Хроники Кабака «Северный Олень»

      Гарри молча опрокинул в себя стопку, со стуком поставил её на стойку кверху донышком и исподлобья глянул на собеседника.       — Даже не начинайте!       — Ну, Гарри! — Руквуд смотрел на него с тем же участием, что целитель на очередного застрявшего в анимаформе самоуверенного идиота. Вроде как и смысла исправлять уже нет… зато какой в этот раз любопытный экземплярчик получился!       — Где же ещё, как не здесь… — он развёл руками, выдавая самый сильный аргумент:       — Да даже Самайн тут справляли!       — Напомнить, из-за кого? — уточнил Гарри.       — О, не надо благодарностей, — отмахнулся скромный представитель отдела Тайн и со вздохом заглянул в свою пустую рюмку, ещё и постучав пальцем по ободку. Но Поттер сделал вид, что не заметил намёка.       — Ну, сам подумай, во всей Англии нет более подходящего места, чем…       — …злачный кабак посреди Лютного? Что-то у магической Англии проблемка с подходящими местами, не находишь?       — Кризис, упадок экономики, аренда взлетела до небес…       — Руквуд!       — Да брось, Поттер. Ну где, если не у тебя? Не по менорам же всем сидеть. Маги, знаешь ли, быстро привыкают к хорошему.       — Пусть отвыкают, — отрезал Поттер, решительно закрыл бутылку и убрал её под стойку.       — Я вот лично собираюсь отдыхать! Закрою кабак на каникулы и буду валяться на шкурах у камина, попивая глинтвейн и пересчитывая хвоинки.       — Как, весь Йоль?! — ужаснулся Руквуд.       — Вот именно!       Сидящий за стойкой Снейп хмыкнул, но на вопросительные взгляды только развёл руками:       — На меня не смотрите. Я тут отвечаю только за качество напитков.       — Лучшая выпивка в стране, если не в мире, и магов хотят лишить её в самые важные ночи в году! — воздел руки Руквуд. — Поттер, не хочешь думать о благе Англии, так о выручке подумай.       — Я твёрдо….       Дверь распахнулась, впуская с улицы снежные хлопья и группу запорошенных снежком магов. МакНейр с громким стуком поставил на ближайший столик большой бочонок, отряхнул килт и потёр руки.       — Ну, всё, уломал Поттера? Празднуем?       — Вы рановато, — сквозь зубы отозвался Руквуд.       — А трындел, что за полчаса справишься, — хмыкнул Муди, смачно прикладываясь к неизменной фляжке. — Говорил же, надо Малфоя посылать!       Руквуд закрыл лицо растопыренной ладонью.       — Боюсь, Аластор, что послать куда-нибудь Малфоя нам просто здоровья не хватит. Да и не по карману, — примирительно заметил Басти Лестрейндж, аккуратно встряхивая меховую накидку. — Простите наш неурочный визит, Гарри, Северус. Но нас всех привело неотложное дело.       — Да, я уже понял.       — А как будто самому Малфою не надо?! — возмутился Муди, которого было не так просто сбить с темы. — Блэковские дамы-то желают провести Йоль по всем правилам. А с ними никогда сладу не было, а уж теперь-то…       Басти только вздохнул, признавая, что характер урождённых дочерей рода Блэк с интересным положением легче не становился. А уж переубедить их в чём-то — себе дороже. Поттеру даже стало его немного жаль. Пожалуй, знай Басти состояние дел дома, может, и обдумал бы возможность иммиграции во французскую тюрьму. Ну и что, что кормят так себе, французские вина всё смоют.       — А ты прямо всё к чести да златолюбию сводишь. Оно, конечно правильно, но у Малфоя ещё и жена есть. А с такой женщиной под боком гордость да золотишко быстренько на второй план отходят, потому как за Гранью они не нужны, а жить хочется, — со знанием житейской мудрости провозгласил МакНейр. Почесал волосатую коленку и уточнил:       — Ну, золото так точно.       — А магглы говорят, что жадность — грех и за него попадают в ад, — разговор начинал веселить Гарри. Впрочем, как и всегда, когда чистокровные маги сталкивались с чем-нибудь маггловским.       — Что такое «ад»? — Лестрейндж либо не посещал маггловедение, либо не счел нужным глубоко углубляться в чужие теологические дебри.       — Что-то вроде тёмного проклятого посмертия, — судя по взгляду Снейпа, тот тоже веселился, — только не индивидуального, а, так сказать, массового. По определённому признаку.       — Серьёзно?       — Магглов несколько миллиардов. Даже они понимают, что Госпоже не разорваться на индивидуальный подход.       — И ты можешь представить себе блистательного лорда Малфоя в такой… толпе?       — Конечно, — убеждённо проговорил Поттер. — Если Малфой попадет в маггловский ад, то уже на второй день будет вести переговоры о закупке новой партии котлов.       Снейп фыркнул, явно представляя себе картину, остальные задумались.       — Так по поводу Йоля, Поттер…       — Я же…       — Ну что, уже уломали? — радостно спросил Долохов, распахивая входную дверь. — Доставку солений, если что, я уже организовал! Сил больше нет вашими пудингами под водку давиться.       — Да что же вы такие все торопливые-то? — взвыл Руквуд.       Зашедший за Антонином Малфой, видно, ни разу ещё не икнувший за утро, а потому пребывающий в прекрасном настроении, тщательно закрыл за собой входную дверь, снял с головы меховой капюшон и окинул всех присутствующих взглядом, задумчиво прищурившись на насупленного хозяина заведения.       — А чего не наливают? — удивился непосредственный Долохов. — Поттер, хочешь, расскажу анекдот? В общем, слушай: заходят как-то маг и вейла в кабак…       — Я не в том настроении, — со вздохом сообщил Поттер.       — О! Говоришь прямо как та вейла!       — Хм, — Люциус переглянулся со Снейпом, потом потёр пальцем гладко выбритый подбородок и со вздохом обратился к Поттеру:       — Гарри… можно тебя на два слова?       — Да куда же я денусь….       — Гарри, — Малфой проникновенно заглянул в глаза собеседнику. — Я понимаю и разделяю ваше желание уединения в священные тринадцать ночей рождения Нового Бога. Но… боюсь, слишком многие маги строили определённые планы на возможность провести ритуалы в сакральном месте….       — …в злачном кабаке в Лютном?       — Поэтому я просто прошу сделать мне личное одолжение. Гарри, Нарцисса уже всё распланировала и, боюсь, будет очень разочарована, если её планы будут нарушены. А учитывая некоторую несдержанность в последнее время… она вас убьёт самым болезненным способом. Потом расчленит и скормит мне вашу печень. А я, знаете ли, с детства ненавижу печень. Отвратительный привкус, — он поморщился так выразительно, что дополнительных слов уже не требовалось. — Поэтому я прошу и заклинаю вас — сделайте что-нибудь, чтобы избавить меня от подобной участи!       — Ну… если взглянуть на ситуацию под этим углом…       — Спасибо, — Люциус сунул трость под мышку и двумя ладонями благодарно сжал руку Поттера. — Спасибо.       В зале что-то радостно прокричали маги.       Гарри махнул рукой, подтверждая только что заключённую сделку, и решительно направился к кладовке — пересчитывать запасы.       — Заварить тебе чая? — тихо спросил догнавший его Снейп. — Пить тебе сейчас только с горя, а кофе скоро из ушей польётся.       — Спасибо, — Гарри кивнул. — Ты был прав. Можно было и не затеваться с этими каникулами… прости, знаю, что ты планировал небольшой творческий отпуск.       — Я запланировал его на время после Йоля — всё равно все отсыпаться будут.       — То есть не верил в меня с самого начала? — усмехнулся Гарри.       — Ты слишком привык спасать мир. От старых привычек трудно отказаться.       — Звучит как «ты идиот» в новой версии. Ничего не меняется?       — Зато теперь ты самокритичен.       В зале за их спиной вдруг все замолчали.       — Руквуд!!! — голос Долохова было ни с чем не спутать. Как и последующую непереводимую тираду. Всё же русский язык обладал воистину волшебным свойством доносить смысл даже до тех, кто на нем не говорил. — Нет, ты серьёзно? Не накормил?! Ты подвалил со всем этим вот бардаком к невыспавшемуся злому Поттеру и вывалил всё ему на голову, даже не покормив перед этим?!       — Не всем же…       — Да я вообще не понимаю, как он согласился!       — Технически говоря, согласился Поттер не с Руквудом, а с Малфоем. Хотя тот Поттера тоже не кормил.       — И ты, Малфой?! Нет, не отвечай… всё, я на кухню — может, ещё не всё потеряно!       — Иногда я думаю, что самая большая ошибка Лорда была в том, что он поставил Долохова на боёвку, а не на кухню, — меланхолично заметил Снейп. — Не можешь победить — накорми.       — Тогда бы он сразу завоевал весь мир, — зевнул Поттер. — Но это было бы слишком просто. Пошли, посидим на кухне в полном предвкушении вкусненького? Что-то мне подсказывает, что там сейчас будет потрясающе пахнуть.

***

      До кухни Гарри не дошёл всего пару шагов: расслабился, в предвкушении скорого пира потеряв бдительность (даже Муди, оторвавшись от фляжки, сделал выразительный жест и укоризненно покачал головой). Материализовавшиеся буквально из воздуха дамы перегородили дорогу. Кто говорил, что нет в жизни ничего страшнее взгляда Беллы Лестрейндж? Тот, кто никогда не видел её в паре с сестрой.       — Мистер Поттер…       — Да, леди Малфой? Опять проблемы с гардеробом? — искренне посочувствовал Гарри.       Нарцисса остановилась на вдохе, её идеальные брови приподнялись, а губы приоткрылись. Не в букву «о», конечно, для этого она была слишком воспитана, но и такое выражение на лице леди Малфой созерцали лишь редкие счастливчики (без глотка «Фелициса» тут явно было не выжить).       — Я же говорила, что у него чувство самосохранения отшиблено ещё в школе! — Белла сияла так, словно сама сажала в Хогвартсе Дьявольские Силки и прикармливала василиска.       — Определённо, — пробормотала Нарцисса. — Мистер Поттер, что вы знаете о традиции магов праздновать Йоль — Рождение нового Бога? К сожалению, образование последние годы оставляло желать лучшего. А важно, чтобы вы в полной мере осознавали значительность всех традиций….       — Чувствую, завтрак будет на редкость низкокалорийным: допрос, опрос, ликбез и булочка, — мрачно пробормотал Поттер.       — Если будешь себя хорошо вести, булочку намажем маслом, — щедро пообещала Белла.       — Да вы сама доброта, леди Лестрейндж…       — Конечно, — Беллатрикс светилась ясным солнышком. Каким-то образом ей удавалось сделать этот улыбчивый образ ничуть не менее пугающим своего предыдущего амплуа. Талант, не иначе!       — Но я что-то сомневаюсь, что хоть в одной из Йольских традиций говорилось о необходимости собираться в злачном кабаке, — заметил Гарри. — И не появится, если…       — Твои условия?       — Не создавать мне головной боли.       — Принято. Ограничимся минимумом, — Нарцисса извлекла из маленькой сумочки, подвешенной у пояса, туго скрученный свиток. Встряхнула — и пергаментная лента с шуршанием раскрутилась, свободным концом касаясь пола. Почерк у леди Малфой был очень мелким, зато строчек — бесконечное количество. — Северус, ты не мог бы…       — Северус занят, — отрезал Поттер.       Снейп невозмутимо поднял свой бокал в салюте.       К чести сестёр Блэк можно было сказать, что границы они чувствовали великолепно.       — Конечно, — с долей поспешности проговорила Нарцисса и улыбнулась Снейпу. — Никто не собирался заставлять Мастера таскать дрова или подвешивать под потолок омелу. С вас — выпивка, с нас — всё остальное.       — Ещё и омела… — Гарри понял, что начинает медленно звереть.       — Тебе ничего не придется делать, я понимаю, что в «Олене» много дел. Уверена, все незанятые джентльмены будут счастливы нам помочь… — миссис Малфой взглядом нашла мужа.       Лорд Малфой умел держать лицо. Но вот краски покинули его скулы слишком поспешно даже для аристократической бледности, а взгляд непроизвольно метнулся к двери.       — Люциус был так любезен, что согласился взглянуть на бухгалтерию, — сдать супруге Малфоя было очень соблазнительно, но гриффиндорское прошлое так быстро не забывалось.       — Да? — искренне удивилась Нарцисса.       — Увы, своё дело требует чёткого учёта.       — Даже если оно в Лютном.       — Особенно если оно в Лютном.       Лорд Малфой бросил на Поттера преисполненный безграничной благодарности взгляд и склонился над стопкой пергамента. Откуда она материализовалась, так же как и пышное платиновое перо, украшенная самоцветами переносная чернильница и прочие писчие принадлежности, Гарри не заметил. Похоже, вершины истинной магии проявлялись вовсе не во владении непростительными.       — Долохова лучше не отвлекать, а вот остальные…. — Поттер обвёл всю компанию взглядом, с интересом заметив вытаращенный взгляд Муди, не ожидавшего такой подставы, остолбеневшего МакНейра и проигнорировав подающего какие-то знаки Руквуда. В конце концов, он был зол сейчас, а Гриффиндор был уже давно… да и Шляпа когда-то отправляла его на Слизерин.       — Можете забирать всех свободных джентльменов, леди. Уверен, они будут просто счастливы внести свой вклад в грядущее событие.       — Разумеется, — возможно, когда-то в прошлых жизнях у Беллы был собственный ручной тиранозавр, и нежно улыбаться она училась именно у него. — За мной, господа. У нас столько дел!       Хлопнула дверь, погружая зал кабака в блаженную тишину.       Гарри разглядывал потолок.       Снейп покачивал в пальцах бокал.       Люциус отложил пергамент и потёр переносицу.       Из-под стола, сохраняя всё возможное достоинство, показался Басти Лестрейндж. Пригладил волосы, поправил застёгнутые на позолоченные пуговицы манжеты и светски улыбнулся:       — Надо же, так невовремя запонку уронил…       Никто не засмеялся.

***

      — Добрый день, господа, — сегодня Госпожа выглядела уставшей и не такой беззаботной. Так что, возможно, где-нибудь ей даже налили бы чего-нибудь с градусом, не спрашивая документов. Но на вопросительный жест Гарри она молча ткнула тонким пальчиком в сторону сосуда с апельсиновым соком. Вздохнула, потёрла лицо, оглядела всех по очереди, задержав взгляд на Малфое с Лестрейнджем.        — А, и вы тут… всё хотела спросить: Пожиратели Смерти? Какое образное и яркое название!       — Нет-нет, наветы и сплетни! Мы — Вальпургиевы рыцари, — открестился Лестрейндж сдавленным голосом.       Малфой быстро кивнул, подтверждая: — Ошибки молодости!       — Слушай, может, хватит уже пугать бедных Лордов, а? Вот сейчас получат по инфаркту — тебе же с этим и возиться. Сверхурочной работы не хватает? Давай, проходи и присаживайся, — пригласил Гарри и отодвинул кресло, ставя на стол наполненный бокал, украшенный двумя бумажными цветочками.       Госпожа вздохнула, потёрла лицо, оглядела всех по очереди, задержав взгляд на Малфое.       — Как же меня достали твои родственники….       — Которые? — поперхнулся Люциус.       — Да эта дама… — Смерть очень похоже изобразила руками картинную раму.       — Вальбурга? Она мне не родственница, это со стороны супруги! — быстро открестился Люциус, бросая заполошный взгляд в сторону входной двери. Похоже, что срочные и неотложные дела множились в его расписании со скоростью снитчей.       — И вообще, она такая же родственница мне, как и Рабастану.       — Меня-то в это дело не втягивай, — отодвинулся Лестрейндж. — Мне и Беллы в доме для полного счастья хватает.       — Муж и жена — одна сатана, — философски проговорила Госпожа, пробуя на зуб бумажную соломинку.       — Это магглы так говорят?       — Это я так говорю.       — А… а кто такая — сатана?       — Твоя родственница со стороны жены. Как же достала-то… Вызывает исключительно ночью, когда все нормальные существа спать должны. Свечей нажгла, травой какой-то навоняла… требует что-то, — Госпожа принюхалась к рукаву собственной мантии и выразительно скривилась. — А у меня слух тонкий и нюх. Ну, сколько можно-то?       — Наверное, хотела как лучше, — посочувствовал Гарри, успевший мотнуться на кухню и теперь ставя перед несчастной божественной сущностью наполненную тушёными овощами миску.       Следом появился возмущенный Долохов, дружески кивнув Госпоже и вручив ей ложку. Вторую миску со стуком поставил перед Гарри. Дождался кивков от остальных и принялся заставлять стол одуряюще пахнущими блюдами и тарелками.       — Так что Вальбурга хочет-то? — вернулся к теме Поттер.       — Младшего своего вернуть, — Госпожа зачерпнула полную ложку рагу и сунула в рот, застонав от удовольствия. — А Блэкам иногда проще дать, чем объяснить, почему не хочешь.       Малфой с Лестрейнджем переглянулись и молча подняли бокалы. Не чокаясь.       — Так дай, — пожал плечами Поттер. — Северус вот говорил, Рег — нормальный парень был. Почти без Блэковских заморочек.       Снейп молча кивнул.       — Так нету! — развела руками Смерть. — Ну, вот честное загробное слово — нету. Ему и не время-то уходить было. Мне только ещё одного пресекшегося рода, думаешь, для счастья и не хватало-то? Я столько веков их обряды с вонючкой смердящей в курительнице терпела, чтобы вот так просто из вредности всё слить?!       — Регулус жив?       — Нет. И не мертв. И среди дементорских запасов нет. Ещё один висяк в документах и проблемы в реальности… ох, как голова-то болит. Не могу этот запах терпеть!       — Хочешь, Северус принесёт зелье от головной боли? — с искренним сочувствием спросил Гарри, погладив острое плечо.       Смерть задумчиво посмотрела на Снейпа. Тот ответил еще более задумчивым взглядом истинного учёного, стоящего на пороге великого эксперимента.       — Или лучше твою мантию проветрим?       — Не поможет, проверено веками. Только переодеться, — она шмыгнула носом и кивнула:       — Лорд Малфой, раздевайтесь.       — Что?! — отшатнулся маг.       — Одолжите бедной девушке свою мантию, — уточнила Смерть. — С вашими-то духами я как-нибудь смирюсь.       — Но там серебро заговоренное и защитные руны…       — А ещё осиновый кол и чеснок в кармане? Лорд Малфой, вы меня ни с кем не перепутали часом? Ну? Как припекает, твердите «Последнее отдам!», а тут одну тряпочку зажали?       Гарри с интересом посмотрел на Люциуса. Традиционно маги носили мантии на голое тело, регулируя температуру согревающими и охлаждающими чарами. Но Люциус никогда не казался ему таким уж жёстким приверженцем всех старых правил.       — Не похоже, чтобы у тебя был выбор, — заметил Лестрейндж. Его мантия была темно-зелёной, подобранной так, чтобы оттенять необычный цвет волос. Бледной Госпоже она явно не пришлась бы к лицу, так что здесь Басти не опасался.       — Сам знаю! — Малфой вздохнул и принялся расстегивать мелкие серебряные крючки.       Под мантией он оказался… нет, не обнажен. На нем был прекрасно сидящий маггловский костюм-тройка с белой рубашкой и серебристо-зелёным шёлковым галстуком, застёгнутым платиновой булавкой с изумрудом.       — Переговоры, — вздохнул Люциус, отвечая на изумлённые взгляды. — С магглами… если ограничивать дела кругом магов, то скоро по миру с сумой пойдешь. Так, Гарри, можно одолжить у тебя полотенце или скатерть? Мне надо трансфигурировать…       Смерть скинула с плеч своё одеяние, демонстрируя, что вот она-то как раз придерживается традиций. Ну, почти: милые батистовые панталончики с вышитыми черепами и шёлковыми лентами не в счет. Все маги как по команде «кругом» развернулись на пятках, так, чтобы оказаться к ней спиной.       — Ой-ой, как будто вы что-то тут не видели!       — Мы там точно ничего не видели!       Гарри фыркнул, понимая, что если кто что и узрел, то точно будет молчать до самой своей сме… самого конца своего существования. Особенно о том факте, что Госпоже с её фигурой, в которой и так сложно было заподозрить наличие пышных форм, точно ничего не мешает спать на животе.       — Всё, можете поворачиваться! — чуть великоватая для хрупкой девушки, мантия Люциуса смотрелась саваном от кутюр. Зато отлично сочеталась с цветом волос.       — Держи, — Госпожа щедро протянула Малфою свою накидку. — Не будем смущать магов твоим одеянием. А запаха вы, люди, всё равно не разберёте.       — Это Дар? — Люциус шарахнулся от чёрной ткани как от ядовитой змеи.       — Вот ещё! Просто самая обычная мантия. Прикупила как-то по случаю на распродаже. Считай — на Чёрной Пятнице.       Люциус побледнел.       — Бери-бери. Не грабить же в самом деле Лорду Малфою злачный кабак в Лютном, да ещё и на старую скатерть — это моветон.       — Но…       — Одевай, кому говорят! — потеряв терпение, рыкнула Смерть.       — Меня не полнит? — с подозрением уточнил Малфой, послушно натягивая подарок.       — Смерть редко кого полнит, бледнит — это да, но тебе даже к лицу.

***

      — Точно самая обычная мантия? — тихо и настороженно спросил Поттер, глядя в спину Малфоя.       — А кто её знает? — философски пожала плечами Госпожа и, вытащив откуда-то зеркальце, старательно и немного кокетливо пригладила волосы. Самой себе в шёлковой серой мантии с элегантной темно-зеленой и серебристой вышивкой по вороту она очень нравилась. — Встреча со Смертью иногда всё так непредсказуемо меняет, знаешь ли…       — И не говори.       — …а у вас-то тут что? — Смерть, наконец, обратила внимание на необычно-пустое заведение.       — А у нас тут Йоль грядёт, — сообщил Поттер и, подумав, добавил: — полный.