I wish I hated you

Все говорят, что переезд — это лучшее, что может случиться, что это лучшая возможность начать всё заново, переписать свою жизнь с чистого листа. Переезд несёт что-то хорошее. Но что несёт оно другим? Наше вторжение в жизнь нельзя назвать чем-то новым или желанным для других. Мы вмешиваемся в их привычную жизнь, изменяя их привычки, нарушаем стабильность и способ жизни. А иногда даже и ломаем — ломаем то, что они так долго строили вокруг себя, выстраивали годами, чтобы создать себе идеальную жизнь. Никто не может предугадать, чем закончится такое смелое решение что-то изменить. Каждый финал разный, как и печальный так и радостный.  Какой же стороной монета повернётся в этот раз? Лёгкий солёный запах моря встречает на улицах Йокогамы. Ближе к порту ощущается запах металла, корабельного топлива, а шум волн моря ласкает слух. Город кажется спокойным и надежным, хотя и является вторым по величине в Японии. Он отличается от других, особенно от Токио. Здесь тише и просторнее, люди никуда не спешат по сравнению со столицей. Дазай оглядывает новые для себя места. Йокогама совершенно незнакома ему: новые улицы, дома, магазины, звуки, люди. Их здесь намного больше, чем он привык видеть. Даже если он проживёт здесь всю жизнь, вряд ли запомнит половину. Его родной город — Фудзисава — совсем не был похож. Если сравнивать Йокогаму с Токио, она действительно спокойнее и тише. Но если по сравнению с Фудзисавой — нет. Здесь темп жизни быстрее, громче и ярче. Дазай к такому не привык, но ради лучшего будущего всегда приходиться чем-то жертвовать. И это — одно из малых жертв, на которые он готов. Первые чувства Дазая после того, как он узнал о переезде сложно описать. Это была не радость, не злость и даже не грусть — это было непонимание. Он не мог поверить, что они с семьей могли так легко покинуть город, в котором они прожили столько лет. Сначала пришло опустошение — ему придётся бросить всё: друзей, школу, родной дом. Дальше было осознание: какие друзья у него здесь были? Одна лишь подруга с детства — Йосано. Хорошо ли он чувствовал себя в школе? Он не уверен. Как и учителя, так и одноклассники не то, чтобы не любили, скорее не замечали. Конечно, кроме той самой Акико. Осаму всегда был тенью класса, тихой, совсем незаметной. Хотя по нему вряд ли можно было сказать, что он был тихим. Просто его не интересовало то, что интересовало других. Больше всего он не хотел покидать квартиру. Здесь он чувствовал себя в безопасности, в полном комфорте. Его комната для него была чем-то особенным. В ней хранились книги, на стенах висели фотографии, тут были воспоминания.  Но разве будет ещё возможность начать всё с нового листа? Найти новых друзей, знакомых? Точно нет. Заходя в новую квартиру, в нос бил запах краски, лака, нового ламината и мебели. И пустоты. Квартирка была не совсем новой, но ремонт был просто отличный. Всё вокруг было новым. Не осталось никаких следов прежней жизни предыдущих владельцев. Комнаты были обставленные коробками с вещами. Их было довольно много. Мама Дазая — Хотару — забирала всё: Начиная от ваз заканчивая бабушкиным сервантом. Толкнув дверь своей комнаты, Дазай увидел ослепительно белые стены — хоть глаз выколи. Но это было ненадолго: вскоре он обвесит их плакатами, постерами и разной такой же ерундой. Ближе к окну стояла огромная двуспальная кровать. Рядом с ней был шкаф, тумба и книжная полка, которую следует заполнить книгами, привезёнными с собой. С другой стороны от кровати стоял белый стол, на котором тоже пылилась пара коробок. Комната была довольно просторной, что не могло не радовать Оттолкнув ногой стоящие на полу коробки, Дазай завалился на кровать. Он долго смотрел в потолок, как будто пытался что-то там увидеть. Неужели его дом теперь здесь? С кухни был слышен звон посуды. Похоже, Хотару уже начала разбирать коробки. Значит, пути назад нет. От усталости после дороги глаза сами невольно начали закрываться, погружая в объятия сна. Дазай и сам того не заметил, как уснул. Проснулся он только где-то через часа два — от зова матери, что обед уже готов.  На кухне он ещё не был. Это была просторная комната с красивым ремонтом. А запах только что приготовленной еды… мммм. Похоже, Дазай уже нашёл свою любимую комнату. Стол был большим — на нём с легкостью влезла бы не одна парочка блюд, да и как минимум человек шесть уместить можно было бы. Парень сел возле отца, напротив матери. Он больше предпочитал во время еды смотреть на неё, чем на отца. Отца Осаму любил, но после каждого их переглядывания за столом приходилось убирать разлетевшуюся еду из-за смеха. За столом стояла непривычная для них тишина. Можно было услышать, как столовые приборы драпали посуд.  — Осаму, как тебе здесь? – первой тишину нарушила тишину Хотару. Женщине было не больше сорока. Белое, светлое лицо обрамляли мягкие каштановые пряди с тёмным отливом. Её светло-карие глаза в лучах солнца были похожи на тёплый мёд. —Н е знаю. Всё слишком новое, ещё не привык, – из-за набитого рта рисом речь была немного невнятной. Наверное, это даже к лучшему. Так мама не сможет понять, что Дазай всё ещё скучает по прошлому дому. Женщина изящными пальцами взяла кружку чая и поднесла её к губам. — Кстати, милый, у нас по соседству живет парниша, вроде бы твой одногодка, – она сделала паузу, сделав глоток теплого чая. —  Подружись с ним, так тебе легче будет. Хоть один друг как-никак. — Да, и в правду, хорошая идея, – подхватил отец, похлопывая сына по плечу. Осаму невольно вздохнул. — Хорошо, обязательно познакомлюсь. Только чуть позже, идёт? – он посмотрел сперва на отца, а потом на мать, которые удовлетворённо кивнули. — Тогда я к себе пойду. Парень встал из-за стола, не забыв поблагодарить за вкусный обед, и направился в свою комнату. Сейчас у него было в планах написать Йосано. Завалившись на кровать, Дазай достал свой мобильник. Сообщений не было — впрочем, как всегда.   Д: — Я уже приехал Быстро набранное сообщение сразу же отправилось. Статус контакта «Похуистка» изменился на «в сети».   Й: — Что-то ты долго. Ты вроде уже как минимум час назад должен был приехать   Д: — Да, извини, уснул. У меня тут такая кровать офигенная >w<   Й: — Ну ладно. Что там, как квартирка? Соседи как?   Д: — Квартира большая, я даже не всю видел, времени не было. На счёт соседей не знаю, тоже не видел. Но мать говорила, что они все старые   Й: — Кошар, ну тогда я жду обещанный румтур, засранец   Д: — Так точно, сэр. А, да, забыл. Мама говорила, что в квартире по соседству живёт мой одногодка. Рекомендовала подружится с ним, чтобы я не был волком-одиночкой   Й: — Да бля, а мне что без тебя делать?   Й: — теперь и в школе одна   Й: — вокруг все какие-то аутисты   Д: — понимаю, брат   Д: — Ну лад, пока. Я пойду исследовать своё новое место жительства, потом напишу. Чмоки-чомки   Й: — бай-бай, бейби

***

Время на часах уже перевалило за десять вечера. Холодный воздух из распахнутого окна пробирал кожу, но закрывать его никто не собирался. В комнате тускло светила настольная лампа, освещая стол, заваленный тетрадями и книгами. Рыжие пряди спадали на лоб, мешаясь перед глазами. Ногти, покрытые черным лаком, раздражённо постукивали по столу. — Что там, сука, происходит? – Чуя взял телефон и отодвинулся от стола. Уже на протяжении часа телефон разрывался от входящих сообщений. В классной беседе все что-то бурно обсуждали.  Яркий свет экрана неприятно резанул по глазам в полутёмной комнате. «+1495 сообщений» Парень разблокировал телефон отпечатком пальца и открыл приложение. Группа буквально сходила с ума. Одни сообщения тут же перекрывались новыми.  Попытки хоть что-то прочитать или разобрать становились невозможными. Накахара психанул и вышел оттуда. Вместо этого он открыл другой чат. Контакт «Субо братик» — в сети   Ч: — Аку, емае, что нахуй происходит, что за движ?   Сб: — Ты видел, что класуха в чат написала?   Ч: — Нет   Сб: — Ты хоть когда-то в чат заходишь?   Сб: — Ладно   Сб: — У нас новенький   Ч: — Ого себе   Сб: Да. Сам удивлён. Спустя столько лет, ещё и посреди года   Ч: — А у меня вообще соседи новые   Сб: — Ухты. Видел их?   Ч: — Неа. Но мать говорила, что молодая семья   Сб: — крутяк   Чуя лайкнул сообщение и вышел из сети. Время близилось к половине двенадцатого. Глаза слипались, сон давил, мешая сосредоточится на домашнем задании.  — Чёрт, – он прикрыл ладонями глаза и съехал по стулу. Как же его всё заебало.

***

Лучи осеннего солнца пробивались сквозь закрытые жалюзи. В комнате стоял прохладный воздух — конец ноября давал о себе знать. Из тёплой кровати всё больше и больше не хотелось вылазить. Зачем куда-то идти, если можно просто нежится в тёплой кровати? Неприятный звук будильника раздался уже в третий раз, но и в этот раз не повезло. Его снова выключили, а телефон с глухим стуком упал со стола. Экран телефона погас, возвращая тишину. Лишь на четвёртый раз Дазай смог окончательно проснутся. Будильник всё также продолжал раздражающе трезвонить, а телефон предательски не находился под рукой. Протёрши руками глаза, парень уставился в стену, пытаясь прийти в себя.  Холодный пол щекотал босые ноги, всё так и хотелось залезть назад в тёплую кровать. Заглянув под кровать, он наконец нащупал свой потерянный телефон и выключил этот адский звук. Он взглянул на экран — его глаза тут же полезли на лоб. Понедельник. 16.03.2020. 7:36 —  БЛЯТЬ! Вскочив с пола, он начал носится по комнате, собирая рюкзак. Открывая шкаф, он достал первые попавшиеся штаны и кофту. Быстро натянув потёртые темно-синие джинсы и тёмную вязаную кофту, парень вылетел из комнаты в ванную. Зубная щётка выскользнула из рук падая на пол. Поднимая её, он врезается головой об этот чёртовый умывальник.    Сегодня точно не его день. С горем пополам собравшись и закинув рюкзак на плечо, он выбежал в коридор, на ходу хватая свои черные новые асиксы. — Мам! Я пошёл! – не забыв предупредить собственную мать, крикнул Дазай. — Удачи, милый! 7:45 Выбегая из квартиры, парень в спешке резко распахнул дверь, так что та ударилась уж с слишком большим грохотом об стену, чуть не слетев с петель. В ту же секунду раздался громкий крик. По коже Дазая пробежали неприятные мурашки. Лицо побледнело, становясь почти белым, как лист бумаги, рука судорожно замерла на холодной металлической ручке двери, боясь закрыть её и взглянуть, что так болезненно кричало за ней. В карих глазах мелькнул шок и какой-то внутрений страх. А вдруг он кого-то убил? — ЧЁРТ, – донеслось с другой стороны. —Как же больно, блять! Я сейчас кому-то все руки поотрываю! А, нет. Показалось. Не убил. Пытаясь сообразить, что только что произошло, Осаму понял одно — пора давать дёру. Громко захлопнув дверь, Дазай побежал вниз по лестнице, спотыкаясь о собственные ноги. Выскочив из подъезда, он, не думая останавливаться ни на долю секунды, рванул вперёд изо всех сил. В последний раз он, наверное, так бегал только от стаи диких собак. Чуя согнулся пополам, схватившись за пульсирующий нос, из которого уже текла густая, яркая кровь, пачкая красными пятнами совсем новую белую рубашку. Хорошее начало дня.

***

Дазай сам не заметил, как за считаные минуты добежал до школы, которую видел впервые. Лёгкие неприятно жгло от непривычного быстрого бега, а горло саднило от холодного ветра. Сердце бешено колотилось, отдавая толчками по всему телу. Он остановился у входа, на секунду опершись рукой о колено, пытаясь восстановить дыхание и заодно оглядеться. Перед ним виднелось трёхэтажное здание — серое, скучное, с большими окнами, через которые можно было разглядеть других детей. Вокруг был ничем не приметный дворик, украшенный где-нигде цветочными клумбами. Перед входом в школу собирались кучками другие ученики, что-то бурно обсуждая. Сзади здания виднелся большой стадион вместе с баскетбольной та футбольной площадкой. Ничего особенного. — Надеюсь, мне сюда… – пробормотал себе под нос, Дазай направляю к входу. На этот раз дверь он открывал намного аккуратнее. Внутри школа не слишком отличалась от других: не самый новый ремонт, протёртые полы, всё такой же тусклый цвет стен, от которого воротило глаза. Ему даже казалось, что он встречался во всех школах Японии. Коридоры были полны учеников. Большинство спешило на урок, некоторые стояли возле кабинетов, ожидая, когда их откроют. Вокруг стоял шум.  До звонка оставалось чуть меньше восьми минут. Устраивать себе квест по поиску нужного кабинета, могла бы быть очень даже заманчивой идеей, но перспектива в первый же день опоздать на урок совсем не радовала. Поэтому Дазай решил не усложнять себе жизнь. Оглядев первый этаж, его взгляд пал на милую одинокую уборщицу. — Извините, а не подскажете пожалуйста, где проходят уроки у 3-А? – голос немного дрогнул, но всё так же оставался спокойным. Женщина с доброй улыбкой детально объяснила дорогу. Она даже предложила провести его, но она вежливо отказался. Поблагодарив её, парень направился к лестнице и побежал на третий этаж. С каждым шагом ближе к кабинету где-то внутри нарастала предательская, липкая тревога. Не то чтобы Дазай волновался о том, примет ли его класс, найдёт ли он друзей или станет ли мишенью для буллинга. Вовсе нет. Скорее, это была просто странная, въевшаяся в кожу привычка. Зайдя в класс, он сразу почувствовал на себе десятки чужих глаз, что уставились прямиком на него. Дазай остановился у прохода в кабинет, осматривая его на наличие свободной парты. О, удача сегодня на его стороне. У стенки виднелась свободная предпоследняя парта. Даже на начале не придётся сидеть. От сюда было хорошо слышно и видно, как его новые одноклассники перешёптывались, обретаясь к его парте. Те, кто стояли в другом конце класса, бросали странные взгляды, а кто-то даже не постеснялся тыкнуть пальцем в его сторону. Ну вот, опять. Всё по новой. И на какие новые знакомства он рассчитывал? Ну и чёрт с ними. 8:00 Громкий звук звонка донёсся из коридора. Класс, будто по команде, затих. В кабинет вошла женщина средних лет, не старше пятидесяти, так точно. Лёгкий макияж подчёркивал её и так выразительные глаза и скулы. Выглядело она вполне приятно, даже можно сказать, что мило. Её взгляд внимательно скользнул по классу, словно выискивая кого-то.  Её глаза остановились как раз на Осаму. Тот, сам того не замечая втянул голову в плечи. Она лишь улыбнулась и заговорила на удивление приятным голосом: — Здравствуйте, мои милые. Вы, как уже знаете, к нам перевёлся новый ученик, – жестом руки она попросила его встать. Дазаю ничего не оставалось, кроме как встать из-за парты. Все взгляды сразу перешли прямиком на него. Они были изучающе, оценивающие, будто он был куском экзотического мяса на рынке. Мило. — Это Дазай Осаму. Он перевёлся к нам из города Фудзисава, – она замолчала на пару секунд, затем кивнула, давая понять, что тот может уже садиться. — Прошу вас не устраивать в классе голодные игры. А теперь начнём урок. Сегодня у нас… Она не успела договорить, как её перервал громкий стук. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась. На пороге стоял парень невысокого роста, но с крепки телосложением. На нём были черные брюки и белого цвета рубашка. На светлой ткани отчётливо виднелись красные, постепенно превращающиеся в коричневые, пятна. Но что сразу бросалось в глаза, так это огненно-рыжие, почти медные волосы, спадающие крупными кудрями по самые ключицы, обрамляя белое лицо. Они казались слишком яркие для этого серого класса. До всей этой и так прекрасной картины так подходяще вписывались синие, как неспокойное море, глаза. Они цепляли сразу. В них не было обычной мягкости, что была у других, нет, взгляд был прямым, острым, колющим, он смотрел как будто насквозь, пробирая до самих костей. Губы сжаты в тонкую белую линию, на скулах играли желваки, ведающие явное раздражение и недовольство. Сердце Дазая пропустило удар — то ли от такого завораживающего вида, то ли от горького осознания. На усыпанном веснушками носу парня виднелся пластырь. И теперь он понял, кому сегодня утром врезал дверью. Плохо дело. — Извините за опоздание, – голос парня прервал тишину в классе. В глазах учительницы сперва мелькнуло удивление, затем лёгкое, едва заметное раздражение. — Накахара! Ты время видел? Ты опоздал на целых 15 минут! – осмотрев его с ног до головы она тяжело вздохнула. — Ладно, садись уже. Твоя парта занята, поэтому сядь с новеньким. По взгляду синих глаз можно было сразу понять, что эта новость его совсем не устраивала. Челюсть сжалась чуть сильнее. Он молча подошёл к парте, скинул с явным грохотом портфель и уселся за рядом. Дазай затаил дыхание, как будто боялся спугнуть. — Привет? – немного неуверенно произнёс он. И что он, к чёрту творит, когда его в последний раз интересовали его одноклассники? Ну что за бред Чуя лишь кивнул и развернулся к нему спиной, показывая всем своим видом, что на разговор он не настроен. Ну да, и на что он рассчитывал? Что ему с радость ответят? Предложат дружить? Или поблагодарят за разбитый нос? Снова ему попался какой-то самовлюблённый истукан. Ну и мерзость. Но взгляд глаз всё так предательски и скользил в его сторону, каждый раз всё дольше и дольше разглядывая яркий, необычный цвет волос для жителей Японии. Он завораживал, будто гипноз, от которого нельзя оторвать глаза. Осаму и не заметил, как прошёл целый урок. Из своих мыслей его вырвал режущий звонок, сообщающий о начале перемены. Следящий урок, вроде бы, математика… Не успел, он достать нужную книгу из рюкзака, как понял, что его соседа уже нет. И его вещей тоже. Взгляд пробежался по всему классу, но рыжих волос он так и не увидел. Неужели ушёл? Но сзади раздался шум чего-то громко падающего. Развернувшись к задней парте, он наконец смог найти своего соседа, и видимо уже бывшего. Тот сидел прям напротив него, а возле него расположился черноволосый парень с такой же бледной кожей. Неужели солнце в этом городе такая редкость? — О, а ты новенький, да? Приятно познакомится, я Рюноскэ Акутагава, – в его улыбке не было ни прямой или скрытой насмешки, или раздражения. На вид вроде бы даже приятный парень, подметил про себя Дазай. — Взаимно, – кивнул он, разворачиваясь обратно к своей парте. Ахуено. Теперь он снова один в этом эбучем месте. Просто супер.

***

9:22 Шла первая половина второго урока.  Где-то в начале кабинета, у доски, учительница пробовала втереть всему классу, что экзамены не за горами и математика обязательно пригодиться в жизни. Ничего нового в принципе. Кто-то внимательно слушал, не пропуская ни слова, будто от этого зависело всё его будущее. Кто-то пропускал всё мимо ушей, как и материал, так и этот бред. Тем временем синий взгляд глаз упрямо буравил тёмную макушку шатена. Чуя мыслями находился где-то точно не здесь. Всё его внимание сосредоточилось лишь на одном человеке — Дазае Осаму. Что-то в нём было странное. Или даже притягивающее. Чуя и сам того не понял, то ли его отталкивало от этого человека или, наоборот, притягивало. Странный тип. И откуда такие только берутся. Но вдруг его отвлёк толчок локтя в бок. От неожиданности парень дёрнулся. — Эй! Ты что творишь? – низким голосом прошипел Накахара, стараясь не привлекать внимание и так уже раздражённой учительницы. Акутагава лишь пододвинул стул ближе. — Ты чего так на нашего новенького заглядываешь? Понравился? – Рюноскэ, хихикнув, снова заехал тому локтем в бок. — Да ты ахуел брат! –  Накахара на это лишь придвинулся и начал щипать того за бока, вызывая у того крики да ойки. — Да всё-всё, сори! Я больше не буду. Да ай! Перестань! Ну Чуя!!, – Аку демонстративно отодвинулся, но потом почти сразу наклонился к нему и прошептал на ухо. — Ну так что, влюбился? И что с носом? Меня только на первом уроке не было, а ты уже успел с кем-то подраться. И без меня! – последние слова он выкрикнув почти что с театральной обидой.   Накахара на минуту замер, ошарашенный таким вопросом. Неужели всё это время он так внаглую смотрел на Дазая?! — Да блять, нет. Мне сегодня утром какой-то эбанат зарядил дверью прямо по эбалу. Я из-за него запачкал новую белую рубашку! – с явным огорчением прошипел Чуя. Рубашку ему, походе, и вправду было больше жаль, чем свой нос. — Так вот, мне этот наш новенький со спины очень того ублюдка напоминает. — Думаешь, это он? Твой новый сосед, получается? – в глазах Акутагавы виднелось сильное любопытство. Ему было теперь самому интересно, является ли их новенький новым соседом Чуи. Чуя лишь пожал плечами. — Не знаю. Но если это и вправду он, то одним разбитым эбалом не отделается. Учительница, уже не выдерживающая шума от этих двоих, решила избавиться от этой назойливой проблемы. Парни и не заметили, как к ним начал приближаться отчётливый стук от черных лакированных каблуков. — Акутагава и Накахара, вон из класса! Чуя вскочил из-за парты, возмущённый таким заявлением. — Почему?! Мы же ничего не сделали! – в голосе звучали нотки злости и едва сдержанного раздражения. — Я сказала — вон из класса, две бабы базарные! Накахара с глухим стуком ударил ладонью по столу, схватив вещи и наспех запихнул их в рюкзак, закинув тот на плечо. Он уже собирался выйти, но остановился, ожидая, пока Акутагава соберёт свои манатки. Учительница тем временем ввернулась к доске, продолжая что-то объяснять. Этого Чуе и хватило, чтобы хоть как-то возместить свою обиду. Пока она стояла к нему спиной, он демонстративно показывал ей средний палец. Класс раздался громким смехом, из-за чего женщина тут же развернулась — и увидела эту сладкую картину. Парень мгновенно покраснел, убирая руку за спину. — Накахара! Ты почему ещё здесь? Неужели к директору на чай захотелось? – по её интонации не можно было сказать, говорит ли она серьёзно, но с чем чёрт не шутит. — Развернулся на сто восемьдесят градусов — и дверь прямо по курсу! Класс снова взорвался хохотом. Рюноскэ уже дёргал рыжего друга за руку, торопя выйти, но тот всё не унимался. До того момента, пока синие глаза не зацепились на Дазае. Тот сидел и смеялся вместе с другими. На его щеках проступили едва заметные ямочки, это было так безумно красиво. Их взгляды встретились. Всего лишь на пару секунд, но этого хватило, чтобы уши Чуи предательски покраснели. После этого он и без помощи друга пулей вылетел из класса.