«Хрустальная клетка. Часть 2. Стальное сердце»

Телефон ожил внезапно. В тишине квартиры резкая вибрация на столе прозвучала как то очень резко. Аделия вздрогнула медленно подошла и посмотрела на экран. «Илья ❤️» Знакомые буквы, привычное сердечко — символ, который раньше заставлял ее сердце учащеннее биться. Но сейчас внутри было тихо. Слишком тихо. Теперь в груди поселилась тяжелая, свинцовая усталость. Этот звонок, ставший теперь редким гостем, застал ее врасплох, когда она уже почти научилась обходиться без него. Аделия выждала еще несколько секунд, глядя, как светится дисплей, а затем медленно провела по экрану. — Да, привет, Илья — ответила она, и собственный голос показался ей чужим. — Как прошла тренировка? — спросила Аделия, прижимая трубку плечом. Она сидела на полу в прихожей, не зажигая свет. Сил не было даже на то, чтобы снять куртку. — Нормально. Прыгнул пять четверных в каскадах. Отец доволен, — голос Ильи звучал отстраненно, на фоне слышался шум кондиционера. — А ты? Как лед? — Тоже... нормально. Розанов присматривается ко мне. Сегодня работали над программой почти три часа. Наступила тишина. Секунда, две, три. Помехи связи заполнили паузу белым шумом. — Розанов? — голос Ильи внезапно утратил ровность. В нем прорезался металл. — Тот самый? Который всегда крутится рядом с топ-девочками? Я знаю его методы, Адель. Это излишнее «сближение». Будь с ним осторожнее. — Ты сейчас серьезно? — Аделия горько усмехнулась, чувствуя, как внутри закипает обида. — Ты советуешь мне быть осторожнее? Илья, я сегодня видела фото в сети. Ты в ночном клубе. С блондинкой. И судя по тому, как она тебя обнимала, вы явно не физику четверных обсуждали. — Адель, не начинай снова. Не фантазируй, — Илья тяжело выдохнул в трубку. — Это Ханна. Дочь партнера моего отца, друга нашей семьи. Она мне почти как сестра, мы с детства знакомы. Я был убитый после тренировки, мы случайно встретились, и она предложила хоть на часик где-то присесть, отдохнуть, поболтать. А эти чертовы репортеры... они просачиваются везде. Естественно, они сняли всё так, как выгодно их рейтингам. — «Почти как сестра»? — голос Аделии дрогнул. — Я здесь в шесть утра на льду, Илья. Я засыпаю с телефоном в руке, боясь пропустить твой звонок. А ты «случайно» отдыхаешь в клубах с «сестрой». И после этого ты смеешь предъявлять мне претензии по поводу тренера, который просто делает свою работу? Который, в отличие от тебя, сейчас рядом и помогает мне не развалиться? — Это другое! Розанов — манипулятор, он будет лезть тебе в душу. А с Ханной просто была музыка и старые дружеские разговоры... — Знаешь что? — Аделия резко выпрямилась, чувствуя, как по щеке катится злая, горячая слеза. — У меня нет времени на этот бред. Я, как и ты, иду к медали. Чемпионат мира совсем скоро . Мне нужна поддержка, а не отчеты о твоих семейных посиделках в клубах и беспочвенная ревность. — Адель... — Спокойной ночи, Илья. У меня завтра лед в семь. Она отключилась прежде, чем он успел что-то добавить. Звук брошенного на пол телефона показался ей оглушительным. Эта первая настоящая трещина была глубокой. Запас тепла, который они так берегли, окончательно сменился ледяным сквозняком. В Вирджинии Илья стоял у окна, сжимая выключенный телефон так, что побелели костяшки. Он не заметил, как сзади подошел отец. Роман Скорняков всё это время находился в тени коридора, внимательно слушая разговор. — Сынок, — мягко произнес Роман, положив тяжелую ладонь на плечо Ильи. В его голосе не было привычной жесткости. — Я вижу, как это тебя выматывает. Оправдания, ссоры, подозрения... Девочка просто не понимает твоего уровня жизни здесь. Илья дернул плечом, но отец не убрал руку. — Ты сейчас на пороге истории. Золото мира — это то, ради чего мы пахали годы. Аделия — прекрасная, но она сейчас в другой системе. У неё свои задачи, у тебя — свои. Эти разборки по телефону крадут твою концентрацию. — Она злится из-за Ханны, пап. Репортеры всё извратили. — Конечно, извратили, — кивнул Роман, и в его глазах блеснул холодный расчет. — Но чтобы ты поскорее закончил все эти дела и получил свободу, нужно временно убрать все помехи. Любые. Эмоции сейчас — твой главный враг. Хочешь быть с ней? Выиграй этот мир. Докажи, что ты лучший. А для этого... просто закрой эту дверь на месяц. Не звони. Не пиши. Дай и ей, и себе сосредоточиться только на льду. Это единственный способ сохранить твое будущее. Илья посмотрел на лед за стеклом. Там всё было понятно. Никаких фото, никаких оправданий, никакой ревности . Только скорость. — Наверное, ты прав, — глухо отозвался он. — Я всегда прав, когда дело касается твоей карьеры, — улыбнулся Роман.