Алмазный щит Юньмэна

Утреннее солнце Юньмэна едва успело осушить росу на лотосах, когда тяжелая лодка ордена Цзян отчалила от пристани. Она скользила по воде грациозно, словно большая рыба, направляясь к восточным горам. На носу, опасно свесив ноги над водой, сидел Вэй Ин. Он лениво подбрасывал в руке семечко лотоса. — Шисюн, — протянул он, не оборачиваясь. — Ты вот серьезно уверен, что нам жизненно необходимо ехать в эти Облачные Глубины? Там же даже воздух, небось, по расписанию двигается. — Уверен, — коротко отозвался Сюань. — Может, мы просто отправим письмо? Мол, «дорогие Лани, мы всё уже знаем, честно-честно, присылайте дипломы почтой»? — А-Сянь, ты даже правила их ордена не осилил прочитать, — Сюань сидел у кормы, его высокая фигура казалась неподвижной частью лодки. — Их слишком много! — взвился Вэй Ин. — Три тысячи, — раздался мрачный голос Цзян Чэна из глубины лодки. — Я вчера считал. — Три тысячи?! — Вэй Ин едва не свалился в воду. — Они там что, живут, чтобы писать правила, или пишут правила, чтобы не жить?! Цзян Сюань спокойно наблюдал за перепалкой младших. Рядом с ним Янли тихо прикрыла рот ладонью, пряча смех. — А-Сянь, ты ведь их еще даже не видел, — мягко заметила она. — Мне уже заранее страшно за свою свободу, шицзе! Сюань лениво поправил фиолетовую ленту: — Тогда советую тебе научиться ходить тише воды и ниже травы. Хотя, зная тебя, я скорее поверю в говорящих рыб. Вэй Ин обернулся с самым обиженным видом, на который был способен: — Шисюн, ты ранишь меня в самое сердце! Где твоя вера в своего любимого шиди? — Моя вера разбилась об тот взорванный столб в Пристани, — невозмутимо отрезал Сюань. К вечеру следующего дня они добрались до небольшого городка Кайфэн у подножия гор Гусу. Но стоило им переступить порог единственной приличной гостиницы, как их встретило разочарование. — Мест нет, — развел руками хозяин, не смея поднять глаз на внушительного Сюаня. Цзян Чэн нахмурился, его рука непроизвольно легла на рукоять меча. — Как это — нет? Мы заказывали заранее. — Орден Ланьлин Цзинь выкупил почти всё здание… — пролепетал старик. В этот момент на лестнице показалась фигура в ослепительно-золотых одеждах. Цзинь Цзисюань спускался медленно, с таким видом, будто само его присутствие облагораживало этот грязный пол. На лбу его сияла алая метка, а взгляд был полон холодного безразличия. — О, смотрите-ка, — шепнул Вэй Ин. — Наш павлин распустил хвост. Цзинь Цзисюань остановился, оглядывая компанию из Юньмэна. Его взгляд задержался на Янли лишь на мгновение, прежде чем он демонстративно отвернулся. — Чего вы здесь шумите? — холодно спросил он. Вэй Ин уже набрал воздуха, чтобы выдать что-то колкое, но Сюань сделал шаг вперед. Его рост — 202 сантиметра— заставил Цзинь Цзисюаня невольно задрать подбородок, чтобы сохранить зрительный контакт. Сюань не давил духовной энергией, он просто стоял рядом, как скала. — Молодой господин Цзинь. Мы ищем ночлег. И я уверен, что орден Ланьлин Цзинь, известный своей щедростью, не откажет союзникам в паре свободных комнат. Голос Сюаня был низким и обволакивающим, но в нем чувствовалась сталь, не терпящая возражений. Цзысюань на секунду замялся. Спорить с «Щитом Пристани Лотоса» было чревато — Сюань был старше, опытнее и пользовался уважением даже среди старейшин Ланьлина. — Пара комнат найдется, — буркнул «павлин» и скрылся в зале. Когда он ушел, Вэй Ин тихо прошипел: — Высокомерный индюк. Шисюн, почему ты не позволил мне его проучить? — Потому что мы здесь гости, а не захватчики, — Сюань посмотрел на младших. — А теперь — спать. Живо. На следующее утро, когда они наконец поднялись к величественным воротам Облачных Глубин, случилось то, чего Сюань опасался больше всего. Ученики ордена Лань в белоснежных одеждах стояли неподвижно, преграждая путь. — Ваши пропускные жетоны, — вежливо, но твердо произнес один из них. Цзян Чэн начал рыться в сумке. Вэй Ин замер, медленно бледнея. Янли опустила глаза. — Шисюн… — шепнул Вэй Ин, стараясь не смотреть на Сюаня. — Мм? — Кажется… коллективный разум Юньмэна дал сбой. Сюань медленно закрыл глаза, глубоко вздохнул и открыл их снова. — Только не говори мне, что они остались в гостинице. — …мы оставили их в гостинице. Тишина, наступившая после этих слов, была тяжелее, чем все правила Гусу вместе взятые. Цзян Чэн вцепился в волосы: — Я тебя убью, Вэй Усянь! Это ты сказал, что всё собрал! — Это было общее решение — уходить быстро! Сюань проигнорировал их перепалку. Он подошел к стражам ворот и, к их удивлению, не стал оправдываться. Вместо этого он вынул из широкого рукава старый, потемневший от времени деревянный жетон — тот самый, что двенадцать лет назад ему вручил Лань Цижэнь. — Передайте учителю Лань Цижэню, что Цзян Сюань из Юньмэна прибыл с учениками. Спустя десять минут к воротам быстрым шагом вышел сам Лань Цижэнь. Его взгляд скользнул по непутевым младшим и мгновенно смягчился, когда он увидел Сюаня. — Молодой господин Цзян. Сколько лет прошло. Сюань поклонился так безупречно, что Лань Цижэнь невольно кивнул в ответ. — Учитель Лань. Рад видеть вас в добром здравии. Прошу прощения за недоразумение… мои младшие братья еще не привыкли к строгости ваших гор. Цижэнь посмотрел на Вэй Ина, который в этот момент пытался рассмотреть что-то за стеной, и тяжело вздохнул. — Это… ваши? — К сожалению, — с искренним сочувствием к самому себе ответил Сюань. — Войти они могут под вашу ответственность, — отрезал Цижэнь. — Но жетоны должны быть предоставлены до заката. Сюаню пришлось лично спускаться обратно в город за забытыми вещами. Когда он вернулся и раздал жетоны, солнце уже скрылось за вершинами. — Держи, А-Чэн, — Сюань вручил брату жетон. — Постарайся больше не терять голову. Она тебе еще пригодится для учебы. Цзян Чэн густо покраснел: — Гэгэ, прости… — Шисюн, а если мы снова что-то забудем? — весело вклинился Вэй Ин. Сюань посмотрел на него долгим, тяжелым взглядом. — Тогда я забуду вас здесь. Поздно вечером, когда Сюань уже собирался отойти ко сну в гостевых покоях, со стороны внешней стены донесся подозрительный шум. Он вышел на балкон и увидел картину, которая заставила его снова потереть переносицу. Вэй Ин, верхом на стене, с двумя кувшинами вина в руках. А внизу, под лунным светом, — Лань Ванцзи. Молодой Второй Нефрит выглядел как ледяная статуя правосудия. — В Облачных Глубинах запрещен алкоголь, — донесся холодный голос Лань Чжаня. — А если я поделюсь? — Вэй Ин ослепительно улыбнулся. — Нарушение правил. Сюань прикрыл глаза рукой. — Началось… — прошептал он. — сутки. Они не продержались и одних суток. Через мгновение на стене уже мелькали белые и черные тени — началась драка. Сюань развернулся и ушел в комнату. — Завтра… завтра я просто сделаю вид, что я их не знаю. Два дня спустя. Пристань Лотоса. Цзян Сюань только-только ступил на родной причал Юньмэна. Он даже не успел сменить дорожные сапоги и выпить чаю, как к нему подбежал запыхавшийся слуга. — Молодой господин Сюань! Слава богам, вы вернулись! — Что случилось? Отец в порядке? — Глава ордена… он просит вас немедленно, вот прямо сейчас, возвращаться в Гусу. Сюань медленно, очень медленно повернул голову к слуге. В его глазах мелькнула опасная фиолетовая искра. — Зачем. Слуга сглотнул, протягивая запечатанный свиток с облачным узором. — Срочное письмо от ордена Лань. Ваши младшие братья… они, кажется, немного нарушили устав. — Немного? — переспросил Сюань пугающе тихим голосом. — Там сказано… около сорока правил за одно утро. Учитель Лань Цижэнь в ярости. Он просит… нет, он требует вашего присутствия. Сюань закрыл глаза, чувствуя, как дергается веко. Он медленно развернулся в сторону гор Гусу, которые едва виднелись на горизонте. — Я только что оттуда… — прошептал он. — Я убью их. Обоих. Собственными руками.