Один приговор на двоих

События в последующие дни захватили Хельгу суматошным вихрем. Фригга была права, когда говорила, что все силы будут направлены на подготовку. Пусть основными вопросами и занимались не сами молодожёны, хлопот хватало всем. По крайней мере, так считала Хельга. Её то и дело водили на примерку платьев, подбирали аксессуары и фату, обувь, макияж и причёску. Конечно, будущая жена принца Асгарда должна предстать перед народом в своём лучшем виде, даже если её саму от всего этого тошнит. Хельга чувствовала себя так, словно жила по инерции. Она пыталась не задумываться о том, что ждёт её дальше, терпеливо стояла по несколько часов на пошиве платья, не спорила с необходимостью подготовиться ко всему. Каждый вечер к ней заходил отец, желая удостовериться, что всё идёт гладко. Вёл с дочерью долгие беседы, в которых объяснял, как лучше вести себя в той или иной ситуации. Хельга никогда не обучалась королевским манерам, но базовые принципы этикета знала. Те вещи, о которых говорил Сигвальд, были по большей части бесполезны, но она бы никогда не сказала ему об этом. Она выходила замуж по сухому расчёту, ради того, чтобы отец получил место в совете при Одине. Оттуда у него бы получилось наладить строительство нужных для своего дела кораблей и получить доступ к возможным местам перемещения в другие миры. Сигвальд никогда не довольствовался тем, что имел, он всегда стремился к большему. И разве его должен был волновать вопрос того, что главная проблема Хельги не в её неопытности и неумении показать себя с лучшей стороны. Она может надевать изысканные платья, поддерживать свою внешность в безупречном порядке, улыбаться и мило беседовать с любым асгардцем от прислуги до Бога. Но что делать, когда Хельга окажется за закрытыми дверями в одном покое со своим будущем мужем? С каждым вечером этот момент становился всё ближе, а никто не мог дать ей нужного совета. Как бы Хельга не перебирала в голове варианты, вряд ли хоть кто-то до неё оказывался в подобной ситуации. Сигвальд снял очки и посмотрел на сидящую напротив дочь. Последний час они обсуждали предстоящий вечер. Фригга оповестила Хельгу, что в среду было решено объявить о венчании. Собирать шумных посиделок не планировалось, дабы всё само растеклось по народу, учитывая, что после недавнего пира уже пошли слухи. Не стоило привлекать лишнего внимания к тому, насколько отчуждённо ведёт себя жених в присутствии своей будущей жены. Однако Тор пообещал собрать своих друзей и Хельгу, по его словам «чтобы поднять настроение и лучше запомнить этот вечер». Сигвальд не видел в этом ничего хорошо. — Почему он избегает тебя? — Спросил он, наверное, уже в сотый раз за последние несколько дней. — Это происходит не по моей вине, — покачала головой Хельга. — Просто он... Такой. Ему не нужна эта свадьба, жена, ограничение своих свобод. Просто если бы он отказался, то был ещё более ограничен. — Значит тебе нужно повлиять на его желания, — Хельга знала, чего он боится. Что самодовольный принц изменит своё решение и свадьбу в последний момент отменят. Ей это казалось бредом, но Сигвальд продолжал настаивать: — Почему Тор не пригласит Локи завтра? — Потому что знает, что тот не придёт, — устало вздохнула Хельга. — Но ты не будешь полагаться на простое предчувствие. Заставь его поговорить с братом, убедить, что ему нужно проводить с тобой больше времени, — заметив, как дочь отрицательно покачала головой, Сигвальд поменял тон голоса. Последние мягкие нотки ушли, осталась лишь твёрдость гранита. И нарастающее раздражение. — Ты поговоришь с Тором и убедишь его в необходимости встречи с Локи. Ещё лучше, если вы встретитесь наедине. И завтра я буду ждать тебя с новостями. Даже не вздумай меня разочаровать. — Тебя не пустят ко мне в покои после полуночи... — Попыталась противостоять Хельга. — Я твой отец и располагаю всеми правами на тебя до твоего замужества, не забывай об этом, — тихо проговорил Сигвальд. Его черты лица ожесточились, а над бровью от напряжения проступила вена. Хельга покорно кивнула. Ей не хотелось портить свой безупречный вид до свадьбы. А после — Сигвальд был прав — он уже не будет нависать над ней опасной тенью. Держать её в постоянном напряжении будет заботой мужа. И всё же Хельга не стала ничего добиваться. Она до конца не понимала, в чём причина: в её нежелании видеть принца, в уверенности, что он тоже не хочет находиться рядом с ней, или в своеобразном протесте против отца. Важным оставалось то, что впереди её ждал спокойный вечер, без излишних попыток угодить, без вопросов, насколько правильно она себя ведёт и прочих мелочей, выбивающих у неё почву из-под ног. — Я не знаю, кому соболезновать больше, тебе или бедняге Фандралу, который, кажется, только что потерял последнюю надежду на твоё обольщение, — попыталась пошутить Сиф, когда все собрались у огромного камина в небольшом зале. — Ну уж нет, у меня есть ещё чуть больше суток, чтобы повернуть всё в свою сторону, — рассмеялся Фандрал, но не торопился подсаживаться ближе к Хельге. Как только все узнали о её скором венчании, а точнее, с кем оно будет, гармония внутри компании дала небольшую трещину. Очень помогало присутствие Тора, который служил мостом между Локи и всем остальным миром. Его друзья уважали его, а Тор в последнее время не говорил ничего плохого о своём брате. Конечно, это тоже было частью долгосрочного плана по «обелению» Локи. Хельга начинала думать, что всё это ради сына придумала Фригга и каким-то магическим образом заставила всех участвовать в исполнении. — Характер у моего братца может быть не самый лёгкий, но я видел гораздо хуже, — Тор толкнул Вольштагга в плечо. — Помнишь того угрюмого предводителя? И как за ним войско вообще пошло... Пока парни дружно перенеслись в воспоминания о славных деньках, Хельга решила воспользоваться единственной надеждой получить хоть какой-то совет. Она повернулась к Сиф и слегка понизила голос: — По поводу моей свадьбы... — Хельга помедлила, быстро начиная жалеть, что вообще решилась на этот разговор. Но Сиф уже внимательно слушала её, поэтому пришлось продолжать: — Я не знаю, как лучше себя вести. Не в плане торжества или как держать себя при народе, а скорее... — Как быть с Локи? — Помогла Сиф. — Да. Ты знаешь его лучше меня... — Хельга спохватилась, что это не очень-то соответствует легенде и поспешила добавить: — По крайне мере, в последнее время. До того, как я вновь начала с ним общаться, многое происходило. Он был в вашей компании, вот я и подумала, вдруг есть что-то важное. — Важнее того, что ты знаешь о его прошлом, уже не будет, — Сиф сделала глоток и покачала головой. — Меня с самого начала волнует другое. Неужели ты, зная обо всём, что сделал Локи, всё равно продолжаешь любить его? Хельга нервно улыбнулась, не ожидая услышать такое. Она почему-то не задумывалась о том, что для окружающих они влюбленны друг в друга. — Все рано или поздно совершают ошибки, — осторожно начала Хельга, крутя в руке стакан с нетронутым вином. — И всем нужен шанс на искупление, на новую жизнь. Я верю в то, что он изменился. — А я нет, — усмехнулась Сиф. — Но ты мне успела понравиться, поэтому мне придётся верить, что совместная жизнь с Локи тебя не убьёт. Не забывай, что ты всегда можешь прийти к любому из нас. — Да, спасибо, — с улыбкой кивнула Хельга и повернулась к парням. — У меня созрел тост. Конечно, стоит отдельно поблагодарить Тора, но я полагаю, что шанс выпить будет для него лучшей наградой. За моё знакомство с вами! Посиделки закончились после полуночи, как и подозревала Хельга. Она успела отвлечься от мыслей о свадьбе, от извечной подготовки и нравоучений отца. Но теперь, стоя на пороге своих покоев, она не могла заставить себя открыть дверь. Сигвальд не стал бы бросать слов на ветер, а это значит, что он уже там. Ждёт её появления и новостей. А Хельге нечем его порадовать. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, она зашла внутрь. На люстре под потолком горели десятки огоньков, освещая большую часть комнаты, но по углам всё же собиралась темнота. Сигвальд сидел напротив входа, закинув ногу на ногу, и бесцельно листал книгу. При виде дочери он отложил книгу и неспешно поднялся. — Как всё прошло? — Уставший голос заползал под кожу, оставаясь там и вызывая стойкий дискомфорт. — Хорошо. Мы славно пообщались. Я очень устала, а завтра сумасшедший день, поэтому мне хотелось бы отдохнуть... — Хельга пыталась избежать взгляда отца, сразу направившись к ванной комнате. Сигвальд оказался рядом слишком быстро и бесшумно. Он крепко сжал руку дочери чуть выше локтя, останавливая её безуспешный побег. — С вами был Локи? — Нет, — едва слышно ответила Хельга. — Почему? — Рука сжалась сильнее. — Отец, всё в порядке. До нашего венчания остались сутки, он никуда не денется. Ему это невыгодно, — взмолилась Хельга и попыталась вытащить свою руку. Сигвальд дёрнул её на себя, едва не сбивая с ног. — Не забывай своё место, — прохрипел он. — Благодаря твоим усилиям я уже никогда не забуду, — огрызнулась Хельга, продолжая тщетные попытки вырваться из крепких рук отца. Резкий удар заставил её на мгновение замереть, задержав дыхание от неожиданности. Щека тут же начала пылать, а боль неприятным зудом расползлась по лицу. — Благодаря моим усилиям ты станешь принцессой, а я получу то, ради чего так долго и упорно трудился, — уже спокойнее сказал Сигвальд и только после этого отпустил Хельгу. — Отдыхай. Он ушёл, оставляя после себя неприятный комок в горле. С каждой минутой комната всё больше погружалась в темноту, пока Хельга наконец не затушила оставшиеся свечи. По лицу стекали слёзы, виной которым была то ли боль, то ли обида. Из последних сил умывшись и приложив к щеке холодную статуэтку, Хельга упала в постель. Она пыталась представить, как пройдёт свадьба. Им нужно будет делать вид, что они по уши влюблены друг в друга. Обниматься, целоваться, да хотя бы банально общаться без колкостей и неприкрытого раздражения. Хельга зажмурилась. Сейчас это было выше её сил. Хотелось самой сорвать свадьбу, убежать куда-нибудь далеко, где её не сможет найти ни отец, ни Один. Стать свободной, независимой. Не переходить из одного подчинения в другое. Хельга села и посмотрела в окно. На тумбе рядом стоял флакон с каплями и кувшин с водой. Она приняла лекарство, чтобы унять колотящееся сердце. Мысли о побеге уже начали захватывать её разум, но сон оказался быстрее. А на следующий день её не оставляли наедине с собой ни на секунду. Платье дорабатывали прямо на Хельге, добавляя последние детали. Какой бы неприятной ни была ситуация, платье оказалось восхитительно. Белоснежная ткань повторяла все изгибы груди и талии Хельги, юбка состояла из нескольких слоёв ткани разного материала. Рукава спускались вниз свободными волнами, в которых можно было спрятаться или наоборот оголить руки. По всему платью тянулась россыпь из зелёных узоров, плавно перетекающих друг в друга. Нежное и словно невесомое, оно являлось полной противоположностью настроения Хельги. Она бы с радость подчеркнула прискорбность момента, заменив белые элементы на чёрные. Но её мнения никто не спрашивал.

***

Локи запрокинул голову, откинувшись на спинку широкого мягкого кресла. Он начинал забывать, когда последний раз был абсолютно трезвый. Начал ли он напиваться сразу, как с него сняли кандалы, или подождал какое-то время? Разницы не было. Все его дни протекали в дымке, в которой Локи уже не понимал, где заканчивается реальность и начинается его магия. К нему несколько раз заходил Тор, но ничем положительным их разговоры не заканчивались. По всей видимости, брат нашёл общий язык с невесткой. Тор то и дело приносил какие-то новые факты и рассказы про неё, но Локи не вникал. Он был благодарен уже за то, что её саму никто не притаскивает в его покои. Это было бы уже слишком. Пустившись во все тяжкие, Локи потерял счёт дням, поэтому, когда вечером к нему зашла Фригга, он некоторое время не мог понять, зачем она почтила его своим визитом. И, конечно, первым делом ей нужно было отчитать сына, заметив рядом с ним полупустую бутылку с фруктовым вином. Это и привело Локи к попыткам вспомнить о своей былой трезвости. — Матушка, в чём причина твоей тревоги? Неужели то, что я всё ещё во дворце, сижу ниже травы и ничем плохим не занимаюсь, не главное? — Он изогнул бровь и посмотрел на Фриггу, которая опустилась в кресло напротив него. — Я так полагаю, что в желании избежать последствий своих действий, тебе не найдётся равных. Локи, ты завтра женишься. И ты не удостоил бедную девушку ни одной встречей до этого момента, — Фригга вздохнула. — Она ни в чём не виновата и заслуживает хорошего отношения к себе. Очень важно, чтобы ты это понял, ведь вам придётся не только на публике появляться, но и проводить время вместе. Неужели тебе не хочется дать ей шанса на хорошую жизнь? — Я не даю ей шанса? — Локи ухмыльнулся. — Она прекрасно знала, на что идёт. Никто ей не обещал счастливой жизни. Её родителям ещё возможно, но она сама лишь разменная монета. Цена, которую не жалко заплатить. — Не нужно, Локи, остановись. Тысячелетиями в разных мирах браки заключались именно так. Королевские дети никогда не выбирали спутников жизни, это случалось произвольно. Но это не значит, что им было тяжело жить. Нет, они договаривались. Общались, проводили вместе время, находили совместные дела и вместе решали трудности, столкнувшись с ними, — наклонившись чуть ближе, Фригга заглянула сыну в глаза: — Не бойся чувств. Пускай они возникают, тебе нужно разрешить себе испытывать их. — О, поверь, я испытываю чувства. В данный момент, это раздражение, — Локи упёрся рукой на подлокотник кресла. — Что именно ты хочешь, чтобы я сделал? Стал лучше? Изменился? — Мы уже говорили об этом, Локи, и сейчас не время. Я пытаюсь объяснить, что с завтрашнего дня начинается ваша совместная жизнь. Как принца и принцессы, как мужа и жены. А вы даже не знаете, как разговаривать друг с другом, — на этих словах Локи встал и сделал несколько шагов в сторону, раздражённо засунув руки в карманы. Фригга продолжила: — От этого союза зависит твоё дальнейшее положение. И если ты думаешь, что Один в восторге от происходящего, то ты сильно ошибаешься. Твой отец... — Он не мой отец, — перебил её Локи. — Он не верит в то, что это поможет, — проигнорировала Фригга. — Тебе нужно разубедить его, показать, что он ошибается. Что ты способен измениться. Заставь его гордиться собой. — Гордиться? — Локи горько усмехнулся. — Да он готов в порошок меня стереть при удобном случае. Я правда восхищён тобой. Как у тебя вообще получилось убедить его дать мне шанс с этой авантюрой? Он ненавидит меня и с радостью посадил бы обратно за решётку. И лишь потому, что я ненавижу его не меньше, я не дам себя упрятать. После завтрашнего дня весь Асгард будет превозносить мою женитьбу и меня. Я заставлю их полюбить меня заново. А Один пусть и дальше остаётся бельмом на моей жизни. — Поумерь свой пыл, Локи, я его жена, — Фригга встала. — Я надеюсь, что ты сумеешь привести себя в порядок. Рано утром я пришлю к тебе прислугу, чтобы они смогли помочь с этим. И не смей больше пить. До завтра. Закрыв за матерью дверь, Локи на мгновение задумчиво остановился. Бутылка с вином всё ещё стояла на столе. Если ему хотелось навести шуму на завтрашнем мероприятии, то стоило допить. Но он знал, что шум поднимется и без его активного участия. Локи взял бутылку и засунул пробку обратно. Судя по всему, завтра его ждёт до безумия ранний подъём, но спать хотелось в последнюю очередь. Ночь выдалась не самой приятной погоды, но Локи предусмотрительно взял с собой длинную чёрную мантию, капюшон которой позволял при необходимости спрятать лицо. Промчавшись вниз по сотням ступеней, принц оказался у начала дороги, ведущей в город. Он знал каждый закоулок, каждый поворот, как будто потратил всю свою жизнь на их изучение. В этом, на самом деле, было много правды. Локи любил сбегать в тихие места, где его никто не мог потревожить, поэтому выучил все дорожки, которые вели к уединению. Сейчас его выбор пал на луг, зелёные травы которого раскинулись к юго-западу от дворца. С лёгкостью найдя тропинку среди высокой травы, Локи направился вглубь, ближе к лесу, виднеющимуся с севера. Чуть дальше от тропы лежало поваленное бревно, на котором и устроился Локи. Небо над ним сияло тысячами звёзд, такими далёкими и ощутимыми одновременно. Он поёжился от неприятных воспоминаний. Армия Читаури, камень разума, энергия которого заполнила все его внутренности. На долгое время Локи перестал считать себя личностью, словно внутри образовалась чёрная дыра, которая забирала с собой остатки его сущности. Он никогда и ни за что не признается никому в том, что чувствовал эту пустоту не только будучи под контролем камня, но и после него. В траве что-то зашуршало. Принц напрягся и замер, внимательно глядя туда, откуда послышался звук. Парой секунд спустя на небольшую лужайку неторопливо выбежал взрослый кот. Дымчатая шерсть собрала на себе мелкий мусор и пыльцу от цветов, но кот всё ещё выглядел роскошно. В несколько прыжков он сумел забраться на бревно и начал осторожно приближаться к незнакомцу. Локи знал, что стоит ему неправильно двинуться, как призрачное доверие существа тут же пропадёт. Коты достаточно щепетильные животные и никогда не подберутся ближе, если посчитают обстановку вокруг хоть немного неблагоприятной. Стоило дождаться, пока они не проведут разведку местности, а после обнюхают тебя с ног до головы. И только потом можно прекратить изображать из себя статую. Дело уже сделано, ты или понравился животному, или нет, и изменить это никак нельзя. Серый кот долго принюхивался к воздуху вокруг Локи, к его одежде и руке, лежащей на колене. По всей видимости, найдя запах странного существа вполне сносным, кот наконец улёгся рядом, прижавшись боком к ноге Локи. Тот с улыбкой опустил руку, запуская пальцы в шерсть. Кот довольно замурчал, закрывая глаза и опуская голову на лапки. Ему было комфортно. Думая об этом, Локи не мог не вспомнить с каким явным дискомфортом находились с ним рядом те пять девушек. Каждая из них. А одной из них предстоит завтра пойти с ним под венец. И пусть Локи хорошо запомнил её лицо, залитое стыдом при виде его на коридоре той ночью, ему не было её жаль. По крайней мере, она сама выбрала свою судьбу. В отличии от него.