Земля обетованная

      — Папа. Там майнкрафт! — Федя дернулся от неожиданности и приподнялся на локте. Ваня сидел между ним и Андреем и пищал почти на ультразвуке. Андрей завозился, зарываясь лицом в подушку, но Ване было все равно. Он повис у Андрея на плече и канючил пойти поиграть с ним.       Раскопав между подушек телефон, Федя заглянул в экран, кое-как разлепив второй глаз. На часах было восемь. Ну, конечно.       — Ваня, — шепнул Федя и ухватил сына за голую коленку, отвлекая от сонного разнеженного Андрея. — Ты умылся? Иди в ванную. Я сейчас встану.       — А папа? — Ваня и не думал утихать, он нахмурился и капризно выпятил губу. Федя щелкнул его по носу и мягко улыбнулся.       — Папа придет к нам попозже.       Ваня неохотно кивнул, порывисто потерся о плечо Феди, позволил чмокнуть себя в макушку и лоб и, громко топая, сбежал в ванную. Федя откинулся обратно на подушку, протяжно выдохнул и потер лицо, уставился в потолок. В комнате еще было темно. Тихо, не считая размеренного сопения Андрея рядом, и в просвет между занавесок было видно, как в воздухе кружил снег. Федя рассеянно покрутил большим пальцем кольцо, а потом погладил теплого душистого Андрея по волосам, прижался губами к виску и подоткнул одеяло.       В ванной Ваня крутился возле зеркала на своей табуретке. Кривил рожицы, напевая под нос детские песенки. Заметив Федю, ухватился за зубную щетку. Федя шутливо погрозил ему пальцем и приложил палец к губам.       — Играем в тишину. — Ваня бодро кивнул, изобразил закрытие рта на замочек и принялся наблюдать, как Федя умывается. Хихикнул, когда Федя мазнул ему по щеке пастой, и поспешно растер ее рукой.       Вместе они переместились на кухню, Ваня тут же пристал к Ра, который дремал на стуле, а Федя задумчиво открыл навесной ящик. По заведенной традиции полагалось варить кашу. Но Феде было ужасно невмоготу. Подумав, он достал из холодильника сыр и колбасу, оставшиеся от праздничного стола. Настругал бутербродов, выложил помидоры черри с огурцами на другую тарелку и залил две чашки чая. Ваня тут же вызвался помогать нести, и Федя вручил ему тарелку поменьше.       — Смотри! — торжественно объявил Ваня, когда они зашли в зал. В полумраке елка мигала гирляндой, и посреди комнаты лежал громадный набор Лего. Федя изобразил удивление, а у самого сладко екнуло сердце. За этим набором он и Андрей гонялись почти месяц. В итоге Федя отстоял километровую очередь в московском детском мире и был собой безмерно горд. Радостный сын был лучшей наградой.       — Вот это да! Видимо Дед Мороз решил, что ты был очень послушным в этом году! — похвалил Федя и с нежностью поправил челку сыну. Ваня задрал нос и состроил деловую мордашку.       — Да! Я даже папе помогал убираться. И тебе тоже. Я молодец! — Ваня осмотрел коробку, усевшись по-турецки на ковер. Он жевал бутерброд с любимой колбасой, и сосредоточенно изучал картинку. На секунду между бровей у него пролегла складочка. Он поднял обеспокоенный взгляд на Федю. — Правда, Дедушка Мороз что-то напутал. Мне же только пять! А тут двенадцать.       Федя кивнул. Набор был для детей постарше, но Ване понравился именно этот из всей линейки. Он так жалобно вздыхал, каждый раз замирая напротив этой коробки в магазине. Честно говоря, Федя сам был бы не против собирать этот набор в одиночку.       — Я помогу тебе. — Федя зевнул, запивая сонливость чаем. Присел напротив, подтягивая диванную подушку под спину. Ваня угукнул, предложил укусить от бутерброда, Федя себе не отказал в таком удовольствии. Ваня похлопал ладошкой по картону и вдруг вскинулся.       — Нет! Позвони Симе! Я хочу собирать его с Симой. Я обещал.       — Еще рано. Сима спит, — попытался возразить Федя.       — Ну, папуля позвони. Папулечка! — Ваня сложил вместе ладошки и часто заморгал ресницами. Федя аж фыркнул. Кое-кто подает дурной пример. Это было очаровательно. А еще Серафим наверняка убьет Федю за этот звонок, но не посмеет отказать своему крестнику. Федя хитро ухмыльнулся, набирая номер. А потом передал телефон сыну.

***

      Андрей проснулся из-за того, что кто-то звонко стукнул бокалом по бокалу над ухом. Дернулся, перекатываясь на спину, и уставился вверх. В комнате было светло и прохладно.       На кровати, скрестив ноги, сидел Серафим. Радостно улыбался. На нем была праздничная утепленная пижама в красную клеточку и домашние очки. В руках он держал два запотевших фужера. Внутри вверх поднимались газики. Андрей залип на них и почти уснул обратно. Серафим пихнул Андрея в плечо.       — Че? — выдавил Андрей, искренне не понимая, откуда Серафим взялся в их квартире. Обеспокоено осмотрелся. — Федя? Время?       — Ты со мной выпьешь или как? — Серафим настойчиво пихнул фужер Андрею в руки, и тому пришлось сесть, откинувшись на спинку кровати. На щеке остался след от подушки, волосы торчали во все стороны. Во рту было гадостное ощущение. — С Новым годом, Андрей.       — Ага. И тебе. — Андрей отхлебнул шампанское и вздохнул. Серафим смешливо стрельнул взглядом пониже уха, и Андрей усилием воли заставил себя не хвататься за шею. Он помнил, что Федя оставил там вчера любовный укус. — Без комментариев, пожалуйста.       Серафим примирительно вскинул руки.       — По порядку. Я тут с девяти. Время двенадцать. Твои собирают мой подарок.       — Ага, — Андрей кивнул, припоминая, как Ваня пытался растормошить Андрея ранее. Но он совершенно не уследил, в какой момент остался в постели один. — Ты позавтракал?       — Если честно, уже трижды, — Серафим пожал плечами. — Федины друзья приедут через сорок минут. Мы пойдем на каток. Ты с нами?       — Мне нужно умыться, — Андрей откинул одеяло. Натянул домашнюю Федину кофту и обернулся в дверях. Серафим все еще сидел на одеяле, только теперь залип в телефон. — Да. Пойду.       В ванной Андрей посмотрел на себя в зеркало, пощупал отекшее лицо, в шкафчике нашел крем и патчи. И внезапно замер, прерывисто выдыхая. На вешалке висело три полотенца. В стаканчике стояло три зубных щетки. На полках лежали Ванины игрушки для купания, на стиралке Федя оставил заложенную книгу. Ощущение дома, его полноты, ударило по Андрею, и он на секунду прикрыл глаза, вдыхая запахи, оставаясь в моменте. Улыбнулся себе под нос и потянулся за щеткой.       Ваня и Федя, как Серафим и сказал, действительно обнаружились в зале в компании очередного конструктора. На фоне телевизор беззвучно крутил советские фильмы. Ра гонял пустой пакетик из-под Лего. Ваня первый услышал шаги Андрея. Он вскинулся и помахал.       — Папа! Смотри, что Дед Мороз мне подарил! — Ваня подскочил, всовывая Андрею в руку фигурку квадратного волка. За вторую руку Ваня втянул Андрея внутрь зала, показывая на кофейном столике собранный короб с какой-то пещерой из майнкрафта. Федя очаровательно улыбнулся Андрею и гордо приосанился. Чьих рук это была работа, несложно было догадаться. Серафим зашел следом, хлопнулся на диван и покрутил между пальцев лего-человечка. Предложил Ване оливье, и тот громко фукнул.       — Красиво, — согласился Андрей, разглядывая изваяние, возле которого Ваня возился, что-то передвигая вместе с Серафимом. Последний всунул Андрею в руки тарелку с бутерами с икрой. Пододвинул полный салатник.       — Прошлогодний, — подмигнул он. Андрей хмыкнул.       — А это че? — спросил, указывая на Федю, и Ваня покрутился вокруг оси и подтащил пустую упаковку. Андрей присвистнул, оценив габариты и оформление. Такое красиво стоит на полке и собирает пыль, по всеобщему убеждению. Андрей обернулся к Серафиму, тот скромно улыбнулся. — А это точно детский подарок?       — Это папин! — перебил Ваня оскорбленно и показал вторую упаковку поменьше. — Вот этот мой. Истребитель! Мы соберем его с тобой. Потом. Хорошо? — Ваня прилип к коленке Андрея, заглядывая голубыми глазищами в глаза Андрею. Он не мог сопротивляться. Кое-чей дурной пример быть слишком очаровательным и настойчивым.       — Как скажешь, котенок, — Андрей растрепал волосы ребенку и чмокнул в щеку. Поскреб пальцем засохшую полоску пасты, и Ваня вывернулся, возвращаясь к Феде.       — Там, кажется, еще кое-что было, — Федя махнул рукой за спину, и Андрей вздернул бровь. Он передал салатник Серафиму, и тот без зазрения совести облизнул за Андреем ложку, закусывая его же бутербродом.       Андрей осмотрел елку снизу и сбоку, проверил ветки и растерянно обернулся. Федя улыбнулся и пальцем указал на подоконник. Андрей взволнованно отодвинул штору, ощущая детский трепет почти двадцатилетней давности, и сначала даже не понял, на что смотрит. А потом улыбка больно перечертила его лицо. Ваня вонзился подбородком в бедро и привстал на мыски, пытаясь увидеть, что такое интересное папа вертит в руках.       — Это от Деда Мороза? Покажи! — потребовал Ваня, и Андрей присел, показывая ему коллекционную фигурку Керриган. Жутко дорогущая. Андрей постоянно хотел купить ее, и постоянно находилась причина не покупать.       — Класс? — дрогнувшим голосом спросил Андрей.       — Ну, нормально. — Ваня задумчиво кивнул и почти сразу потерял интерес. В комнате родителей ему было запрещено две вещи: открывать балконную дверь и трогать фигурки на полках. Эта, очевидно, была из той категории вещей, которые трогать категорически нельзя. Папа расстраивался, если Ваня что-то ломал или ронял из подобных штук.       — Я тебя обожаю. — Андрей подошел к Феде, нагнулся к уху и зацеловал короткими быстрыми поцелуями в висок и в щеку. Федя от удовольствия аж зажмурился, наморщил нос и откинулся Андрею на колени. Его глаза восторженно сияли, и Андрей сглотнул, приземлив последний поцелуй на центр губ. Пожалуй, каждый Новый год с Федей был по-настоящему чудесным и новым.       — Спасибо за микро, — многозначительно протянул Федя. Андрей покивал. Значит, Федя уже увидел коробку под елкой. Это хорошо.       — Я отойду. Пацаны звонят, — Серафим тактично указал на мобильник и вышел из комнаты.       — А на каток мы пойдем сейчас или через пять минут? — нарушая момент, осведомился Ваня, сунувшись ближе к родителями. Федя обхватил сына, тиская в объятиях, и Ванька довольно растекся по груди, уместив подбородок на плече.       — Обнимашки! — приказал он и посмотрел на Андрея, протягивая руку. Андрей отставил свой подарок на полку, навалился на Федю, зажимая Ваньку. Он довольно завертелся и ласково мурлыкнул, как мог только он.       И хотя на ковре было не очень удобно, и Феде в спину упиралась острая деталька, и дышать было почти нечем из-за Андреевских волос прямо под носом, это все равно было лучшее начало года. Потому что они начинали его вместе.