«Хрустальная клетка. Часть 2. Стальное сердце»

Следуещее утро началось не с кофе, а с тишины. Аделия сидела в раздевалке «Хрустального», глядя на экран телефона. Пальцы не дрожали — они были холодными. Она зашла в контакты. «Илья ❤️». Секунда колебания. Нажать «редактировать». Она стерла имя, то самое седечко, а вместо него набрала «Малинин». Сухо. Официально. Как в протоколе соревнований. На льду тоже всё шло не по плану. Аделия не могла собрать даже простой каскад. Она заходила раз за разом на прыжок, но в голове всплывало не «ребро», а его голос: «она мне как сестра». Вместо уверенного приземления — жесткое падение на бедро. Четверной тулуп рассыпался, тройной аксель уходил в «бабочку». Лед казался чужим, скользким, враждебным. — Адель, остановись, — Сергей Розанов подъехал к ней, когда она в очередной раз сорвала выезд. — Ты не здесь. Твое тело на катке, а мысли где-то далеко. Что с тобой? Он посмотрел на неё внимательно, без тени раздражения. — Знаешь что? На сегодня хватит. Мы тебя перегрузили этими тренировками, бесконечными прогонами и попытками выжать максимум из связок. Меням стратегию. У меня случайно оказались два билета в Большой на вечер. Собирались сходить с мамой, но к ней в гости приехала подруга, проездом буквально на день. А тут — премьера. Не подумай ничего такого — это не свидание. Просто ты перетрудилась, и нам обоим нужно подсмотреть пару элементов в хореографии балета для твоей новой дорожки. Пойдешь? — Нет, Сергей Александрович, спасибо. Нет настроения, — Аделия покачала головой, глядя в пол. — И это... это неправильно. — Неправильно — это загонять себя в депрессию перед Чемпионатом мира, — мягко ответил он. — Подумай. Если что, я могу заехать за тобой в семь. Она ушла в раздевалку, собираясь отказаться окончательно, но там её уже ждала Софья. Подруга сидела, уткнувшись в телефон, и её лицо выражало смесь ужаса и сочувствия. — Адель, как ты? Держишься молодцом, но... я тебя предупреждала. — Соня, ты о чем? Я не понимаю... Соня молча протянула ей свой смартфон. — Я знала, что так и будет. Прости. На экране было фото. Ослепительно яркое, качественное. Вирджиния, вечер, выход из ресторана. Илья и Ханна. Они не просто стояли рядом — они целовались. Илья прижимал её к себе, а Ханна победно смотрела в сторону, словно знала, что их снимают. Заголовок: «Бог квадов нашел свою Богиню: Илья Малинин и наследница империи Ханна Уолкер больше не скрывают чувств». Аделия не знала, что за этим снимком стоит Роман Скорняков. Что это он подговорил Ханну «просто обнять Илью на прощание» для нужного ракурса. Она видела только факт. Предательство. — Я пойду, — глухо сказала Адель, возвращая телефон Соне. — В театр. Пойду. Позже, на тренировке, она вымотанная безуспешными попытками выгнать из головы последнюю фотографию Ильи и приземлить правильно аксель, подкатилась к бортнику, где ее ждал тренер и почти безжизннено сказала: — Я пойду,Сергей Александрович, вы правы, нужно сменить картинку. Я буду готова к семи. Вечер в театре прошел как в тумане. Сергей был безупречен: сдержан, галантен, говорил только об искусстве и связках в программе. Он не пытался её утешить, и именно это ей было нужно. После спектакля он довез её до дома. — Спасибо, Сергей Александрович. – почти дежурно и отстраненно произнесла Адель. Это правда помогло. Аделия потянулась к ремню безопасности, но механизм заклинило. Она дернула раз, другой — безрезультатно. — Позволь, я помогу, — Сергей наклонился к ней. Его плечо коснулось её груди, он перехватил замок ремня, пытаясь освободить защелку. В этот момент он был слишком близко. Вспышка. Где-то за деревьями сработал профессиональный затвор. На снимке, сделанном под углом через лобовое стекло, это выглядело как интимный момент — Розанов склонился к её губам. Через два часа Илья, не спавший всю ночь в США, листал ленту новостей. Он знал, что снимок с Ханной Адель наверняка уже видела, а значит, впереди снова вечер ссор и нелепых оправданий. Он думал о том, как устал: от тренировок, съемок, давления. Если раньше его спасали разговоры и видеозвонки с Адель, то теперь и тепло этих минут сменилось бесконечными обвинениями. Он вспоминал их счастливый месяц в Москве — время, когда не было места лжи, ссорам и как они умудрились все это растерять так быстро. Вдруг его палец замер. «Тренер или все таки поклонник Снежной королевы». Первое фото – легендарный зал Большого театра с огромной люстрой, Аделия в вечернем платье рядом с Розановым в строгом костюме, он склонился к ней, чтото обсуждая. Следующее фото в авто, они в машине Розанова. Узнал пальто Аделии. Розанов почти полностью перекрывал собой Аделию. Его плечи были развернуты так, словно он заслонял её от всего мира. Голова Сергея была наклонена к ней — слишком низко, слишком интимно. Илья до боли в глазах всматривался в пиксели. К голове подступил жар, а сердце болезненно кольнуло. Телефон в квартире зазвонил через секунду. Видеозвонок: «Малинин». — Это он, да? — голос Ильи в трубке дрожал от ярости. — Твой «профессиональный тренер»? Значит, все твои оправдания были ложью? — Илья? Ты о чем? — Аделия удивленно смотрела в экран на него — такого чужого и холодного. — Прекрати, Адель! Ваши репортеры работают тоже достаточно оперативно, — он показал в экран телефон с той самой фотографией из машины. — Так вот какой он — твой тренер? Значит, все твои сказки про «он просто помогает мне» были ложью? — Илья, ты бредишь? — Аделия прислонилась спиной к двери, чувствуя, как внутри всё каменеет. — Мы были в театре. Как тренер и спортсменка. Нам нужно было посмотреть постановку рук в балете для программы. Это была работа! — В театре? — Илья горько, зло рассмеялся. — Ты серьезно сейчас? Это самое примитивное оправдание, которое я слышал. Выглядит это «внедрение элементов балета» очень интимно, Адель. Хватит держать меня за идиота! — И ты смеешь мне это говорить? — сорвалась Аделия. — Ты, чьи фото с Ханной сейчас на каждой странице? Ты целовался с ней на камеру, Илья! Весь мир обсуждает твою «новую богиню», а ты обвиняешь меня? — Да замолчи ты про Ханну! — выкрикнул Илья. — Я устал, Адель. Слышишь? Устал бесконечно оправдываться на ровном месте. Устал от твоей ревности и подозрений в том, чего я не делал. Я пытался всё сохранить, а ты... Ты сама далеко не святая. Сидеть в машине с Розановым после моих предупреждений — это не работа. Это выбор. — Мой выбор? — Аделия почувствовала, как по щеке катится злая, обжигающая слеза. — Мой выбор — это верить тебе, пока ты развлекался в клубах. Мой выбор — ждать твоего звонка ночами. Но ты прав. Я тоже устала. Нам нечего больше спасать. Если между нами нет доверия, то нет и нас. — Согласен, — выдохнул он. — Мы как-то успели позабыть во всем этом, что мы в первую очередь — профессионалы. Спортсмены. Давай закончим это. Не будем больше мучить друг друга. — Да. В этот раз ты прав. Прощай, Малинин. И удачи на Чемпионате мира. — И тебе, Петросян. Она нажала «отбой». Телефон выпал из рук, ударившись о плитку на полу. Всю ночь она проплакала, свернувшись калачиком на том самом подоконнике, где раньше они пили кофе и мечтали о будущем. На рассвете слез уже не осталось. Она умылась ледяной водой,в течение получаса собрала свои вещи, в последний раз обводя взглядом уже чужую квартиру. На вешалке в глубине коридора осталась висеть его толстовка — огромная, пахнущая их последним теплым вечером. «Я люблю тебя. Хочу, чтобы это кольцо всегда напоминало тебе об этом. О том, что мы вместе.» «Вот и все. Нас больше нет» – тихо произнесла Адель и медленно стянула с пальца кольцо — символ несбывшейся мечты. Положила его на край тумбочки, а рядом опустила связку ключей. Она вышла, не оборачиваясь. Замок щелкнул, а ее хрустальная клетка в этот момент закрылась навсегда. ______________ Спасибо человечку, который каждый раз нажимает кнопочку «жду продолжения» - благодаря тебе эта история продолжается ❤️❤️❤️ Отдельная благодарность kumys05 за поддержку и мотивацию ❤️❤️❤️