my turn

“Ниндзюцу учит, что нельзя достичь состояния абсолютной безопасности. Всякое действие нарушает уже существующую в мире гармонию, тем самым вызывает сопротивление, порождает ответное действие, которое тем сильнее и опаснее, чем в большей степени нарушается установившийся баланс.” Эти слова особо запомнились мне за всё время нашего обучения. Уж не знаю, чем они так зацепили мою приземленную, точно далекую от рефлексии, душу. Философия обычно интересовала Райли, которая к своим годам успела обзавестись достаточным количеством книг про разные боевые искусства, что иногда становилось не по себе. Но в отличии от меня она всегда стремилась к чему-то более высокому и духовному, пыталась понять то, что другие не понимают и увидеть то, что другие даже не планировали видеть. Я думаю, что она просто брала пример с сенсея, ведь тот то и дело садился за сотую медитацию за день. Никогда этого не понимала. Как я могу найти ответ внутри себя на вопрос, который сама же задала? Что за бред? Ответ либо есть либо его нет. И когда его нет, то значится оно тебе и не нужно. Верно же? Хотя не буду спорить, что выглядит это все пафосно. Вокруг творится хаус и анархия в виде трех учеников, которые устроили спарринг из-за пульта от телевизора, а ты просто сидишь в позе лотоса и думаешь о вечном. Может это просто великое смирение? В прошлый раз я вернулась в логово ровно к отбою. Мой бунтарский уход из логова не был чем-то новым для всех, поэтому, слава Богу, никто не лез ко мне с лишними вопросами. У нас была достаточно суровая дисциплина. И ,наверное, единственное, что мне в ней нравилась - это ее жесткость. Это не был мазохизм, но … тут получал каждый. При чем на постоянной основе. Не будем говорить про интенсивные тренировки, которые рассчитывали также воспитать в нас психологическую выносливость. Терпеть голод, холод, боль и усталость не так сложно, как сдерживать ответную агрессию на эту. Вставать ещё до рассвета? Зачем? «Дисциплина начинается с самого утра». Да что вы, сенсей? А закрытыми глазами можно разве попасть хоть в одно лицо? Часами сидеть в одной позе? Зачем? «Вы должны научится сливаться с окружающим пространством. Стать её частью». Серьезно? А то, что у меня мина как у самого тяжелого булыжника считается? Намеренно голодать? Зачем?! «Умение находится в стрессовых ситуациях, поможет стать сильнее в обыденных». Да что вы, старший. Это новая диета? Ничего и никогда для тебя и для меня? Да что за … Но к сожалению, беспрекословное выполнение приказов - основа наших тренировок в додзё. Да и в принципе основа обучения ниндзюцу.

***

После очередной такой утренней тренировки, на которой мы снова оттачивали чертовы перекаты, было немного свободного времени. Райли уже успела ускакать в нашу общую «библиотеку», где она естественно проведет ближайшие два часа. Несмотря на свою страсть к тому, чем мы занимаемся всю жизнь, она интересовалась параллельно всем. Но откуда такая страсть к хоккею? Тем более в Нью-Йорке, тут особо и не холодно зимой, к тому же … Мои размышления прервал Рэн, окликнув меня своей “любимой” кличкой. — Эй, псих одиночка, успокоилась со вчерашнего? — спросил он со смешком, обняв за плечи. Да уж, кто-то явно хотел прояснить обстановку. Но хоть кто-то из нас должен идти на такие шаги. — К твоей радости да, сегодня без выбитых зубов, — чуть толкнув его в бок, ответила я. — Я не хотел, чтобы ты снова думала об этом. Несмотря на всю напряженность и осуждение, в наших отношениях все-таки было что-то от приятного и теплого от слова «семья». Да, мы не понимали друг друга во многом. Возможно, даже иногда открыто презирали. Но мы были родными, и к сожалению, против крови не пойдешь. — Забей, все в норме. — Ого, и даже без слез в этот раз? — Да заткнись ты уже! Это было всего один раз, идиот! — резко вылетело из меня, когда он уже во всю улыбался от моей реакции. Чертов провокатор. И да, это было всего один раз. В 12 лет. Он ухмыльнулся и по-дружески толкнул меня в плечо. Рэн был чуть выше меня, но почему-то сейчас это было особенно заметно. Неужели он снова вырос? — Скоро начнутся могучие рейнджеры, оставить тебе место на диване или ты как обычно подметешь пол своей юбкой? “Юбкой” этот задрот называл конец моего уваги, который был мне слегка велик, так как сенсей специально сделал их для нас на вырост. Я единственная, кто носил его на каждодневной основе вместе с поясом додзимэ. Наверное, сёдзоку - единственное, что мне нравилось из нашей культуры, которой мы старались придерживаться. — Ага, мечтай, — сказала я, поправляя свой пояс, который после тренировки успел слегка спуститься вниз по талии. Если сравнивать нас с Рэном как мутантов, то мы имели ряд различий, но что бросалось в глаза сразу, так это наши пропорции. Рэн был худым, с хорошим ростом, длинными конечностями. Можно сказать, что он был пропорциональным. А я была чуть ниже него, но за счет длинных ног и чуть более короткого торса. Плечевой пояс был уже, но бедра шире. Руки чуть короче, пальцы чуть грубее. Короче различий было много, на самом деле. Но если бы это было единственной причиной наших постоянных сор и тяжелых отношений в принципе, возможно, жизнь была бы чуть легче. Серьезно, ругаться из-за цвета панциря хотя бы приятнее, что ли. Но когда мы забывали о всех разногласиях, все становилось действительно круто. Ну то есть, реально круто. Как это бывает, моменты, которые хочешь проживать вечность? Сентиментально, да? Но как есть.

***

— Вчера, когда ты ушла, сенсей сказал, что вскоре даст нам наше собственное оружие. — То есть мы не выберем его сами? — Он сказал: “Если выбирать оружие по капризу или в спешке, то оно может обернуться вашим врагом. Именно поэтому, мы отвели на это достаточно времени, чтобы я смог подобрать то, что будет подходить вам, направлять вас и раскрывать ваши лучшие качества”. — Что прямо так и сказал? — с насмешкой спросила я. — Ну, общий смысл был такой. Но я думаю, учитель прав. В пятнадцать лет, мы можем совершить ошибку, выбрав то, что нам не подходит. От этой правильности я закатила глаза и цыкнула. Неужели это все так серьезно? Это просто оружие, я могу взять с кухни поварёшку и это тоже будет оружие, если ударить ей посильней. — Ну и пофиг, главное чтобы это не было что-то вроде танто. Я откинулась на спинку дивана, задумавшись о ещё более плохих вариантах, которые мог предложить наш сенсей, как вдруг Рэн резко оборвал паузу в нашем диалоге. — Я бы хотел ката— — Да, я знаю, — сухо и резко я прервала его фразу. Снова одна и та же песня. Как мило. — Знаешь, тебе бы тоже подошли с— — Ага, конечно, — уже с большим раздражением ответила я. — Ровно как слону мокасины. Да, глупая фраза и глупое сравнение, но в тот момент мне снова стало не по себе от этой темы. Зачем говорить о схожести с тем, кого уже нет? Зачем вообще говорить о них? И зачем говорить о нём? Тут к нам присоединилась Райли, рассказывая об очередном невероятном приеме, который мы должны обязательно попробовать на следующей тренировке. И слава Богу, потому что мы удачно соскочили с этой темы. Снова.