Лимон с мёдом

Начало.

Аделия Петросян — девушка, которую задолго до Олимпиады нарекли «Надежда России». Выиграв квоту, Аделия всё прекрасно понимала. Теперь ей предстоит нести груз огромной ответственности перед всей федерацией, перед тренерами, перед собой. С самой первой тренировки у Тутберидзе, девушка понимала, что легко и весело ей не будет. Этери выбрала, а значит давать заднюю уже нельзя. Вся жизнь молодой фигуристки состояла из постоянных тренировок. Девушке приходилось вставать в 5 утра, соблюдать режим, как питания, так и сна. Ей приходилось загружать своё тело настолько, чтобы оно просто забыло прежний комфорт и удобства, которые открыты всем обычным людям, несвязывающих себя с профессиональным спортом.

***

И вот Милан. И она. Аделия никогда не понимала весь излишний и, по её мнению, напускной либерализм американцев. Она знала историю девушки с чудными и глупыми, как считала сама Петросян, волосами. Её отец вложил огромные деньги в её карьеру и будущее, а она повела себя как маленькая и капризная девочка, которая словно не знала все вытекающие словосочетания «профессиональный спорт». Она лишь оборвала все связи с отцом, потому что, видите ли, всё это казалось Лью токсичной атмосферой. —Детский сад,— со злостью и пренебрежением сказала Аделия. —Как же я ненавижу всю эту изнеженность. В этот момент Аделия шла к своему отелю после прогулки с мамой. Отсутствие права на проживание в олимпийской деревне девушку хоть и напрягало, но не так сильно, чтобы это как-то помешало ей в любой из программ. Тем более, присутствие невероятно мягких и даже непрофессиональных, по мнению россиянки под нейтральным статусом, фигуристов лишь раздражало.

***

Алиса обожала фигурное катание. Долгое время оно сковывало, ломало, мучало. Теперь оно стало отрадой. Когда Лью поняла, что не хочет рассматривать спорт как насилие и разрушение психики спортсмена, она решила, что своим примером должна положить начало. И оно положено. Она прямо сейчас веселиться с друзьями, осматривает город и не тревожится, ни о весе, ни о прокатах, ни о медалях. Девушке просто нравилось кататься и видеть тех, кому её катание тоже нравится, пусть это пару человек или целые трибуны. —Эмбер, твоё какое любимое? Шоколадное или ванильное? —Бери в цвет твоих волос, не ошибёшься,— ответила Эмбер и отпустила короткий смешок. —Как оригинально,— с улыбкой ответила Алиса. Они обе сели на скамью рядом с магазином, где купили мороженое, и начали болтать. —Слышала о нейтральных?—спросила Эмбер. —Особо не интересовалась. Видела правда программу одной. Которая русская. —Аделия? Да, она вроде неплоха. Букмекеры прогнозируют её успех и прямую конкуренцию тебе и самой Сакамото. —Я буду рада, если у неё всё получится. Ты же знаешь, для меня приоритет—это совсем не победа. —Какая ты сладкая, Алиса,—со смехом ответила Эмбер. Алиса действительно так считала. Она не боролась, она просто каталась и была счастлива. Тем не менее захотелось посмотреть на русскую кроху ещё раз. Лью знала, что Аделия младше и меньше, даже русские комментаторы ласково прозвали крохой и малышкой. —Эмбер, ты знаешь что она 152 ростом? Да она ж летать по льду может с такой комплекцией. И весит она всего ничего. Мне её даже жаль. —Отчего же? Это явное преимущество в нашем спорте. —Она наверняка подвергается большому давлению со стороны тренеров и самой себя. Все давно знают про методы русской школы. —Верно, но ведь их фигуристки просто космические! —Их талант и трудолюбие я вовсе не отрицаю. Они безупречны. Но именно из-за этой безупречности они и страдают. — Мы обязаны показать всем, что так неправильно,— ответила Эмбер, посерьезнев. Лью лишь рассмеялась и дала пять подруге. После они разошлись каждый по своим делам. Алиса решила побродить по городу ещё. Она зашла в пару лавок, попробовала разные вкусности и купила пару сувениров домой. —*Интересно, каково нейтральным? Это очень токсично со стороны ISU. Им приходится жить вдали от всех, чувствовать себя отщепенцами какими-то*,—подумала Алиса, подходя к какому-то зданию. Она решила заглянуть внутрь. Американка оглянулась и заметила на стойке регистрации её. —*Это же русская. Боже, как её зовут? Эмбер же говорила. Надо подойти и поздороваться, но я совсем не могу вспомнить..* Аделия заметила Лью и пошла в сторону выхода. —*Ничего, я сделаю вид, что не заметила. Она подойдет поздороваться и первой представится.* Но Аделия лишь слегка сталкивается с Алисой в узком проходе и проходит мимо, смерив дружелюбную американку строгим взглядом. Лью в недоумении. Что происходит? Может не поняла? Может не знает? —Прости!—вырывается неизвестно почему у Алисы. —Как давно мы на «ты»? Что за жуткая фамильярность,— с резким ответом поворачивается Аделия. Лью впадает в ступор. Ещё никогда она не чувствовала настолько сильного напряжения с кем-либо из спортсменов. —Прошу прощения.. Я лишь хотела поздороваться. Нам предстоит вместе участвовать в соревнованиях, я лишь посчитала нужным представиться. —Посчитали нужным? Меня совсем необязательно «радовать» любезным общением и вашими инициалами. Не считаю, что это может оказать хоть какое-то влияние на мой прокат. —Конечно нет, но всё же знать друг друга и иметь дружественные отношения было бы.. приятным дополнением. —Не нуждаюсь в подобных жестах. Всего доброго, Алиса. —*Откуда имя знает?* Аделия лишь развернулась и пошла навстречу к стоящей вдалеке маме. Алиса до сих пор не понимала причину такого поведения. Почему её так охладили и отвергли? Что плохого в предложенной ей дружбе? Да черт с дружбой, хотя бы знакомство.. Алиса была слегка обижена, но тем не менее понимала, что Аделия вовсе не обязана ей ничего. Лью посмотрела вдаль. Аделия аккуратно взяла маму за руку и приветливо улыбалась ей. Они смеялись. —*Да что с ней не так?! Я думала она просто чудаковатая, может все-таки я не угодила? С мамой она очень даже милая. И улыбается ей так..ласково.* Все ещё слегка ошарашенная попыткой знакомства, Алиса решила выбросить мысли из головы и направилась к своему корпусу. Теперь ей ещё больше захотелось разобраться в загадке нейтральной спортсменки, которая обидела, но чертовски заинтересовала.