my turn

Жизнь всегда ставит перед тобой выбор. И плевать она хотела, готов ты к этому выбору или нет. — Послушай себя со стороны! Снова твои капризы! Перестань набивать свою голову такой безводностью! Она с радостью нанесет тебе самый сильный удар в твое самое уязвимое место и с извращенным удовольствием будет наблюдать за твоей болью. — Почему ты не попробуешь понять меня? И ей будет также всё равно, если этот выбор заставит тебя разорвать себя изнутри. — Посмотри на себя, они все надеются на нас, а ты ведешь себя так, словно тебя все это тяготит? Как можно выбирать между тем, кто дал тебе всё… — Мне хотя бы хватает смелости высказывать все это недовольство! А не быть послушным и бесхарактерным солдатом! …и между тем, кто это "всё" составляет? — Именно это "послушание" и делает меня любимым сыном! А ты заслуживаешь их любовь? Такаши Хамато, наш сенсей, родился в Японии, в клане Хамато, вместе со своим братом — Йоши Хамато. Как мне сказала Райли, это были нелегкие годы для Японии: послевоенное время, бурный экономический рост. В итоге предпочтение традиционному укладу жизни со школами боевых искусств и клановой структурой постепенно сходило на нет. Однако семья Хамато оставалась верна своим корням, упорно сохраняя традиции. Когда Юта Хамато стал отцом двух сыновей, в клане затеплилась надежда. Ведь именно им предстояло продолжить дело предков и обеспечить будущее клану. Такаши и Йоши с самого детства готовились перенять бремя лидера, унаследованное от отца. Жизнь их посвящалась строгой дисциплине и неустанным тренировкам, готовившим их стать защитниками своего народа. Звучит не так плохо: один из них должен был стать лидером клана. В конце концов, их судьба была предрешена. И все понимали, что у них нет выбора. Однако Такаши не находил в этом ничего стоящего. Наш учитель с детства отличался той чертой характера, которую люди обычно называли упрямством. Он ставил под сомнение всё, что ему говорили, и, в отличие от брата, не был готов так легко мириться с тем, что ему предлагали. Пока Йоши был предан отцу и восхищен им, Такаши задавался вопросами: почему я должен соответствовать ожиданиям этих людей? Как они хотят сохранить будущее для себя, продолжая жить в войне? Такаши поставил под вопрос всю концепцию, к которой их готовили с самого детства. Естественно, это не понравилось Хамато-старшему, ведь к тому времени ему нужен был послушный солдат, а не тот, кто будет сеять зерна сомнений в его клане. Юта поставил перед сыном выбор. И тот выбрал. Такаши ушел, оставив брата одного. Он отправился в Киото — город, где смешались древние храмы и корпорации, где всё больше молодых людей верили, что будущее Японии не в мече, а в знаниях. Там он поступил в университет, изучал историю религий и психологию конфликтов, надеясь найти иной способ решения споров. Он учился у философов, медитировал в дзенских садах, консультировал общественные организации, которые пытались спасти молодёжь, попавшую в сети якудза. Юта и Йоши оборвали с ним связь. А решил вернуться лишь когда узнал о смерти брата. Приехав в Нью-Йорк, он обнаружил город в плачевном состоянии — всё кричало о том, что тут только что случилось нашествие инопланетян с мозгами в брюхе. Но среди этого хаоса он нашел не только руины. В полузатопленном логове была уцелевшая морозильная камера, изобретённая, угадайте кем? Конечно, Донателло. Внутри росли три эмбриона — то ли надежда, то ли остаток чьей-то безумной идеи. И Такаши понял, что, как бы он ни хотел забыть своё прошлое, оно всё равно найдёт его.