Хроники Кабака «Северный Олень»

Глава 1. Кабак «Северный Олень»

      Когда Поттер после войны выкупил дом в Лютном переулке и в пику магам, которые всё чего-то от него требовали, открыл там самый злачный притон «Северный Олень» (в народе переименованный из «Оленя» в «Песца»), он ждал чего угодно, но не такого…       На маленькой сцене, вцепившись в шест и призывно покачивая бёдрами, на высоченных шпильках вышагивала Беллатриса Лестрейндж. Даже со своего места Поттер видел, что Белла была уже никакущая и стояла на ногах только благодаря шесту, хотя при этом и ухитрялась не пролить ни капли из зажатого в другой руке полного бокала: опыт не пропьёшь! Снизу у подиума — сразу с двух сторон — уже тянули руки Лестрейнджи, приготовившись ловить своё пьяное сокровище.       — Хороша девка! — поймав взгляд Гарри, одобрительно крякнул Аластор Муди, отпивая из кружки. — Огонь-девка! Еще бы «круциками» не баловалась — цены бы ей не было!       — Так иди, третьим там стань, — предложил сидевший рядом Сивый. — Глядишь, свалится тебе на голову счастье.       — А сам-то? — ощетинился Муди.       Сивый аж подскочил на стуле, оглянувшись назад.       — Не-е… укусит ещё. Лечись потом от бешенства. А вам, аврорам, это не грозит, вы и так-то…       Поттер поспешно нацедил две кружки крепкой настойки и грохнул их перед спорщиками, погасив начавшийся было разгораться конфликт:       — За счёт заведения!       — О! — обрадовался Муди, и его волшебный глаз моргнул, хотя вряд ли умел это ещё до предпоследней кружки. — Наш ты парень, Поттер! Душевный! Залей мне ещё фляжку с собой. Ядреная штука вышла. И это… во вторник будет облава. Но ты не волнуйся — мы ничего не найдем, мы ж тебе не дементоры. Хвостатых только убери!       Сивый фыркнул и демонстративно хрупнул подперченным сухариком.       — Разберёмся, — пообещал Поттер и принялся сгружать наполненные рюмки на большой поднос.       От крайнего столика послышалось бренчание гитары, и красивый мужской баритон затянул русскую балладу. Ему подпевали со всех сторон — безжалостно перевирая слова, но от души.       Джинни и Луна бегали с подносами. Джинни вот уже неделю скрывалась в «Олене» от матримониальных планов матери, а Луне здесь почему-то просто нравилось. Гарри даже не мог сказать, что Лавгуд у него работает: Луна появлялась, когда ей захочется, брала поднос и шла в зал. Зато под особо забористую настоечку её щебетание про мозгошмыгов и морщерогих кизляков у посетителей заходило на «ура».       — Как дела? — Снейп появился из задней комнаты, неся в каждой руке по внушительной бутыли.       — Замечательно! — улыбнулся Гарри. Он и мечтать не смел, что всё у них так идеально сложится, ещё пару лет назад, когда Снейп с независимым видом зашел в только что открывшийся бар, сел за стойку, глотнул из поставленной перед ним рюмки и скривился:       — А вам не приходило в голову, Поттер, что, чтобы гнать нормальный самогон, вам нужен зельевар?

Глава 2. Секретный рейд

      Притон «Северный Олень» жужжал, как растревоженный улей. В самом разгаре был внезапный рейд Аврората по злачным местам.       — Привет, Гарри, а наши ещё у тебя? — жизнерадостно спросила Тонкс, тут же зацепившись носком ботинка за порог. Она прижимала к себе объёмную коробку, которая точно не уцелела бы, если бы Люпин не ухватил Тонкс в последний момент за локоть, другой рукой поймав её ношу.       — У меня, естественно, где им ещё быть? У вас же внезапный и секретный рейд, — отозвался Поттер, старательно протирая полотенцем бокал.       Почему-то у людей прочно укоренились в мозгу некоторые заблуждения. И одно из них гласило, что бармену больше и заняться-то нечем, кроме как тереть сомнительного качества тряпкой и так чистую тару. Но и воевать с ветряными мельницами Гарри не собирался, пойдя навстречу вежливым просьбам. И теперь авроры могли со спокойной совестью написать в отчёте, что, когда они пришли, хозяин заведения протирал стаканы.       — Гарри, нам бы какое-нибудь окно разбить: врываемся же! Какое тебе не жалко? — проорал Руквуд с противоположного конца зала.       — Давай то, что за сценой, — подумав, предложил Поттер. — Всё равно там стекло треснуло и магией уже надоело чинить: менять надо.       — Так жалобу подашь — за счет Министерства и поменяешь! С паршивого фестрала хоть перьев пук — на метёлку.       — И входную дверь можете вынести. Только аккуратно — крыльцо почти новое. И не шумите так — клиентов распугаете!       «Клиенты», привлеченные халявной выпивкой и обещанным развлечением (не хватало ещё, чтобы сверхсекретный рейд вдруг обнаружил пустое заведение!), поддержали его слова дружным гулом и тостом за бравый Аврорат.       — Обижаешь! Какая кладовая под осмотр?       — Вон та, что крестиком помечена, я даже охранные чары на неё навесил, чтобы вам отчет было нескучно писать, — всё для любимых авроров! Досматривайте и изымайте всё, что там есть, как особо подозрительное. И — Мерлина ради! — обратно потом не возвращайте: выкиньте где-нибудь на помойке, а то у меня всё руки выбросить не доходят. И давайте побыстрее: оборотни вчера дичь подогнали на копчение — как раз окорока дошли. И настойка холодненькая!       — Та самая — медовая на змеиных хвостиках? — Муди повел носом и чуть не прослезился.       — И та самая, — ухмыльнулся Поттер, — и ягодная, на сосновых шишечках — Северус наконец-то рецепт довёл до ума. Не гляди так жалобно своим глазом: пока не закончите — не налью. А то сядете дегустировать, и плакала ваша облава фестраловыми слезами.       — Уже начали? — Люциус Малфой появился в проёме открытой двери, дружески кивнул аврорам и посмотрел на Поттера. — Добрый день, Гарри. Извини за вторжение, но, боюсь, отложить мой визит не представляется возможным: Белла страдает после своей вчерашней невоздержанности, у Нарциссы болит голова, а ты же в курсе, что зельям она доверяет исключительно…       — Как же эти аристократы любят словеса-то накручивать! Так и скажи: свояченица набралась и теперь с бодунища дебоширит, а от этого у жинки голова разболелась. А, как известно, если голова болит — не даст…       — Аврор Муди, тебя подчиненные зовут, — ледяным тоном оборвал речь Аластора Поттер: за честь жены Малфой мог и на дуэль вызвать. Это, конечно, только прибавило бы «Оленю» притягательности в глазах постоянных посетителей — такое зрелище к выпивке! — но всё же Поттер предпочитал шоу-программу составлять самостоятельно. — Идите, аврор. А то время потеряете, так потом и выпить будет некогда. Люциус, тебе Северус всё собрал, как всегда. В темном флаконе — Белле. Унцию на галлон воды. В изумрудном фиале — Нарциссе, она знает. А бутылка — это от меня: вишнёвая настойка в этот раз вышла просто волшебная.       — Спасибо, Гарри, — Малфой спрятал уменьшенную корзину в карман и отвесил вежливый полупоклон. — Не буду мешать. А то мало ли — авроры решат устроить облаву в Лютном, а мне сегодня ещё в Министерстве на совещании надо быть — конфуз выйдет. Передавай Северусу привет и мою благодарность!       — Ой, Гарри, а правда, Снейп где? — спохватилась Тонкс, отнимая руку у Люпина и спешно приглаживая заалевшие волосы.       Поттер понимающе хмыкнул и выставил перед ними блюдце с нарезанным лимончиком.       — Где-где… в лаборатории, естественно. Злой, как сто мантикор: что-то там у него с экспериментом не выходит. А он уже год в журнале по переписке спорит с каким-то итальянским ученым, как это должно работать.       — А он совсем-совсем не может подойти, даже на минуточку? Я тут занесла какие-то зельеварческие приблуды: часть в подпольных лабораториях арестовали, часть — контрабанду накрыли. Вдруг ему нужно что? А то сдам в Отдел Тайн, и будет там лежать без дела… Пусть посмотрит. Что ему не пригодится — потом заберу.       Гарри заглянул в коробку, хмыкнул и кивнул:       — Спасибо, Тонкс. Приводи свою группу — напою за счёт заведения. Так, всё — вернусь через пять минут, без меня не начинать!       Он бросил фартук на стул и исчез в задней комнате вместе с коробкой.

* * *

      Снейп поднялся из подвальной лаборатории по лестнице, устало снимая рабочую мантию.       — Уже закончили?       — В процессе. Северус, сделай перерыв, а? Хоть поешь нормально. И посмотри, что тебе принесли. Вон на той штуке с медными трубками — точно клеймо мастерской Борджиа…

Глава 3. Повседневное

      — А ну, пошёл вон! Ещё раз увижу тебя здесь, и больше тебя никто нигде вообще не увидит!       Недовольный Уолден МакНейр зашёл через задний ход, захлопнул за собой дверь и уселся на барный стул, водрузив локти на стойку. Августус Руквуд подтащил свободный табурет и устроился рядом.       — Мелкий гадёныш — Людо Бэгмен! — никак не мог успокоиться МакНейр. — Решил, что сможет тут расплатиться исчезающими деньгами. Уизли мы ему, что ли? Надо на него нарыть что посерьёзнее и посадить в Азкабан, чтобы порядочным людям глаза не мозолил.       — Он вроде в Министерстве работал.       — Так я и говорю! Как всё меняется: раньше в Лютный подобная шелупонь и ступить-то боялась. А теперь смотри, как осмелели!       Поттер хмыкнул, покопался под стойкой, плеснул в стакан резко пахнущей прозрачной жидкости из темной бутылки и поставил выпивку перед МакНейром. Руквуд с интересом наблюдал, получив свою неизменную кружку пива.       Моментально опрокинув в рот предложенное угощение, шотландец несколько минут даже не мог ничего сказать, лишь стукнул стаканом по стойке — донышком вверх — и выпучил глаза, глотая воздух, пока не вернул себе дар речи:       — Эх, хороша! Прямо как дома! Ну, угодил… на чём это гнали, а?       — На зелёных бубонтюберах.       — Точно — как дома! Эх, какое время-то было…       В «Северном Олене» царила непривычная тишина: открывался он ближе к вечеру. Но для «своих» Поттер делал исключение и не отказывал в рюмочке-другой.       — Гарри, а та красавица, что вчера танцевала, это кто? — спросил Август Руквуд. — Ну, из-за которой Малфой весь вечер кислый сидел. Его что, отшили?       — Нет. Люциус верен жене, просто дулся, что кто-то оказался смазливее, чем он сам. А это была бабушка Флер Делакур. Прекрасна, как майский рассвет над Хогвартсом, не так ли?       — Постой… бабушка?! — оторопел МакНейр.       — Уже даже прабабушка. Флёр недавно родила, Билл же всех присутствующих поил.       — Но прабабушка…       — Ты как будто вейлу в жизни не видел. Ещё налить?       — Да ну тебя, только хорошую выпивку зря переводить с такими новостями. Мы тебе тут кое-какие бумаги занесли. Секретные, естественно. Глянь, чтобы потом сюрпризов не было.       — Спасибо, посмотрю, — улыбнулся Поттер, для которого бесчисленные рейды и внезапные проверки стали уже настолько привычным делом, что хоть расписание составляй.       Громко звякнул большой медный колокольчик, и в громадной бочке, что стояла у двери в задней комнате, забулькала вода.       — Извините — доставка. Сейчас приму и вернусь.       На поверхности бочки показалась бледно-зелёная лысая голова с маленькими острыми рожками и круглыми глазами. Увидев Поттера, обладатель головы удовлетворенно кивнул и вылез на приставную лесенку, ловко балансируя на гибких щупальцах, заменявших ему ноги. В костлявых руках с длинными когтистыми пальцами «поставщик» сжимал край огромной мелкоячеистой сети, свёрнутой на манер котомки. В бочке вынырнули ещё два существа — помельче и потемнее цветом, поддерживая сеть с других концов.       — Поаккуратнее, парни, руки берегите! — Гарри, добавив к речи пару булькающих звуков, помог спустить ношу с лестницы и высыпать её содержимое — косяк мелкой серебристой рыбки — в подготовленное корыто. — Отменно! Забирайте своё добро.       — Это кто? — ошарашенно спросил МакНейр, глядя, как зелёные существа скрываются в воде, трогательно прижимая к груди небольшие пузатые бочонки. — Гриндилоу? Так они же того — неразумные и злобные!       — Вот тебя посадят на цепь и будут пальцы ломать — тоже станешь неразумным и злобным. А они рыбу притащили. Солёная рыбка к пиву — волшебная вещь. А такой, как у них, и контрабандой не достанешь.       — А в обмен что?       — Самогон, — пожал плечами Поттер. — Вот ты можешь себе представить, как гнать самогон под водой? И они не могут. А вещь в хозяйстве — полезная.       — Вечно у тебя всё не как у людей. Ладно, мы пошли — работа. После дежурства заглянем, — Руквуд ухмыльнулся. — Оставь мне рыбки, если припоздаем.       В закутке возле двери, на вычурной подставке (откуда и кто её приволок — выяснить так и не удалось), лежала «Книга отзывов и предложений»: простая тетрадка в чёрном кожаном переплете. Её наличие очень веселило завсегдатаев, так что к середине вечера (когда уже прилично выпил, но ещё в состоянии держать перо) к тетрадке начиналось целое паломничество желающих излить душу в эпистолярном жанре, с описанием женских ножек, на данный момент обхватывающих шест на сцене, вкуса очередной экспериментальной «настоечки» и уважения к собутыльникам.       Не удержавшись, МакНейр, который шел замыкающим, свернул в закуток, обмакнул лежавшее рядом перо в чернильницу и черкнул пару слов. Страница под его строчкой пошла возмущёнными кляксами, а потом расцветилась коротким, но ёмким ответом.       — Вот язва! — расхохотался МакНейр и, махнув на прощание рукой, скрылся за дверью. — До вечера!       «Книга отзывов и предложений» выразительно пошелестела листами.       — Что? А ты вообще помолчи, — вздохнул Гарри. — Сам же мне ныл, что в столе лежать скучно, а тебе не хватает общения и свежих впечатлений. Вот и общайся!

Глава 4. Будни. Гарри

      Гарри вздохнул и огляделся, прикидывая: может, стаканы протереть? Занятие, как оказалось, вполне медитативное.       — Мастер, мы мясо принесли, в погреб, как обычно, сгружать? — совсем юный оборотень мялся у заднего входа.       Молодежь в стае берегли и в большой мир почти не выпускали: слишком уж плохое отношение было со стороны магов, да и провокаций боялись. Но Поттеру Сивый доверял, так что для многих появилась счастливая возможность увидеть что-то, кроме тщательно спрятанной в лесу деревушки. Кстати, на последней попойке Гарри уже поднимал этот вопрос, и присутствующие согласились, что так, как сейчас, — глупо, нерационально и вообще по-дамблдоровски, поэтому перемены были не за горами. Белла и Нарцисса после пары бокалов лёгкого дамского вина договорились взять молодняк оборотней под свой патронаж… а если те смогут пережить заботу, воспитание и защиту от двух дам Блэк, то всё остальное им будет уже не страшно.       — И вот… — оборотень смущенно вытащил из холщового мешочка какую-то веточку густо-фиолетового цвета и, приблизившись, положил её на стойку. — Нашли… мастер Снейп же всегда загадочным и диковинным интересуется, вот мы и пособирали немного. От неё магией пахнет…       — Отлично! Мясо сгрузите в погреб, — кивнул Гарри, выуживая с нижних полок оплату — шкатулку с фиалами зелий и ящик с бутылками. — А потом все заходите. Могу покормить и сидра налью.       — Спасибо! — парнишка просиял белозубой улыбкой и скрылся за дверью.       — Доставка? — спросил Снейп, так и не изменив своей излюбленной манере передвигаться бесшумно.       — Да уже всё почти. Сегодня ещё только пикси специи пришлют. И посуду вроде — а то в прошлый раз половину стаканов «на счастье» побили. Мы тебе помешали? — Гарри подошел к опустившемуся на стул Снейпу и принялся привычно разминать напряжённые плечи.       — Нет, новые чары звукоизоляции пока держатся. Просто перерыв решил сделать… м-м-м… да, и ещё пониже, пожалуйста… вот ту-у-ут…       — Надо нам выходной устроить… — задумчиво проговорил Поттер. — Я устал. Давай завтра закроем бар на переучёт и целый день будем ничего не делать?       — Можно, хотя ты полезешь на стенку уже часа через два. И если ты без предупреждений бросишь кухню — я с голода умру.       — Намёк понят, — рассмеялся Поттер. — Тебе рагу или похлёбку?       — Давай похлёбку, — Снейп тряхнул головой, отрешённо обвел взглядом бар, потом почти пустую стойку и остановился на фиолетовой веточке. Немногие могли похвастаться, что видели потерявшего дар речи мастера зелий. — Это… постой, это же… не может быть!       — Всё после еды! — Гарри быстро водрузил перед ним глиняную миску с ложкой, а веточку прикрыл бумагами — чтобы не отвлекала. — Я же тебя знаю: сейчас голодным в лабораторию помчишься и будешь исследовать, пока в обморок не грохнешься. А я не хочу терять своего лучшего зельевара: постоянные клиенты ждут новых шедевров.       — Будут тебе новые шедевры. Ну, хоть в воду её поставь, — со вздохом попросил Снейп, принюхиваясь к похлёбке, и взялся за ложку. — Ты же даже не представляешь, что у тебя на столе валяется!       — И представлять не желаю, — Гарри налил воды в пивную кружку и сунул в неё фиолетовую ветку.       Снейп проводил пивную кружку жарким взглядом и вернулся к еде.       — Бумаги из Министерства? Что опять хотят?       — Ищут зеркало Еиналеж, — пожал плечами Гарри, беря стул и устраиваясь напротив. — Достойные продолжатели дела Дамблдора.       — Но оно же не у тебя?..       — У меня. И дальше тут останется, потому что подобные вещи в плохих руках могут натворить кучу проблем. А мне надоело за нашими великими и светлыми подтирать, своих забот полно: колбаски пора вялить, и новая партия пива вот-вот дойдёт.       — Они же тебе за такой артефакт весь кабак перевернут.       — В первый раз, что ли? Пусть. Всё равно ничего не найдут, — Гарри поймал вопросительный взгляд Снейпа, улыбнулся уже мягче и кивнул на мужской туалет, где над писсуарами на уровне пояса интерьер украшала вделанная в стену длинная зеркальная полоса.       — А ты что думал, мужики там так подолгу стоят, лишь отдавая дань природе? Так столько никому не выпить!

Глава 5. Будни. Северус

      Признаться, положа руку на сердце, в какой-то момент Снейп просто устал. Невозможно постоянно жить на грани и бить лапками, зная, что один неверный шаг — и всё. Можно бороться, если есть хотя бы проблеск света в конце тоннеля и какая-то надежда, что выплывешь — и всё будет иначе: спокойнее и лучше. А борьба ради борьбы… К определенному пределу уже и смерть не пугает, а становится почти желанным шансом наконец-то выспаться.       После всей нелепой истории с Волдемортом и Орденом Феникса, длиной в полжизни, Снейп понял, что остался у разбитого корыта. Внезапное заступничество Поттера спасло от Азкабана. Даже грамоту какую-то дали и назвали героем. Но лицензию свободного зельевара не подтвердили — Альбус был сволочью злопамятной и упрямой, так что послание читалось без вариантов: либо Снейп возвращается в Хогвартс к бестолковым ученикам, бесплатной варке зелий, круглосуточным дежурствам и подчинению «силам добра», либо забывает о любимом деле вовсе. Спасибо, хоть Поттер свел угрозу Азкабана на "нет". Туда Снейп точно возвращаться не стремился.       Существовали ещё, конечно, мастерство и возможность найма: тогда он мог бы пользоваться чьей-то лицензированной лабораторией, а в свободное время заниматься личными проектами. Не вышло. Слишком многим наступил на хвост, а друзей не завел. Малфой, наверное, не отказался бы помочь, но напрямую он с этим бизнесом связан не был. Пришлось бы просить, подкупать… И опять попадать в очередную зависимость: Люциус был приятным другом, но жёстким кредитором. Да и в собственной слабости расписываться не хотелось: гордость — последнее, что оставалось своего.       Так что в недавно открывшийся злачный притон в Лютном Снейпа привели любопытство глянуть на новую выходку героя (не ожидал он такого, думал, Поттер будет купаться в лучах славы и честно изображать из себя символ победы, а тот оказался с характером), ну и желание банально напиться заодно — почему бы и нет, надо же когда-нибудь начинать?       Однако напиться не получилось. Не то чтобы пойло в кабаке Поттера было плохим… скорее — никаким, без изюминки, благо хоть не воняло.       Гнать самогон — это искусство. Об этом Северус, тесно пообщавшись в свое время с Долоховым, знал не понаслышке. А Гарри, пусть и повзрослев, и набравшись опыта, как ни малейшего таланта к зельеварению не имел, так и не приобрел.       — А вам не приходило в голову, Поттер, что, чтобы гнать нормальный самогон, вам нужен зельевар?       — Хотите на меня работать, профессор? — Гарри выгнул бровь и вдруг вполне доброжелательно улыбнулся. — Я был бы счастлив. Еда, проживание и процент с выручки — что скажете?       — Не выйдет, — Снейп покачал головой, сам удивляясь, что чувствует сожаление: ну, в самом-то деле, не хотелось же ему действительно работать на Поттера! — У меня нет права свободного зельеварения, а у вас — ни лаборатории, ни лицензии на её открытие.       — И это единственное, что вас останавливает? — Гарри перегнулся через стойку и рыкнул куда-то вглубь зала:       — Руквуд, нужна лицензия на лабораторию!       — Нужна — будет, — лениво отозвались с крайнего столика. — Тебе какого порядка?       — Высшего, — фыркнул Гарри. — Лаборатория — уровня «бог». Она предназначена для самого выдающегося мастера Европы.       — А… привет, Северус, не признал — хреново ты выглядишь, — Августус Руквуд облокотился на стойку, перехватил следующую рюмку и, опрокинув её в рот, скривился.       — Гадость! Но теперь есть шанс, что всё изменится к лучшему. Высшего делать не стоит — проверками замучают, выпишу стандартную. Гарри, завтра тебе ребята все бумажки притащат, а в реестр я сам внесу. Ну и из контрафактных инструментов-стекляшек-оборудования что поприличнее вам подгоним. Обмывать-то когда будем?       — В пятницу, — предложил Поттер. — Выпивка за счёт заведения.       Снейп с наигранным равнодушием прислушивался к диалогу: со всей волокитой обычно на открытие новой лаборатории требовалось несколько месяцев, да и то если повезет.       — Вы сами всё слышали, профессор. Свободная спальня — на втором этаже, первая направо. Лаборатория — в подвале. Какое-то оборудование там имеется, остальное подгонят завтра. Что не хватит — скажете. И к пятнице все эти бутылки должны быть полными. Смерть в бутылку можете не закрывать.       — Не много на себя берете, мистер Поттер?       — Зато вам не надо дежурить по ночам, вести уроки у малолетних недоразумений, шпионить и ждать квоты на дополнительные ингредиенты, — Гарри задумчиво оглядел Снейпа, со вздохом убрал бутылку и скрылся за дверью. Чтобы через минуту поставить перед Северусом полную миску потрясающе пахнущего ирландского рагу. — Знаете, в чём прелесть работы в Лютном? Здесь можно делать что захочешь и получить всё, что угодно… если, конечно, вас не убьют сразу.

* * *

      — О чём задумался? — спросил Гарри.       — О мелочах, — честно признался Северус и глотнул из кружки.       Очередное лицензирование лаборатории, которое было дикой головной болью для каждого зельевара, здесь проходило незаметно: Руквуд сам оформлял все бумаги, вписывал в реестр и заносил разрешения. Зато все допущенные до выпивки «Оленя» знали, что при любой проблеме надо рвать когти именно сюда. Снейп без вопросов варил и индивидуальные зелья с настройкой по крови (что, вообще-то, не запрещалось, но и не приветствовалось, как стоящее на грани с темной магией, а потому постепенно искоренялось), которые были в несколько раз сильнее обычных и без побочных эффектов.       Все проверки — как стандартные, так и внезапные (всё-таки лаборатория в Лютном!) — проходили примерно одинаково: тихо и на цыпочках, чтобы — не дай Мерлин! — не помешать Мастеру, проверяющие заходили в отдельную комнату, где на столе их дожидались колбы и ненужное или запасное оборудование, многозначительно кивали и быстро подписывали все протоколы. Руквуд и МакНейр обещали лично открутить голову тому, кто полезет в лабораторию Снейпа. Да и получить отказ на право посещения «Оленя» было страшной перспективой, по сути, приравненной к изгнанию из избранного общества.       Из зала донеслись громкие крики и хором произнесенные здравицы, а следом — звон стаканов.       — Надо идти, пока они мне всё в зале не разнесли, — поморщился Поттер и поднялся с табурета. — Тебе ужин сюда принести?       — Нет, — вдруг решил Снейп, который обычно шум не любил. — Пойду с тобой и там поем. С остальными пообщаюсь, хоть новости узнаю. Не всё же в лаборатории сидеть. Пусть сегодня выходной будет.

Глава 6. Веселье начинается

      В зале было шумно. На краю стола, скрестив стройные ножки, сидела Рита Скитер и дирижировала полным бокалом. Волосы она собрала в пышный пучок и небрежно заколола Прытко Пишущим Пером. Расположившиеся вокруг неё маги хором распевали озорную и не совсем приличную песенку про наивную ведьмочку, которая своими поступками много кого довела до греха. После каждого такого действия героини надо было вскинуть бокал и выпить глоток. И, судя по магам, существенно нагрешить ведьмочка успела ещё в первых двух куплетах.       — А ты милый! — вдруг произнесла рядом со Снейпом худенькая девушка в почти прозрачном белом сарафане и примостилась на соседний стул. — Хочешь быть моим возлюбленным? Я тебе подарю что-нибудь…       — Спасибо, но нет: я состою в постоянных отношениях, — Снейп, недоумевая, как это Защитные чары пропустили незнакомого человека, да ещё и практически ребенка, с неудовольствием наблюдал, как девушка притягивает к себе полный стакан.       — Инте-е-ресно! — задумчиво протянула она. — Ещё никто не отказывался.       — Деточка, тебе не рано? — фирменным «профессорским» голосом спросил Снейп и рявкнул: — Поттер!       — Не-а! — девочка показала язык, ощерив необычные — мелкие и острые, как у хищника — зубки, и вцепилась руками в добычу.       — Госпожа, — Гарри силой отобрал у девочки стакан и поставил перед ней бокал с соком. — Не доводите до Апокалипсиса, очень прошу.       — Да, Повелитель… вредина! — Госпожа посмотрела на Поттера древними как мир чёрными глазами и с шумом потянула сок через соломинку.       — Когда ты повзрослеешь… или хотя бы аватар себе выберешь совершеннолетний, тогда и поговорим!       — Ну да, ну да… — девочка ехидно покосилась на упавшую под стойку ложку и усмехнулась. — Ух ты… к гостям!       — Ах ты…       Дверь распахнулась, пропуская с улицы неприметного худощавого мужчину в старомодной мантии.       Все сидящие в «Олене» вроде бы не обратили внимания на незнакомца, продолжая пить и веселиться, но то тут, то там можно было заметить характерные жесты, каким извлекают из чехла волшебную палочку, чтобы потом не тратить на это драгоценные доли секунд.       — Добрый день, джентльмены… леди, — гость снял шляпу и отвесил вежливый полупоклон. — Я ищу мистера Северуса Снейпа, зельевара. Мы состояли в интереснейшей переписке, а последнее письмо настолько поразило меня, что я позволил себе… приехать лично.       — Добрый день, — Гарри впервые почувствовал вину, что затащил Северуса во всю эту историю: кабак был его персональным вызовом обществу. А репутация Мастера зелий — вещь хрупкая, и даже художества Дамблдора не могли ударить по ней так сильно, как слух о том, что зельевар гонит самогон для сомнительного заведения.       — Северус Снейп?       — Это я, — Снейп задумчиво склонил голову. Никакими опасениями или сожалениями он не страдал. — Но вы не Марчелло Альбани.       — Разумеется, нет. Марчелло — мой хороший друг, разрешивший использовать свое имя для переписки. Мое имя — Фламель. Николас Фламель. Ваши исследования зёрен чёрной асфодели настолько поразили меня, что я не отказал себе в слабости приехать и увидеть всё собственными глазами. Зельевары испокон веков понимали потенциальную ценность этого ингредиента, но так и не сумели подобрать подходящий способ готовки. Как вы?..       — Дроблением и перегонкой, — хладнокровно проговорил Снейп. — С немагической пшеницей и сахарной свеклой. Собирался сделать самогон, знаете ли.       — Да вы что? — Фламель удивленно поднял бровь и неожиданно расхохотался. — Вот так вот: всё исследуем, щёки дуем, боимся авторитет уронить. Приносим радости жизни на алтарь науки и сами же обрезаем себе крылья. Маэстро Снейп, я преклоняюсь перед вашей независимостью и силой характера. В таком юном возрасте уже жить своим умом и не зависеть от глупых предрассудков — дорого стоит.       — Проходите, — гостеприимно пригласил Поттер. — Попробуйте настойку на тёмном вереске. Оборотни недавно нашли магическую разновидность.       — Невероятная вещь, — Фламель покрутил в руках рюмку. — Я хотел бы предложить свою кандидатуру для совместных исследований. А перегонный куб у вас в лаборатории? Не решаюсь просить…       — Буду счастлив видеть вас у себя, маэстро Фламель, — кивнул Снейп.       — Не поверите, уже пятьсот лет ничего не гнал. А ведь были когда-то идеи, были! — Фламель вдруг мечтательно улыбнулся. — Эх… дадите же старику побаловаться? Сделаю свой рецепт, назову «фламелевка» — звучит ведь, а?