Ert

Через 3 дня. Машина ехала по разбитой дороге, когда впереди показался блокпост. Не военный — полицейский. Три машины, человек десять в форме, и какая-то техника, которую Самира никогда раньше не видела. — Твою мать, — выдохнул Дима, сбрасывая скорость. — Лерайн, — быстро сказала Самира, оборачиваясь назад. — Исчезни. Быстро. Королева даже не спросила почему. Просто растворилась в воздухе за секунду до того, как их машину окружили. — Выходите! — скомандовал полицейский, стуча по капоту. — Все из машины, лицом на землю! — Спокойно, — шепнула Самира друзьям. — Делаем, что говорят. Их вытащили из машины, повадили лицом в пыль, заломили руки. Самира слышала, как Женя всхлипывает, как Дима матерится сквозь зубы, как Лика молчит, но дышит тяжело. — Что за хрень? — крикнул Дима. — За что нас? — Молчать, — ответил один из полицейских и прижал его сильнее. К ним подошла женщина. Самира не видела её лица — только ботинки, чёрные, на высокой платформе, и край длинного пальто. Женщина обошла машину, что-то сказала своим людям, и они начали доставать аппарат — что-то вроде металлоискателя, но с толстым основанием и мигающим экраном. — Проверьте их, — приказала женщина. Голос у неё был низкий, спокойный, с властными нотками. Аппарат провели над каждым. Над Димой — тишина. Над Женей — тишина. Над Ликой — тишина. Когда очередь дошла до Самиры, прибор слабо, но явно запищал. — Что это? — спросила женщина. — Не знаю, — честно ответила Самира, чувствуя, как пыль забивается в нос. — Я не играла с радиацией, если вы об этом. Тишина. А потом ботинки остановились прямо перед её лицом. — Поднимите её, — сказала женщина. Самиру рывком поставили на ноги. Она подняла голову и впервые увидела ту, кто отдавал приказы. Женщина была красивой. Не так, как Лерайн — холодной, инопланетной красотой, а по-человечески опасной. Лет сорок, тёмные волосы собраны в строгий пучок, глаза серые, почти прозрачные, смотрят в самую душу. Губы накрашены тёмной помадой, на скулах играют тени. Она смотрела на Самиру долго. Очень долго. И в этом взгляде было что-то странное — не просто интерес, а... голод. Другой, нежели у Лерайн, но не менее пугающий. — Отпустите их, — сказала женщина. — Что? — переспросил старший полицейский. — Я сказала — отпустите. Они не те, кого мы ищем. — Но прибор... — Прибор ошибся. Отпустите. Её слушались. Беспрекословно. Самира заметила, как дрожат руки у полицейских, когда они подчиняются. Эта женщина явно была не просто начальницей. Перед тем как уйти, она ещё раз посмотрела на Самиру — странно, жадно, будто запоминала каждую черту. — Удачи в дороге, девочка, — сказала она и улыбнулась. Улыбка не дошла до глаз. Они сели в машину и уехали. Молчали до самого поворота, пока блокпост не скрылся из виду. — Что это было? — выдохнула Женя, когда они остановились на обочине. — Я хрен его знает, — ответил Дима, вытирая пот со лба. — Она смотрела на тебя, Сами, как... — Как королева, — закончила Лика. — Только по-другому. — Не сравнивай, — резко сказала Самира. — Это другое. Она сама не понимала, что чувствовала. Страх? Да. Отвращение? Тоже. Но ещё что-то странное, липкое, от чего хотелось отмыться. — Давайте просто доедем, — попросила она. К базе они добрались к вечеру. Сектор 9 оказался старым военным городком — бетонные заборы, колючая проволока, вышки, но всё заброшенное, будто здесь не ступала нога человека лет десять. Только Самира знала, что внутри всё работает. Они нашли заброшенный дом в паре километров от ворот — пыльный, с выбитыми окнами, но крыша целая, и стены держатся. — Здесь переночуем, — сказала Самира, осматривая помещение. — А план? — спросил Дима. — Идём сегодня? — Да. Чем быстрее, тем лучше. Родители нас ждут, мы и так на два дня дольше, чем обещали. Она отошла в сторону, закрыла глаза, позвала Лерайн. Королева появилась почти сразу — взъерошенная, с какими-то бумагами в руках, явно оторванная от дел. — Самира, — сказала она, откладывая свитки. — Хорошо, что ты позвала. Я хотела сказать... — Мы идём сегодня, — перебила Самира. Лерайн замерла. — Что? — Сегодня. Мы не можем ждать. Родители позвонят, поймут, что нас нет. Надо сейчас. — Нет, — голос Лерайн стал твёрдым. — Ты не пойдёшь сегодня. Я буду занята ближайшие дни. Совет, конфликт на границе... я не смогу помочь, если что-то пойдёт не так. — Мы справимся. — Самира, — Лерайн подошла, взяла её за плечи. — Я прошу тебя. Подожди два дня. Понаблюдайте за охраной, изучите маршруты. Будьте рациональными. — Ты сама сказала — я импульсная, — усмехнулась Самира. — Рациональность не моё. Лерайн не улыбнулась. Она смотрела серьёзно, почти тревожно. — Я тебя прошу. Ради меня. — А ты ради меня? — Самира посмотрела ей в глаза. — Ты же знаешь, что он там. Что его могут... — Я знаю, — перебила Лерайн. — Но если ты погибнешь, ему это не поможет. Она обняла Самиру крепко, поцеловала в макушку. — Будь рациональной, маленькая искра. Пожалуйста. А потом исчезла. Самира стояла, чувствуя, как внутри что-то сжимается. — Ну что? — спросила Лика, выходя из дома. — Идём? Самира посмотрела на закат, на серые стены базы вдалеке, на друзей — уставших, но готовых идти за ней. — Идём, — сказала она. Они подошли к периметру в полночь. Всё было слишком тихо. Слишком легко. Самира знала, что так не бывает, но отступать было поздно. Дима перерезал проволоку, Женя нашла лаз в заборе, Лика отвлекла охранника брошенным камнем. Они прошли внутрь. И всё пошло по пизде. Сирена, прожекторы, крики. Охраны оказалось в десять раз больше, чем они предполагали. Диму схватили первым, когда он прикрывал отход. Женю — когда она пыталась убежать. Лику — когда та бросилась к Диме. Самира бежала, не разбирая дороги, пока не упёрлась в тупик. Повернула — а там они. Пятеро. С автоматами. — Привет, девочка, — сказал один. — Ждали тебя. Она не звала Лерайн. Решила не думать о ней, чтобы Королева не почувствовала. Пусть занимается своими советами. Пусть будет в безопасности. Самира справится сама. Она ошиблась. --- Их развели по разным комнатам. Самиру привели в кабинет. Дорогой, с массивной мебелью, кожаными креслами, и той самой женщиной с блокпоста. Та сидела за столом, перебирала бумаги и даже не подняла головы, когда Самиру втолкнули внутрь. — Садись, — сказала она. Самира села. Сжала кулаки под столом, чтобы не дрожать. — Как тебя зовут? — Пошла ты. Женщина подняла глаза. Улыбнулась. — Мило. Я Марго. Будем знакомы. — Я не просила. Марго встала, обошла стол, села на край, прямо напротив Самиры. В серых глазах плясали огоньки. — Твой отец, полковник Аметов. Он нашёл кое-что на границе. Документы. О том, как люди и Иные делили мир на самом деле. Это не должно было попасть наружу. — И вы его похитили? Из-за бумажек? — Из-за правды, — поправила Марго. — Правда опасна, девочка. Особенно для тех, кто строил свою власть на лжи. — Мне насрать на вашу власть. Отпустите отца. — А что ты дашь взамен? Самира встала. Хотела ответить что-то злое, но Марго оказалась быстрее. Она схватила её за горло, прижала к стене. Рука была сильной, не женской. — Ты импульсная, — сказала Марго, приближаясь. — Это видно. Такие, как ты, либо ломаются, либо сжигают всё вокруг. Что выберешь? И поцеловала. Жёстко, грубо, без нежности. Губы пахли помадой и табаком. Руки скользнули по телу, сжали грудь, бёдра, замерли на талии. Самира не двигалась. Не отвечала. Просто стояла, чувствуя, как внутри всё леденеет. Марго отстранилась. — Не хочешь? — спросила она, и в голосе звучало искреннее удивление. — Странно. Я думала, раз ты с Королевой... — Не трогай её, — выдохнула Самира. — Не трогаю. Я трогаю тебя. — Марго отпустила её, поправила воротник. — Я могу договориться с тобой по-хорошему, девочка. Или по-плохому. Выбирай. Самира молчала. — Упрямая, — усмехнулась Марго. — Ладно. Подумай до ночи. Она кивнула охране, и Самиру увели в комнату — пустую, без окон, с одной койкой и железной дверью. Она не спала. Сидела на койке, обхватив колени, и думала. Отец. Друзья. Эта женщина, которая смотрела так, будто хотела не просто сломать, а... присвоить. Лерайн. Если бы она знала. Если бы она была здесь. Но Самира не позвала. И пыталась не думать, чтобы Королева не почувствовала. Дверь открылась в полночь. Марго вошла одна, без охраны. В руках — блокнот. На лице — спокойная, почти домашняя улыбка. — Не спишь? — спросила она, садясь на стул напротив. — Жду тебя. — Умница. Она открыла блокнот, что-то пометила. — Расскажи о Королеве. Как вы встретились? Что она от тебя хочет? Почему выбрала именно тебя? — А ты почему выбрала меня? — парировала Самира. Марго подняла бровь. — Потому что ты интересная. Потому что в тебе есть... потенциал. Потому что я давно не встречала таких живых. — И поэтому вы душите меня и лапаете? — Поэтому я хочу узнать тебя ближе, — улыбнулась Марго. — Но ты не отвечаешь. — Я не отвечаю на вопросы тех, кто держит в заложниках моего отца и друзей. Марго вздохнула, закрыла блокнот, положила на пол. Встала. — Значит, не договоримся? — Нет. — Жаль. Она подошла к койке. Села сверху, оседлав Самиру, прижала её руки над головой. — Тогда другой подход. Самира дёрнулась, но Марго была сильнее. Гораздо сильнее. — Не надо, — сказала Самира, и голос дрогнул. — Надо, — спокойно ответила Марго. — Ты мне нужна. И я получу то, что хочу. Она стянула с Самиры футболку, расстегнула джинсы. Целовала шею, ключицы, грудь — жёстко, оставляя следы. Руки скользили по телу, сжимали, царапали. Самира закрыла глаза. Внутри всё кричало, но наружу не вырывалось. Только слёзы — предательские, горячие — потекли по щекам. — Плачешь? — Марго слизнула слезу. — Напрасно. Я не делаю больно. Я просто... забираю своё. Она остановилась. Посмотрела на Самиру сверху вниз. — Знаешь, в чём твоя проблема? — спросила она. — Ты думаешь, кто-то придёт. Королева, друзья, отец. Но я включила барьер. Никто не знает, где ты. Никто не придёт. — Откуда ты знаешь про барьеры? — прошептала Самира. — Я много чего знаю. Марго встала, поправила одежду. На пороге обернулась. — Кстати, твоих друзей покормили. И отца тоже. Они в порядке. Пока. Она вернулась, снова села сверху, поцеловала — настойчиво, глубоко. Потом спустилась к бёдрам, укусила до крови, лизнула. — Знаешь, — сказала она, поднимая голову. — Если человек возбуждён, там должно быть мокро. А у тебя — сухо. Почему? Самира молчала, глядя в потолок. — Ты не хочешь меня, — поняла Марго. — Жаль. Я хочу тебя. Очень. Она снова начала лапать, грубее, настойчивее. Пальцы скользнули ниже, и Самира дёрнулась, пытаясь вырваться. — Твои друзья уже рассказали мне всё, — сказала Марго, не останавливаясь. — О Королеве, о ваших планах, о том, куда вы ехали. Хотя я знала с самого начала. — Откуда? — выдавила Самира. — Не скажу. Самира собрала последние силы и ударила ногой в живот. Марго охнула, отшатнулась, и Самира попыталась добить — кулаком, наугад. Но Марго перехватила руку, скрутила, прижала к койке. — А ты смелая, — выдохнула она. — Мне это нравится. И вдруг её лицо... изменилось. Черты стали острее, глаза — фиолетовыми, волосы — светлыми. Только на секунду. А потом всё вернулось. — Теперь я понимаю Королеву, — сказала Марго другим голосом — глубоким, чужим. — Ты действительно особенная. Она встала. — Мне пора. Совет ждёт. Но мы продолжим, когда я вернусь. У нас с тобой ещё много времени. Она вышла. Дверь захлопнулась. Замок щёлкнул. Самира осталась лежать на койке — в разорванной одежде, с кровоточащими укусами на бёдрах, со следами чужих рук на теле. Она не плакала. Смотрела в потолок и пыталась понять. Марго знала про Иных. Умела ставить барьеры. Могла менять облик. И смотрела на Самиру так, будто видела в ней что-то, чего не видела даже Лерайн. — Кто ты? — прошептала Самира в пустоту. Ответа не было. Она закрыла глаза и начала строить теории. Что, если Марго — не человек? Что, если она — Иная, засланная к людям? Что, если она знает Лерайн? Что, если... Мысли путались, тело болело, а в голове билась одна мысль: она не позвала Лерайн. Не позвала, когда та могла помочь. И теперь барьер, и никто не придёт. — Я сама, — сказала она вслух, как заклинание. — Я сама выберусь. Я сама спасу отца. Она села, стянула с себя рваную одежду, замоталась в тонкое одеяло, которое нашли в углу. Сжалась в комок. Внутри было пусто. И страшно. И почему-то — стыдно. — Лерайн, — прошептала она, уже зная, что не услышит. — Прости. Ничего не произошло. Самира закрыла глаза и провалилась в тяжёлый, бессознательный сон.