Ханакотоба для стратега

Шикамару сидел за столом, подперев голову рукой. В голове крутилась вчерашняя гортензия. Это послание было слишком нежным, чтобы оставить его без ответа, но Шикамару не был бы собой, если бы просто купил в ответ розы. Ему хотелось проверить «собеседника» на прочность. В обеденный перерыв, когда Наруто ушел на очередную бесконечную встречу с советом старейшин, Шикамару подошел к подоконнику. Он аккуратно положил там два цветка. Первым была простая Ромашка. Она смотрелась почти нелепо на фоне строгого кабинета Хокаге. «Серьезно? Вот это драма из ничего». Это был его способ подразнить отправителя: мол, не к чему пышные жесты. Давай будем проще. Вторым лег синий Ирис. Строгий, изящный, прямой. «Сообщение получено». На языке шиноби это означало: я принял вызов, я готов к диалогу. Вечер прошел в странном напряжении. Наруто вернулся со встречи взмыленный и злой, но, едва бросив взгляд на подоконник, вдруг затих. Он подошел к окну, долго рассматривал ромашку, и Шикамару готов был поклясться, что услышал, как Хокаге тихо фыркнул под нос. — Что там, Шика? Опять твои сраные сорняки? — Наруто обернулся, его глаза подозрительно блестели. — Твоя поклонница, кажется, перешла на полевые цветы. Экономит бюджет? — Это сообщение, придурок. Читай между лепестков, — сухо отозвался Шикамару, не отрываясь от свитков. На следующее утро, едва войдя в кабинет, Шикамару почувствовал перемену. На его рабочем столе, прямо поверх важного отчета, лежала Красная камелия. Она была безупречной: лепесток к лепестку, насыщенно-алая, словно капля крови на бумаге. «Ты — пламя в моем сердце». Или, в более приземленном варианте: «Мои намерения серьезны». Шикамару замер. Это был ответ на его «ромашку». Отправитель не принял стёб, он удвоил ставки. И именно в этот момент дверь распахнулась. Вошла Сато-сан из отдела логистики с огромной стопкой папок. Увидев красную камелию на столе советника, она вдруг густо покраснела, выронила ручку и начала судорожно её поднимать, не поднимая глаз на Шикамару. Наруто, зашедший следом, тут же среагировал. Его лицо расплылось в широкой, ехидной ухмылке. — О-о-о! — он выразительно посмотрел на Шикамару, а затем на пунцовую девушку. — Так вот откуда ветер дует? Сато-сан, не знала, что вы такая романтичная натура! Красная камелия — это же прямо признание в любви, а? Девушка пискнула что-то невнятное про «ошибку в документах» и пулей выскочила из кабинета, едва не снеся дверной косяк. — Ну вот и всё, детектив Нара! — Наруто со смехом хлопнул Шикамару по плечу. — Дело раскрыто. А ты всё мудрил, ирисы раскладывал. Обычная влюбленная куноичи из снабжения. Видишь, как она вспыхнула? Прямо в цвет твоей камелии. Шикамару смотрел на закрытую дверь, и внутри у него всё неприятно сжалось. Сато-сан? Она была исполнительной, тихой... но красная камелия? Это не вязалось с её образом. Однако факты были налицо: она покраснела, она убежала, а Наруто — его лучший друг — подтвердил догадку. — Наверное, — медленно произнес Шикамару, чувствуя странную горечь. Ему почему-то хотелось, чтобы это был кто-то другой. Вечером, когда солнце начало садиться, Шикамару решил, что игру пора заканчивать. Если это Сато, он не может давать ей ложную надежду. Это было бы нечестно. Он достал заготовленную веточку Желтого аконита. «Будь осторожен». Или: «Я ценю твою преданность, но не могу ответить взаимностью». Он положил её на подоконник, там, где раньше лежали его ирисы. Это был финал. Точка в переписке. Он вышел из резиденции, чувствуя себя так, будто проиграл важную битву, хотя на самом деле просто «отказал девушке». Но на следующее утро «система» выдала фатальную ошибку. Когда Шикамару вошел в кабинет, он увидел Наруто. Тот стоял у окна и вертел в руках аконит, который Шикамару оставил для Сато. Рядом стоял старый уборщик с ведром и шваброй. — А, Шикамару-сан! — радостно воскликнул старик. — Тут вот какой-то мусор лежал на подоконнике, я хотел выбросить, а господин Хокаге вот подобрал. Говорит, красивая травка. Наруто медленно повернулся к Шикамару. Его глаза были холодными, почти ледяными. Он сжал аконит в кулаке так сильно, что стебель хрустнул. — Желтый аконит, значит? — тихо спросил Наруто, и в его голосе не было и тени прежней веселости. — Решил так быстро всё закончить, Шика? Даже не узнав человека поближе? — Наруто, я... — Шикамару осекся. В этот момент он понял: Сато-сан покраснела просто от смущения перед Хокаге. А Наруто... Наруто только что выдал себя с головой одной этой интонацией. Наруто швырнул сломанный цветок обратно на подоконник. — Хлопотно всё это, да? — бросил он через плечо и вышел, хлопнув дверью так, что зазвенели стекла. На подоконнике, рядом со сломанным аконитом, Шикамару заметил крошечный, почти незаметный лепесток подсолнуха, который, видимо, выпал из кармана Наруто, когда он забирал вчерашнюю камелию.