Коснусь ли я дна или под ним ещё одно...

      Тропа Олли на острове Чеджу полна живописных мест: свежий воздух, солнечный свет, красивые виды. Но Руми не сможет всем этим насладиться. Страх нападения был сильнее, чем желание расслабиться на природе.       – Руми, успокойся, – сказала подруга, заметив, как она трёт кожу на предплечье, там, где было боевое ранение. Связано ли это как-то? Руми не знала, но это была ещё одна беспокойная мысль в её голове.       Охотница благодарила все высшие силы за то, что её знаки, которые доходили почти до горла, снова отступили, и она смогла надеть более открытую одежду в поход. В зависимости от стресса демонические метки росли или уменьшались, но никогда не исчезали полностью. Фиолетовые острые узоры всегда были на теле Руми и впервые появились на левом плече.       – Ещё ни одного человека это слово не успокоило, – она всё же отдёрнула руку.       – Нет смысла расчёсывать себя до крови, – настаивала Мира.       Группа ехала в своём микроавтобусе. Уже через два часа они доедут до места, и участницам придётся надеть маску дружелюбия.       – Какая разница, всё равно заживёт, – отстранённо произнесла она, начиная теребить выпавшие из причёски пряди сиреневых волос. – Слушайте, я вообще не понимаю смысл этой программы. Люди придумали эту вражду. Официально мы просто две несвязанные группы. Они хотят посмотреть на наше взаимодействие. Чего они ждут? Как нам себя вести?       Они с Бобби сто раз проговаривали всю программу мероприятия. Они будут идти только один день, вечером разложат палатки и лягут спать. На следующий день они обустраивают лагерь, и всю неделю сценаристы придумывают им испытания на выносливость и... сплочение? Вот зачем это всё нужно?       – Просто веселиться и быть собой. Не волнуйся, они не тронут нас под камерами, мы можем оставить на неделю звание охотниц и пожить как люди, – в своём позитивном репертуаре подбодрила Зои, заплетая себе корейские косички.       Руми завидовала такой оптимистичности. В любое время. Даже во время борьбы с демонами с лица подруги редко сходила улыбка. Это очень разбавляло атмосферу. Это помогало Руми хоть иногда отвлекаться от серого круговорота мыслей.       Девочки были единственным спасением от тревожности, но в то же время они были её причиной. Руми почти не думала о проблемах рядом с ними. Когда же она оставалась одна, её накрывало с головой. Мысли шли потоком, не прекращаясь ни на секунду. Уснуть было настоящей пыткой. Беруши и маска для сна блокировали звук и свет, но чем можно было заглушить постоянный анализ всего происходящего?       — Мы должны работать, а не веселиться, — проворчала Руми, забывая о приличии и поджимая под себя ноги, обнимая их руками. Золото так близко, а мы идём в поход. Бред!       — Ну ты и бука! Это вообще-то моя роль, — Мира пихнула подругу в бок.       Руми окинула взглядом непонятно почему спокойных подруг и тяжело вздохнула. Она чувствовала, что что-то не так. Слишком всё хорошо и спокойно. Девушка терялась в сильном беспокойстве внутри, но странном спокойствии вокруг себя. Всё казалось неправильным, и она готовилась к худшему.       Путь до места назначения оказался слишком быстрым. Как же Руми желала, чтобы они ехали ещё три часа, так не хотелось покидать зону комфорта. Выйдя из микроавтобуса, она сразу встретила съёмочную группу из четырёх человек. Было удивительно, что там была не целая армия.       — Добро пожаловать, Хантрикс! Мы ваша съёмочная группа. Меня зовут До Ён, — перед ними стояла женщина с осветлёнными волосами, держа камеру и мило улыбаясь. — Это Ара, — она указала на низкую девушку с не очень доброжелательным видом. У неё везде был пирсинг и тёмный макияж. — Вот там стоит Джек. Он из Америки.       — Я тоже! Приятно познакомиться, Джек, — воскликнула Зои. Джек поклонил голову в знак уважения, и его серьёзное лицо тронула улыбка.       — Прекрасно! А вот это Ким, — парень, на которого она указала, выглядел слишком молодым. Корейцы славились своей вечной молодостью, но это не всегда было плюсом. Казалось, что перед ними стоит ребёнок с огромной камерой.       Познакомившись со всеми, в поле зрения Руми попало до боли знакомое лицо. Саджабойс здесь. Камеры уже включены, а значит, время натянуть фальшивую улыбку.       Не ожидая от себя такого, Руми смело зашагала к парням. Джину удивлённо смотрел на неё. Она и сама думала, что большую часть похода будет держаться в стороне, но в последний момент вспомнила, что фанаты ждут от этой программы не её отстранённости, а взаимодействия, конкретно с Джину.       — Давно не виделись, — начал с улыбкой он, протягивая руку.       — Будем видеться ещё на протяжении всей недели, — прошептала она, пожимая руку, смотря прямо в глаза. Она уже представляла, как именно этот момент фанаты вырежут и вставят в свои расследовательские видео.       Боковым зрением она видела, как камеры облепили их и к ним подставили микрофон. Теперь нужно говорить только хорошее.       — Я тоже рада нашему совместному времяпрепровождению, — от приторности этих слов стало гадко. Она будет рада, когда это всё закончится.       Руми пожала руки всем участникам мужской группы. От прикосновения к остальным знаки начинали греть кожу, но только от Джину исходил холод. Это было очень интересно и в то же время непонятно. Он же демон. От неё тоже исходил холод для него? Что вообще демоны чувствуют от прикосновения охотниц?       Зои и Мира тоже поздоровались со всеми. Интересно, они испытывают хоть что-то?       Мира, улыбаясь, подошла к Руми и взяла её под руку, отворачивая от камер.       — «Я тоже рада нашему совместному времяпрепровождению»? Предупреждай о внезапной дружелюбности.       — Готовься, так будет всегда. Милые беседы ни о чём и постоянные улыбки.       Итак, поход начался. Начало хорошее. Руми никого не убила и даже улыбнулась демонам. Она не сможет расслабиться. Чувство, что что-то случится, не давало покоя, а это означало, что что-то и вправду случится, и это не кончится ничем хорошим. Охотница будет готова. Как всегда.       Им дали рюкзаки со снаряжением. Было иронично, когда съёмочная группа ехала рядом с ними на грузовике, а они пешком с рюкзаками. Но этого зритель не видит. До Ён сказала, что у них будет больше времени без камер, нежели с ними, но предупреждать они не будут, чтобы поймать самые живые кадры. Руми услышала это как: «Мы будем снимать только самые неловкие, странные и романтичные, по их мнению, моменты». Зато прибавится фанатов — людей, которые выбирают сторону света и жизни, а не тьмы и вечных мучений в преисподней. Будто люди что-то понимают.       Они шли по проложенной туристической тропе. Руми смотрела по сторонам, пытаясь забыть тот факт, что рядом с ней пять демонов и куча камер. Но, кажется, один демон этого не хотел.       — Будешь делать вид, что мы не конкурируем и всё так хорошо? — его голос заставлял всё внутри переворачиваться, будто в ней оживало что-то пархающее.       — Конкуренция? С Саджабойс? Нет, ты что! — когда-то эти слова она слышала от него, но ей больше нечего было ответить на компрометирующий вопрос под камерами.       — Нас не снимают, — намекнул он.       — Чего тебе надо? Не видишь, я наслаждаюсь природой? — она посмотрела на него снизу вверх. Руми не любила, когда кто-то возвышался над ней: это вселяло в неё неуверенность и чувство загнанности. Или это вселял в неё только он?       — Теперь узнаю тебя, — посмеялся он, неожиданно сменив тон. — Руми, непобедимая охотница, которая так ненавидит демонов.       — Ты меня не знаешь, но, пожалуй, ты прав: я ненавижу демонов, — она поправила рюкзак, стараясь оставаться спокойной, чтобы, не дай бог, не привлечь внимание съёмочной команды.       — Как рука? - как бы не в значай спросил он, но всё и так было ясно.       Охотница резко развернула голову в его сторону. Как он может? Он обещал молчать! Наверное, нужно было поставить больше условий, раз он напоминает.       — Ничего не было, мы же договорились, — делая вид, что не услышала ничего страшного, она отвернулась, продолжая идти.       — Ты договорилась с демоном? Смешно, — эти слова не принадлежали Джину и это послало электрический заряд по телу.       Руми удивлённо посмотрела в другую сторону. Это был Мистери. Она обещала себе не злиться, но когда твой секрет разбалтывают ещё одному демону, тяжело хранить мир в душе. Он буквально рушится.       — Ты рассказал о нашем договоре? — непринуждённо спросила охотница, подмечая, что Мистери был слишком счастливым и, кажется, нетрезвым.       — Они видели тебя тогда, так что я просто объяснил ситуацию, чтобы она не стала более абсурдной. — Джину тоже не выглядел напряжённо, будто с ним рядом не идёт охотница, которая в любое время может призвать оружие и разрубить его пополам.       — И что же, ты рассказал всё как было? — она взглянула на Мистери, анализируя его выражение лица. Оно было таким расслабленным, будто он ловил кайф от всего, что увидит.       — Да, я честен, в отличие от тебя, — он приблизился к её уху.       — Что? — сердце пустилось галопом.       — Ты ведь так и не рассказала им о своём секрете, — прошептал он, обжигая своим дыханием.       Руми сжала кулаки и с трудом подавила желание врезать ему по челюсти. Как он может вот так просто говорить мне об этом? Это шантаж? Но он даже не просит ничего взамен. Нет. Это игра. Она хотела уже было ему ответить, как раздался голос проводницы.       — Останавливаемся здесь!       Все встали и скинули с себя вещи. Грузовик тоже остановился. Съёмочная группа вышла из машины, и Да Ён стала раздавать указания. Всё происходило слишком быстро, и Руми не успевала подобрать слов.       — Я тебя убью, Джину, — гневно сказала она, сверля его взглядом.       — Попробуй, — самодовольно улыбнулся он и ушёл вперёд, захватив с собой Мистери, который явно не понимал, отчего произошла перепалка.       Вот обязательно ему надо было всё испортить! Руми находилась в более опасном положении, чем прежде. Она и не думала в тот момент, что в их квартирке были другие демоны. Она вообще ни о чём не думала, кроме как о помощи. Теперь нужно как-то договориться со всеми демонами и понять, видели ли они её метки.