи обнаружила, что откашливает целый цветок. Её тело слабело со временем. Оно не подчинялось тем командам, которым хотелось бы, и она постоянно чувствовала себя опустошённой. Это, конечно же, не осталось незамеченным её близкой подругой, Т/И, которая быстро всё поняла, как только симптомы Ханджи ухудшились. Т/И взяла на себя обязанность лично отводить Ханджи в школу каждый день и собирать ей питательный обед, чтобы поддерживать её силы. Т/И, конечно же, не осознавала, чем она больна на самом деле и как усугубляет ситуацию. Болезнь Ханджи началась, как только она заметила, что её симпатия к (цвету волос) растёт. Она тут же начала отрицать эти чувства, убеждая себя, что Т/И не ответит взаимностью. Конечно же, именно эта безответная любовь, которой она сама себя обманывала, и стала причиной появления симптомов. А постоянное общение с Т/И, пытавшейся ей помочь, только усиливало эти чувства, что приводило к ухудшению состояния. Т/И POV Ханджи всё ещё выглядит больной, но я, по крайней мере, могу ей помочь. Я могу отблагодарить её за то, что она всегда была мне замечательной подругой и помогала мне бесчисленное количество раз, когда мне требовалась помощь с домашними заданиями и контрольными. Ханджи снова и снова объясняла мне, что моя помощь не нужна и что мне не стоит беспокоиться о ней. Даже несколько моих друзей вмешались и посоветовали мне больше думать о себе, раз уж я всё время беспокоюсь о здоровье Ханджи. Они так и не рассказали мне, чем именно она больна, но, несмотря на это, я всё равно старалась сделать всё возможное, чтобы ей стало лучше. Я шла по тротуару, подходя к дому Ханджи. Сегодня, похоже, ей было хуже, чем раньше. Под глазами у неё залегли круги, и большую часть дня она сидела за столом, сгорбившись. Я взяла на себя смелость приготовить ей суп на ужин. Я даже заглянула в небольшой магазинчик и купила пару масел для ванны, которые должны были помочь ей быстро заснуть. Я подошла к двери её дома и постучала достаточно громко, чтобы она наверняка услышала. Я прижала ухо к двери после минуты тишины. Там определённо кто-то был, я поняла это по тихому шороху на заднем плане. Знаю, невежливо вторгаться в чужую собственность, но, возможно, Ханджи слишком слаба, чтобы подойти к двери. Я глубоко вздохнула, взялась за ручку двери и распахнула её. Я вошла, закрыв за собой дверь, и услышала тихое покашливание в ванной. Я поставила всё на столик и быстро бросилась в ванную. Оказавшись в дверях, я обнаружила брюнетку, сгорбившуюся над унитазом и задыхающуюся, а её руки вцепились в сиденье. — Ханджи, — выдохнула я, подходя к ней сзади и откидывая её волосы. — Чёрт, что с тобой происходит? Рвота прекратилась, и Ханджи наконец расслабилась, медленно поднимаясь с пола. — Ты в порядке? — спросила я, откидывая пряди волос с её лица. Она медленно кивнула и взяла меня за руку, пока я осторожно помогала ей подняться. Я как раз собирался смыть воду, когда обнаружил в унитазе рассыпанные цветы. Внезапное осознание пронзило меня. Ханджи тошнило только потому, что она была влюблена. — Ханджи, — выдохнула я, заставляя её замереть. — Почему ты мне не рассказала? Я могла бы помочь тебе раньше. Ну же, Ханджи! Ты моя лучшая подруга. Почему ты хранила это в секрете? — Прости, — вздохнула она, облокачиваясь на раковину. — Я просто не знала, как тебе рассказать. Мне так жаль. — Нет, всё в порядке, — ответила я, не сводя с неё глаз. — Если ты не хочешь говорить мне, кто тебе нравится, это совершенно нормально. В глубине души я надеялась, что Ханджи питает эти чувства ко мне. Мы знакомы с детства, и я всегда восхищалась её характером и умом. Она была умной, весёлой и остроумной, и я чувствовала, как моё сердце буквально тает каждый раз, когда я рядом с ней. Но теперь, когда её одолевала эта болезнь, моё сердце сжималось от того, как её личность постепенно угасает. — Я, э-э, на самом деле подумывала о том, чтобы удалить эту болезнь хирургическим путём. — Подожди, почему? — спросила я. —Это избавит тебя от любви к этому человеку. — Я… я просто не знаю, сколько ещё смогу это терпеть. И я знаю, что этот человек, вероятно, не ответит мне взаимностью. Он видит во мне только подругу. — Что ж, я могу попытаться убедить его видеть в тебе нечто большее. — Я не уверена, Т/И. — Нет, серьёзно, Ханджи, обещаю. Я справлюсь! — Хорошо, — улыбнулась Ханджи. — Это Леви. Ханджи POV Я была так чертовски близко. Я почти призналась ей в своих чувствах, но по какой-то причине её имя застряло у меня в горле, и вместо него вырвалось имя моего близкого друга. — О, — сказала Т/И, и выражение её лица слегка помрачнело. — Хорошо, да, я смогу его убедить. Хм, я принесла тебе суп, масло для ванны и всё такое, чтобы ты скорее поправилась, — сказала она, ведя меня обратно на кухню, где всё оставила. Мне потребовалось всё моё мужество, чтобы удержаться и не обнять её, объяснив, что на самом деле я испытываю эти чувства к ней. — Наверное, мне стоит уйти и дать тебе немного отдохнуть, — сказала она, повернувшись ко мне и ещё раз посмотрев на меня, прежде чем выйти из дома. В ту ночь болезнь была для меня особенно жестокой. Но мне придётся продержаться до конца недели, пока я не смогу вывести её из организма. Я думала о последствиях несколько месяцев. Я знаю, что будет больно избавиться от своих чувств к Т/И, но я не должна продолжать страдать из-за любви, на которую не получу взаимности. Т/И POV — Что с Ханджи? — спросил Леви, почти раздражённый тем, что я оторвала его от учёбы. — Мне просто интересно твоё мнение о ней… — тихо ответила я. Прошлой ночью я чувствовала себя ужасно и почти не спала. — Она классная. В смысле, поэтому мы и друзья. — Просто друзья? — спросила я. — Да… — ответил он с растерянным выражением лица. — А что, она что-то тебе сказала? — Нет, — успокоила я его. — Она просто… ну, знаешь, думает о своих замечательных друзьях в такое время. Потому что больна и всё такое. — Да, — кивнул Леви. — Кстати, где она? Я только сейчас заметила её пустующее место и пожала плечами. — Не знаю. Может, проспала. Она выглядела не очень хорошо прошлым вечером. — Бля, интересно, что с ней происходит, — отметил Леви, переводя внимание на учителя, стоящего перед классом. Мои мысли никак не могли остановиться, переключившись с урока на Ханджи. Тревога, зародившаяся в животе, бурлила, и я чувствовала, как она подступает к горлу. Глаза расширились, я обхватила лицо руками, и что-то сжало горло. Когда я убрала руки, в моей руке оказался маленький лепесток. Леви посмотрел на меня, его взгляд задержался на лепестке. Его взгляд метнулся обратно к моему лицу. — К кому ты испытываешь безответную любовь?

***

Мы с Леви добрались до дома Ханджи и принялись колотить в дверь. Снова никто не ответил, поэтому я открыла дверь сама, и Леви последовал за мной. Ханджи в гостиной не было. Я обыскала все комнаты на первом этаже, но нигде её не нашла. — Может, она действительно спит, — сказал Леви, поднимаясь по лестнице к комнате Ханджи. У меня вырвался вздох облегчения, когда мы обнаружили Ханджи лежащей в своей постели. Может, с ней действительно всё в порядке. Я села на кровать рядом с ней, откидывая пряди волос с её лица. Глаза были закрыты, но кожа была бледнее обычного. — Ханджи? — позвала я, слегка встряхивая её в надежде, что она проснется. — Ханджи? Леви отошёл в сторону, закусив внутреннюю сторону щеки. После нескольких втряхиваний Ханджи зажмурилась, и я на мгновение замерла. Глаза Ханджи слегка приоткрылись, она посмотрела на меня, а затем перевела взгляд в сторону и увидела Леви, стоящего в углу. Меня охватила грусть, когда я наблюдала, как она смотрит на Леви. Эти чувства, которые она испытывает, направлены Леви, как бы мне ни хотелось, чтобы они были направлены на меня. Леви подошёл ближе к Ханджи, присев так, чтобы его лицо оказалось прямо перед ней. — Ханджи, — начал он, не отрывая от неё взгляда. — Я знаю, что происходит. — Знаешь? — слабо переспросила она. Леви лишь кивнул. — Я знаю, что ты страдаешь болезнью ханахаки. Знаю, что ты не говоришь правду о своих чувствах, — Ханджи медленно кивнула. — И знаю, что ты испытываешь подобные чувства не ко мне. Глаза Ханджи медленно расширились, она посмотрела на Леви из-под нахмуренных бровей. — Ханджи, лучше бы ты просто взяла и сказала всё прямо. Я уйду, если хочешь, но ты не можешь позволить этим чувствам усугубиться. Ты больше не можешь даже пошевелиться. Пожалуйста, просто скажи, что чувствуешь. Леви встал и вышел через дверь спальни. Я неловко замерла перед Ханджи, не совсем уверенная, что это сигнал и к моему уходу. Я медленно повернулась, направляясь к двери. — Т/И, — позвала Ханджи, останавливая меня. Я обернулась, переключив внимание на брюнетку, лежащую в постели. — Подожди, пожалуйста. Я мягко улыбнулась, выполняя её просьбу, и садясь рядом с ней на кровать. — Ханджи, — вздохнула я. — Кое-что случилось сегодня на уроке. — Да? Мои губы сжались в тонкую линию. — Да. Кажется, я выкашляла лепесток. — О, Т/И, — Ханджи вздохнула, медленно села и обняла меня. — Мне так жаль, что это происходит с тобой. — Что имел в виду Леви? — спросила я. — О том, что ты не говоришь правду. Разве ты не испытываешь к Леви таких чувств? Ты мне соврала? Ханджи высвободила меня из своих объятий, откинувшись назад, когда её взгляд упал на меня. — Да. Извини. Я закусила губу, отводя взгляд. — Я хочу помочь тебе, Ханджи. Зачем ты солгала? — Извини, — повторила она. — Я просто… не знаю, стоит ли мне говорить тебе, к кому я на самом деле испытываю чувства. — Я заботилась о тебе несколько месяцев, Ханджи. Делала всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе поправиться, но ты ведь не хочешь выздороветь, так ведь? — Дело не в этом, Т/И, нет, мне просто страшно. — И что? А мне — нет? — спросила я, вставая и отходя от неё. — Я вот-вот потеряю свою лучшую подругу, Ханджи. И мне не страшно? — Т/И, — вздохнула Ханджи. — Я не сказала тебе, потому что испытываю чувство к тебе, — выдохнула Ханджи, и в уголках её глаз защипало от слёз. — А ты думаешь, что я просто твоя «лучшая подруга». Я не хотела говорить тебе, потому что не хотела, чтобы с окончанием дружбы всё усугубилось, что ты на самом деле ничего ко мне не чувствуешь. Я стояла молча, не сводя глаз с Ханджи. — Ханджи, — пробормотала я, снова подходя к ней. — Ханджи, ты разве не знаешь, что я тоже в тебя влюблена? Я заболела сегодня этой болезнью после того, как ты сказала, что любишь другого человека. Ханджи, я всегда была влюблена втебя, и верю, что у нас есть шанс. Ханджи, мы были вместе с детства. Разве ты не должна знать, что в моём сердце всегда есть место для тебя? Слёзы текли по лицу Ханджи, когда она лучезарно улыбнулась, протягивая мне руки. Я улыбнулась в ответ, падая в её объятия и обнимая её. — Т/И? — тихо спросила Ханджи. Я хмыкнула в ответ. — Можно тебя поцеловать? Я кивнула, прижимаясь губами к её губам. Её потрескавшиеся губы прижались к моим, а руки обвились вокруг моей шеи. Вскоре я отстранилась, глядя прямо в её шоколадные глаза. — Как ты себя чувствуешь? — Здоровой.