Коридоры её безумия

      Мистер Томпсон задумчиво потерял переносицу, хмуря брови. Гермиону напоили успокоительными, несмотря на протесты Гарри, и она уснула.       - Нужно что-то сделать. Она сейчас там, одна… Это может быть небезопасно, - настойчиво повторил Драко.       - Я почти уверен, что это небезопасно. Но её поведение угрожает её здоровью. Нам нужно принять решение.       - В чём суть этой магии? Как она работает? - прошептал Гарри.       - Увы, мистер Поттер, это знает лишь Гермиона. И, возможно, знал её наставник.       - Я должен идти за ней, - Драко нервно разбил слипшиеся пряди волос.       - Исключено! Мы не знаем, как устроено её сознание, Вы можете…       - Да плевать я хотел, - он нервно выдохнул и улыбнулся вымученной обреченной улыбкой. - Я пожиратель и изгой, она - героиня войны. Вы правда считаете, что риски не оправданы?       Пожилой целитель устало покачал головой.       - Мистер Поттер, если мисс Грейнджер очнется, сразу зовите меня. Мы будем в соседней палате.       Он подошел к двери и открыл её, приглашая Драко выйти наружу.       Закрыв за собой дверь соседней палаты, мистер Томпсон подошел к окну и спустя несколько секунд созерцания капель дождя заговорил:       - Мне жаль видеть, как Вы мучаетесь от предубеждений, преследующих Вас всю Вашу жизнь. Я целитель, Драко. Моя миссия не судить людей, а спасать их. Ваша жизнь значит для меня ничуть не меньше, чем жизнь бедной девушки.       - Но что насчет меня?       Целитель посмотрел на Драко, который выглядел совсем не таким, каким его привыкли видеть окружающие. Не осталось спеси, гордости, презрения, которым был пронизан его взгляд. Напротив стоял уставший мужчина, и его лицо отражало бесконечную тоску.       - Вы пережили много потерь.       - Но жизнь на то и дана, чтобы…       - Нет. Мистер Томпсон, целитель… Я люблю эту женщину, - слова трудно давались Драко. Его лицо исказилось от вынужденного признания, что скрывалось в недрах его души долгие-долгие годы, почти забытое. - Я хочу ей помочь. Прошу Вас, я обещаю, что не стану подвергать себя опасности.       Целитель помолчал, принимая решение.       - Я не верю Вам, Драко. Но верю в Вас.

***

      Вернувшись в палату, Драко первым делом бросился к кушетке Гермионы, игнорируя вопросительный взгляд Гарри.       - Мистер Поттер, я дал согласие мистеру Малфою на очередное проникновение в сознание мисс Грейнджер.       Гарри облегченно выдохнул.       - Хвала Мерлину, спасибо, - он сжал ладонь Гермионы, и его плечи дрогнули. Один Мерлин знает, сколько всего он вынес и продолжает нести на этих плечах.       - Малфой… Спасибо.       Драко кивнул, не вслушиваясь в разговор. Он думал о матери, последних днях её жизни и о том, как не сумел ей помочь. Ах, если бы только…       - Мистер Томпсон! - Драко резко вскочил, поворачиваясь к целителю, - Моя мать! Ну конечно, я такой идиот!

***

      Март, 1998       Темный Лорд был разочарован. Он был зол. Его ярость ядовитым туманом клубилась в поместье, отравляя собой последние проблески света и любви, что в нем остались. Тела егерей грудились бесформенной кучей истерзанного мяса, кровь заливала пол, и в ней нежилось скользкое тело Нагайны. Змеиный пир.       Его родители, Беллатриса и Сивый стояли на коленях, придавленные к земле волей своего повелителя.       - Вы разочаровали меня. Поганый пёс, пошедший на поводу грязной похоти к грязной женщине, забывший своего хозяина. Моя дорогая Белла, предавшая моё доверие дважды. Ты, Люциус, пародия на мужчину. Твоё слово - закон в поместье, и тем не менее, ты позволил решать за тебя. И, конечно, Нарцисса… Твоё сознание - дебри. Нехорошо скрывать от своего Лорда грязные помыслы. Ты держишь меня за идиота?       О Драко не сказали ни слова. Все, как один, свидетели умолчали о его присутствии на пытках. Его участие стерли, и теперь он стоял в углу комнаты, невидимый, неприметный, трус. Стоял и смотрел, как его семья готовится разделить наказание, не смея даже коснуться рук друг друга, лишь бы не вызвать гнева Темного Лорда.       Первым был Сивый. Драко было даже приятно посмотреть на это. Воландеморт великодушно сохранил ему жизнь, но ради чистоты помыслов лишил оборотня всего того, что заставляло его испытывать и реализовывать сексуальное влечение. Дабы его цель не туманилась грязными животными нуждами.       - Ты весь в грязной, грязной крови, пёс. Но впредь ты не сможешь повторить своих ошибок.       Затем - Белла. Пытки повелителя приносили ей мазохистское удовольствие, поэтому Лорд выбрал другое наказание.       - Ты не оправдала моего доверия дважды. Ты упустила Поттера и позволила домовику разоружить себя. Это плевок в лицо не только тебе, но и мне, и всей моей армии. Я запрещаю тебе иметь волшебную палочку, Белла, никакую, кроме той, которую ты любезно одолжила грязному домовику Поттера. Тебе ясно?       Нет хуже унижения для волшебника вроде Беллатрисы, чем лишиться своего оружия. Без палочки она стала бесполезной обузой для Лорда, чего всегда боялась. Но надо отдать ей должное - Беллатриса научилась мастерски управляться с ножами.       Следующий - отец. Когда взгляд Лорда скользнул к Люциусу, Драко отвернулся. Видеть боль родителей было выше его сил.       - Люциус… Вы, Малфои, так цепляетесь друг за друга. Можно подумать, идеи старика Дамблдора и вам пришлись по вкусу.       Он долго думал, прежде чем его гадкий рот растянулся в жестокой ухмылке.       - Твоим наказанием станет она. Гляди, Люциус, как глава семьи расплачивается за своё малодушие.       Темный Лорд занес палочку и направил в Нарциссу Круциатус. Женщина, и так ослабевшая от бесконечных переживаний за мужа и сына, скрючилась на полу, сдавленно крича, но стойко перенося наказание. Она - Малфой, и она не позволит ранить её мужа её же мучениями.       - О, и, конечно, особое наказание для любительницы грязнокровок.       - Мой Лорд, прошу, моя жена не ведала, что творила, её околдовали…       - Молчать! Слабость это порок, Люциус. Пороки надо истреблять, но не переживай, я оставлю её живой. Она лишь разделит участь своей грязнокровой любимицы.       Драко прижался к стене, зажмурившись. В ушах шумело, и он не услышал заклинания, которое сорвалось с палочки Темного Лорда и пронзило голову его матери.       Сейчас       - Понимаете?! Моя мать… Её проклял Воландеморт. Тем же проклятием, что и Гермиону. Я знаю, где её искать, мне нужно идти, у нас больше нет времени.       - Объяснитесь, Драко, о чем Вы?       - Всё это время настоящая Гермиона не спала и не пряталась. Она сражалась со своим кошмаром, и сейчас она… Она устаёт. Моя мать сошла с ума точно так же…       Гарри в ужасе распахнул глаза.       - Малфой, мне… Жаль.       - Я должен идти. Я успею. Должен успеть.       Целитель быстро кивнул, решив оставить разговоры на потом. Гермиону привели в чувство заклинанием. Гарри с сожалением наблюдал за подругой, что как тряпичная кукла полу-лежала в постели, не реагируя на них, скучающим взглядом скользя по палате. Его Гермиона была так далеко…       - Легиллименс!

***

      Миа сидела на полу у камина, сжимая себя в объятиях. Её скорбь густым туманом затопила комнату. Рядом с ней сидела Герми, держа за плечи и шепча слова поддержки. Миона сидела в кресле рядом с Ионой. Они крепко держались за руку и тихо молились - Мерлину, богам, всем, кто мог их услышать.       - Где же Герм? - тихо спросила Иона, - Она давно не появлялась. Всё… рушится к чертям.       - Она там, где должна быть, - так же тихо ответила Миона.       - Мия… Зачем, ну зачем она туда пошла?       - Я не знаю.       - Я виновата. Я… она наверняка слышала наш спор и решила…       - Нет, Иона. Мия разрушилась из-за сомнений Гермионы. Мы не виноваты, и Она тоже.       - Мне так жаль… Всё ведь должно было получиться. Теперь столп рухнул, и личность рушится, Гермиона совсем потеряла связь с нами. И она не может вернуться в дом, - Иона в панике схватилась за волосы.       - Она справится. Мы должны верить ей.       - А если создать новую личность?       Миона печально покачала головой, но Иона и сама понимала. Без Гермионы не будет воспоминаний, последние пять лет сотрутся в небытие. А без Мии… Сестры боялись представить, куда их заведут такие эксперименты. Внезапно стены пошли рябью, и в комнату вошла Герм. Она быстрыми движениями стерла кровь с щеки и устало рухнула в кресло.       - Герм! Ты снова пострадала… - Миона бросилась к сестре, но та помахала рукой, дескать, все в порядке.       - Ей хуже, чем мне. Она устала.       Комната погрузилась в молчание, и туман тоски стал гуще, окутал всё вокруг, искажая черты и нагоняя тревогу.       - Она не сможет вернуть Мию. И восстановить столп.       Слова Герм прозвучали приговором. Миа затряслась, рыдания вырвались наружу. Под потолком сгустилась тьма. Отчаяние.       - Мы должны поддерживать дом до конца. Не выходите отсюда. В конце… Мы вместе отправимся в сердце.       - Неужели совсем нет выхода?! - Иона в ужасе вскочила и заметалась по комнате. - Мы можем… Пойти сейчас? Помочь ей, ты ведь уже помогаешь!       - Нет, - печально ответила Герм. - Тьма вырывается наружу. Она уже вышла за пределы сердца, просочилась в мозг. Гермиона видит её там. Снаружи. Всё кончено.       Сестры замолчали. Тени стали казаться зловещими. Миа в ярости схватила лоскут темноты, растекшейся по полу вокруг её силуэта и с силой потянула на себя. Материя податливо растянулась, словно мед, и лишь испачкала её белые ладошки.       - Стойте! В доме… В доме кто-то есть! - Миона взволнованно вскочила. - Это легиллимент! Он вернулся…       Герми вздрогнула, её и без того красные глаза наполнились слезами. Герм утвердительно кивнула.       - Я чувствую. Ты сможешь его выгнать?       - А если он может помочь? - встряла Иона.       - Нет! Это слишком опасно, он не должен быть здесь сейчас, - Герми сорвалась на крик. Страх за Драко затопил её сознание и уже стекал по волосам, смешиваясь с туманом.       - Вы должны успокоиться, - резко сказала Герм. - Мозг нестабилен. Возьмите себя в руки, иначе парень пострадает.       Комнату вновь затопила тишина. Сестры сжимали ладони в кулаки, укрощая эмоции. Туман побледнел, тьма отступила, волосы Герми снова заблестели, освещённые пламенем камина.       - Вот так, мы молодцы, сёстры.       - Пожалуйста, Герм… Он не должен быть здесь.       - Но он хочет этого, - звонко сказала Миона. - Он пришел спасти нас?       Герм устало потёрла виски, обдумывая ситуацию. С какой стороны ни посмотри - все очень плохо.       - Я встречу его. Если захочет помочь, выслушаю. Если нет, помогу найти выход. Сидите здесь и следите за камином.       И она вышла, пресекая любые возражения.