Ert

Машина снова рычала двигателем, проглатывая километры пустой трассы. Дима вел, сосредоточенно глядя на дорогу. Женя дремала на заднем сиденье, привалившись к Лике, которая листала какие-то заметки в телефоне. Самира сидела спереди, уставившись в окно, и пыталась не думать о том, что произошло утром в душе. Не получалось. Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ними вставали фиолетовые глаза, мокрая кожа, жадные губы и слова: «Ты вкусная». — Боже, — прошептала она себе под нос. — Что? — тут же встрепенулся Дима. — Ничего. Дорогу смотри. — Я смотрю. А ты краснеешь уже полчаса. Что случилось? — Ничего не случилось, — слишком быстро ответила Самира. Сзади хихикнула Женя — оказывается, не спала. — Она опять с Королевой что-то делала, — заявила Лика, не отрываясь от телефона. — По глазам вижу. — Ничего мы не делали! — Самира обернулась и тут же поняла, что попала в ловушку. — Мы? — ухмыльнулся Дима. — Уже «мы»? — Заткнись. — А где она, кстати? — спросила Женя, оглядывая салон. — Королева эта. Она же может появляться где хочет? — Может, — буркнула Самира. — Но не факт, что захочет. — А ты позови, — предложила Лика. — Интересно же. — Чего интересного? — Всё интересно! — оживился Дима. — Она реально из другого мира? У них там как? Она правда бессмертная? А почему она к тебе привязалась? А она... — Дима, заткнись, — сказала Самира. — Ты как ребенок. — А я хочу знать! — не унимался он. — Ты с ней целуешься, она у тебя в кровати спит, а мы даже не в курсе, что она за человек... за существо... ну ты понял. — Она не человек. — Тем более. Самира вздохнула. Друзья смотрели на неё с таким неподдельным любопытством, что отказать было невозможно. — Ладно, — сдалась она. — Что хотите узнать? — Всё! — хором ответили трое. — По порядку, — вмешалась Лика, которая всегда любила системный подход. — Имя, возраст, статус, способности, отношение к людям, почему выбрала Самиру. — И можно её позвать? — добавила Женя с надеждой. — Я хочу посмотреть вживую. Вблизи. — Она вблизи... специфическая, — предупредила Самира. — Тем интереснее. Самира закатила глаза, но решила попробовать. Она закрыла глаза, сосредоточилась, представила Лерайн — её лицо, её холодные руки, её голос. — Лерайн, — позвала она мысленно. — Тут друзья хотят с тобой познакомиться. Если ты не занята. Тишина. — Ну пожалуйста, — добавила она вслух, уже не стесняясь. — Они задолбали вопросами. Спаси меня. Воздух в машине дрогнул. Запахло туманом и цветами. Температура упала градусов на пять. А на заднем сиденье, аккурат между Женей и Ликой, материализовалась Лерайн. — Твою мать! — заорал Дима, чуть не вывернув руль. — Ой! — пискнула Женя, вжимаясь в дверцу. Лика просто замерла с открытым ртом. Лерайн сидела, сложив руки на груди, и выглядела крайне недовольной. Волосы растрепаны, под глазами тени, губы поджаты. — Я была на важном совете, — сказала она ледяным тоном. — Обсуждали продовольственный кризис в северных кланах. А ты меня выдергиваешь, потому что друзьям интересно? — Ой, — только и сказала Самира. — Прости. — Я не простила, — отрезала Лерайн, но на друзей всё же посмотрела. — Здравствуйте. Я Лерайн. Королева Иных. Вопросы? Повисла пауза. Дима смотрел на неё, забыв про дорогу. Женя боялась дышать. Лика первой пришла в себя. — Здравствуйте, — сказала она вежливо. — Извините, что отвлекли. Мы просто... ну, любопытно. — Любопытство, — фыркнула Лерайн, — свойство, которое убивает людей. И не только. — Ой, да ладно тебе, — вмешалась Самира. — Не будь букой. Они нормальные. Просто хотят понять, что происходит. — А ты понимаешь? — Лерайн перевела взгляд на неё. Самира почувствовала укол — не физический, а какой-то внутренний, будто Королева ковырнула что-то в её душе. — Понимаю не всё, — честно ответила она. — Но стараюсь. — Стараешься, — повторила Лерайн, и в голосе появилась странная интонация. — Ты даже не представляешь, как я стараюсь, чтобы ты осталась жива. А ты выдергиваешь меня на детский утренник. — Эй! — возмутилась Самира. — Не называй моих друзей детским утренником! — А кем их называть? — Лерайн повысила голос. — Они люди. Слабые, глупые, любопытные люди. Которые задают вопросы, а когда придет опасность — разбегутся. — Не разбегутся! — Самира тоже начала злиться. — Они со мной поехали, рискуя всем! Они не бросили меня! — Пока не бросили. — Ты... Договорить она не успела, потому что в голове вдруг зазвучал голос Лерайн — холодный, злой, ментальный: «Не спорь со мной при них. Ты позоришь меня». Самира вздрогнула, но ответила так же — мысленно: «Я никого не позорю! Это ты ведешь себя как капризная королева, которой не нравится, что её отвлекли от важных дел!» «Мои дела действительно важны!» «А мои — нет? Мой отец — не важно? Мои друзья, которые рискнули жизнью, — не важно?» «Я не это имела в виду». «А что ты имела в виду? Объясни мне, потому что я, тупая, слабая, глупая, не понимаю!» «Самира...» «Нет, Лерайн! Ты пришла в мою жизнь, влезла в мои сны, целуешь меня, пьешь мою кровь, а теперь называешь моих друзей никчемными? Ты хоть понимаешь, как это больно?» Молчание. В машине повисла реальная тишина. Друзья смотрели то на Самиру, то на Лерайн, понимая, что между ними происходит что-то, чего они не слышат. — Эй, — осторожно позвал Дима. — Вы там как? И тут Женя, которая смотрела вперед, закричала: — Там! Впереди! Все обернулись. На дороге, метрах в трехстах, стоял блокпост. Военные. Много военных. С автоматами, с собаками, с техникой. — Твою мать, — выдохнула Лика. — Нас заметут. — Не заметут, — вдруг сказала Лерайн, и в голосе её исчезла вся злость, осталась только холодная решимость. Она щелкнула пальцами, и её облик поплыл. Друзья замерли, наблюдая трансформацию. Серебряные волосы потемнели до русых. Фиолетовые глаза стали карими. Королевское платье превратилось в обычную футболку и джинсы. Высокий рост чуть уменьшился, черты лица стали проще, обычнее, человечнее. Через пять секунд на заднем сиденье сидела обычная девушка лет двадцати. Симпатичная, но ничем не примечательная. Таких тысячи. — Охренеть, — выдохнул Дима. — Молчать, — приказала Лерайн голосом, который тоже изменился — стал ниже, проще. — Я ваша дальняя родственница. Еду с вами помочь с проектом. Зовут Лера. Ясно? — Ясно, — кивнула Лика. — Самира, — позвала Лерайн, и в голосе мелькнуло что-то теплое, несмотря на маскировку. — Я не хотела тебя обидеть. Поговорим потом. Самира сглотнула, кивнула, отвернулась к окну. Машина подъезжала к блокпосту. Военный жезлом указал остановиться. Дима затормозил, опустил стекло. — Документы, — привычно сказал солдат. — Пожалуйста, — Дима протянул бумаги. Солдат просмотрел, заглянул в салон. Взгляд скользнул по лицам, задержался на заднем сиденье. — Кто это с вами? — спросил он, кивая на Лерайн. — Кузина, — ответила Лика ровно. — Едет с нами помогать с исследованием. У неё права есть, но устала, мы за рулем по очереди. Солдат смотрел долго. Очень долго. Самира чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. — Езжайте, — махнул он наконец. — И осторожнее там. Граница близко. — Спасибо, — кивнул Дима и плавно тронулся с места. Когда блокпост скрылся за поворотом, все выдохнули. — Боже, — прошептала Женя. — Я чуть не умерла. — Я тоже, — призналась Лика. Лерайн сидела молча, глядя в окно. Её рука — обычная, человеческая, тёплая — легла на плечо Самиры. — Прости, — сказала она тихо, одними губами. Самира не ответила. Но и не отодвинулась. В машине снова повисла тишина, но теперь она была другой — не злой, а уставшей. Дорога всё ещё тянулась вперед, и впереди было ещё четыре дня пути. И много вопросов, на которые предстояло найти ответы.