Зеркала не лгут. Вот бы вернуть прошлое

Март выдался сухой и ветреный. Сов сносило порывами, они сбивались с курса, и почта приходила с опозданием. Дни стояли ясные, но в основном прохладные, солнце лишь изредка пробивалось сквозь бледную дымку, не принося тепла. Деревья стояли голые, их ветви скрипели на ветру, словно жалуясь на затянувшуюся зиму. Сириус отправил очередное письмо Гарри. И мальчишка по этому поводу пришёл к Анноре. - Аннора. - позвал мальчик ворвавшись к ней вечером в кабинет. - Что случилось, Гарри? - девушка уже не удивлялась от таких появлений крестника. - Мне Сириус письмо прислал. Он как и в прошлый раз, писал кратко. - Гарри протянул письмо. Но́ра взяла его из рук мальчика и принялась читать. «В два часа дня в воскресенье будь с Энни у перелаза при повороте на Хогсмид (со стороны «Дервиш и Бэнгз»). Захвати с собой побольше съестного.» - Он снова вернулся в Хогсмид? - Похоже, что так... - Гарри замолчал и задумался. - А если его поймают, и тогда… - До сих пор же не поймали. И дементоров в Хогсмиде больше нет. Аннора отдала ему письмо, а тот сложил его и спрятал в карман. - Если честно, мне очень хочется повидаться с Сириусом, а тебе? - Мне тоже. - не раздумывая ответила Но́ра. На следующий день после обеда Аннора, Гарри, Рон и Гермиона отправились в Хогсмид. - Что было интересного на зельеварении? - спросила Аннора, когда они уже шли на встречу с Сириусом. - Снегг, как всегда, был злой, пересадил всех, а меня за первую парту. Я дальше расскажу уже когда встретимся с Сириусом, чтобы несколько раз одно и тоже не говорить. - Вот как... Хорошо. Небо прояснилось, и вовсю стало светить солнце. Троице стало жарко, и на полпути до деревни дети сняли плащи и закинули их на плечи. Гарри нёс в рюкзаке еду для Сириуса. - За обедом мы стащили со стола десяток куриных ножек, батон хлеба и наполнили фляжку тыквенным соком. - сказал Рон. По дороге они заглянули в магазин одежды волшебников «Шапка-невидимка» и купили для Добби подарок. Они долго выбирали носки и всякий раз весело хохотали, найдя новую забавную пару. Среди многих пар одна сверкала вышитыми золотыми и серебряными звёздами, а другая, когда долго не стирали, истошно вопила. В половине второго вышли из магазина, прошлись по Главной улице, миновали магазин «Дервиш и Бэнгз» и направились к краю деревни. Так далеко дети ещё не заходили. Тропинка часто петляла, дома попадались всё реже и реже, скоро они вышли из деревни и пошли к горе, у подножия которой деревня и стояла. Тропинка вильнула последний раз, и у её конца обнаружился перелаз. Опершись на него передними лапами, с газетой в зубах, их поджидал тощий чёрный пёс, очень знакомый на вид. - Здравствуй, Сириус. - поприветствовала пса Аннора. Чёрный пёс потянул носом воздух - из рюкзака за спиной Гарри шёл сильный запах курятины - удовлетворённо вильнул хвостом, развернулся и затрусил между кустов к каменистому подножию холма. Но́ра, Гарри, Рон и Гермиона перелезли через забор и пошли следом. Сириус привёл их к самому подножью холма, сплошь усеянному камнями. Ему, на его четырёх лапах, подниматься было легко, а остальные тяжело отдувались. Сириус поднимался всё выше и выше. С полчаса они взбирались по крутому каменистому склону. Сириус бежал впереди, тропка виляла, и на поворотах он помахивал хвостом. Солнце жарило нещадно. Потом Сириус вдруг куда-то исчез, они подошли и увидели в скале узкую расщелину. Они протиснулись внутрь и очутились в прохладном тёмном гроте. В дальнем конце грота, привязанный верёвкой к большому камню, сидел гиппогриф Клювокрыл. Клювокрыл был наполовину серой лошадью, наполовину огромным орлом, и чуть только они вошли, сердито и важно посмотрел на них огненным глазом. Люди низко поклонились гиппогрифу, тот ещё с полминуты, словно раздумывая, взирал на них свысока и, в конце концов, преклонил перед ними чешуйчатые передние лапы, Гермиона побежала погладить его по шее. Гарри не отрывал глаз от чёрного пса, а тот успел уже обернуться его крёстным. На Сириусе была поношенная серая мантия, которую он носил с тех самых пор, как сбежал из Азкабана. После разговора с Гарри через камин волосы у него отросли ещё больше, были немыты и спутаны. Он здорово исхудал. - Курица! - воскликнул он хриплым голосом, вынув изо рта старые номера «Пророка» и бросив их на землю. - И, конечно же, он рад больше всего именно курице. - Но́ра улыбнулась, но в глазах у неё стояла некая печаль от такого вида друга. - Тебе я тоже рад. - возразил Сириус. Он успел обнять девушку, пока Гарри снимал с плеч рюкзак, вынимал завёрнутые в бумагу куриные ножки и хлеб и подавал Сириусу. - Вот спасибо! - сказал Сириус, развернул еду, схватил ножку, сел прямо на пол и запустил в курицу зубы. - А то все крысы да крысы. Из Хогсмида много не утащишь, чего доброго, заподозрят неладное. Он улыбнулся. - Что ты здесь делаешь, Сириус? - Исполняю обязанности крёстного, не только же Энни стараться. - ответил тот, по-собачьи обгрызая куриную ножку. - Да ты не беспокойся, я очень даже дружелюбный бродячий пёс. Он снова улыбнулся, но заметил беспокойство во взгляде Гарри и серьёзно прибавил: - Хочу быть поближе. Ты в последнем письме… Ну, в общем, тучи сгущаются. Я краду старые газеты, и, судя по тому, что пишут, не я один это чую. Он кивнул на пожелтевшие номера «Пророка» на полу грота, Рон подобрал их и стал листать. Но Гарри на этом не успокоился. - А вдруг тебя поймают? Вдруг узнают? - Кроме вас четверых да Дамблдора, никто и не знает, что я анимаг. - пожал плечами Сириус и продолжил обсасывать куриную косточку. Рон толкнул Гарри локтем в бок и передал ему номера «Пророка», указав на две статьи. Аннора тоже решила заглянуть. Одна шла под заголовком «Таинственная болезнь Бартемия Крауча», вторая - «Поиски работницы Министерства. Министр магии берёт расследование под свой личный контроль». Аннора пробежала глазами статью о Крауче. Каждая фраза так и кричала: «…никто не видел с самого ноября… дом, кажется, пуст… в Больнице св. Мунго нам отказались разъяснить… Министерство не подтверждает слухи об опасной болезни…» К тому времени как они дочитали статьи, Сириус уже успел всё доесть. - Почитать, так он умирает. - сказал Гарри. - А сумел же добраться сюда… Значит, не так уж он и болен… - Мой брат - личный помощник Крауча. - заметил Сириусу Рон. - Он говорит, Крауч переутомился на работе. - Хотя, он, и вправду, плохо выглядел, когда я его видел в последний раз. - продолжал Гарри, перечитывая статью. - А было это в тот вечер, когда моё имя появилось из Кубка… - И ничего удивительного. - раздался голос Гермионы, гладившей Клювокрыла. Гиппогриф доклёвывал за Сириусом куриные кости. - Выгнал Винки, вот теперь и мучается, жалеет небось, за домом-то некому приглядеть. - Наша Гермиона просто помешалась на эльфах-домовиках. - заметил Рон Сириусу и мрачно поглядел на подругу. Сириус, однако, не спешил с выводами и переспросил: - Говоришь, Крауч выгнал своего эльфа? - Да, во время Чемпионата мира по квиддичу. - ответил Гарри и рассказал о том, как появилась Чёрная Метка, и как Винки поймали на месте преступления с волшебной палочкой Гарри в руках, и как мистер Крауч при этом рассердился. К концу рассказа Сириус встал и принялся мерить грот шагами. Прежде этого он взял Аннору за руку и ей пришлось ходить за ним. - Стало быть, дело было так. - спустя минуту сказал он. - Сперва вы увидели эту эльфиху на трибуне для особо важных гостей. Она заняла Краучу место. Так? - Так. - дружно подтвердили Гарри, Рон и Гермиона. - Но Крауч на матч не пришёл. Так? - Да. - ответил Гарри. - Кажется, он сказал, что был слишком занят. Несколько минут Сириус молча кружил по гроту, всё также не отпуская Аннору. - Гарри, а ты проверял свои карманы после того, как вышел со стадиона? Волшебная палочка была при тебе? - М-м... - задумался Гарри. - Нет, не проверял. Да она мне и не нужна была до того, как мы пошли в лес. А в лесу я сунул руку в карман, а там только омнинокль. - Гарри широко раскрыл глаза и поглядел на Сириуса. - Ты думаешь, тот, кто послал Чёрную Метку, украл мою волшебную палочку ещё там, на трибуне для особо важных гостей? - Очень может быть. - кивнул Сириус. - Винки не крала твоей волшебной палочки. - отрезала Гермиона. - Ну, положим, эльфиха не одна была на трибуне. - заметил Сириус, нахмурившись. - Кто, кстати, ещё сидел позади тебя? - Да много кто. - ответил Гарри. - Болгары… Корнелиус Фадж… Малфой… - Вот именно - Малфой! - воскликнул вдруг Рон, да так громко, что эхо покатилось по гроту, а Клювокрыл удивлённо вскинул голову. - Малфой - вот это кто! - А кто ещё там сидел? - спросил Сириус. - Больше никого. - ответит Гарри. - Как же никого? А Людо Бэгмен? - напомнила Гермиона. - Ах, да… - Бэгмена я не знаю. - сказал Сириус, не переставая расхаживать по гроту. - Знаю только, что он играл в команде «Уимбурнские осы». Что он за человек? - Да он ничего… Всё предлагает мне помочь выиграть Турнир. - Неужели? - Сириус нахмурился ещё больше. - Это ему ещё зачем? - Говорит, я ему приглянулся. - Гм… - Сириус призадумался. - Он был в лесу перед тем, как появилась Чёрная Метка. - сказала Сириусу Гермиона. - Помните? - обернулась она к мальчикам. - Верно, да ведь в лесу же он не остался. - заметил Рон. - Мы ему ещё рассказали о суматохе, и он тут же отправился в лагерь. - Ты-то откуда знаешь, куда он отправился? - возразила Гермиона. - Он мог куда угодно трансгрессировать. - Да, ладно тебе! - с недоверием сказал Рон. - Ты ещё скажи, что это Людо Бэгмен наколдовал Чёрную Метку. - Уж скорее он, чем Винки. - не уступала Гермиона. - Говорил же я... - Рон многозначительно поглядел на Сириуса. - Что она помешалась на этих эль… Сириус поднял свободную руку, тем самым веля Рону помолчать. - Кто-то наколдовал Чёрную Метку, потом нашли этого эльфа с волшебной палочкой Гарри, и что сделал Крауч? - Побежал в кусты поглядеть. - ответил Гарри. - и вернулся ни с чем. - Ну да, ну да. - пробормотал Сириус. - Кто угодно, только не собственный эльф… И потом, значит, он её выгнал? - Да, выгнал! - возмущённо воскликнула Гермиона. - И только за то, что она не осталась в своей палатке и попалась с чужой волшебной палочкой. - Оставишь ты когда-нибудь своих эльфов в покое? - не выдержал Рон. Но Сириус покачал головой и сказал: - Нет, Рон, Гермиона лучше твоего поняла, кто такой Крауч. Если хочешь узнать человека получше, смотри не на то, как он обращается с равными, а на то, как ведёт себя с подчинёнными. Он провёл рукой сверху вниз по небритому лицу и крепко задумался. - Во время матча он всё время куда-то пропадает… Заставил эльфа занять ему место на трибуне, а сам даже не зашёл поглядеть на матч. Потом изо всех сил старается снова устроить Турнир Трёх Волшебников и, в конце концов, перестаёт приезжать и на Турнир… Не похоже это на Крауча. Клювокрыла съем, если Крауч раньше из-за болезни пропускал на работе хоть день. Аннора вздрогнула от такого заявления. Сириус остановился и вопросительно взглянул на неё. - Оставь животное в покое. Ты ещё голодный? Сириус лишь отмахнулся. - Так ты знаешь Крауча? - спросил Гарри, Сириус помрачнел, и на лице у него появилось такое же страшное выражение, как и в ту ночь, когда дети увидели его впервые и подумали, что он убийца. - Уж я-то его знаю. - тихо сказал он. - Это он приказал засадить меня в Азкабан - без суда и следствия. - Сириус сильнее сжал руку Но́ры. - Как? - в один голос воскликнули Рон и Гермиона. - Шутишь?! - опешил Гарри. - Нет, какие там шутки. - покачал головой. - Крауч тогда ещё работал начальником Департамента по магическому законодательству, вы разве не знали? Гарри, Рон и Гермиона покачали головами. - Его прочили на место Министра магии. Барти Крауч сильный волшебник, ему почти нет равных в волшебстве - и в жажде власти. Нет, Волан-де-Морта он не поддерживал. - поспешил сказать Сириус, заметив выражение лица Гарри. - Барти Крауч всегда был против чёрной магии. Но тогда многие были против, а на самом деле… да нет, вам не понять… вы ещё слишком молоды… - То же и отец говорил на Кубке мира. - заметил Рон, и в его голосе слышалась нотка раздражения. - Вы рассказывайте, мы поймём. Сириус улыбнулся. - Ну, ладно, слушайте. Он снова прошёлся в глубь грота и обратно и продолжил: - Представьте себе, что Волан-де-Морт силён, как раньше. Никто не знает его сторонников, кто на него работает, а кто нет. Известно только, что он полностью владеет своими слугами, они убивают и пытают и ничего с собой поделать не могут. Вам страшно за себя, за семью, за друзей. Каждую неделю приходят сообщения о новых убийствах, новых исчезновениях, новых замученных пытками… Министерство магии растерялось, там не знают, что делать, пытаются скрыть всё от маглов, а маглов и самих убивают. Никто ничего не может поделать, ужас, паника… Вот как оно было. В такое вот время и становится ясно, кто на что способен, кто хороший, а кто плохой. Не знаю, может, методы Крауча и были хороши в самом начале. Его быстро повышали по службе, и он начал настоящую охоту на сторонников Волан-де-Морта. Мракоборцам дали новые полномочия, они чаще стали убивать, чем арестовывать. И не одного меня без суда передали дементорам. Крауч отвечал жестокостью на жестокость, разрешил применять против подозреваемых Непростительные заклинания. Можно сказать, он сделался таким же беспощадным и жестоким, как и те, кто были на стороне Волан-де-Морта. У него были свои сторонники, многие считали, что он поступает верно, много кто из волшебников хотел, чтобы он занял пост министра магии. Потом Волан-де-Морт вдруг исчез, и все думали, что скоро Крауч станет министром. Но тут-то всё и рухнуло. - Сириус мрачно улыбнулся. - Сына самого Крауча поймали с кучкой Пожирателей смерти, которые сумели открутиться от Азкабана. Они, как оказалось, пытались разыскать Волан-де-Морта и вернуть ему его власть. Аннора с наигранным интересом разглядывала пол. - Поймали сына Крауча? - не поверила своим ушам Гермиона. - Вот-вот. - Сириус, сел на пол грота, усадив рядом с собой Но́ру. - Вот уж не ожидал Барти, так не ожидал. Надо было ему побольше времени уделять семье. Нет, чтобы хоть изредка приходить домой пораньше, а то не знал, что за сын у него растёт. - А его сын тоже был Пожирателем смерти? - спросил Гарри. - Кто его знает? Когда его поймали, я уже был в Азкабане. Я уже потом всё это узнал, когда сбежал из тюрьмы. Парня схватили в компании людей, которые точно были Пожирателями смерти. Может быть, он просто оказался в плохом месте в плохое время, как эта ваша эльфиха. - А Крауч пытался вызволить сына? - прошептала Гермиона. Сириус расхохотался, и хохот его был похож на собачий лай. - Вызволить сына? Крауч? А я-то думал, ты, Гермиона, поняла, что это за человек. Да он на всё был готов ради собственной репутации, он всю жизнь посвятил тому, чтобы стать министром. Ты же видела, как он поступил со своим домашним эльфом из-за того, что этот эльф навёл на него тень Чёрной Метки. Разве не понятно после этого, что за человек Крауч? Всех его отцовских чувств хватило только на то, чтобы устроить над сыном суд, да и суд-то этот Крауч устроил только для того, чтобы показать всем, как он ненавидит сына… А потом он его отправил прямиком в Азкабан. - Он собственного сына дементорам отдал? - в ужасе спросил Гарри. - Отдал. - ответил Сириус уже безо всякого веселья. - Я сам видел, как дементоры его вели, стоял у оконца в двери и смотрел. Ему и двадцати тогда не было. Посадили его в камеру рядом с моей. К вечеру он уже кричал и звал свою мать. Потом, правда, успокоился, через несколько дней… все успокаиваются… во сне только кричат… С минуту Сириус безразлично глядел в одну точку, словно ему изнутри чем-то заслонили глаза, и всё стало ясно без слов. - И он всё ещё в Азкабане? - спросил Гарри. - Нет. - со вздохом ответил Сириус. - Нет, его там уже нет. Года не прошло, как он умер. - Умер?! - Там многие умирают. - печально сказал Сириус. - Большинство сходят с ума и перестают есть. Просто не хотят больше жить. Можно было даже сказать, когда узник умрёт, потому что дементоры чувствуют смерть и радуются. А сын Крауча и так уже болел, когда его привезли. Краучу с женой, как важному министерскому работнику, позволили перед смертью его навестить. Вот тогда я и видел Крауча в последний раз, он шёл мимо моей камеры и чуть не нёс жену на руках. Она тоже потом недолго прожила. Умерла от горя. Сгорела, как свечка, как и сын. А Крауч даже не приехал забрать тело сына. Я видел, как дементоры похоронили его за стенами крепости. Сириус схватил фляжку с тыквенным соком и в один приём осушил до дна. - Вот так. Крауч думал, что всё у него в руках, а вон оно как вышло. - Сириус утёр губы тыльной стороной ладони. - Только что герой, министром магии чуть не стал, и вдруг… сын умер, жена, имя опозорено, и - я слышал, как сбежал из тюрьмы - его уже не так любят, как раньше. После смерти его сына стали жалеть, и многие себя спрашивали: как это, мальчик из хорошей семьи и вдруг попал в такую компанию? Только один ответ и напрашивался: отцу было не до него. Пост министра занял Корнелиус Фадж, а Крауча сместили на должность начальника Отдела международного магического сотрудничества. Воцарилось долгое молчание. - Грюм мне сказал, что Крауч просто помешался на ловле чёрных магов. - сказал Гарри Сириусу. - Да, я тоже слышал, что он как одержимый гоняется за чёрными магами. - кивнул Сириус. - По-моему, он всё ещё думает, что если поймает хоть одного Пожирателя смерти, то к нему станут относиться по-прежнему. - Поэтому он и забрался в кабинет Снегга! - торжествующе воскликнул Рон, глядя на Гермиону. - Да что в этом толку-то? - спросил Сириус. - Как что? - воскликнул Рон. Сириус покачал головой: - Нет, если Крауч подозревает Снегга, почему не приезжает судить ваш Турнир? Лучше повода, чтобы следить за ним, и придумать нельзя. Нет, что-то здесь другое. - А что, у Снегга правда что-то недоброе на уме? - спросил Гарри. - Доброе или недоброе, а Дамблдор Снеггу доверяет. - произнесла Аннора. - Дамблдор, конечно, умный, но это не значит, что его теперь ни одному чёрному магу не провести. - А ты что скажешь, Сириус? - Скажу, что Энни права. - ответил тот, задумчиво глядя на девушку. - Я всё время думаю, зачем Дамблдор взял его в школу? Снегг, ещё когда учился, интересовался чёрной магией и здорово в ней поднаторел. Тогда уже ходил весь такой худой, немытый, с длинными сальными волосами. - При этих словах Сириуса Рон и Гарри с улыбкой переглянулись, а Аннора одарила их строгим взглядом. - На первом курсе он знал больше заклинаний, чем добрая половина семикурсников. - сказала Но́ра. - И был в шайке слизеринцев, которые почти все потом стали пожирателями смерти. Розье и Уилкис - этих двоих убили мракоборцы за год до падения Волан-де-Морта. - добавил Сириус, а затем стал перечислять Пожирателей смерти и загибать пальцы. - Лестрейндж, муж и жена, - в Азкабане. Эйвери, я слышал, отвертелся, заявил, будто служил Тёмному Лорду под заклятием Империус, и всё ещё на свободе. Лиам Голд тоже каким-то образом смог отвертеться и теперь неизвестно где находится. Аннора нахмурилась и посмотрела на Сириуса, а дети в это время уставились на неё. Девушка оставила их без каких-либо комментариев по этой теме. - А вот Снегга, насколько я знаю, даже ни в чём и не обвиняли, и Пожирателем смерти не называли, да только это ещё ничего не значит. Поймали-то не всех. Снегг умный и хитрый и открутиться сумеет. - поспешил продолжить Сириус. - Снегг знаком с Каркаровым и не хочет, чтобы об этом узнали. - сказал Рон. - Ага, видел бы ты выражение лица Снегга, когда Каркаров заявился на урок зельеварения! - прибавил Гарри. - Каркаров хотел с ним переговорить и сказал, что Снегг его избегает. Каркаров был сам не свой. Он что-то показал Снеггу у себя на запястье, только я не видел что. - Что-то показал на запястье? - удивлённо переспросил Сириус, рассеянно провёл пятернёй по немытым волосам и пожал плечами. - Ну, я уж совсем ничего тут не понимаю… Но раз Каркаров сам не свой, значит, он пришёл к Снеггу с вопросами… Сириус несколько времени глядел на стену грота, и на его лице наконец появилось выражение горечи. - Всё равно... - сказал он. - Дамблдор Снеггу доверяет, и хотя Дамблдор доверяет таким людям, которым другие ни за что бы доверять не стали, думаю, он никогда бы не взял в Хогвартс слугу Волан-де-Морта. - А что тогда Грюму с Краучем понадобилось в его кабинете? - не сдавался Рон. - Ну, Грюм-то, скорее всего, каждый угол в Хогвартсе обшарил и кабинеты всех учителей. - медленно проговорил Сириус. - Уж кто-кто, а он-то свою работу знает и как уберечься от чёрной магии - тоже. Он никому не доверяет - и ничего удивительного - после всего, что он видел. Думаю, так оно и есть, хотя, он, когда была возможность, не убивал, а брал в плен. Он, конечно, никому не спускал, но никогда не опускался до того, чтобы поступать, как Пожиратели смерти. А вот Крауч… это совсем другое дело… а болен ли он, в самом деле? Если болен, так чего притащился в такую даль, в кабинет Снегга? А если здоров… то чего добивается? Из-за какого такого неотложного дела не пришёл на трибуну для особо важных гостей? И чем он таким занят, что не может приехать на Турнир? Сириус замолчал и стал глядеть на стену грота. Клювокрыл принялся шарить по каменному полу в поисках потерянных косточек. Сириус взглянул на Рона. - Ты говоришь, твой брат личный помощник Крауча? А ты не мог бы спросить его, давно ли он видел Крауча? - Попробую, конечно… - неуверенно ответил Рон. - Только бы Перси не почуял, что я в чём-то Крауча подозреваю. Мой братец без ума от своего шефа. - А вы пока могли бы разузнать, как там дела с Бертой Джоркинс. - Сириус указал на один из номеров «Пророка». - Бэгмен мне говорил, что они её ещё не нашли. - сказал Гарри. - Да, про него в статье пишут. - кивнул на газету Сириус. - Он там жалуется, что у Берты дырявая память. Может, она, конечно, и изменилась с тех пор, как мы были знакомы, только раньше она ничего не забывала, совсем даже наоборот. Особым умом она не отличалась, но память у неё была хоть куда, особенно на всякие слухи. От этого она и во всякие неприятности попадала, забывала, что иногда полезно держать рот на замке. В Министерстве она, скорее всего, мешалась, потому-то, может, Бэгмен её так долго и не искал… Сириус тяжело вздохнул и потёр глаза. - Который час? - Половина четвёртого. - сказала Гермиона. - Пора вам в замок. - Сириус поднялся на ноги и помог встать Анноре. - Вот что… - он нахмурился и поглядел на Гарри: - Нечего вам бегать из школы ко мне, понятно? В случае чего - шлите письмо. Пишите, если случится что-нибудь необычное. А сами без разрешения из школы не выходите, лучше случая и не придумаешь, чтобы напасть на вас. - И ты, Энни, лучше тоже не бегай туда-сюда, поняла? Та лишь недовольно кивнула. - Да на меня до сих пор никто и не думал нападать. - сказал Гарри. - Кроме дракона и пары гриндилоу… Сириус сердито на него взглянул. - Гарри, не спорь. - со вздохом произнесла Но́ра. Хотя ей и самой хотелось поспорить с Сириусом. - Какое мне дело, нападали на тебя или нет! Я вздохну свободно, только когда Турнир кончится, а кончится он только в июне. И вот что ещё: когда говорите обо мне, называйте меня Нюхалз, ладно? Сириус передал Гарри фляжку из-под тыквенного сока и салфетку из-под куриных ножек и пошёл попрощаться с Клювокрылом. - Я вас провожу до деревни. Может, удастся стащить свежую газету… Дети вскоре покинули грот. Аннора с Сириусом остались стоять. Они держали друг друга за руки, смотрели в глаза друг другу, как смотрели пред каждым прощанием и испытывали такие же чувства и эмоции. В голове всплывали картины давно минувших лет. За день до того, как друзья покинут стены Хогвартса, атмосфера в спальне Анноры и Лили была наполнена легким волнением и ностальгией. Это был последний полноценный день в школе, где они провели не один год, и, казалось, каждая деталь пропитана воспоминаниями. Все экзамены были сданы, и теперь все могли расслабиться, оглядываясь на пройденный путь. Аннора, с её неплохими результатами, чувствовала гордость. Она знала, что родители, если бы только проявили интерес, непременно похвалили бы её. Но, к сожалению, их внимание было сосредоточено на других вещах. В их мире успехи дочери оставались в стороне. Эти мысли иногда тяготили Аннору, но она пыталась не зацикливаться на этом. Ведь в жизни было ещё тогда полно радостей. Лили, сидя рядом, смотрела в окно, где солнце медленно опускалось за горизонт. Они обе понимали, что скоро начнется новая глава в их жизни. Но именно здесь, в Хогвартсе, они пережили множество всего. Друзья, уроки, приключения - все это теперь станет частью их воспоминаний. «А помнишь, как мы...» - эта фраза была слышна целый день. Вот в очередной раз спросила Лили, улыбаясь. Аннора рассмеялась, вспомнив, как они чуть не попали в неприятности. Это были счастливые времена. Они мечтали о будущем, о том, что ждёт их за пределами этих стен. Но, несмотря на все предстоящие перемены, они знали, что всегда смогут рассчитывать друг на друга. - Энни, у меня есть замечания новость! - вдруг воскликнула Лили и пододвинулась к подруге поближе. - Я хотела рассказать ещё днём, но так вышло. Я начала... - она сделала паузу. - Ты начала... - в недоумении повторила Но́ра. - Встречаться... - Ты начала встречаться... - Аннора широко распахнула глаза и заулыбалась. Она догадалась. - С Джеймсом. - закончила фразу Лили. - Я так рада за вас! - воскликнула Но́ра и тут же обняла подругу. - Я знала, что это когда-нибудь произойдёт. - А у тебя, что происходит в таком плане? Ну например, с... - не успела она договорить, как в неё прилетела подушка. - Мы просто друзья. - твёрдо сказала Аннора. - Я с Джеймсом тоже раньше были просто друзьями. Может даже после нашей свадьбы погуляем на вашей. - Лили рассмеялась. Уже днём следующего дня вокзал «Кингс-Кросс», платформа 9¾. Вся компания в сборе: Аннора Голд, Лили Эванс, Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Римус Люпин и Питер Петтигрю. Они могут пройти ещё несколько десятков метров вместе, но прощаниее уже начинается сейчас, у поезда. Вокруг - шум, смех, разговоры, но их это не касается, они находятся в собственном отдельном мире, который принадлежит только им. Аннора остановилась и повернулась лицом ко всем, нервно теребя рукав своей блузки. За ней остановились и все остальные. - Энни, ты почему вдруг остановилась? Ещё же довольно долго идти. - Римус был в недоумении. Все вопросительно смотрели на неё, в том числе и Джеймс с Сириусом, которые до этого смеялись над какой-то очередной шуткой. - Да, Энни, Лунатик правду говорит. Ты нас бросить решила? - сказал Сириус. - Нет, Сириус, я не хочу этого делать... Я вас не бросаю. Но прощание становится неизбежным. Мне нужно идти сейчас, меня должны встретить. Родители сильно обеспокоены тем, что сейчас происходит... Вы понимаете, о чём я веду речь. Но я надеюсь, что мы ещё встретимся. Я вас всех очень сильно люблю! - на глазах у девушки начали наворачиваться слёзы. Она не сдерживала их, ручьи хлынули по её щекам. Лили, наконец, не выдержала и обняла Аннору, крепко прижимаясь к ней. - Буду скучать... - прошептала она, и голос её дрогнул. Аннора лишь кивнула, чувствуя, как комок подступает к горлу. Джеймс, видя это, подошёл к Лили и похлопал её по плечу. - Не раскисайте так. Мы же все увидимся на нашей с Лили свадьбе, верно? Аннора снова кивнула, а после обняла и его. Питер, до этого молчавший и лишь грустно наблюдавший за происходящим, подошёл к ней и неловко обнял. - Мы будем писать. - сказал он, его голос был тихим и неуверенным. - Я тоже. - пообещала Аннора, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы. Затем подошёл Римус, его глаза были полны понимания и сочувствия. Он не стал обнимать её так крепко, как остальные, лишь мягко сжал её плечи. - Мы всегда будем рядом, Энни. - сказал он, и в его словах была такая уверенность, что Аннора почувствовала, как на душе стало немного легче. - Что бы ни случилось. Она кивнула, не в силах произнести ни слова. Она обнялась почти со всеми. Остался только Сириус. Её взгляд задержался на нём, и в глазах Сириуса она увидела отражение своих собственных, полных невысказанной грусти. Сириус, который, в свою очередь, обычно пытался отшутиться, чтобы разрядить напряжение, теперь молчал. Он знал, что расстаться придётся, но он не был готов к этому. Он стоял, скрестив руки на груди, его обычная беззаботная улыбка исчезла, уступив место какой-то непривычной серьёзности. Аннора сделала шаг к нему, и он, словно очнувшись, раскрыл объятия. Это были нежные, но крепкие объятия. - Береги себя, Энни. - прошептал он ей на ухо, и в его голосе прозвучала нотка, которую она никогда раньше не слышала. - И не забывай нас. - Никогда. - ответила она, отстраняясь, и вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Скоро они все разъедутся по своим домам, но сейчас они вместе. Время словно замедлилось. Каждый момент здесь, на платформе, наполнен магией дружбы. Аннора ценила каждое такое мгновение, стараясь запечатлеть в памяти. Каждый из них знал, что это был порог, за которым начинался новый этап, полный неизведанных приключений и испытаний. Они уже не были теми беззаботными первокурсниками, что впервые ступили на эту платформу. За их плечами были годы дружбы, совместных шалостей, побед и поражений. Они обменялись последними взглядами, полными обещаний, надежд и невысказанных слов. Каждый из них уносил с собой частичку этой дружбы, этого тепла, которое согревало их на протяжении всех этих лет. Последний взгляд на их лица, такие родные и любимые, и она развернулась. Каждый шаг давался с трудом, словно невидимые нити тянули её назад, к ним. Шум вокзала снова ворвался в её сознание, но теперь он казался далёким и приглушённым. Она быстро шла, не оглядываясь, зная, что если обернётся, то не сможет уйти. Впереди ждала неизвестность, а позади оставался мир, который она так любила, и люди, которые были её семьёй. Сердце сжималось от боли, но в то же время в нём теплилась надежда на новые встречи, на то, что их дружба выдержит любые испытания. Она верила, что это не конец, а лишь временная разлука, предвестник новых приключений и счастливых моментов, которые они обязательно переживут вместе. Но́ра шла по улице, которая вела от вокзала. Шумный транспорт и весёлый гомон людей остались позади. От вокзала к месту, где её должен был кто-то встретить, тянулась длинная, скучная дорога. По обе стороны улицы стояли невзрачные дома, за окнами которых тускло горели огни. Время от времени ей встречались редкие прохожие, но никто из них не был похож на человека, которого она ждала. «Видимо, родители забыли... Они же говорили, что отправят кого-нибудь.» - печально подумала девушка, когда дошла до нужного места. - «Могла бы ещё немного побыть с друзьями.» Аннора старалась не думать о том, как долго ей придётся ждать. Время шло, небо начало потихоньку темнеть, и становилось прохладно. Огни уличных фонарей зажигались один за другим, и Но́ра почувствовала, как её настроение стало ещё более мрачным. Её ожидание не заканчивалось. Внезапно к ней со спины кто-то подбежал и закрыл ей глаза. - Угадай, кто. Аннора сначала испугалась, но, услышав голос, узнала его обладателя и повернулась к нему. - Сириус! - радостно воскликнула Но́ра. Её лицо озарилось улыбкой, и усталость от томительного ожидания мгновенно отступила. - Ну конечно я! Думала, я тебя так просто отпущу? - Сириус улыбнулся, его глаза блестели. - А ты рада меня видеть? - Рада, очень рада! - ответила Аннора, обнимая его. Они стояли так, обнявшись, под тусклым светом фонарей, забыв обо всём. Казалось, что время снова остановилось, но уже не в шуме вокзала, а в тишине вечерней улицы. Их дружба, закалённая годами, действительно была чем-то большим, чем просто слова. - Сириус, а зачем ты пришёл? Мог бы уже дома быть. - Как я мог оставить тебя одну? Ты знаешь, куда нужно идти? - В том-то и дело, что не знаю. - Аннора вздохнула. - Наверное нужно идти в дом, в котором жили раньше. Сириус кивнул. - Да, скорее всего, туда. - сказал парень, беря её за руку. -Пошли, я тебя провожу. Они двинулись по улице, и Аннора почувствовала, как тепло его ладони успокаивает её. С ним рядом даже невзрачные дома казались не такими уж мрачными, а тусклые огни окон - уютными. Сириус рассказывал ей обо всём, шутил, и Но́ра смеялась, забывая о своей усталости и тревоге. Дорога, которая казалась ей такой длинной и скучной, теперь пролетела незаметно. Они подошли к её дому, который стоял чуть в стороне от основной улицы, окружённый большим садом. В окнах горел свет, хотя была уже ночь. - Ну вот мы и пришли. - сказал Сириус, останавливаясь у ворот. - Заходи. Аннора посмотрела на него. - А как же ты пойдёшь к себе? Ведь уже ночь. Может, зайдёшь? Сириус покачал головой. - С радостью, но твои родители будут против. - У них есть более важные заботы. - Мы ещё встретимся, не переживай, Энни. Он улыбнулся, и Нора почувствовала, как ей снова становится немного грустно. Но она понимала, что он прав. - Спасибо тебе, Сириус. - Аннора обняла его ещё раз. - Ты меня очень выручил. - Всегда пожалуйста, Энни. - ответил он, крепко обнимая её в ответ. - Тебе пора... Сириус смотрел в её глаза, а она в его. Он вздохнул и с некой осторожностью подался вперёд. Но́ра замерла, её сердце забилось быстрее. В его глазах она увидела что-то новое, трепетное, что заставило её дыхание перехватить. Она хотела продолжения, но внезапно выпалила: - Мне и в правду уже пора... После этих слов Сириус отпустил её. Девушка развернулась и побежала домой, но перед этим он заметил, что она раскраснелась. Сириус тогда усмехнулся и пошёл к себе. Аннора вернулась из воспламенений. - Энни... - тихо позвал Сириус. - Ты ушла в себя. Что-то вспоминала? - он улыбнулся. Она молча кивнула. - Ни это ли, случайно? - он повторил те же действия, что и тогда. - Снова сбежишь? Аннора снова замерла, но на этот раз не от испуга или внезапного порыва. Сердце её билось ровно, но ощущалось, как наполняется чем-то тёплым и нежным. Она посмотрела на Сириуса, на его глаза, в которых теперь читалось не только трепетное ожидание, но и лёгкая, понимающая усмешка. Он не настаивал, не давил, лишь предлагал, давая ей возможность самой сделать шаг. В прошлый раз её слова были скорее защитной реакцией, попыткой сохранить дистанцию, когда эмоции захлестнули её слишком сильно. Сейчас же, стоя перед ним, она чувствовала себя иначе. Она видела, как Сириус ждёт её ответа, и впервые за долгое время ей хотелось не убежать, а остаться. Она медленно кивнула, её взгляд не отрывался от его. В этот раз она не произнесла ни слова, не стала искать оправданий или причин для отступления. Вместо этого, она сделала то, чего, возможно, ждал он, и чего, безусловно, хотела сама. Аннора подалась вперёд, её губы коснулись его. Это было не так стремительно, как в её мыслях, но гораздо более осознанно и нежно. Сириус ответил на её прикосновение, его руки мягко обняли её за талию, притягивая ближе. Мир вокруг словно перестал существовать. Остались только они двое. И в этом поцелуе было всё: и долгие годы ожидания, и невысказанные слова, и обещание будущего. Когда они отстранились друг от друга, на губах Анноры играла лёгкая улыбка, а в глазах Сириуса светилось то самое, что она увидела впервые - нечто большее, чем просто дружба. Щёки Но́ры снова залил румянец, но на этот раз он был не от смущения, а от счастья. - Теперь точно нужно идти, дети ждут... - нерешительно проговорила Аннора отведя взгляд. Сириус снова превратился в большого чёрного пса, они вместе вышли из грота, спустились по склону горы, пересекли усеянное камнями подножие и остановились у перелаза через забор. Сириус позволил погладить себя Анноре, а после лизнул ей щеку. Девушка улыбнулась и смотрела ему в след, когда он повернулся и помчался вокруг деревни.