Talk, Feel, Kill.

— Ух ты… Только и смог сказать Французик, когда сестра прервала свой рассказ. Исабелла смотрела куда-то в пространство. Видимо, она все еще что-то вспоминала. Обстановка на корабле, где они с Французиком встретились и теперь, по всей видимости, жили, сильно отличалась от того, к чему Исабелла привыкла. — А я даже и не слышал об этом. Жил себе в Англии и играл в пабах, пока ты.. Тут он уже сам задумался, и кажется, что-то вспомнил, что-то, что он всё же слышал о Левассёре, кажется, от Стида. — А правда, что ты вырвала Левассеру сердце? Спросил Французик, перебив собственную мысль. Исабелла будто бы очнулась и непонимающе посмотрела на брата, отвлекшись от своих мыслей. Она улыбнулась ему, а потом практически рассмеялась, напугав брата резкой сменой настроения. К этому еще предстояло привыкнуть. — Конечно нет, я же не монстр! Я просто убила его его же оружием. Но вырывать сердце…это как-то слишком. — Ну да.. Неуверенно ответил Исмо, глупо улыбнувшись. — В общем, я рассказала Иззи, как всё было. И тебе сейчас расскажу, чтобы больше никакие слухи про вырванное сердце и прочий бред тебя не пугали. … — Morgan, navega hacia el norte. Cada media hora mira hacia Estrella, el barco debe arder. Si ve el fuego, significa que el trabajo está hecho. Mantén el rumbo, Morgan. Buena suerte. Quizás te vuelva a ver. (Морган, плыви на север. Каждые полчаса смотри в сторону Эстреллы, корабль должен гореть. Если увидишь огонь, значит, дело сделано. Держись курса, Морган. Удачи. Может быть, мы увидимся снова.) Вампирша в последний раз пожала руку своему старшему помощнику и надела на него свою кожаную широкополую шляпу. Морган не до конца осознавал происходящее. — Ahora eres el capitán. (Теперь ты капитан.) Морган смотрел на Вампиршу стеклянными карими глазами, застывшими на одном месте, и молчал, поджав губы. Нечего было говорить. Этот молодой англичанин, превосходно знавший испанский, помогал ей еще со времен первой попытки угнать Эстреллу, любил её больше жизни, и был готов умереть за неё, вот только шанса не предоставилось. Она выкупила его в порту с рыболовного судна, где он, по непонятной причине, был юнгой. И с этого момента жизнь юного Генри Моргана кардинально изменилась. Молодой человек был действительно способным, да еще и с горячим сердцем. Живи они во времена рыцарей, он однозначно сделал бы Исабеллу своей дамой de corazón и совершал бы во имя неё подвиги. Но, поскольку они были не слишком известными разбойниками, промышляющими в основном в море, он просто беспрекословно выполнял все её приказы. И вот, отплывая от печально известной пристани на стареньком баркасе, Морган смотрел, как его дама сердца отдалялась от него навсегда, вместе с тем самым кораблем, который они столько раз пытались угнать, а затем отбивали и защищали от прошлого жестокого владельца. Целая история, несколько лет жизни удалялись в прошлое вместе с Эстреллой и её капитаном. Столько раз они вдвоем пробирались на Эстреллу, когда та еще называлась странным французским словом Этуаль, столько раз они танцевали на её палубе, радуясь хоть и временной, но победе над Левассёром, столько всего успело произойти на этом корабле, всего за каких-то два с лишним года… Но теперь, это однозначно было концом. Концом для корабля, концом для Исабеллы, концом для Моргана и их совместных приключений.. Я вижу всё, а рано смерть идет! И жизни жаль мучительно… А для Исабеллы это было только началом конца. Она еще давно выкинула за борт все вещи, некогда принадлежавшие Левассёру, но сегодня вечером корабль нужно было подготовить к последней встрече с прошлым владельцем, и превратить некогда прекрасную Эстреллу в поле для сражения. Она действительно оставила на корабле только бочки с порохом и одну бутылку рома. Начинало темнеть, и палуба Эстреллы освещалась прощальными медовыми лучами солнца. Последний закат… Исабелла смотрела в подзорную трубу и знала, что когда Левассёр объявится, баркас с её командой будет уже далеко. Она знала, что он придет один. Это было очень в его духе - чтобы битва была честной, чтобы именно он был тем самым, кто, наконец, прикончит Исабеллу Вампиршу. Конечно же, на случай засады со стороны французского капитана, у неё был план. Но их ждала немного другая участь. — Сэр, наша птичка пришвартована у пристани. Отличный момент для нападения! Вы, как всегда, всё четко рассчитали, она действительно здесь! Левассер из под бровей глянул на своего смотрового. Его голубые и пугающе яркие, как у хаски, глаза приобрели какой-то жутко неприятный, тяжелый взгляд. — Знаю, Жак. Спасибо. Левассер убрал за пазуху карту, которую хрен пойми зачем рассматривал с лупой, сидя за столом в баре. Жак стоял, сложив руки по швам, и таращился на капитана. — Выпей, Жак, расслабься. — Но сэр… Левассёр снова сурово глянул на смотрового. В баре слышался задорный блюз на фортепиано. Музыка никак не сочеталась с мрачной и серьезной фигурой Левассёра. — Сегодня я верну наш корабль. Вы ждете здесь. Я иду один. — Может просто ебнем Вампиршу всей командой, чтоб уж наверняка, а не как в прошлые разы? Левассёр, казалось, стал мрачнее тучи. Он поманил Жака пальцем, а когда тот приблизился, больно схватил его за ухо и притянул к себе. — Не смей сомневаться в своем капитане, crétin. Прорычал ему в ухо французский капитан, и выпустил ухо несчастного смотрового, резким рывком вырвав из него серьгу. Капитан снова наградил грозным взглядом Жака, схватившегося за порванное ухо и подвывающего от боли. — Скройся. Рявкнул Левассёр, и Жака и след простыл. Левассёр пустым взглядом наблюдал за посетителями бара, монотонно вытирая окровавленные пальцы о край своего бордового камзола. Странное чувство..опустошения, а не привычного задора. Он будто знал и чувствовал, что сегодняшняя встреча с Исабеллой будет другой..он не чувствовал привычной уверенности, не хотел глумиться и издеваться, ему было.. страшно. Больно, страшно и грустно, будто бы сердце сжали в кулак и не выпускали. Он дышал ровно, но чувствовал, как дыхание перехватывает. Либо он, либо она. Будто бы сейчас он видел перед глазами её лицо. Веснушки, смешные кудряшки, большие карие глаза, преисполненные страхом, красивые пухлые губы, и кровавая улыбка, как тогда, когда она улыбалась, сквозь слезы после очередного избиения. Нет, его ждала встреча не с ней. Он убил ту запуганную и послушную девочку, и создал тем самым нечто ужасное.. Нечто, улыбающееся железными клыками, нечто, способное убивать, способное выигрывать… Нечто другое, с её лицом и телом. Но суть, суть была теперь пугающе переделанная, будто бы её душа отдельно от тела побывала в аду, а затем вернулась оттуда, как ни в чем не бывало, и что это теперь за существо - оставалось только гадать. Вампирша, не иначе… Исабелла стояла на палубе опустевшего корабля, и смотрела в сторону пристани. На пристани, пока что, никого не было, и только вдали мелькали огоньки портового городка, у которого стояла лишь пара рыбацких лодок. Лодочки мирно качались на волнах, с виду пристань была уж слишком спокойной. Но Исабелла знала, что Левассёр был здесь. Но, стоит отдать должное, он хорошо скрывался. Только Эстрелла, с багровым флагом, развевающимся на ветру, с потрепанными, но величественными парусами, с пушками и деревянными фигурами возвышалась над этим неприметным портом, привлекая внимание рыбаков и местных жителей. Исабелла обмотала некогда бывшую ножку секретера, а теперь основу для факела тряпкой, ппопитала её ромом, сделав глоток из бутылки, и чиркнула спичкой. Самодельный факел моментально вспыхнул. Она подняла его вверх над собой и стояла посреди палубы, точно статуя свободы, источая свет и черный дым. Факел горел ярко, его деревянная основа потрескивала и отбрасывала искры. Левассер, словно по зову вышедший из бара, сразу приметил на фоне чернеющего, но еще синего вечернего неба мрачный силуэт своего огромного корабля. Среди всей этой пугающей фигуры, будто бы в самом её центре, что-то горело и мерцало оранжевой точечкой. Точно у этого черного теневого монстра было пламенное сердце, которое еще билось, мерцая то сильнее, то слабее. Но монстром был не корабль. Факел догорал, обжигая жаром руку Исабеллы, которая по прежнему держала его над собой. По деревянной мостовой кто-то стремительно двигался в её сторону, звеня железом и стуча каблуками. Вот оно, возмездие. Думала Исабелла и не могла перестать улыбаться, от осознания, что сегодня это всё, наконец, закончится, чертов Левассер получит по заслугам. И вот он подошел совсем близко. Теперь его наконец-то можно было разглядеть в оранжевом свете факела. Она увидела знакомое лицо и их взгляды пересеклись. Он смотрел из тени, снизу, с пристани, на неё, стоящую на его корабле, с освещенным мерцанием факела лицом и надменной железной улыбкой. — Ну здравствуй, киса. Прозвучал бархатный, но звучный голос. — К черту тебя и твою любезность! Запрыгивай на борт и сделай уже то, за чем пришел, bastardo! Крикнула ему с палубы Исабелла и поманила его рукой, в которой держала бутылку рома. Дважды повторять не пришлось. Плавно, как пантера, готовящаяся напасть, он ступал по ступеням, ведущим к кораблю. — Ma belle étoile…Что ты с ней сделала? Где все мои вещи? Проговорил он с сожалением в голосе, окинув корабль взглядом и легко коснувшись рукой борта некогда своего судна. — То что и должна была. Нет здесь больше ничего твоего. Сквозь зубы проговорила Исабелла. Левассер посмотрел прямо на неё своими голубыми, практически светящимися лазурью глазищами. Сколько раз она уже видела этот взгляд, не предвещающий ничего хорошего. Но сегодня ничего хорошего не должен был ожидать сам капитан, а не она. —Знаешь… сказала Исабелла, краем глаза подметив догорающий факел — Я так люблю этот корабль, столько воспоминаний..Моя Эстрелла… Как-то таинственно и непонятно заговорила она. — Никакая это не Эстрелла. Это моя Этуаль. Которую ты, неблагодарная тварь, у меня угнала и испортила. Злостно прошипел Левассер, едва ли не тыча указательным пальцем в громадном перстне Исабелле в лицо. — А я так не считаю..Эстрелла - мой корабль. Исабелла на секунду потеряла уверенность, и окинула корабль прощальным взглядом. Левассер еще не догадывался, о том, что она собиралась сделать… — И капитан должен уйти вместе со своим кораблем! Какая красивая фраза, и откуда она её помнит?.. Прежде чем Левассер успел что-то предпринять, она звонко разбила бутылку рома и кинула в разлитый ром факел. Деревянная палуба моментально вспыхнула, вслед за ромом. Нешуточный ужас промелькнул в глазах Левассера и он кинулся тушить свой корабль, тщетно пытаясь топтать огонь черным лакированным сапогом, но это не входило в план Исабеллы. Она накинулась на него сзади, практически запрыгнув ему на спину, скинула с него шляпу с пером и стала пытаться душить голыми руками, так сказать, пошла ва банк, не имея на руках ни единого козыря. Левассер очень скоро скинул её с себя и сам перешел в наступление. Его позицию осложняло то, что корабль был теперь практически полностью голым, и из оружия у капитана был только ятаган, который Исабелла всеми силами не давала ему достать, да что там достать, даже ухватиться за рукоятку! И пусть он успешно повалил её на палубу, (ну конечно, будучи вдвое больше Исабеллы, капитан сделал это без особого труда) Исабелла все равно не давала подступиться, лягалась, кусалась острыми зубищами, царапала его, а в какой-то момент даже схватила осколок бутылки и резанула ему со всей силы поперек лица. Левассер отпрыгнул, как ужаленный, что дало Исабелле возможность подскочить на ноги и молниеносно скрыться в капитанской каюте. Едва ли она захлопнула дверь и провернула ключ, как тут же раздался глухой удар, от которого Исабелла вздрогнула всем телом. Дверь спасительно выдерживала попытки Левассера выбить её своим телом, но Исабелла понимала, что времени у неё немного. Оставшись наедине с собой, она окинула взглядом пустующую комнату - деревянный секретер, большой письменный стол, карта на стене и почему-то канделябр. Видимо, она каким-то образом пропустила его, когда выбрасывала вещи Левассера за борт. Канделябр был сделан из меди, а значит был достаточно увесистым. Убить - не убьешь, но вот по голове таким получить было бы крайне неприятно… С этой мыслью Исабелла вцепилась в канделябр и встала в оборонительную позу лицом к двери, которая уже практически сдалась под весом Левассера. В последний раз капитан впечатался в дверь и вышиб её с треском, с прощальным скрипом откинув её с петель. Обнажив ятаган и оскалившись, он бросился на несчастную девушку с канделябром в руках, который она направила на Левассера как какое-нибудь ружье. Лязгнув пару раз стальным лезвием ятагана по канделябру, Левассер понял, что не так то просто убить безоружную, если у нее в руках такой подсвечник. Она отбивала его удары один за другим, орудуя медным резным канделябром как очень необычным щитом. В процессе отступления она впечаталсь в письменный стол и поняла, что отступать дальше некуда. Левассер, явно обрадованный её смятением, снова занес свой ятаган, но Исабелла, точно кошка, юркнула под стол, и Левассер вонзил свой ятаган, будто дровосек топор, в лакированную поверхность стола. Пока он пытался выдернуть застрявшее оружие, Исабелла, не теряя времени, запрыгнула на стол, и именно в этот момент ятаган поддался силе владельца и отчленился от столешницы. Разозленный Левассер, с порезом от осколка стекла, красовавшимся поперек его лица, и с растрепавшимися черными волосами, снова замахнулся на Исабеллу ятаганом, аки гольфист с клюшкой, и его точный и сильный удар снова был встречен спасительным канделябром с характерным звоном металла. Проклятый ятаган снова застрял и на этот раз в канделябре, уж очень не удобная изогнутая форма у этого клинка, так и норовит застрять хоть в чем-нибудь, особенно в таком искусно-сделанном подсвечнике с медными завитками! Их оружия скрестились и не разъединялись, как бы он не тянул и как бы она не держалась за канделябр всеми оставшимися силами. Наконец, рукоять ятагана выскользнула из вспотевших рук капитана, и Исабелла получила и канделябр и клинок, вот только по инерции с грохотом свалилась со стола, так как оружие слишком резко выскочило из рук Левассера. Левассер практически налетел на стол, за который упала Исабелла, вот только в том углу, в котором он ожидал её увидеть, её не оказалось. Разъяренный как лев Левассер звучно сматерился на французском, и сразу после этого получил унизительный удар со спины канделябром аккурат по голове. Звук был крайне неприятный и Левассер схватился за голову, практически согнувшись пополам, что дало Исабелле пару секунд чтобы выбежать из каюты теперь уже без двери. Палуба Эстреллы уже практически полыхала жаром. Огонь распространялся по ней со стремительной скоростью, даже несмотря на то, что уже начинал накрапывать дождь. На секунду она поняла, что не знала, что делать дальше. Всё таки выбрасывать всё оружие было не самым верным и не самым трезвым её решением. Не успела она осознать, что происходит, как сзади её больно схватили за волосы и одним рывком повалили на палубу. Чертов Левассер, с залитым кровью лицом, едва держался на ногах, но его физические силы всё еще превосходили её. Он наступил ей на грудь грязным черным сапогом и вырвал из её рук авторское оружие в виде канделябра с торчащим из него ятаганом. Придавив её к полу и не давая ничего сделать, он всё таки высвободил свой ятаган, и, отбросив канделябр в сторону, (едва ли не ей в голову) он расплылся в улыбке и проговорил — Пора заканчивать этот цирк, киса. Она видела, как его окровавленное жуткое лицо освещалось огненным отблеском. Если Дьявол есть, то вот он. Она понимала, что так и умрет, глядя в эти голубые и страшные глаза. Что ж, по крайней мере, у него больше нет корабля. Я сделала всё, что было в моих силах. Не долго думая, Левассер снова занес свой ятаган и вонзил его ей в живот. Она даже не вскрикнула, скорее судорожно вдохнула, прочувствовав эту боль всем телом. Издеваясь, он несколько раз прокрутил оружие, чтобы усилить её и без того существенные страдания, и оставил ятаган торчащим из неё. Он буквально пригвоздил её к палубе. К горящей палубе. — Ты и так задержалась в мире живых, киса. Не умрешь от этого так сгоришь заживо, вместе с моим кораблем. Тяжело дыша проговорил он. Все таки неплохо она его приложила. Он стоял, пошатываясь и явно теряя равновесие. — Au revoir, Bella. Наслаждайся предсмертной агонией. Он в последний раз посмотрел ей в глаза, наступил сапогом ей на грудь, и отшатнулся назад. Она часто и беспокойно дышала, пытаясь отсрочить собственную смерть. Слезы заблестели на глазах и обжигали щеки, скатываясь к ушам. Она так и не нашла брата. Так и не убила Левассера. Но, по крайней мере, отомстила ему как смогла. Жгучая обида расплывалась в груди, смешиваясь с режущей болью в животе. В глазах начинало плыть, и она видела, как из её тела торчит ятаган. Видела, как Левассер медленно прошагал к борту корабля, ухватился за него и остановился, снова приложив руку к голове. Она почувствовала привкус крови во рту - явный предвестник скорой смерти, как она всегда считала. Перед глазами проносились лучшие моменты жизни. Зачем думать о плохом, когда все и так плохо? Она вспоминала брата и родной дом, вспоминала Моргана, который помогал ей со всеми делами, тихие вечера и яркие ночи, того кузнеца, что выковал ей железные зубы, ту пару рыбаков, что на два года приняли её в семью, свои путешествия и даже Левассера, когда они только встретились… И то, как она выжила в море, с ужасными ранами и вырванными зубами. То, что ей дважды удалось угнать его корабль, то, что она, будучи женщиной, практически обставила легендарного французского пирата, и то, что она, на удивление, была всё еще жива. Да, из неё торчит ятаган. Да, она на горящем корабле. Да, у неё нет столько сил, сколько у Левассера, и если что он с легкостью её добьет, но она жива! Не самая умная, не самая счастливая, но удачливая, как черт знает кто! — Tienes suerte, eso es todo. (Тебе везёт, вот и всё!) Еще давно говорил ей брат. И это действительно было так. За её пока что недолгую жизнь шанс умереть предоставлялся не один раз, но она постоянно выживала и находила выход даже из самой плачевной ситуации. Эти мысли будто бы предали ей сил. Она выдохнула, пару раз сжала левую руку в кулак, а правой рукой закрыла себе рот, и, схватившись за рукоять ятагана, начала медленно вытаскивать его из себя. Она чувствовал тянущую и режущую боль, от которой темнело в глазах, зажимала рот рукой всё сильнее, но нужно было закончить начатое и добить Левассера, а не тихо умереть на палубе. Наконец, вытащив окровавленное лезвие ятагана, она с трудом приподнялась на ноги, крепко сжимая ятаган в левой руке. Левассер стоял к ней спиной у борта корабля и по прежнему держался за голову. Видимо, удар канделябром все же его подкосил. Увы, он не увидел как Исабелла восстала из мертвых и не слышал её слабых шагов, он не знал, жива ли она в принципе пока не почувствовал резь в груди. Резкую, как молния, прожигающую со спины и до сердца, и вот он видит кончик своего же оружия торчащим из груди. Он коснулся его пальцем, и на нем осталась багровая капелька крови. Исабелла пронзила его насквозь, как и он её, но только четко в грудь, без издевки, быстро и точно. Просто чтобы это прекратилось. Он обернулся на неё, грустно взглянул тусклыми голубыми глазами, и, сделав два шага назад, свалился на палубу, спиной к борту, оставляя на нем кровавый след. Еле живая Исабелла наклонилась к нему, зажав кровоточащий порез на животе, и аккуратно приподняла его голову за подбородок. Они смотрели друг на друга еще несколько мгновений. Она ничего не говорила. В её взгляде не было ни торжества, ни сожаления - он не выражал ничего. Его глаза уже едва ли её видели, но все же видели, как она улыбалась. — Шифр. Монотонно проговорила Исабелла. Капитан, едва ли в силах поднять ослабшую руку, пальцем указал ей на край своего бордового камзола. — Il faut bien… Прошептал он окровавленными губами, и его взгляд окончательно потух. Его глаза застыли на месте и стало понятно, что капитан умер. — Смерть тебе к лицу. Проговорила Исабелла, заботливо закрыв его веки, чтобы он не прожигал её мертвым и пустым взглядом. Да и так он выглядел не столь пугающим. Будто бы он просто решил прилечь и поспать опершись на борт своего корабля, а не умер от ятагана в груди. Она вытащила ятаган и убрала его себе за пояс, после чего присела рядом с капитаном, перетерпев боль, и опустила голову ему на плечо. Впервые за долгое время она чувствовала себя спокойно. Теперь он не причинит ей вреда. Эстрелла уже не просто горела, она полыхала. Тяжелый запах дыма мешал дышать, и Исабелла слегка закашлялась. Осознав, что Левассер мертв окончательно и бесповоротно, она рассмеялась, как сумасшедшая, под треск постепенно рушащегося в огне корабля. Ну а дальше уже известно. Она заберет шифр из внутреннего кармана его камзола, с трудом выберется с корабля, сделает пару шагов и наткнется на команду Черной Бороды и в частности на Иззи, который решит сохранить ей жизнь, прежде чем корабль сгорит вместе с мертвым Левассером и взрывающимся порохом. Новоиспеченный капитан Морган, увидев в подзорную трубу взрыв на Эстрелле, почувствовал холод, разливающийся по всему телу. Вот и всё. В его светло-карих глазах едва заметно отражались огни пылающего корабля. Значит, дело сделано. Исабелла была мертва. Морган едва сдерживал слезы. Пальцами он нервно перебирал небольшую косичку, едва доходившую ему до плеча. Он сложил подзорную трубу и снял шляпу, в знак уважения. — Шестой! Крикнул Морган дрожащим голосом. — Я, сэр! Раздался такой же юный голос, как и его собственный, и к новому капитану подбежал белобрысый одноглазый парень, именуемый Шестым. — Назначаю тебя своим старшим помощником. Голос Моргана был «мертвенно» холодным. Он не спускал глаз с догорающего вдалеке корабля. — Есть, сэр! Задорно выкрикнул Шестой, явно обрадованный этой новостью. — Держим курс на север до ближайшего порта. Не сворачиваем. Спустись в трюм и принеси мне бутылку сангрии. — Сделаю, сэр! Снова выкрикнул Шестой и убежал в сторону трюма. — Спасибо, Шестой. Как только Шестой удалился, Морган все же позволил себе тихо заплакать, прикрыв лицо ладонью. Он еще не знал, что в трюме этого небольшого баркаса бывшую команду Исабеллы Индзаги ждал персональный сюрприз. Сюрприз, в виде всех их нажитых за пару лет сокровищ, денег, тканей, карт, трех ящиков сангрии и арсенала всего оружия Эстреллы. Их бывшая командирша перетащила все эти сокровища самостоятельно, оставив записку на испанском, специально для Моргана. В записке было лишь одно предложение. Disfruten la vida, amados. Как только Капитан Морган увидит эту записку, он даст себе слово найти Исабеллу, если та каким-то чудом смогла выжить, и помешается на этой идее. И эта встреча, всё же, состоится..