Никто не уходит

Прошло две недели. Винсент почти перестал спать. Он пробуждался в четыре утра, направлялся в бассейн, изнурял себя плаванием, а затем спешил в офис. Работал, не поднимая головы. Вечером возвращался в пустой дом, бросал взгляд на свою руку, на пустой палец. — Сэр, — голос начальника охраны в трубке звучал непривычно. — Кажется, мы нашли его. Винсент выпрямился. — Где? — В историческом районе. Клуб «Эдем». Это закрытое заведение для… ну, вы понимаете. — Я знаю, что такое «Эдем», — прервал мужчина. — Он там работает? — Да, сэр. Мы проверили. Он приходит два раза в неделю. Танцует. Иногда обслуживает гостей. — «Обслуживает» в каком смысле? — В прямом, сэр. Он… популярен. Гости его любят. — Приготовьте машину, — сказал он в интерком. — Мы едем. Винсент медленно положил трубку. «Эдем» располагался в подвале старинного особняка в историческом квартале. Снаружи – никаких опознавательных знаков. Лишь массивная металлическая дверь и глазок на уровне лица. Винсент вышел из машины. — Ждите здесь, — бросил он охранникам. Он нажал кнопку звонка. Дверь отворилась почти мгновенно. Внутри царил полумрак. Длинный коридор, мягкий ковер, рассеянный свет. Воздух был наполнен ароматом дорогого парфюма и чего-то сладкого. Навстречу выступил администратор. Увидев Винсента, он побледнел. — Господин Рейнард? Мы не ожидали… Я не знал, что вы… — Я хочу видеть Мику. — Сэр, мы не можем… — Я заплачу. Проводите меня в VIP-зону. И передайте ему, что гость желает приватный танец. Администратор сглотнул. — Он не всегда соглашается, сэр. Если откажется… — Скажите, что сумма будет увеличена впятеро. Администратор удалился. VIP-зона находилась в глубине зала, за бархатной шторой. Там был единственный столик, диван, тусклый свет. Винсент устроился в тени так, что его лицо скрылось в полумраке. Он ждал. Спустя несколько минут зазвучала музыка. Медленная, тягучая. Свет приглушили еще сильнее, оставив лишь один прожектор, направленный в центр зала. Мика вышел из тени. Он был в белой рубашке, расстегнутой на две пуговицы, и черных брюках. Темные волосы спадали на глаза. Он не смотрел в зал. Не искал того, кто заказал танец. Просто двигался в такт музыке – плавно, почти невесомо. Винсент наблюдал, не отрывая взгляда. Мика танцевал медленно. Руки скользили по телу, пальцы расстегивали пуговицы одну за другой. Рубашка сползла с плеч, обнажая ключицы, плечи, грудь. Он отбросил ее в сторону и продолжил двигаться под музыку. Бедра покачивались в такт, голова запрокинута назад, волосы касались спины. Парень опустился на колени, провел руками по груди, по животу, к поясу. Пальцы замерли на пряжке. И в этот момент он поднял глаза. Мужчина медленно поднялся с дивана. Шагнул вперед, выходя на свет. Мика замер. Музыка продолжала играть, но он не двигался. Стоял на коленях, глядя на Винсента. — Вставай, — произнес Винсент. Мика поднялся. Не попытался сбежать, не позвал охрану. Просто стоял и смотрел. — Где перстень? — спросил мужчина. — Я не брал… — Ты врешь. — Я не вру. Винсент смотрел на него. В глазах Мики не было страха. Только спокойствие. То же, что и в ресторане. — Ты был в моем номере. Ты ушел, обманув мою охрану. Ты единственный, кто мог взять перстень. — Я не брал, — повторил парень. Винсент шагнул ближе. — Я не привык повторять. Где перстень? — Я его не брал. Пощечина обрушилась внезапно. Сильная, тяжелая. Мика отлетел на пол, ударившись спиной о ножку стола. Кровь выступила на разбитой губе. Винсент наклонился над ним, схватил за волосы, заставил смотреть себе в глаза. — Где перстень? — Я не… — парень запнулся. В его глазах мелькнуло что-то. Страх? Сомнение? — Не смей мне лгать, — голос Винсента был тихим, ледяным. — Я знаю, что ты взял. — Тогда зачем спрашиваете? Винсент усмехнулся. Отпустил его, выпрямился. — Я хочу услышать это от тебя. Мика молчал. Вытер кровь с губы, поднялся. Смотрел на Винсента, не отводя взгляда. В этот момент в комнату забежал администратор с охраной. - Господин Рейнард… — Три дня, — сказал он. — Через три дня перстень должен быть у меня. Если нет — ты умрешь. А этот клуб сгорит. — Вы не можете… Винсент Рейнард развернулся и направился к выходу. У двери остановился. — Могу. Я все могу. Дверь захлопнулась.