Цена невежества

      Я проснулась от сильного кашля, это не было чем-то необычным, учитывая, что почти всю мою жизнь меня сопровождала болезнь. Воздуха не хватало, а вдохнуть глубже не выходило, лишь мерзкие на звук сипы выходили из горла. Я попыталась приподняться с постели, чтобы стало легче, обычно именно в положение сидя становилось лучше, но поняла, что даже двинутся, не могу. А потом глаза привыкли к темноте, и я поняла, что это не мой дом.       Удушающее чувство усилилось, мне хотелось разодрать себе горло, ногтями вспороть кожу, чтобы вырвать этот ком мешающий дышать, но руки так и остались лежать на кровати, а глаза в ужасе раскрылись. Я была неспособна крикнуть, сказать хоть одно слово, позвать на помощь, а липкий страх уже распространился по моему телу, сковывая и так неподвижные конечности. Что за чертовщина творится.       Моргнув несколько раз чтобы убрать скопившиеся слезы, я надеялась, что меня услышат, что ко мне придут. Мне было очень плохо, кашель лишь усиливался, не отпуская, даже не давая нескольких секунд для передышки, и я думала, что вот-вот задохнусь. Под рукой не было верного ингалятора, а даже если и был, я бы все равно не смогла им воспользоваться. Видимо, мой страх умереть, задохнувшись, был вполне обоснованным.       Я еще раз сипло вдохнула так желанного воздуха, а потом услышала звук открывающейся двери. Неужели меня сейчас спасут? Но сил чтобы узнать это у меня не было, поэтому я лишь блаженно закрыла глаза, проваливаясь в спасительную темноту, и краем уха услышав крик какой-то девчонки.       — Господин! Господин, юная госпожа очнулась! Ей плохо, позовите лекаря! — а потом звук удаляющихся шагов и тишина. Я потеряла сознание.

***

      Следующее пробуждение было тоже не из самых приятных, боль в голове и во всем теле встретили меня, словно ждали всю жизнь. Открыв глаза, в который раз поняла, что я не дома этому способствовал и взрослый мужчина, сидевший около кровати и несколько молодых девушек стоявших у стены. Тихо простонав от боли, и этим видимо, заставив всех присутствующих обратить свой взор на меня, я снова закашлялась.       — Юймин, дорогая, успокойся, — незнакомец бережно взял мою руку в свою, пока мне ко рту поднесли какую-то склянку. Я замычала, не желая пить неизвестную мне жидкость, хотя жажда и была сильна. — Все в порядке, это снадобье от кашля, тебе станет лучше. Поверь мне.       Смирившись с неизбежным я проглотила все, что мне давали. И о чудо раздражение действительно стало легче. Сейчас я даже могла спокойно осмотреться не переживая что зайдусь очередным приступом. Проведя глазами по обстановке я заметила что было уже светло, так что я думала что проспала достаточно, и судя по всему пока я пребывала в небытие все остальные бодрствовали, это было видно по их уставшим лицам.       — Что… — я хрипло начала, а потом закрыла рот, не зная толком что спросить, да и спрашивать если честно не особо то и хотелось, но вот узнать где я следовало бы. И почему ко мне обращаются чужим именем.       — Дорогая, — начал мужчина. — Ты так долго не приходила в себя, а вчера тебе стало хуже. Я боялся, что ты больше не очнешься. Моя маленькая доченька, я так боялся, что больше не увижу тебя. Прости своего старого отца за все. Хочешь, я отменю помолвку? Ты только скажи! Пожалуйста, только не бросай меня.       Я в шоке смотрела на то, как человек передо мной целовал, словно в бреду мою руку и шептал слова извинения. Девушки у стены учтиво отводили взгляд, но все равно напрягали своим вниманием. Мне захотелось прогнать их, заставить уйти. Пусть, возможно одна из них, ночью и спасла меня.       — Пусть они уйдут, — еле как, выговорив фразу, я обессилено замолчала, смотря в глаза этого странного мужчины. Он жестом руки выпроводил всех, оставшись со мной наедине. Несколько минут мы так и сидели в тишине. Потом я все же решила задать интересующий меня вопрос.       — Почему мне стало плохо? Что произошло? — я отвернулась, чтобы не видеть чужого лица. Хотелось вообще отстраниться, но тело все еще не слушалось. Чужие прикосновения были неприятны, неестественны.       — Около двух недель назад ты сильно заболела, — он начал говорить. — Лекари не могли тебе ничем помочь, ты увядала на глазах. Мы были в столице, но даже дворцовый лекарь лишь покачал головой, говоря, готовится к худшему. Так прошла неделя, и я решил, что возможно на Угольном Острове тебе станет лучше. Ты в детстве так любила здесь быть. Я взял нескольких слуг и уехал, ничего никому не сказав. И вот ты очнулась.       — Я не помню… — то с какой грустью закончил свой рассказ мужчина меня тронуло. Видимо он любил свою дочь. А теперь его дочь — я. Поджав губы, я перевела взгляд на окно. — А помолвка? Что это значит?       — Незадолго до того как ты заболела я договорился о помолвке между тобой и сыном наследного принца — Лу Теном. — после имени что-то кольнуло в сознании, но вспомнить ничего мне не удалось. — Хочешь, я отменю помолвку? Все равно она еще не состоялась.       Я посмотрела на этого несчастного мужчину имени, которого я и не знала и закрыла глаза. Мне нужно подумать. О том где я, кто я и что меня ждет, если узнают что я не Юймин.       — Что будет если все отменить? — вопрос не то что бы сильно интересовал меня, но узнать стоило. Иногда последствия спешных решений не доводят до добра. И не услышав ответа, я поняла, что ничего хорошего ждать не придется.       — Не нужно ничего отменять. Пусть все идет, так как должно, — задумчиво пробормотала я. — Можно мне побыть одной?       — Конечно. Служанки будут стоять за дверью, зови их, если что, — мужчина поднялся и напоследок окинул меня грустным взглядом, удалился. Дышать стало легче.       Теперь можно и проанализировать все. Не в силах даже поднять руку я понимала, что попытки встать тоже ни к чему не приведут, так что оставалась лежать. Лишь слегка подняла голову для того чтобы оглянуться еще раз. Интерьер конечно непривычный. Это не та полупустая квартира с практически голыми стенами. Окружение больше напоминало какой-то дорогой особняк, и если бы не красные оттенки мне бы даже понравилось. Всегда питала небольшую слабость к роскоши.       Но взгляд опустился на мои руки и во рту пересохло. Я не обратила на это внимания когда мужчина, судя по всему бывший мне отцом, держал их, но теперь ясно видела насколько они худые. Лишь кожа да кости как говорила моя бабушка. Усмехнувшись, я откинулась на подушки, смотря в потолок. Угольный остров, столица, помолвка, Лу Тен — все это неизвестные и непонятные факторы, на которые я не знаю, как реагировать. Как впрочем, и отец, которого у меня никогда не было, так как и служанок.       Отец. Когда была маленькой, даже не задумывалась над тем, что росту не в полной семье. Стала старше, осознала, но матери никогда вопросов не задавала. Та и сама не горела желанием рассказывать. Тем более у нас с ней не были какие-то доверительные или дружеские отношения. Скорее наоборот. Я была ей благодарна за то, что она вырастила меня, но и обижена на многое. Поэтому, как только появилась возможность я уехала.       И именно сейчас у меня появился отец. Даже забавно. Выглядел он не плохим, но мне ли не знать, как обманчиво бывает первое впечатление. Возможно, стоит просто следовать по пути, не менять ничего, не выделяться. Никогда не любила такого, не любила принимать выбор. И возможно сама судьба дала мне шанс ничего не делать.       Но все же помолвка… напрягала. Особенно неизвестно с кем. Хотя вряд ли это будет что-то плохое. Но все же имя Лу Тен такое знакомое, как будто я где то слышала его. Сын наследного принца, выходит, что претендент на престол, но, какого он возраста мне неизвестно, надеюсь что он хотя бы не старик. Вот только я не знала, сколько лет и мне, так что эти размышления бессмысленны.       Слабость в теле и легкое головокружение заставило отвлечься. Такое обычно бывало, когда я сильно хотела, есть, настолько что ощущение голода исчезало, оставляя лишь симптомы. Выходит нужно звать служанок, пока я еще в сознании. Я уже вижу как мне неловко, но держать лицо благо была научена. Жаль, что я ничего не знаю про прошлую владелицу тела и как она себя вела.       И еще что хуже я не знаю, почему я оказалась тут. Неужели я умерла как в тех многочисленных историях, что полюбились мне в юности? Не хотелось верить в это, но еще хуже было осознание того что и дома меня ничего не держало. Ни семьи, ни друзей, ни работы. Все ушло так быстро, что я, и заметить не успела. И теперь я здесь. Теперь я Юймин. Забавное имя. Не знаю, что оно значит, но по ощущениям китайское. Помню, моя соседка в общежитии, когда я еще училась в университете, изучала его. Но если имя на другом языке тогда почему я понимаю, что говорят окружающие?       Возможно это благодаря тому, что я в чужом теле. Но тогда почему памяти нет. Голова кругом от происходящего. Хотелось отвлечься, снова уснуть и оставить все эти размышления, но и есть тоже хотелось. Хорошо, что служанки уже пришли вместе с подносом, и принялись меня кормить. Я смутилась, наверное, от своей беспомощности, но послушно открывала рот, когда к нему подносили очередную ложку с легким бульоном. А доев я вновь легла. Окинув взглядом служанок, подумала о той, что ночью подняла шум.       — Это кто-то из вас заметил, что мне стало хуже? — девушки дернулись и переглянулись между собой, словно им было что-то скрывать.       — Нет, юная госпожа, это не мы. Это была Сюин, но ее уже выгнали, не волнуйтесь, — быстро затараторила одна из них.       — Почему выгнали? — я нахмурилась не поимая причинно-следственную связь.       — Она должна была сторожить ваш сон и не отходить ни на шаг от ваших покоев, юная госпожа, но ушла, что бы поболтать с каким-то поваром. Их обоих уволили, все в порядке, сейчас вы в безопасности, — успокаивающе улыбнулась мне служанка. Они были похожи между собой, обе темноволосые, невысокие, с тонкими чертами лица, не слишком красивые, но и не уродины. Обычные симпатичные девушки. У одной из них была россыпь родинок на лице, именно она со мной и говорила.       — Как вас зовут? — я решила узнать имена тех кто, судя по всему, будет окружать меня в ближайшее время.       — Вашу слугу зовут Сусу, юная госпожа, можете звать меня в любое время, — она поклонилась, а потом впервые подала голос вторая.       — Я Мин, — почтительности в ее голосе было меньше, что заставило меня удивленно поднять бровь. Весело. Особенно то, что Сусу кинула на нее недовольный взгляд.       — Хорошо, можете идти, — я проводила взглядом то, как они вышли за двери, и когда та закрылась — расслабилась.       Выдохнув, и ощущая в теле приятное тепло, я решила заняться собой. Попытки пошевелить конечностями в этот раз обвенчались успехом, и пальцы на руках и ногах послушно двигались, так как мне нужно. Попыталась поднять руку, но надолго меня не хватило, и та опять оказалась на белоснежных простынях. Приподнять туловище вообще не получалось, только голова поднималась, но и то словно болванчик возвращалась на подушку.       Ну что ж, на сегодня достаточно. И ощущая легкую усталость, я вновь заснула, не зная, что ждет меня в завтрашнем дне.

***

      — Госпожа, прошу, проснитесь, к вам пришел лекарь, — тихий голос вывел меня из состояния дремы заставляя открыть глаза.       Картина, представшая передо мной, была забавной. Мужчина, хотя на самом деле больше старик, склонившийся в поклоне и две служанки стоявшие позади него. Никогда не думала, что увижу подобное, где-либо помимо фильмов. Судя по тому, что за окном практически темно, я проспала весь день. А сейчас меня будут осматривать, и выносить вердикт. Или приговор, кому как нравится.       — Приветствую вас, госпожа, не беспокойтесь, я долго не буду вас тревожить, лишь быстро осмотрю, — у старика был голос гулкий, для меня не особо приятный. — Я завтра вернусь к вам, чтобы полноценно осмотреть и назначить вам новое лечение. Господин Буджинг настоял на том, чтобы сегодня вас не сильно беспокоить.       Господин Буджинг? Неужели это имя моего нового отца? Нужно запомнить, чтобы в будущем не опростоволоситься. Хорошо что, судя по всему все люди в этом месте для меня не знакомы, благодаря тому, что это Угольный остров, а не столица где видимо мы раньше и жили. И никто не знает юную госпожу Юймин.       Молча кивнув на ожидающего хоть какого-то ответа старика, я расслабилась, стараясь не показать раздражение от чужих прикосновений. Он послушал мой пульс, проверил дыхание, заглянул в глаза, померил температуру, проверил чувствительность в разных частях тела. Задавал несколько вопросов о моем самочувствии, ответами на которые служили мои скромные да или нет. И в конце что-то записав в своем блокноте, поклонился, сказав, что служанки должны сейчас сделать мне массаж, удалился. И был таков.       Сусу молча стоявшая у стены все это время подошла, поклонилась и попросила разрешения прикоснуться ко мне. Я кивнула и закрыла глаза, предаваясь ощущениям. Это было приятно, но скорее напоминало поглаживания, чем массаж. Возможно, таким образом, они разгоняли мне кровь, чтобы не было пролежней. Когда они закончили, я поняла что хочу есть и в туалет. Вот только как мне придется справляться с последним.       — Мне нужно в уборную, — я поджала губы и посмотрела по очереди на служанок. Они кивнули, и хотели было принести мне что-то, наверное, ночной горшок, но я остановила их. — Отнесите меня.       Я надеялась, что в этом доме есть унитаз, и что меня на него посадят, потом уйдут, оставив меня одну. Лишь бы не чаша Генуя, которую в простонародье мы называли дырка в полу. И видимо удача улыбнулась мне, все было, так как я и хотела, и, закончив со своими делами, служанки вновь помогли добраться мне до постели. После чего я попросила у них уже еды.       Накормив меня, как и в прошлый раз, они собрались удалиться, но я задержала их. Я хотела встретиться с отцом. Мин кивнула, отправившись передать ему, сообщение, что больная дочь хочет его видеть, а Сусу осталась ждать около двери. Прождав несколько минут, я услышала шаги по коридору и увидела открывающиеся двери. Вот и он. Что же пришло время для разговора, каким бы тот не был.       Я думала над тем какие вопросы стоит задать, что лучше сказать, а что не следует произносить в слух чтобы не вызвать подозрения, но в итоге решила что буду импровизировать. Какая разница если нечего терять. Мужчина, стоявший передо мной, выглядел взрослым, скорее даже пожилым, наверное, старше пятидесяти, может под шестьдесят. Я плохо определяла возраст на глаз. Но стариком его язык назвать не поворачивался. Широкий разворот плеч, прямая осанка, и серьезный сосредоточенный взгляд.       Седые волосы собраны в пучок, бакенбарды которые мне так не нравились раньше, да и сейчас восторга не вызывают, длинные усы и бородка. Выглядело странно, на самом деле, непривычно для меня. Возможно, из-за этого он и не походил на доброго дедушку. Морщины покрыли его лоб и залегли под глазами. Скулы были четко очерчены, а радужка глаз были неестественно желтоватого цвета. Я сглотнула, приготовившись к худшему.       — Здравствуйте, отец, — я поприветствовала его кивком головы, а потом, словив взгляд служанки кивком головы, показала на дверь. Благо та поняла меня и, позвав вторую, они удалились. — Прошу прощения, что так поздно позвала вас.       — Ну что ты, Юймин, ты можешь звать меня в любое время, — мужчина скупо улыбнулся. В этот раз он лучше контролировал эмоции.       — Я хотела задать несколько вопросов, если позволите, — смиренно склонила я голову, ожидая ответа.       — Конечно, если я буду знать на них ответы.       — Как долго мы будем здесь оставаться? — Буджинг, нужно лучше запомнить это имя, непонимающе посмотрел на меня. Я поспешила объяснить, что имею ввиду. — Мы же в спешке уехали, неужели в столице у вас нет никаких дел?       — Тебе здесь не нравится? Если хочешь, то, как только тебе станет лучше, мы уедем?       — Нет-нет, мне здесь нравится, просто… — я опустила глаза. — Я беспокоюсь о вас.       — Все будет в порядке. Хозяин Огня вошел в мое положение и дал отсрочку на месяц, — сердце кольнуло. — Так что две недели мы еще побудем тут.       Хозяин Огня? Серьезно? Не ослышалась ли я часом. Прикусив щеку изнутри, я старалась не показать своих противоречивых мыслей. Нельзя вызвать подозрения. Так что глубоко выдохнув я отложила все волнующие меня мысли и с готовностью подняла взгляд.       — А когда помолвка? — я задала еще один интересующий меня вопрос.       — Два месяца назад Лу Тену исполнилось восемнадцать, как только тебе исполнится шестнадцать, то вы будете официально сговорены, — отец, как и в прошлый свой визит, взял меня за руку. Его ладонь была теплой и сухой, но пока еще чужой.       — Когда… — в горле пересохло, и я слегка закашлялась, кинув взгляд, на кувшин, стоявший рядом с кроватью, мне тут же поднесли стакан с водой. — Спасибо. Как скоро у меня день рождения? Я совсем запуталась во времени.       — Не переживай, я понимаю. Еще суток не прошло, как ты очнулась, это вполне естественно. Через полтора месяца. Нам нужно будет устроить прием, но возможно придется его отложить, — мужчина задумчиво посмотрел в окно, закрытое прозрачной шторой. — Я посмотрю на то, в каком ты будешь состоянии.       — Спасибо. Я поняла, — я легко сжала его руку в знак поддержки, чувствовала, что так сделать будет правильно.       Я легла на подушку, а потом перевела взгляд на отца. Тот смотрел на меня, и в его взгляде читалось искреннее беспокойство. Настолько сильное, что я действительно ему поверила. Попросив его рассказать мне что-то, что бы отвлечься от назойливых мыслей, я закрыла глаза приготовившись слушать. Он поведал мне чудесную историю про драконов, сказав, что когда мне станет лучше, мы обязательно сходим в театр. Я ему поверила.       Позже когда он ушел, оставив меня одну, я слушала сверчков за окном и хмурилась от того что кажется начала понимать где я. Ведь все ставало на свои места. Хозяин Огня, Угольный остров, наследный принц, Лу Тен — все это приобретало четкие очертания. Я в мире Аватара. И как не странно, в стране Огня. Хотя нравилась мне она раньше едва ли не меньше всех.       Я помнила сюжет примерно, но события до канона оставались для меня, покрыты тьмой, но я точно знала, что Лу Тен умрет, а Айро не станет следующим Лордом Огня. Меня пробило на смешок. Стать невестой мертвому. Я не знала, сколько времени до момента его смерти, но судя по всему не так долго. Не помню, чтобы в истории упоминалось, сколько ему было лет, как не упоминалось и об его жене. Возможно, что я умерла раньше? Там, в том мире. Хотя какая разница, сейчас я здесь, так что, стиснув зубы, нужно либо выжить, либо сгинуть.       Но кто же мой отец? Совсем не припомню его. Возможно, его тоже не было, а возможно я его просто не запомнила. Но скоро должна начаться война с Царством Земли, Осада Ба Синг Се и все последующие события. Или война уже началась? И как узнать? Сколько лет сейчас Зуко и Азуле тоже неизвестно, но это еще можно спросить, просто нужно подгадать правильный момент.       Но все же, Страна Огня, так не любима мной за пропаганду и цензуру, теперь предстала передо мной как реальность. А я как член высшего сословия, уже обещанная человеку про которого ничего не знаю. Хотелось взвыть, но судьба уготовила для меня другую участь. И все же детский азарт подстегивал узнать, какими будут вымышленные герои в реальности. Вот только взрослый разум подсказывал, что ничего хорошего ждать не следует.       Вымысел и реальность две разные вещи. Хотя по воспоминаниям и в той истории про мальчика с татуировкой на лбу, бедного ребенка для которого уготована страшная участь, было все не радужно. Как и для всех кто участвовал в сопротивлении. Впрочем, им удалось перевернуть мир на свою сторону. Потому что люди были за них. Потому что за ними была поддержка и опора.       До известных мне событий еще неизвестно, сколько лет, я в теле девчонки еще даже не достигшей шестнадцати лет, мой отец любит меня и кажется готов на многое ради дочери, а мой будущий жених умрет. Ситуация вырисовывается плачевной. Хотя я даже не знаю Лу Тена, но могу просчитать плюсы, если стану его женой, как и минусы. Мне не было его жаль, мне было жаль его отца, который нашел замену и утешение в своем племяннике. Но если я выйду за него, то останусь жить во дворце, и даже когда или же если стану вдовой меня ждет безбедная жизнь.       Вот только я не знаю, могут ли меня принудить к повторному браку. И что если появится ребенок, что естественно для браков, как бы мне не хотелось этого. Все поменяется. Весь сюжет пойдет на дно вместе со мной. Нельзя этого допустить. Ведь я помню, что во дворце плелись интриги, и что у многих смертей есть чужие руки. И что даже нынешний Хозяин Огня, не помню его имени, умрет не по своей воле.       Возможно, и прошлая хозяйка этого тела умерла не по своей воле. Хах, не хотелось бы в это верить. Кому мог помешать ребенок, маленькая девочка? Много кому, учитывая невестой кого, она станет. Но раз так возможно стоило согласиться с отцом и отменить помолвку? Хотя и судя по всему, это принесет несколько минусов для нашей семьи. Но мне не откуда знать какое положение мы занимаем, и какими будут последствия наших действий. Не думаю, что помолвка между детьми была заключена по большой любви. И что-то мне подсказывало, что те и не были толком знакомы. Но разбираться с этим мне.       Но впереди две недели адаптации. Больное немощное тело которое нужно поставить на ноги, скорый переезд в неизвестную обстановку и торжество по поводу дня рождения, а потом и помолвка. Насыщенное ближайшее будущее. И судя по всему, доверять я не могу никому. Надеюсь, что у этого тела не будет никаких подозрительных знакомств, и что интриги обойдут меня стороной. Я не верю в бога, но готова молиться ради этого.       Сейчас же оставалось лишь вновь лечь спать и оставить все напряженные мысли на потом. Что толку от бессмысленного барахтанья, если рыба уже на сковороде. Посмотрим, что будет ждать меня в будущем. И будет ли оно у меня вообще. Тяжело жить, не зная что будет дальше, но люди же как-то живут.       Вот и мне придется. А пока спать. Завтра еще один тяжелый день.

***

      Меня разбудили на рассвете для того чтобы обмыть перед приходом врача и накормить. Я вновь попросила сводить меня в уборную и служанки послушно выполнили все, что я сказала. Из еды по-прежнему был жидкий бульон, чтобы не давать большую нагрузку на желудок после длительной голодовки, если так можно назвать бессознательный процесс, который и стал причиной отсутствия пищи.       Потом пришел тот самый старичок, поклонился, провел те же самые вчерашние процедуры, но в этот раз еще и осмотрел тело. Мне было ужасно стыдно, и я чувствовала, что щеки покраснели, но сделать ничего не могла. Когда он закончил служанки одели меня и оперли на подушки, чтобы я была в положение, полулежа, и могла смотреть на него. Ужасно чувствовать свою беспомощность, но что бы я могла поделать. Спасибо за то, что хотя бы говорить могу.       Лекарь рассказал, что со мной все нормально, если не учитывать слегка пониженную температуру и дефицит веса, а также атрофированные мышцы. Но сказал, что через неделю я уже смогу самостоятельно есть, а может быть, если все пройдет гладко и у меня не будет экстремальных нагрузок, то и ходить. Я покивала на его слова, поблагодарила и отослала. Потом служанки начали вновь делать мне массаж.       Сусу странно на меня смотрела и я поинтересовалась, что она хочет. Служанка, удивив меня, сказала, что если мне скучно, то она может что-то почитать. Предложение было заманчивым, и я согласилась, но попросила ее о том, что хочу на свежий воздух, тем более врач сказал, что для меня это будет полезно.       Служанки перенесли меня на террасу вид, с которой был на чудесный пляж. Погода была теплая, не знаю, какой был сезон, но если мне не изменяет память, то в стране Огня всегда лето. Вроде бы это связано с вулканами, но возможно, что я все это придумала. Зато вот море перед моими глазами было точно не придуманным.       Я любила море, плавать, правда, не умела, но любила. Непередаваемый запах, шум волн, заставляли мое сердце сжиматься. Каждый год я ездила на море, а позже и вовсе переехала к нему жить. Это было чудесно. Песок был пепельно-серого цвета, что делало картину немного более унылой, но мне нравилось. Возможно, позже, когда смогу ходить, у меня выйдет хотя бы помочить ноги. Надеюсь, это будет скоро, ведь сегодня, после полноценного отдыха, лекарств, которых в меня влили и целых двух приемов пищи, мое состояние улучшилось, и я даже могла шевелить руками.       Теперь, когда служанки меня носили, я цеплялась за них, чтобы хоть как-то помочь. Возможно, я больше им мешала, но в душе я себя успокаивала, что облегчаю им задачу. И сейчас наслаждаясь мерно бьющими волнами и слушая тихий спокойный голос Сусу, я отдыхала. Не особо вслушиваясь в текст, я наблюдала за полетом птиц и пузырьками морской пены виднеющимся в дали. Зрение у Юймин было на порядок лучше, чем у меня.       Не знаю, сколько времени прошло, но очнулась я, от своеобразного транса, только когда к моему плечу нежно притронулись, и я повернула голову.       — Отец? — удивленно сказала я.       — Юймин, тебе пора прилечь, — мужчина покачал головой. — Я вспоминаю, как в детстве тебя невозможно было оторвать от воды. Судя по всему, ничего не изменилось.       Что ж кое-что общее между нами было. Я кивнула отцу, перевела взгляд на служанок и те перенесли меня по недлинному коридору в мою комнату. Отец остался на террасе. Я думаю ему тоже нужно собраться с мыслями, он ведь тоже человек. Хотя этот мужчина для меня и чужой. Возможно если бы у меня в прошлом была бы хоть какая-то отцовская фигура, то мне было бы труднее, но чего нет, того нет. А зная, как быстро я могу привязаться, то совсем немного времени и он действительно станет и моим отцом.       А скорые перемены явно ощущались в воздухе. Даже для меня. Хотя в прошлом у меня и было что-то наподобие чутья на неприятности, которое проявлялось в повышенной тревожности, но сейчас тревожности не было. Была лишь растерянность и легкое опустошение. Поэтому попросив у служанок что-то для рисования, получив в результате желтоватую бумагу и уголь, я начала выплескивать свои чувства на лист.       Рисовала я море, но только не то, как за окном, спокойное и тихое, а буйное, в шторм. Материал был мне непривычен, я больше любила простые карандаши, хотя в последнее время рисовала только на графическом планшете. В получавшейся картинке угадывалось то, что я хотела изобразить, пусть и не в идеале, так что, закончив, я отложила все на стол и легла полностью. Вытянувшись я пошевелила пальцами на ногах. Было приятно.       На большее не решилась, усталость брала свое. Так что, вновь посмотрев на окно, солнечный свет из которого приятно проникал в комнату, я прикрыла глаза. Думая, что пока что эта жизнь мне нравится даже больше. По крайней мере, было порядком спокойнее. Всегда хотела ощутить эту заботу, которая не пронизана чувством вины.       Не пустые извинения, которые влекут за собой повторение прошлых ошибок, а искренние эмоции. В прошлом порядком наслушавшись их, не хочется этого делать и сейчас. Хочется, чтобы обо мне заботился действительно тот, кто готов к этому. А не такой же ребенок, как и я, или моя мать. В детстве всегда хотелось жить беззаботной жизнью, но получалось только нести двойную ответственность, не смотря на то, что младших детей в семье не было.       Ну, пусть прошлое останется в прошлом, хотя внутренне я знаю, что оно никогда меня не отпустит. Возможно, это и случится, но тогда я, наверное, перестану быть собой. Кем я буду без прошлого? Пустой оболочкой, какой быть легче, но совсем не хочется.       И сейчас, думая о том что было и о том что будет, я даже не почувствовала что начала засыпать. Но вовремя спохватившись, я позвала Сусу что бы та накормила меня, и уже тогда с чистой совестью легла спать.