Рок Викорры

      Где он? Куда он попал?.. Неужели это и есть тот самый Нижний Мир?..       Под ногами каменистая почва. Над головой – непроглядная тьма. Кажется, что участок почвы, на котором стоит Викорра, слабо освещен каким-то источником света; самого источника почему-то не видно. Руки Викорры пусты, и оружия (или чего-то, что могло сойти за оружие) нигде нет.       «Что со мной?.. Я помню… меня убили… боль… Проклятый Ксалул!.. Предатель… Потом… плохо помню… мгла… туман… Да и сейчас еще… Говорят… Нижний Мир отделен от мира живых рекой… Но где эта река?..» Реки нигде не было видно – да и вообще, за пределами слабо освещенного участка нельзя было различить ровным счетом ничего. Поразмыслив, Викорра двинулся наугад, в надежде, что он хоть куда-то придет. В конце концов, по времени у него ограничений нет – неизвестно, есть ли оно здесь вообще, это время…       Неожиданно впереди появилось призрачное свечение. Викорра остановился, вглядываясь во мглу, силясь различить детали. Стало ясно, что источник свечения приближается к бывшему королю; и когда Викорра смог наконец его разглядеть – желание с ним встречаться пропало.       То был всадник, восседавший на белой лошади, облаченный в странные доспехи, что покрывали все его тело, подобно броне насекомого; даже шлем его охватывал голову полностью. Всадник и его лошадь производили странное впечатление: словно бы они состояли не из твердой, вещной материи, а из чего-то похожего на туман, неведомой силой уплотненного до осязаемости. При этом ноги лошади как бы дымились и расплывались, словно уплотняющая сила слабела при приближении к земле. За спиной всадника висела глефа-серп.       Викорра уже понял, кого он увидел. Дух Смерти, он же Бледный Всадник, он же Жнец Жизней. Говорят, иногда его видят и живые – и как правило, это плохой знак. Своей глефой-серпом он исторгает души из тел умирающих, чтобы сопроводить их в Шеол. «Но ведь я уже… – мелькнуло в голове Викорры. – Или…»       Бледный Всадник взял свою глефу в руку и резко прянул в сторону Викорры. Бывший король не успел ничего сделать – бледное лезвие мелькнуло над ним, утопив остаток его рассудка в океане боли…       «…Где я? Что… со мной?..»       Викорра лежал на чем-то твердом, слегка покачивающемся. Повозка, или, может быть, лодка? Кажется, он слышит тихий плеск воды… Он открыл глаза и увидел, что он действительно лежит в чем-то вроде лодки, и над ним возвышается высокая фигура в темном.       – Лежи спокойно, – раздался голос, похожий на шелест праха. – Тебе уже некуда торопиться…       – Ты… Лодочник?..       – Да, я Лодочник. Тот, кто перевозит души за реку забвения. Теперь настала и твоя очередь…       – Постой! Я слышал… Лодочнику следует заплатить… Но у меня ничего нет!       – Не беспокойся об этом. За тебя уже заплатили.       «Кто?» – хотел спросить Викорра, но промолчал. Плеск воды за бортом действовал умиротворяюще. Хотелось закрыть глаза и забыться мертвым сном – тем более, что этот сон будет действительно мертвым…       «Я не должен спать, – стучало где-то на дне разума. – Я должен… должен отомстить… Ксалул… он убил меня… отнял трон… Кровь моя… вопиет…» Лодочник, стоя на носу лодки, размеренно двигал веслом. Приподнявшись, Викорра заглянул за борт. Вокруг простиралась вода, на вид такая черная, что больше походила на смолу, чем на воду.       – Не вздумай пуститься вплавь, – предупредил Лодочник. – Один повелитель Шеола знает, какие твари водятся в глубинах забвения. Не удивлюсь, если кто-то из них помнит времена до богов…       Словно в подтверждение слов Лодочника, над Стиксом разнесся протяжный всхлип. Недалеко от лодки, возле самой поверхности двигалось что-то громоздкое, размером больше самой лодки; оно не показывалось из воды, но о его присутствии можно было понять по волнам на поверхности.       – Не стоит бояться этих тварей здесь. Они не нападут на меня… Но если ты попытаешься их дразнить – я за результат не ручаюсь.       – Жаль, у меня нет моей секиры…       – А если бы и была – что толку? Оружие из Верхнего мира здесь никому не способно причинить вред… да что там, ты его и взять в руки-то не сможешь! Говорят, правда, что у оружия, что испило в бою много крови, появляется душа; и когда хозяин оружия умирает, душа оружия следует за ним. Говорят, недалеко от Сокотума лежит Долина Мечей, где собираются души оружия…       – Если бы я смог вернуться!.. Проклятый Ксалул предал меня… захватил трон…       – Забудь. То, что было, когда ты был жив – больше не имеет значения. Твоя память, твои привязанности и привычки – не более чем бесполезный груз здесь, в царстве пыли и тьмы. Лучше отказаться от них поскорее… и стать неотличимым от праха, что носят ветра Нижнего Мира.       – Никогда! Я Викорра, король Си′гории, и я останусь королем даже здесь!       – Ты гордый… Живые говорят, что гордецов в Нижнем Мире бросают в озера из расплавленного свинца и горящей серы. Там они мучаются в огне и едких испарениях всю оставшуюся вечность… Глупцы!.. Призраку не способно навредить ничто земное; только призрачное может причинить ему урон. Но даже смерть здесь только кажется… Естественно, разве может она постигнуть того, кто уже умер?.. Пройдет время, и ты поймешь, что неутоленные страсти человеческие и есть тот самый огонь, который страшнее серы…       – Лучше огонь, чем прах!       – Любой огонь становится в итоге прахом… И тебя не минует подобная участь.       …Глефа из туманообразной субстанции со свистом рассекла воздух. Бледный Всадник нанес удар; он делал это ранее много раз. Это была его работа – карать заблудшие души, в своей гордыне вознамерившиеся преступить законы мироздания и поставить себя вровень с богами. Их надеждам не суждено было сбыться – оружие Бледного Всадника обрывало их путь, заставляя вернуться туда, откуда все началось. Большинство сразу усваивали этот урок и, исполнившись спасительного страха перед Смертью, десятой дорогой обходили Сокотум. Некоторые пытались снова перехитрить Смерть, снова и снова – пока окончательно не становились пылью на ветру Шеола…       Но – не в этот раз! Ныне Бледному Всаднику противостоял многоопытный воин, оставшийся воином даже теперь, в обличие безголового призрака. И он не был беззащитен.       С металлическим звоном глефа Бледного Всадника столкнулась с секирой Викорры. Точнее говоря – с душой его секиры, вспоенной кровью сотен людей, что пали от рук си′горийского вождя, последовавшей за ним в Шеол даже после его смерти…         …Черные воды Стикса остались позади. Поросшая бледными асфоделями равнина сменилась на пересеченную оврагами и расселинами местность. С одной стороны, это затрудняло движение, с другой – давало гарантию, что сюда не заберется Бледный Всадник. Перепрыгнув очередной овраг, варвар оказался перед косогором. Внизу перед ним открылось удивительное зрелище.       Повсюду из земли торчало оружие. Кривые сабли кованой стали; прямые бронзовые акинаки; большие полуторные клинки северян; причудливо изогнутые копеши и шотелы южан; диковинное оружие с Востока, о котором Викорра слышал от купцов – боевые посохи и цепы, многолезвийные копья… «Так вот она – Долина Мечей…» – потрясенно подумал Викорра.       Мысли бывшего вождя приняли более привычное для него течение. Варвар привык к оружию, и теперь, когда его секира осталась в мире живых, чувствовал себя неуверенно. И пусть здесь, в мире снов и теней, ему не грозит гибель – защититься не помешает. Викорра уже воочию убедился, что Шеол – далеко не такое безятежное6 место, как может показаться. Подойдя к одному из мечей, он взялся за его рукоять, и…       И ничего не произошло; меч даже не подумал стронуться с места. Если вдуматься, это было логично: ведь этот меч никогда не принадлежал Викорре. И все же Викорра почувствовал досаду, нудную, похожую на зубную боль. Лодочник был прав; неизвестно, что хуже – прекратить существование, обернувшись пылью, безымянной тенью, что не знает никаких чувств и мыслей, или же остаться одержимым местью духом, постоянно снедаемым отчаянием от осознания невозможности отомстить.       Словно лунатик, Викорра брел мимо торчащих из земли клинков, касаясь их рукоятей. Наверняка за каждым из них таилась своя история, жестокая и мрачная, вырубленная в плоти врагов. Однако сейчас и хозяева мечей, и враги, чью жизнь они когда-то оборвали – все они стали безымянными тенями, и уже никто не сможет забрать отсюда свой клинок…       Внезапно Викорра замер на месте. Между мечами из земли торчало древко бронзовой секиры. Викорра был готов поклясться всеми богами, что это была его секира. Неужели это ему не видится?.. Нижний Мир в чем-то подобен сну и вполне способен обмануть того, кто слишком ему доверяет. Варвар протянул руку вперед; пальцы коснулись холодного металла. Сомнений не было – его секира сошла в Нижний Мир следом за ним. Рывок – и оружие оказалось в руках Викорры.       …Варвар с размаху наносил удар за ударом; все, что Бледный Всадник мог сделать – уйти в глухую оборону. Викорра не давал ему ни малейшей возможности для ответной атаки.       – Остановиссь… остановись…       Кто это? Неужели Бледный Всадник? Больше некому…       – Осстановиссь… остановись, безумец… Ты хоть понимаешь, с кем ты сражаешься?       Вместо ответа Викорра со всего маху рубанул секирой так, что Бледный Всадник едва устоял на ногах.       – Ты сражаешься с самой Смертью… Никому не победить Смерть!       – Тогда я буду первым!       – Это безумие… Остановись!..       – Безумие? Это я, Викорра!!! Один раз я уже проиграл тебе; второй раз я не проиграю!..       Бледный Всадник наконец упал, сраженный очередным ударом.       – Безумец… – простонал он. – Безумец и гордец!.. Ты думаешь, владыка Шеола простит тебе это?..       Викорра мысленно улыбнулся. Если повелитель Шеола теперь обратит на него внимание – что ж, именно этого варвар и добивался.       – Боги, неужели?.. – Бледный Всадник попытался привстать, но тотчас же упал и распластался среди асфоделей. – Я приходил за теми, чье время истекло… а теперь истекло мое время… Никто не… аххх…       Он как-то странно дернулся – и вдруг словно расплылся облаком тумана, в первые мгновения еще держащим форму человека. Затем облако растеклось, и не осталось ни следа от Бледного Всадника. Викорра еще стоял, опустив секиру, возле того места, где закончил свой путь дух Смерти, когда его слух уловил новый звук.       То было хлопанье каменных крыльев. Две горгульи спустились с неба и, схватив Викорру когтистыми лапами, повлекли его ввысь – навстречу суду Владыки Смерти.