Ma Meilleure Ennemie

Ce jour où je t'ai rencontréе, j'aurais peut-être préféré

Может, было бы лучше, чтобы день, когда мы встретились

Que ce jour ne soit jamais arrivé

Никогда не настал

      Середина июля. Солнце будто зависло над городом, плавя воздух, асфальт и мысли. В такую жару даже дыхание становилось ленивым, а кожа прилипала к одежде уже на пороге. Но школа — не тот мир, где жара может служить оправданием. Учеба шла своим чередом, как и положено.       Я расчесала волосы, привычно задержав взгляд на кончиках. Они чуть светились каштановым оттенком под утренним светом — гордость, единственное, что никогда не хотелось прятать. Из шкатулки достала коралловую заколку с ракушкой в центре. Мамин подарок. Я почти не носила её, берегла, как амулет, но сегодня... сегодня хотелось, чтобы она была со мной.       На кухне уже витал аромат жареного теста. Бабушка готовила блинчики — моё любимое блюдо с детства. Я прошла мимо, по пути накидывая сумку на плечо. — Бабуль, дедуль, доброе утро, — бросила я и опустилась рядом с дедом, утонувшим в своей утренней газете. — Доброе утро, солнышко. Как спалось? — бабушка встретила меня с той самой мягкой улыбкой, что всегда появлялась у неё только по утрам. «Мне приснился хороший сон», — любила она объяснять. – Спалось хорошо, бабуль.       Я улыбнулась и начала есть. Сидеть за столом в этом доме всегда было по-семейному уютно, но сегодня на душе почему-то было особенно тревожно. — Рэна, будь осторожна на улице, — внезапно подал голос дед. — После школы сразу домой. Эти бандитские драки совсем обнаглели. Жить спокойно невозможно. Хулиганы, чтоб их.       Он сказал это скорее в сторону газеты, чем мне, но я всё равно кивнула. Он был прав. Район и правда изменился. Случаи нападений, громкие крики по вечерам, чьи-то затянутые шепотом истории. Всё это — новый ритм города.       И всё чаще в разговорах звучало одно слово — Томан. Банда, про которую все знали, но никто толком не говорил. Слишком опасно. Юкино говорила, что девушек они не трогают. Значит, можно не бояться? Или всё же стоит? Майки. Лидер. Имя, которое я слышала не раз, но не знала, как оно выглядит. Кто он такой? И стоит ли мне вообще об этом думать?

***

      Звонок прозвучал будто спасение. Я заметила Такемичи в коридоре и, не теряя времени, догнала его. — Пошли вместе пообедаем? — спросила я буднично, как будто мы делали это ежедневно.       Мы поднялись на крышу. Здесь было свежо, почти пусто и удивительно спокойно. Я сделала глоток воды и посмотрела в сторону. Было важно найти правильные слова. — Такемичи... это правда, что ты связан с Томаном?       Он отвёл взгляд. На его лице промелькнула паника, как у человека, которого застали врасплох, хоть он и старался сохранять спокойствие. — Да, — ответил он тихо. — Но зачем ты спрашиваешь?       Я открыла рот, чтобы соврать, чтобы придумать оправдание... но за меня уже всё сказала Юкино. Её голос раздался за спиной с неожиданной резкостью: — Она просто хочет узнать побольше про вашего лидера. Про Майки.       Юкино опустилась рядом со мной на бетонный бортик. Её дыхание было ровным, но глаза — тяжёлыми. Я краем взгляда заметила свежие ссадины на её руке, но промолчала. Её взгляд ясно говорил: «Не лезь».       Такемичи смутился, а я почувствовала, как по спине пробежал холод. — Майки? — переспросил он. — Зачем тебе он, Рэна? Я чуть поёжилась. — Просто любопытно.       Юкино не отводила взгляда, будто разгадывала меня. Такемичи нахмурился, а затем ответил, неуверенно потирая шею: — Он... непредсказуемый. Но хороший. Правда. Только понять, что у него на уме, почти невозможно.       Мне было достаточно. Я не искала подробностей. Мне просто хотелось знать, кто он — этот Майки, о котором шепчутся коридоры.       После звонка мы вернулись в класс. Юкино шла рядом, но не говорила ни слова. Лишь когда мы снова оказались у окна, она облокотилась на подоконник и вдруг спросила: — Ты ведь тоже не отсюда, да? Я чуть вздрогнула. Не ожидала. Но кивнула. — Недавно переехала, — ответила я. — Это видно, — усмехнулась она. — У тебя взгляд чужака. Такой, будто ты всегда на шаг дальше от всех остальных.       Я не знала, что на это сказать. Возможно, это было правдой. Возможно, она просто угадывала вслепую. Но её слова почему-то задели. — У меня тоже так было, — продолжила Юкино, отводя взгляд в сторону. — Когда-то. Пока я не поняла, что если ты сам себя не защитишь, никто не станет. Ни друзья, ни семья. Никто.       В её голосе не было пафоса. Только усталость. Как будто это не исповедь, а констатация факта. Я ничего не сказала. Но теперь я чувствовала, что между нами появилась тонкая нить. Возможно, первая за долгое время. И именно в этот момент я поняла, как хочется кому-то доверять. Пусть даже понемногу. Пусть даже с опаской.       Вернувшись домой, я не сразу зашла в комнату. Сначала подолгу сидела в ванной, вспоминая разговор на крыше. Потом ужинала в молчании, слушая, как дед спорит с телевизором. А когда наконец осталась одна, села за стол и раскрыла дневник. "15 июля. Второй день в новой школе. Кажется, я впервые за долгое время не чувствую себя абсолютно чужой. Юкино странная, но... настоящая. Такемичи пугливый, но честный. А имя Майки всё так же висит в воздухе, как грозовое облако. Я всё ещё не знаю, зачем он меня так интересует. Но мне хочется узнать больше. Наверное, это неправильно. Но я всё равно продолжу."       Поставив точку, я аккуратно закрыла дневник. Заколка на моих волосах будто мерцала в свете лампы. И я вдруг подумала, как бы мама отреагировала на всё это. Наверное, сказала бы: «Береги себя, глупышка» — и поцеловала бы в макушку.

А может, просто обняла.

Но теперь всё иначе.

***

      Я устроилась на широком подоконнике, поджав под себя ноги и глядела в окно. Вечер опускался на Токио медленно, словно наброшенное на плечи шёлковое покрывало. Город не стихал, наоборот — с приходом сумерек улицы будто оживали по-другому. Окна домов загорались тёплым светом, в переулках слышались приглушённые голоса, а асфальт отдавало дневным жаром, впитавшимся за бесконечный летний день.       Я просто смотрела вперёд, позволяя мыслям течь свободно. Внутри звенело лёгкое напряжение — не тревога, но ожидание. Казалось, что всё вокруг затаилось перед чем-то важным. Что-то готовилось. И я это чувствовала.       Приготовив домашнюю одежду, чтобы переодется как бабушка вдруг громко вздохнула на кухне — и уже через мгновение её голос, обеспокоенный и чуть раздражённый, донёсся до меня: — Рэна, милая! Я совсем забыла, у нас нет риса и тофу на завтрашний завтрак. Что же делать-то теперь…       Я отложила вещи и, чуть приподняв голос, ответила: — Я схожу. Пока ещё не поздно. — Ты уверена? Уже почти семь. — Всё в порядке, бабуль. Я быстро. Воздухом подышу заодно.       Натянув удобную свободную рубашку и перекинув через плечо сумочку, я вышла. Летний вечер был душным, но после кондиционированной прохлады в доме — почти освежающим. Небо начало темнеть, а на горизонте дымились огоньки города. Магазин был всего в десяти минутах ходьбы, и я выбрала короткую дорогу через менее оживлённый переулок — ошибку, о которой сразу же пожалела.       В узком проходе между домами меня остановил окрик: — Эй, ты куда это так одна, красавица?       Я вздрогнула. Трое парней, лет на несколько старше меня, перегородили дорогу. Один из них — высокий, с отбелёнными волосами, сжимал в руке какую-то банку и усмехался, переглядываясь с друзьями. — Поздновато для школьницы, не находишь?       Я попыталась обойти их, но они тут же встали шире, блокируя выход. Сердце заколотилось. — Мне просто нужно в магазин, — выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы тоже туда шли. Можем проводить, — подмигнул один.       Секунда, ещё одна, и страх начал нарастать волной, подступая к горлу. Переулок был пуст. Ни единой души. Я сделала шаг назад — и тут услышала звук мотоцикла. За ним — ещё один. Два глухих рыка моторов раскололи вечернюю тишину.       В следующую секунду передо мной резко затормозил черный байк. Парни тут же отпрянули, когда из-за руля спрыгнул мальчишка с платиновыми волосами и взглядом, от которого буквально веяло холодом. За ним — второй, повыше, с причёской под ирокез, и третий — дерзкий на вид, с непослушной чёрной чёлкой и огнём в глазах. — Вам, уродам, не говорили, что трогать девушек — последнее дело? — произнёс тот, что с чёрной чёлкой, явно наслаждаясь моментом. — Ба-Баджи… Это ведь тот самый… — один из парней попятился, глаза расширились. — Мы не знали, что она с вами… — пробормотал другой, нервно отходя. — Она не с нами, — произнёс холодный голос блондина. — Но теперь вам это уже не важно.       Всё произошло слишком быстро. Один из парней попытался убежать, но был мгновенно сбит с ног. Второго подхватили за ворот, и через пару секунд все трое уже валялись на земле, корчась от боли.       Я стояла в оцепенении, не в силах пошевелиться. От накатившего шока перед глазами плыли пятна. И только когда блондин — он был удивительно молод — повернулся ко мне, я смогла вдохнуть. — Всё в порядке? — спросил он просто, будто спрашивал, как пройти к станции метро. Я кивнула. — Уверена? — Да… Спасибо… — Не стоит. Девушек не должны пугать на улицах. Особенно таких, как ты.       Я не знала, что он имеет в виду. Но в его голосе не было ни заигрывания, ни грубости. Он просто смотрел на меня. Слишком спокойно. Словно знал, что я скажу до того, как произнесу. — Майки, пора ехать, — позвал его тот, что с ирокезом. Он кивнул, не сводя с меня взгляда. — Увидимся, — сказал он, и сел на байк.       Мотоцикл взревел и скрылся за поворотом. А я осталась стоять посреди пустого переулка, с сердцем, стучащим где-то в ушах.       Майки. Его имя я слышала от Юкино, от Такемичи. Но теперь оно имело вкус реальности. Вкус, от которого внутри становилось тревожно и... странно тепло.

***

      На следующий день утро казалось особенно тихим. Я шла в школу, будто в каком-то сне, прокручивая в голове вчерашнюю встречу. Всё, что происходило, словно начало медленно менять ритм моего существования. Я старалась убедить себя, что это просто случайность. Что он меня забудет. Что я забуду его. Но с каждым шагом становилось ясно — не выйдет.       В школьном коридоре всё казалось как обычно. Ученики болтали, смеялись, перебегали с класс в класс. Но теперь я будто слышала больше. Замечала детали, которых раньше не видела. Пара мальчишек обсуждали какие-то «разборки» у моста. Девочка из параллельного класса хвасталась, что видела, как кто-то из Томана проехал мимо неё на байке.       Когда я подошла к своему шкафчику, Юкино уже ждала рядом. Она молчала, но когда наши взгляды встретились, я заметила — она что-то знает. — Ты в порядке? — спросила она негромко. Я кивнула. — Майки? — она не уточнила, но я поняла, о чём она. — Да… — голос предательски дрогнул. — Он был… Не таким, как я себе представляла. — Никто не такой, как ты себе представляешь, — отрезала она, резко захлопнув дверцу шкафчика. — Особенно он.       Я молчала, но её слова вонзились в меня сильнее, чем я ожидала. Я ещё не знала, как глубоко они окажутся правдой.       И всё же, в ту секунду, когда он повернулся ко мне в переулке, когда произнёс те простые слова, я почувствовала — он запомнит меня. Даже если не вспомнит имени.

***

      На большой перемене я стояла у окна в коридоре, вглядываясь в школьный двор. Такемичи подошёл ко мне неслышно. — Рэна, у тебя всё нормально? — тихо спросил он.       Я кивнула, не поворачивая головы. Он постоял немного, потом неловко почесал затылок: — Слушай, мне нужно будет после школы кое-что передать друзьям. Не хочешь со мной пройтись? Недалеко совсем.       Я покосилась на него. Внутри что-то екнуло. Предчувствие. Тревожное и в то же время... нет, не страх. — Ладно. Почему бы и нет.       Мы вышли за ворота школы, и я с удивлением поняла, что идём не в сторону торгового района. Узкая дорожка вела к парковке за стадионом. Когда мы свернули за угол, я заметила три знакомые фигуры.       Черный байк. Блондин с ледяным взглядом. Высокий с ирокезом. И третий — с дерзкой усмешкой. Те самые.       Майки заметил нас первым. Его взгляд скользнул по Такемичи, а потом задержался на мне. И в эту секунду я увидела, как что-то мелькнуло в его глазах — узнавание. В уголках губ появилась едва заметная тень улыбки. — О, Такемичи. Ты как раз вовремя. — сказал он. А потом чуть повернул голову. — И ты тоже… мы ведь виделись. Вечером. Переулок. Помнишь? Я кивнула, сердце застучало быстрее. — Ты тогда сказал: «Увидимся». — тихо выдохнула я. — И вот мы встретились. — с лёгкой ухмылкой сказал он. — Стоп, какой переулок, что случилось? — начал было Такемичи, — Да так, просто ошибку совершила, пошла не тем путем в магазин и наткнулась на извращенцев. Сказала я, а после рукой похлопала по плечу взволнованного парня. — Понятно..а..это Рэна, одноклассница. Рэна, это Майки, Баджи и Дракен, — сказал парень, знакомя меня со всеми.       Майки посмотрел на меня немного дольше, чем следовало бы. Потом, неожиданно тепло, сказал: — Рад знакомству. Надеюсь, ты не думала, что я просто так бросаю слова на ветер.       Дракен хмыкнул, переглянувшись с Баджи, но ничего не сказал. А я стояла перед ними, ощущая, как всё моё тело наполняется тревогой, волнением и каким-то странным предвкушением.

Эта встреча была неизбежна.

И, возможно, она только всё начинала.