Синие Метеоры

        Удар.           Мимо.           Ещё удар.            Вратарь ловко отбил шайбу.           Хоккеисты передвигались быстро, резко. Воздух нагрелся от их дыхания, а изрезанный коньками лёд начал немного таять. На его поверхности появились едва заметные тонкие лужи. В обычно прохладном зале стало душно и жарко.           — Ну и как это понимать?! — Возмущался Василий Петрович, тренер «Красных Метеоров», указывая на равный счёт, висевший на табло уже который час.           За это время дальше «два — два» никто не ушёл.           — У нас ещё десять минут осталось, — вздохнул Борис Аркадьевич, тренер «Синих Вымпелов». — Быть может, что-нибудь изменится.           Вперёд прорвался Ваня Барашкин, очутившись с вратарём «Метеоров» один на один. Прицелившись, ударил, шайба стремительно полетела к воротам соперника. Все замерли, боясь пошевелиться. Пара секунд могла решить всё.           И тут Глебов поймал. Гол не был забит. Трибуны ахнули.           — И как это понимать?! — Вскипел Василий Петрович. — У нас на соревнования хоть кто-нибудь поедет?!           Было видно, что хоккеисты уже изрядно вымотались. Оставшиеся пять минут обе команды играли без особого энтузиазма. Они старались держать планку, но всё равно двигались, словно сонные мухи, как заметил Василий Петрович.           Удар Сиякина. Стёпа отбил.           Передача Палкина. Замах Вани. Удар. Блокировал Глебов. Он сегодня был в ударе. Как и на всех последних матчах.           Прозвучала финальная сирена. Фанаты ликовали. Видимо, они приходили просто поболеть и посмотреть на жаркую битву «Метеоров» и «Вымпелов». Для них было не особо принципиально, победит кто-то или будет ничья.            — Бесполезно, — вздохнул подъехавший к трибунам судья.           — Нужно дополнительное время! — Вскипел Василий Петрович.           — Никакого дополнительного времени! — Вдруг взревел рядом Лёва, уже собравшийся выходить с катка. Обычно спокойный и равнодушный ко всему происходившему вокруг, он вдруг буквально взорвался. Открыл дверцу и перешагнул со льда на пол, направившись в сторону раздевалок.           — У нас уже тремор рук и ног, — недовольно заметил следовавший за ним Стёпа. — Трясёт, как во время турбулентности.           — Бунт на корабле! — Возмутился Василий Петрович, уперев руки в бока.           — Они устали, — вздохнул Борис Аркадьевич. — Вы же сами видели: на них столько всего обрушилось… Так что их можно понять. О, Ванька, — обратил он внимание на подъехавшего к трибунам Барашкина. Тот пытался отдышаться. — Как ощущения?           — Нормально… Ух, извините, — Ваня снял с себя шлем, взъерошил взмокшие светлые волосы и тоже направился в раздевалку.           — А вот и мои обрыганчики, — не без недовольства фыркнул Василий Петрович. «Метеоры», красные и запыхавшиеся, один за другим покинули каток. То же самое сделали и «Вымпелы». — А где Сиякин?!           — Автографы раздаёт, — ответил Лёва, вернувшийся из раздевалки и не отлипавший губами от бутылки с водой. Руки его, уже без перчаток, действительно слегка подрагивали.           — Опять зазвездился?! Сначала пусть матч мне выиграет!           — Мы и так пять игр подряд верх над «Вымпелами» одерживаем. К тому же, к нему девки сами пристали.           Глебов мельком глянул назад. По пути сюда он пересёкся с Барашкиным. Тот выглядел весьма недовольным. Его улыбка угасла ещё на поле, когда к Роме фанатки подбежали. Забавное наблюдение. Ваньке что, своих мало было?           Сиякин вскоре попрощался с последней поклонницей, сделавшей с ним селфи, и подъехал к тренерам.           — Будете выпрашивать дополнительное время? — Поинтересовался он.           — Я тебе дам «дополнительное время»! — Разозлился Лев, сжав бутылку так сильно, что дрожь в руке усилилась в несколько раз. Послышалось бульканье.           — Если нам нужна победа, мы её любой ценой выгрызем, — твёрдо заявил Рома, чуть повысив голос. — Понадобится, можем ампутировать тебе конечности и вставить протезы.           — Иди на хер, капитан.           — Это что ещё за слова такие?! — Вскипел Василий Петрович, чуть не подпрыгнув на месте.           — Идите уже, — вздохнул Борис Аркадьевич.           «Метеоры» кивнули и ретировались.           — Чувствую, сегодня нас ждёт долгое совещание, — задумчиво проговорил тренер «Вымпелов», развернувшись в сторону раздевалки своих подопечных.           — М-да, — цыкнул Василий Петрович, уйдя к «Метеорам».           В обеих раздевалках этим вечером царила непривычная тишина. Юные хоккеисты совсем выдохлись. У них едва хватало сил на то, чтобы раздеться.           — Вы молодцы, ребятки, — улыбнулся Борис Аркадьевич, смотря на «Вымпелов».           — А мы попадём на соревнования? — Сонно спросил Стёпа, которому Гена развязывал коньки. У Прыгункова сегодня было работы выше крыши: все агрессивные атаки «Метеоров» пришлись в основном именно на него. Так что в таком бытовом вопросе он мог и полениться.           — С нашим равным счётом? — Хмыкнул Гоша.           — Придётся подбрасывать монетку, — хихикнул Ваня, хитро посмотрев на тренера. Тот улыбнулся.           — Нет, монетку мы подбрасывать не будем, — возразил мужчина, — а постараемся прийти к разумному решению путём долгого мозгового штурма.           — Нам остаётся только держать кулачки, — вздохнул Стёпа.           В раздевалке «Метеоров» тем временем все тоже были обеспокоены результатом сегодняшней игры. Кроме Лёвы. Тот так вымотался, что его уже не волновало ни то, поедет он или нет, ни ругань тренера с их капитаном. Глебов свою работу сделал (причём на «пять с плюсом») и теперь хотел уйти на покой. В том смысле, чтобы просто прийти домой, упасть на кровать и забыться.           — Я тебе ещё раз говорю, Сиякин: всё решим сегодня вечером на собрании!           — Но мы всё равно первые заработали тот балл! А «Вымпелы» потом просто сравняли счёт! И после этого Вы не даёте дополнительного времени и говорите «ну, мы подумаем»?!           — Рот закрой! — Рявкнул Лёва, не желавший больше слышать ничего, что касалось бы повторной игры. Обычно спокойный и невозмутимый, сейчас он чуть ли не взрывался от злости и усталости.          — Сам заткнись! — Приказал ему Рома, не отрывая глаз от Василия Петровича.           — Да что ж вы все втроём, как собаки, ей-богу, — тяжело вздохнул Тарас.          — Они так до бесконечности могут, — покачал головой Петя. — Нам лучше не встревать…           — Ты, щенок, сначала до моего возраста дорасти, чтобы мне что-то предъявлять, — прошипел Василий Петрович. — Как я сказал, так и будет, Сиякин. Понял?           Рома, не моргая, смотрел на него в упор, сжав губы в тонкую линию. Он стоял так довольно долго. Видимо, пытался придумать, как ответить, чтобы его наконец услышали. Вот только объяснять что-либо тренеру, когда тот принял твёрдое решение действовать без каких-либо советов, было бесполезно. Абсолютно. Поэтому Сиякин сдался, зашагав к лавке.           Сев, Рома наконец снял с себя шлем. Чёрные волосы, успевшие довольно сильно отрасти за последние пару месяцев, упали мокрыми слипшимися прядями на его плечи, а резинка, державшая их во время матча, слетела куда-то на пол. Сиякин поднял её, после чего принялся расшнуровывать коньки.     

***

         — Подводя итоги сегодняшней игры, мы можем с уверенностью сказать, что обе команды отличились, — монотонно проговорил директор, задумчиво стуча пальцами по столу. — Удерживать равный счёт на протяжении двух периодов — это, знаете ли, о многом говорит.           — «Вымпелы» этот счёт и сравняли, — осторожно напомнил Василий Петрович. — А «Метеоры» были первыми, кто его открыл и развил. К тому же, они не так давно выиграли несколько матчей подряд.           — Не спорю, — кивнул директор. — И не могу не отметить, что «Метеоры» в последнее время стали слаженнее и точнее. Это не может не радовать.           — Может, по этому принципу и будем выбирать?           — Дело в том, уважаемый Василий Петрович, что в таких условиях выбирать трудно. Была бы у нас разница хотя бы в один гол, мы бы не колебались. Но тут ситуация сложнее. Обе команды продемонстрировали сегодня свои сильные и слабые стороны. У каждой есть, над чем работать. Примечательно, что эти самые достатки и недостатки противоположны. Там, где что-то хромает у одних, это «что-то» получается лучше у других.           В кабинете наступила тишина. Тренеры и директор погрузились в раздумья. Вот так фокус вышел.           — Ну что нам, в самом деле, ещё один матч проводить? — Нахмурился Василий Петрович.           — Хотим ещё больше помучить наши команды перед соревнованиями, чтобы у них совсем пропал интерес? — Поинтересовался директор. — Да и времени у нас нет…          — У меня появилась идея, — вдруг произнёс Борис Аркадьевич, оторвав взгляд от бумаг с характеристиками и внимательно осмотрев присутствовавших. — Раз такое дело, мы могли бы объединить «Вымпелов» и «Метеоров» на время межгородских соревнований.           — Да где такое видано! — Всплеснул руками Василий Петрович.           — Но ведь в большом спорте нередко явление, когда игроки меняются, переходят из одного клуба в другой, — спокойно парировал Борис Аркадьевич. — Вот и здесь будет практически то же самое.           — Ага. Только кто куда перешёл: «Вымпелы» — к нам, или мы — к вам.           — Ну, у нас будет немного другой случай. Временное объединение в одну команду. А потом снова разойдёмся по разные стороны.           — Сиякин не оценит, — улыбнулся директор.           — Да кто его спрашивать будет! — Стукнул кулаком по столу Василий Петрович, предвкушая долгую ругань со своим подопечным.           — Согласен. А идея, дорогой наш Борис Аркадьевич, хорошая, — продолжил директор. — Впервые в нашей истории произойдёт подобное. Конечно, этот вопрос следует уточнить с организаторами, но причин возражать я не вижу. Обе команды в последнее время показывают себя достойно. Выбрать слишком сложно.           — Осталось только пережить ещё один бунт… — Василий Петрович, подумав о своих «Метеорах», перекрестился.           Как выяснилось на следующий день, не зря.           «Красные» были возмущены. Впрочем, «Вымпелы» тоже весьма озадачились, когда услышали новость об объединении. Обе команды сразу подняли гомон, то и дело указывая друг на друга пальцами.           — Вы хоть сами понимаете, что творите?! — У Сиякина просто слов не находилось. Он готов был рвать и метать, но пока что успешно сдерживал себя. Всё-таки конференц-зал. За поломанное имущество можно было вылететь из лиги.           — У нас совершенно разные взгляды на игру и подходы к ней, — в отличие от своего соперника, Барашкин был более спокоен, однако взгляд серо-голубых глаз всё же выдавал его волнение.           — Я это прекрасно понимаю, — невозмутимо ответил Борис Аркадьевич, изредка поглядывая на стоявшего рядом с ним Василия Петровича. Судя по едва уловимому движению губ и отсутствовавшему взгляду, тот читал про себя какую-то молитву. — И смысл объединения заключается в том, чтобы вы смешали свои разные навыки.           — Ага. И происходить это будет под контролем какого-то левого человека, — фыркнул Рома.           — Почему же левого? Я и Василий Петрович будем вашими общими тренерами.           — Ну пиздец… — ошарашено выдохнул Рома. Ситуация становилась всё абсурднее.           — Сиякин! — Рявкнул вдруг Василий Петрович. — За языком следи!           — А кто будет капитаном? — Голос Гены прозвучал тихо, словно его обладатель не особо хотел быть услышанным. Палкин переводил взгляд с Вани на Рому, мысленно прикидывая, что будет с их командами, когда выберут кого-нибудь одного.           — Это трудное решение… — протянул Борис Аркадьевич. — Нам надо подумать.           Оба тренера внимательно оглядели вмиг притихших ребят.           — Это Барашкин, — хором произнесли они через пару секунд. Ваня аж вздрогнул от того, насколько единогласно и неожиданно это прозвучало. На плечи сразу же будто свалилась тяжеленная гора ответственности. Теперь ему предстояло руководить не только своими ребятами, зачастую не всегда спокойными и собранными, но и разгоряченными «Метеорами», к которым требовалось найти свой индивидуальный подход.           — ЧЁ?! — А вот Рома явно не намеревался соглашаться с решением тренеров. — То есть, вы хотите вот так просто взять и отдать Барашкину моих обалдуев, которых я воспитываю всю свою сознательную жизнь?!           — Рома, ты несильно старше нас, — заметил Глебов. — Дай Бог год разница. А Тарас так и вообще в плане возраста тебя обогнал на месяцев восемь, если мне память не изменяет.           — Это сейчас не имеет значения!           — Ничего с тобой, Сиякин, и с твоими «Метеорами» не сделается, — грозно заметил Василий Петрович. — Походите под крылом Барашкина, не сломаетесь.           — Да под моим крылом всем было бы куда надёжнее! Чё, думаете, что я бы не справился, да?!           — Конечно справился бы, Ром, — заметил Борис Аркадьевич. — Просто Ваня поспокойнее будет. Он не действует на горячую голову.           — Ну зашибись! — Всплеснул руками Сиякин.           — Ты можешь быть его заместителем.           — Пошли вы все! — Роман встал со стула, застегнул кофту на молнию до самой шеи и зашагал прочь из зала, напоследок хлопнув дверью. После его ухода в помещении наконец наступили долгожданные спокойствие и тишина. Все облегченно вздохнули.           — Ему нужно остыть, — кивнул Василий Петрович, заметив в глазах тренера «Вымпелов» немой вопрос. — У него просто нет выбора.           — Ладно… — Борис Аркадьевич прикрыл глаза и помассировал переносицу. — Есть у кого-нибудь вопросы?           Вверх сразу поднялась рука Вани.           — Да-да, — разрешил ему говорить тренер.           — Куда делись добрые половины команд? — Барашкин невольно нахмурился. — Конкретно меня волнуют наши тройняшки и вратарь.           — А… — Борис Аркадьевич облизнул пересохшие губы, собираясь с мыслями. — Дело в том, что они по возрасту не проходят. У нас команда шестнадцать-семнадцать лет должна быть. А Стёпе всего тринадцать.           — И что? Он — отличный вратарь!           — Поверь, это знают все. Но таков порядок…           — Мы без Стёпы никуда не поедем! — Решительно заявил Ваня, откинувшись спиной на спинку стула и скрестив руки на груди.           — В смысле «никуда не поедем»?! — В зал неожиданно заглянул Рома. Видимо, он далеко не ушёл и всё это время стоял под дверью. — Ты хоть знаешь, что мы из-за твоего упрямства потеряем?! Там главный приз — пять лямов. Пять!           — Да на эти деньги нынче даже квартиру не купишь, — махнул рукой Петя.           — А ты её где покупать собрался? В Москве? — Закатил глаза Сиякин.           — Ага. В «Москоу-сити», — хихикнул Хитрюк. — На сотом этаже.           — Мы без Стёпы участвовать не будем, — более твёрдо повторил Ваня, не сводя глаз с тренеров.           — Тогда одни «Метеоры» поедут! — Возрадовался Рома.           — Ну и пусть едут!           — Вань, ну что ты упрямишься, как маленький, а? — Покачал головой Борис Аркадьевич.           — Да-да, как маленький, — поддакнул Сиякин.           — Стёпа — часть нас, — Барашкин уже начинал потихоньку закипать. Его и без того нервировала вся эта беседа, так ещё вдруг выяснилось, что они без Прыгункова остались. — Не в обиду Лёве, но если бы не Стёпа, мы бы не были здесь. И вряд ли попадём выше. Я в этом уверен. Да, он немного маловат, но он — лучший из лучших. И на правах капитана я требую, чтобы его допустили к соревнованиям. В конце концов, в команде должен быть запасной вратарь.           — Щас тебя из капитана понизят до выравнивателя льда, — хмыкнул Рома.           — Пускай!           — Ты хочешь обсудить это с директором нашей лиги? — Скептически выгнул бровь Борис Аркадьевич.           — А почему нет? Я без своего вратаря не останусь, — Ваня встал со стула.           —Ты что, серьёзно?           — Да, серьёзно, Ром, — Барашкин прошёл мимо Сиякина, скрывшись в коридоре.            — За ним, пока он делов не натворил! — Скомандовал Василий Петрович.           — Ох-ох-хо… — покачал головой Борис Аркадьевич, направившись следом за товарищем.           — Спорим на тыщу, что у Ваниша ничего не выйдет? — Предложил Петя. «Вымпелы» недоуменно переглянулись.           — Да чего тут спорить? — Устало вздохнул Глебов. — И ежу ясно, что своего вратаря он получит.           — Ты в него веришь? — Удивился Хитрюк.           — И не только он, — встрял Гена. — Мы тоже.           — Так что готовь целых три тыщи, Хитрюга, — Гоша уже предвкушал скорую победу.           — Но-но! — Покачал пальцем Петя. — Как бы вы не стали должниками! — Он с надеждой посмотрел на Тараса и Рому.           — Я пас, не участвую, — предупредил Сиякин, подняв руку.           — Чего?.. — Разочаровался Петя. — Даже своё предположение не выдвинешь?           — Если выдвину, ты будешь должен мне тыщу.           — Вот предатель! Таки перешёл на сторону нового капитана!           Сиякин грозно зыркнул на него. Вроде как, даже глаз начал дёргаться. Капитан «Метеоров» развернулся и вышел из зала.           — Пойду, посмотрю, как они там поживают, — напоследок бросил он.           А поживали все довольно неплохо. Относительно.           У директора уже начинала постепенно заболевать голова. Мало того, что было душно, так ещё и Барашкин прицепился, как банный лист, не желая отлипать.           — Я требую позволить нашему вратарю участвовать, — настаивал он уже сколько времени. Тренеры, ранее пытавшиеся его остановить, стояли чуть поодаль, ожидая, когда же всё это кончится. Не встревали. Бесполезно.           — Я ещё раз повторю: против закона не попрёшь, — качал головой директор.           — Ещё как «попрёшь». У Вас же есть связи.           — Да, есть… — сдался мужчина, вздохнув.           — Ну так звоните.           — Какой Вы наглый молодой человек, Барашкин.           — На кону то, как мы отыграем несколько матчей, — нахмурился Ваня. — не могу не быть наглым, когда дело касается состава моей команды.           — Раз волнуешься, сам позвони в комитет, который этим занимается, — директор поднял трубку телефона. — Номер я наберу.           — Вот и позвоню!           Мужчина явно был в ступоре. Видимо рассчитывал, что Ваня сдастся. Как бы не так.           «Ну ладно. Пошлют его — одной проблемой станет меньше…», — подумалось ему. Он нажал несколько кнопок.           — Ну, держи.           Ваня взял трубку, слушая долгие гудки.           — Алло? — Наконец произнёс он. У присутствовавших внутри всё похолодело. — Да, здравствуйте. Это Иван Барашкин из «Синих Вымпелов»… а?.. Да-да, уже из объединённых с «Красными Метеорами». Понимаете, тут такое дело: наш вратарь, Степан Прыгунков, — отличный игрок, мы без него никуда. Только одна незадача: он по возрасту не проходит. А он нам очень нужен. Хотя бы в качестве запасного игрока… Что? А, ну… да, уверен… — Тут его лицо озарила улыбка. — Правда? Спасибо! Что?.. А, директора… — Ваня протянул трубку директору. — Вас просят.           Тот утёр со лба пот и дрожавшими руками взял её, ответил.           — Алло?.. А… Ага, конечно…          Пока мужчина разбирался с одним из организаторов, Ваня повернулся к тренерам и застывшему в дверях Роме и, улыбнувшись, хитро подмигнул им.           — Видать, добился своего… — Василий Петрович снова перекрестился.