Не забудь, не отпусти

— «… И именно поэтому юная госпожа Лань Яньли будет новым Нефритом клана Гусу Лань». Ну как, хорошо звучит? — А? Ага. — А мне кажется, будто что-то не так. — Хм, да. — Может, назвать её другим драгоценным камнем? Всё-таки она будет частью следующего поколения. Я хочу сделать поздравление как можно лучше, это ведь моя троюродная сестрица. — Гм, да… — Ненавижу, когда нам дают задания, которыми должны заниматься младшие ученики. Всего-то на десять минут опоздали. — Лань Цзинъи со вздохом оттолкнул от себя коробку с овощами. — Здесь всё свежее. Но, по крайней мере, мы можем потратить это время с пользой. Сычжуй, ну же, помоги мне составить что-то красивое. Я непременно хочу, чтобы моя открытка выделялась на фоне остальных. Остальные уже давно закончили. — Хм? Открытка? — на противоположном конце столовой комнаты, Лань Сычжуй был занят тем, что перебирал запасы риса, полностью погрузившись в свои мысли. Он помутненным взглядом посмотрел на Цзинъи. — Этот мешок годится. А что за открытка? — Открытка для учителя Вэя. Чтобы он скорее набирался сил. Я зачитывал тебе начало, неужели ты совсем не слушал? — Прости, Цзинъи. Конечно же слушал. Просто… Немного задумался. — Ой! Эти новые коробки для муки меня раздражают. — пробурчал Лань Цзинъи, потирая ногу. — Их стали делать из брусьев. Раньше бумагу можно было просто выбросить и всё. Что делать с этими тонкими основаниями, жечь на костре? Они даже для этого совершенно не годятся. А насчет открытки, не переживай. Должно быть, тебе не слишком приятно это слушать. Я должен был сразу понять. Лань Сычжуй тут же с улыбкой покачал головой. — Ты уже спрашивал вчера. Обещаю, меня не расстраивают разговоры о Лань Яньли. И это мило, что ты захотел приободрить учителя Вэя. Всё-таки он на целый месяц должен остаться в цзинши, чтобы избежать осложнений. — Ты уверен? — с сомнением спросил Лань Цзинъи. Он вглядывался в лицо Лань Сычжуя так пристально, словно хотел прочесть всё в его глазах. — Что-то в тебе кажется мне странным. Никак не могу понять, что именно. — Конечно, я уверен. Всегда так заботишься обо мне, А-Нъи. — Т-ты! — краснея ушами, возмутился Лань Цзинъи. Лань Сычжуй захихикал, прикрыв рот рукавом. — Снова дразнишь, чтобы выиграть спор. Но тебе не удастся обмануть меня в этот раз. Открытку я, пожалуй, напишу сам. Пусть это будет тренировка перед тем, как глава Лань в наказание за какую-нибудь мелочь не заставит меня написать десять сочинений за ночь. Снова. Хм, что это за запах? — он вдруг с удивлением принюхался. — Это же вино! Ничего себе, любопытно, кто из учеников настолько смел, чтобы принести сюда вино. Это что, улыбка императора? Сычжуй? Снова витаешь в облаках? — Мм? Лань Сычжуй, подложив ладонь под щеку, бездумно уставился на коробки из-под муки, о которые минутой ранее споткнулся Лань Цзинъи. Мысленно он явно был где-то очень далеко. И как только умудряется отключаться посреди разговора? Цзинъи наблюдал за ним какое-то время, а затем вздохнул. Что-то подсказывало ему, что вариант лишь один. — Сычжуй? — наконец, мягко позвал он. — Если ты устал, ступай отдохнуть. Я закончу здесь сам. — Д-да, я слушаю. Прости. О чем это мы? — Стой. — глаза Лань Цзинъи расширились. Оказавшись достаточно близко, он вдруг ошарашенно замер. Вот, откуда он учуял запах. — Т-ты пьян? — не веря в собственные слова, спросил он. — Выпил прямо на территории Гусу? Ты же никогда раньше… Середина дня! А если тебя поймают! Кто ругал меня, когда я однажды выпил утром? Сам же сказал: «Цзинъи, если хочешь пить, то не делай этого в Гусу». Зачем ты покинул покои сегодня? Притворился бы хотя бы больным. Я бы помог тебе. Чего ты добиваешься, чтобы тебя наказали? Поднимайся сейчас же. Повезло ещё, что я заметил раньше учителя. — Цзинъи. — Что? Сейчас же ступай и отоспись. — строго отчитал он. — Мы обсудим это, когда придешь в себя. — Цзинъи, это правда, что я тебе нравлюсь? Это последнее, чего сейчас ожидал Лань Цзинъи. Его лицо и шея медленно покрылись красными пятнами. Смущение накрыло его с головой, и на нотации сил больше не хватило. Он замер, уставившись в глаза Лань Сычжуя. — Послушай… — через силу проговорил он, не зная, куда деваться от неловкости. — Ты пьян и запутался. Мы обсудим это… В другой раз… Если ты захочешь вернуться к этой теме. Сычжуй… Мне кажется, тебе нужно уехать. Может, тебе снова отправиться к дяде Вэню? Лань Сычжуй фыркнул, поднимаясь из-за стола. — Прогоняешь меня? Не хочешь видеть? — Хочу, я… — Цзинъи оглянулся вокруг и понизил голос. Тон звучал быстро и взволнованно. — Больше всего я хочу видеть именно тебя. Только тебя. Если хочешь, я могу уехать с тобой. Но в Гусу… Ты ещё не готов. Здесь тебе становится хуже. Твои последние письма, пока ты путешествовал с Призрачным Генералом, давали надежду, я почувствовал облегчение, зная, что тебе хорошо. Но с тех пор, как ты вернулся… — он покачал головой. — Иди и проспись. Это разговор для трезвого Сычжуя, не для нарушителя правил Сычжуя. Я передам главе, что тебе нездоровится, и закончу сам. — Ерунда, я в полном порядке. Мне очень хорошо, Цзинъи. Хорошо-хорошо. — наткнувшись на упрямый взгляд, Лань Сычжуй тихо рассмеялся. — Всё совсем не так, как ты думаешь. Есть что-то… Что я никогда тебе не говорил. Что я никогда никому не говорил. Ты не знаешь... — Если не хочешь, можешь не говорить. А если захочешь, ты знаешь, что никто не отнесется к твоим словам так внимательно, как я. А сейчас, прошу, Сычжуй, ступай и отдохни. Сычжуй! — он едва успел подхватить пошатнувшееся тело на руки. — Сколько ты выпил? — Хорошо, я пойду спать, если это тебя успокоит, ладно? А насчет твоей открытки… «И именно поэтому юная госпожа Лань Яньли будет новым Нефритом клана Гусу Лань». Мне кажется, здесь больше подойдет изумруд. Цзинъи поднял бровь. — Я думал, ты не любишь изумруды. — Может да. А может и нет. Насколько же хорошо ты знаешь меня, А-Нъи? — Сычжуй, ты же… Боже, ты пьян, и сам не понимаешь, что говоришь.