И мир ослепнет

Утро в Конохе наступало не сразу. Сначала ее накрывал тусклый из-за морского тумана рассвет. Потом — приглушённый щебет птиц. И только потом — запах кофе. Он и разбудил Наруто. Вчерашний день с Дейдарой затянулся до глубокой ночи. Тот не отпускал его, в конце концов, уложив в своем доме на старом скрипучем диване. Наруто просыпался медленно. А когда встал, потянулся, застонав от удовольствия: тело впервые за долгое время не болело. Внутри было странно тихо. Почти пусто. Ни боли, ни тревоги, только глухой отголосок ноющего укуса на плече напоминал о прошедших днях. — Эй, красавчик, — донеслось из кухни. — Проснись и пой! Наруто зевнул, медленно, но послушно поднялся, почесал подтянутый живот и натянул на тело одежду, сваленную предыдущей ночью на пол. Сны он не помнил, а это значило, что день начался хорошо. Дом Дейдары оказался захламлённым, но уютным. Он явно отличался от пристройки, в которой находилась его лаборатория. Интересные и необычные вещи, украденные хозяином дома во время его первых вылазок в город, были покрыты пылью. Наличие таких мелочей на полках говорило о том, что здесь не ждали смерти. Но их заброшенность и нетронутость напоминали: здесь уже не ждали ничего. До вчерашнего дня. На плите, рядом с остывающей туркой, шкворчало нечто, что, возможно, в прошлой жизни было яичницей. Дейдара же, собрав волосы в небрежный пучок, курил зажатую в зубах самокрутку и глядел на плиту, как на врага, с которым ему ещё предстоит сразиться. — Завтракать будешь? — не глядя, поинтересовался он. — Нет, если я не схожу в душ прямо сейчас, меня изгонят из деревни, — Наруто сонно зевнул. Даже этих десяти часов сна (судя по часам на стене) было недостаточно для его организма, но он не спал так крепко уже пару месяцев и жаловаться не собирался. — Факт, ты дико воняешь, красавчик. Наруто рассмеялся. Широкая, тёплая улыбка на мгновение осветила комнату. Он подошёл, лениво ткнул Дейдару кулаком в плечо и пробурчал что-то неразборчивое. Он уже выходил за калитку, когда услышал шаги позади. Обернулся. Дейдара догнал его и протянул смешную кружку в форме какого-то зверька из незнакомого Наруто мультфильма. — Без молока, без сахара, как ты любишь. — Я никогда не говорил, как люблю, — лениво заметил Наруто, но кружку с благодарностью взял. Этот акт заботы его растрогал. — А ты попробуй и скажи, что я пиздабол, — фыркнул Дейдара и, уходя, шлёпнул его по заднице. Так, что жидкость плеснулась через край. — Эй! — крикнул Наруто и рассмеялся. Дейдара себе не изменял. Именно в этот момент из-за угла показался Саске. Они встретились взглядами. Саске замер. Просто остановился. Лицо было каменным. Но в глазах мелькнуло нечто... неудобное. — Доброе утро, — приближаясь к нему, мягко сказал Наруто и отпил из кружки. Голос был тёплым, чуть хриплым, а лёгкая улыбка, спрятанная в кружке, — беззащитной, почти интимной. — Доброе, — ответил Саске, не моргнув. Он все еще переваривал увиденное. — Зайди ко мне минут через двадцать, хорошо? Поговорим. Саске кивнул. И остался стоять на месте, глядя ему вслед, пока тот не скрылся за калиткой собственного дома.

***

Дверь открылась почти сразу. На пороге стоял Наруто. На нагом теле было лишь тугое полотенце, обёрнутое вокруг бёдер. Капли воды стекали с волос по груди, по кубикам пресса, по ключицам. Свет играл на влажной коже, волосы липли к вискам. Укус на плече — розовый, заживающий — резко выделялся на фоне атлетичного тела. Саске застыл. Он хотел сказать что-то язвительное, но во рту пересохло. А в голове прокручивалась та ночь. Наруто повернулся, пропуская его в дом и давая возможность рассмотреть себя сбоку: упругие бёдра, живот, рёбра, изогнутая линия спины. — Чего уставился? — спросил Наруто, не оборачиваясь. Саске понял, что потерялся в воспоминаниях о произошедшем, и ничего не ответил, борясь с собой. С тем, что хотел смотреть на него дальше. И с тем, что вообще-то не имел на это права. Входя в дом, он выругался про себя. А через минуту Наруто вернулся. Уже одетый. Ярко-голубая футболка, нелепо-жёлтые штаны, мокрые волосы. Он принес с собой запах мыла и моря. И смешал его с ароматом зеленого чая. Некоторое время они молча сидели за столом. Наруто допивал уже остывший кофе. Саске пил заваренный хозяином безвкусный, но ароматный чай. Раздавался только звук глотков. — Ты видел, — тихо начал Наруто. Саске понял: они перешли черту. — Видел, — коротко подтвердил он. Тишина. — Тогда ты понимаешь, насколько это… важно, — продолжил Наруто, не отводя от собеседника взгляда. Саске напрягся. — Я не говорил никому, — отпил чай. — У ворот. Хотел… понять, как ты отреагируешь. — Или хотел проверить, есть ли у тебя рычаги давления? Наруто прищурился. Его взгляд прожигал. Саске сжал кружку, но лицо не дрогнуло. — Я не враг тебе, Наруто. Кажется, именно этого тот и ждал. Поэтому улыбнулся и потрепал Саске по плечу. Он едва не сбросил эту руку. Неожиданно теплую, большую и властную. — Тогда у меня к тебе просьба, — Наруто убрал руку. — Скоро, возможно, нам понадобится твоя помощь. Не сейчас. Но скоро. А чтобы ты был в форме, советую начать тренироваться с нами. Раз в три дня. Сегодня как раз такой день. Он поднялся. Движение было естественным, свободным, зверино-уверенным. Подошёл к окну, расправил желтые шторы и широкие плечи. Его силуэт на фоне этого света казался почти нереальным: загорелая кожа, золотистые волосы, как будто сама заря взъерошила ему макушку. — Пойдём на пляж. Отличное место. Чистый воздух, море рядом. Песок помогает прочувствовать тело. Ждём тебя? — Хочешь проверить меня? — Саске чуть прищурился. Он бы с радостью занялся чем угодно, кроме грядок. Прошлый день он провел, постигая азы ухаживания за картошкой и капустой. А сейчас, наконец, дело. Действие. Внутри что-то уже оживилось. Наруто повернулся через плечо, ухмыльнулся, глаза блестели весело и вызывающе: — Раскусил. Лицо Саске оставалось спокойным, но в голосе появилась твердость: — Катану вернешь? — На время тренировки — да. Потом заберу. Без обид. Саске кивнул, ему было достаточно и этого. — Во сколько выдвигаемся? — спросил он, но в этот момент его желудок громко заурчал. Из-за чего фраза прозвучала совсем не так решительно, как он ожидал. Он поморщился. Стоило всё же дойти до склада, как он и планировал этим утром, и получить продукты. — Через два часа обычно все стягиваются к берегу, поэтому для начала мы позавтракаем, — авторитарно заявил Наруто и принялся копаться в шкафу, доставая посуду. Двигался быстро, легко, ловко. Казалось, всё в нём было живым — от резких, но точных движений до того, как прядь волос соскальзывала на лоб. Саске не сразу понял, что вновь застыл, наблюдая за ним. Только когда Наруто повернулся с сотейником в руке, осознал, что слишком долго пялился на чужую спину — широкую и сильную. — Мы? — Саске нахмурился и откинулся на стул, неосознанно скрещивая руки на груди. — Мы. Ничего против каши не имеешь? Правда, на растительном молоке. Последнюю корову съели с полгода назад… — Наруто уже заливал в сотейник двойную порцию молока. Саске смотрел на спину блондина и не верил, что это происходит. Ему готовят завтрак. Кашу. Какой-то придурок, приютивший у себя в лагере явного обманщика и потенциального предателя. Готовит ему. Он наблюдал, как солнечный свет скользил по золотой макушке, как двигались под футболкой мышцы. Это было... чересчур. Слишком просто. Слишком по-нормальному. Если бы он увидел себя со стороны, заметил бы, как слегка порозовели щёки. Но ни он, ни Наруто — к его неосознанному счастью — этого не заметили. Он не должен был здесь оставаться. Не должен был впускать это ощущение в себя. Сердце стукнуло как-то особенно, неровно. Что это? Почему? — Сахар добавляю? — буднично поинтересовался Наруто, не оборачиваясь. Саске сглотнул. В горле пересохло. Сердце сжалось остро и неожиданно. В голове вспыхнул образ матери, когда-то так же готовившей ему завтрак. — Угум, — всё, что он смог выдавить из себя. Казалось, еще немного и сердце разорвется от пронзивших его эмоций. И ему срочно нужно было что-то с этим сделать. — Я в туалет. Он вскочил и бросился в ванную. В ней еще пахло чем-то свежим и чистым. Пахло Наруто. От этого всё происходящее становилось ещё менее реальным. В ванной он, схватившись за раковину, уставился в зеркало напротив. На него смотрели глаза — тёмные, полные влаги, растерянные. Больше не уставшие. Просто... живые. И Саске стало страшно. Что это за чувство? Откуда оно взялось? Он слишком долго существовал, чтобы просто взять и вернуться к жизни. Каше. Шуткам. Морю. Он не должен был этого хотеть. Не имел права. Нос защипал. Он провёл ладонями по лицу, включил холодную воду и начал умываться. Резко, будто вымывая из себя это наваждение. Ладони дрожали. Пальцы впивались в кожу, старались стереть это новое, непрошеное. Наруто пах солнцем, морем. Жизнью. Говорил громко. Смотрел открыто. И от этого Саске хотелось кричать. Хотелось вернуться на кухню. Хотелось разделить с Наруто этот завтрак. Хотелось… остаться. Тогда утро в Конохе, наконец, наступило. И этим утром Саске почти разрешил себе что-то почувствовать. Почти.