Второе чтение

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь щели между шторами, казался Гермионе сегодня особенно назойливым. Она прикрыла глаза ладонью, пытаясь отогнать пульсирующую боль в висках — последствие вчерашних коктейлей с Джинни. Когда она наконец осмелилась открыть глаза, взгляд упал на смятый пергамент и папку, лежащие на тумбочке. Её собственное письмо. Тот самый официальный пергамент, который она отправила Малфою вчера вечером. Только теперь на обороте красовался небрежный почерк, а восковая печать Министерства была сломана с явным намерением. Гермиона резко села на кровати, схватив письмо. Голова тут же закружилась, но волна ярости перебила даже похмельный дискомфорт. «Грейнджер, Как трогательно получить от тебя столь официальное приглашение. Уже представляю, как ты корпела над каждой запятой…» Её пальцы сжали пергамент так, что тот затрещал по краям. — Этот наглый, самодовольный, высокомерный… — она шипела сквозь зубы, пробегая глазами строки. Дойдя до фразы «Если хочешь действительно меня достать…», Гермиона швырнула письмо на кровать, вскочила и начала мерить шагами спальню. — Акцио чернила и перо! Она приземлилась за письменный стол, резко развернув свежий лист пергамента. Но замерла. Нет, именно этого он и добивался, очередная провокация. Она вернулась обратно в постель, снова перечитывая письмо. Значит, Малфой прислал и все запрошенные документы. В этот момент раздался мягкий стук в дверь. — Гермиона? Ты проснулась? Голос Алекса звучал нарочито беззаботно, но она сразу уловила в нём нотку беспокойства. Точно, они ведь встретились с ним после бара. — Да, да, — поспешно ответила она, судорожно скомкав письмо и сунув его под подушку. — Входи. Дверь открылась, и в комнату вплыл аппетитный аромат свежесваренного кофе. Алекс осторожно вошёл, балансируя с подносом в руках. Его волосы были ещё влажными после душа, а в зелёных глазах светилась привычная озорная искорка. — Думал, тебе пригодится это, — он поставил поднос на тумбочку, демонстрируя идеальные тосты, большую кружку чёрного кофе и антипохмельное зелье, — Особенно после вчерашнего… Его взгляд скользнул по её лицу, и брови тут же поползли вверх. — О-оу. Что-то случилось? Гермиона натянуто улыбнулась. — Всё в порядке. Просто… рабочие моменты. Алекс сел на край кровати, изучая её лицо. — Если это «всё в порядке», то я боюсь представить, как ты выглядишь, когда что-то не так, — он осторожно взял её руку. — Это тот самый законопроект? Она кивнула, сжав губы. — И… это как-то связано с тем письмом, которое ты только что спрятала? Гермиона вздрогнула. Так вот он что заметил. — Это… — она начала, но Алекс уже поднял руку. — Ладно, ладно. Не рассказывай. Ты же знаешь, я не разбираюсь во всей этой министерской бюрократии, - он подмигнул, и Гермиона почувствовала, как часть напряжения уходит. Алекс всегда умел вовремя отступить, не давя — возможно, именно за это она его и ценила. Однако, теперь чувствовала себя не до конца искреннее. Гермиона молча протянула ему смятый пергамент, выуженный из-под подушки. Алекс пробежал глазами по строчкам, и его брови поползли вверх. Внезапно уголки губ дёрнулись в саркастичной усмешке. — О, ясно. Это объясняет твоё… возбуждённое состояние, — он намеренно сделал паузу, прежде чем добавить, — Малфой всегда умел задеть нужные струны. — Вы… знакомы? Алекс нервно провёл рукой по затылку. — Можно сказать. Мы учились на одном факультете, он был на два года младше меня. Теперь очередь удивляться была за Гермионой. — Ты никогда не говорил, что учился на Слизерине, — она судорожно проигрывала в голове их диалоги, когда они обсуждали учебу в Хогвартсе, как она могла упустить эту деталь? Да, чаще всего их беседы заканчивались сексом, но не настолько же. — Ты никогда не спрашивала, — отшутился Алекс, но его улыбка выглядела натянутой. Она начала изучать узор на пододеяльнике, стыдясь посмотреть Алексу в глаза. Конечно, она мало чего о нем знала, даже ни разу не читала его интервью для спортивных газет. Он перечитал письмо ещё раз, и его пальцы слегка сжали пергамент. — Забавно, — произнёс он слишком мягко, — как он пишет, будто вы старые приятели. Очень тонко. Почти как флирт. — Это смешно. Мы ненавидели друг друга все семь лет в Хогвартсе. — Именно поэтому, — Алекс бросил письмо на кровать с преувеличенной небрежностью. — Ненависть и влечение — две стороны одной монеты. Особенно у слизеринцев. — Постой… Ты, что ревнуешь? — Гермиона хитро сощурилась, припоминая подобную реакцию у Алекса, когда в журнале вышла статья о ее возможном воссоединении с Роном. — Не говори глупости, просто не хочу, чтобы этот засранец создал тебе проблем, — и он наклонился ближе, чтобы поцеловать девушку в уголок губ. — Не волнуйся, я ведь все-таки с Гриффиндора, — она горделиво вздернула нос, вставая с постели, — Составишь компанию? — Грейнджер игриво кивнула в сторону ванной комнаты, на ходу стягивая майку и оставаясь лишь в пижамных шортах. — Душ второй раз за утро? Никогда еще не было так заманчиво, — и Тернер вскочил с постели, догоняя девушку и подхватывая ее на руки.

***

Субботу она позволила себе провести, не вспоминая о своей работе и уж тем более о Малфое, конечно, не считая утреннего инцидента. До обеда они с Алексом валялись в постели, а затем выбрались прогуляться в маггловскую часть Лондона. Однако, воскресенье уже не было таким же беззаботным, ведь с завтрашнего дня начиналось соревнование, которое она сама придумала в своей голове. Гермиона сидела на полу своей небольшой гостиной, склонившись над бумагами, и нервно крутила прядь волос вокруг пальца — старая привычка, которая возвращалась в моменты сильного напряжения. Перед ней лежали присланные Драко материалы: отчеты МАКУСА, предложения по поправкам, технические спецификации. Все было изложено безупречно — точные формулировки, выверенные цифры, логичные аргументы. Это раздражало еще больше. «Черт возьми, он действительно хорош», — невольно подумала Гермиона, тут же разозлившись на саму себя. — Почему именно он? Почему сейчас? — вслух пробормотала она, поглядывая в приоткрытое окно, из которого тянул сквозняк. Лондонский вечер был серым и душным. Где-то вдали сгущались тучи, предвещая дождь. Она должна абстрагироваться от его личности, воспринимать его, как должностное лицо, ни больше и не меньше. Краем глаза она увидела папку с документами, которую подготовила Джианна, отчеты и судебные разбирательства с его фирмой, ей просто необходимо найти его слабое место. — Годрик, чем я занимаюсь? — в очередной раз вопрос повис в воздухе. Гермиона взглянула на часы — уже восемь вечера. Она провела весь день, погруженная в эти документы, и теперь тело ныло от усталости и переизбытка информации. — Надо прочистить голову, — решила она, направляясь в спальню переодеться. Первые капли дождя упали на лицо, когда она уже пробежала половину обычного маршрута. Гермиона замедлила шаг, глядя на потемневшее небо. «Отлично. Именно то, чего мне не хватало», — мысленно проворчала она. Но вместо того чтобы развернуться и бежать домой, Гермиона вдруг ускорилась. Холодные струи лились за воротник спортивной кофты, слипались волосы, кроссовки хлюпали по размокшей земле — а она бежала, чувствуя, как напряжение последних дней постепенно вымывается дождем. Внезапно перед ней выросла лужа — нет, целое озеро. Не сбавляя скорости, Гермиона прыгнула прямо в середину, подняв фонтан брызг. — Да! — вырвалось у нее, и она рассмеялась, ощущая себя на мгновение снова той самой одиннадцатилетней девочкой, впервые узнавшей о магии. Дождь усиливался. Гермиона остановилась, запрокинула голову и закрыла глаза, позволяя воде стекать по лицу. «Завтра. Завтра я увижу его снова», — пронеслось в голове. И к своему ужасу, она осознала, что это не только страх или раздражение. Где-то глубоко внутри пряталось другое чувство — предвкушение их противостояния. — Мерлин, — прошептала Гермиона, открывая глаза. Над головой грянул гром, словно подчеркивая ее мысли. Она развернулась и побежала обратно — к дому, к теплу, к подготовке к завтрашнему дню. Она не позволит ему растоптать все, чего она так долго добивалась.

***

Понедельник. Кабинет в Министерстве встретил Гермиону утренней прохладой. Она вошла ровно в 8:30, с хлопком положив папку с документами на стол. «Прекрасно. Просто замечательно», — мысленно ругала она себя, сжимая платок в кармане. После вчерашнего ливня нос заложило, горло першило, а в висках пульсировала тупая боль. Гермиона глотнула заранее приготовленное противопростудное зелье, морщась от горького послевкусия. — Мисс Грейнджер? — в дверь осторожно заглянула секретарша. — Вам чай? — Спасибо, Джианна. И… приготовьте, пожалуйста, второй набор для гостя. Она поправила строгую серую юбку-карандаш, проверяя часы в десятый раз. 9:55 Кабинет был безупречен: — Документы разложены по стопкам — Перья для записей выстроены в линию — Даже печенье на подносе лежало симметричными рядами Да, она успела здесь основательно прибраться за эти полтора час, чтобы не уступить Малфою в педантичности, пришлось даже разобрать горы отложенных прошений. Гермиона нервно провела пальцем по краю стола. «Он опоздает. Наверняка опоздает. Специально» 9:58 Она потянулась к чашке, но в этот момент… *Тук-тук* Дверь открылась без ожидания ответа. — Надеюсь, я не слишком рано? Драко Малфой стоял на пороге, облаченный в безупречный черный костюм. В руках — тонкая папка с платиновым тиснением. Его глаза скользнули по комнате, по подносу с чаем, по её безукоризненной прическе — и в уголках губ заплясала та самая надменная усмешка. Гермиона почувствовала, как кровь приливает к щекам. — Ровно в десять, как и договаривались, — сухо ответила она, делая акцент на последнем слове. Драко шагнул внутрь, и дверь мягко закрылась за ним. — Как прилежно. Отличный наряд, в отличие от той бордовой рясы, в которой ты была в пятницу, — прошептал он. — Разбираешься в моде? — фыркнула она, стараясь не засматриваться на его статную фигуру. — Нет, только в женщинах, — беспечно бросил Малфой, ему нравилась эта новая игра. В воздухе повисло напряжение. Гермиона чихнула. — Будь здорова, — автоматически сказал Драко, затем поднял бровь. — Простудилась, Грейнджер? Неужели твой… друг-загонщик не уберег тебя от сквозняков? Его голос был сладок, как яд. Гермиона замерла. — Что? — её голос прозвучал резче, чем она планировала. Драко небрежно махнул рукой, устраиваясь в кресле напротив. — О, не делай такое лицо. Весь Лондон знает про твои особые отношения с капитаном «Торнадос». — Он щёлкнул пальцами, и перед ним материализовалось перо. — Хотя, признаться, я ожидал от тебя большего вкуса. Гермиона сжала кулаки под столом, ей захотелось выставить его за дверь своего кабинета за такое неприкрытое хамство. — Малфой, если ты пришёл сюда, чтобы… — Чтобы тратить своё драгоценное время на обсуждение твоих любовных интриг? — перебил он, поднимая бровь. — Пожалуйста. Мой час стоит больше, чем годовая зарплата твоего поклонника. Он щёлкнул пальцами, и папка перед ним раскрылась сама собой. — Так что, если ты не против, давай перейдём к делу. — Драко бросил на стол несколько пергаментов. — Поправки. Я внес изменения в пункт 17.1. Гермиона была ошарашена этой внезапной сменой тона. — Ты… — Я что? — Драко наконец поднял на неё взгляд, и в его серых глазах читалось холодное веселье. — Разочарована, что я не стал развивать тему? Можешь расслабиться, Грейнджер. Ты мне не настолько интересна. Он толкнул документы через стол. — Теперь, если твоя простуженная голова ещё способна к концентрации, давай обсудим эти изменения. Гермиона чувствовала, как гнев пульсирует в висках. Он играл с ней, как кошка с мышью — то поддразнивая, то отталкивая. И самое страшное было то, что она не могла решить, что злит её больше — его намёки или его внезапное безразличие. — Хорошо, — сквозь зубы сказала она, хватая документы. — Давай обсудим. Кабинет наполнился напряженной тишиной, когда Гермиона и Драко склонились над документами. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь высокие окна, выхватывал пергамент с его поправками — безупречно оформленный, с выверенными формулировками. — Пункт 4.3, — Гермиона постучала пальцем по строке. — Ты предлагаешь снизить штрафы для мелких мастеров. Это создаст опасный прецедент. Драко, откинувшись в кресле, медленно вращал серебряное перо между пальцев. — Напротив, это единственный способ не загнать кустарей в подполье. Твой вариант просто уничтожит малый бизнес. — А твой поставит под угрозу безопасность. Он усмехнулся: — Всегда драматизируешь, Грейнджер. Штраф в пятьсот галеонов разорит семейную мастерскую, но не остановит настоящих преступников. Гермиона сжала губы. Как всегда, в его словах была мерзкая логика. — Мы ушли в детали, как представитель другой страны, ты в первую очередь должен согласовать со мной пункт 17.1, — она перелистнула документы на нужную страницу и задумчиво закусила губу, сверяясь с новой редакцией пункта. — Вот мои предложения по доработке созданного тобой механизма регистрации, — Драко развернул пергамент, и чернила засветились голубым. — Трехуровневая система лицензирования. Он провел палочкой, и в воздухе возникли три прозрачных круга, наполненных руническими символами. Грейнджер сощурилась, Драко уже второй раз использовал подобную магию, выглядело очень впечатляюще. — Первый уровень — бытовые артефакты. Простая регистрация, базовые проверки, здесь без изменений, как ты и написала, — Гермиона удовлитворительно кивнула. Круг с зеленым свечением отделился, демонстрируя схему. — Второй — коммерческое использование. Полный аудит, регулярные инспекции. Оранжевый круг начал пульсировать. — И третий… — его голос стал тише, — военные и экспериментальные технологии. Полный контроль Министерства. Красный круг вспыхнул, бросая кровавые блики на стены. Гермиона изучала схемы, мысленно отмечая, насколько продуманным был его план. — Нет, нельзя давать свободу коммерции, аудит и инспекция это временная мера, — она нахмурила брови, и Драко заметил небольшую морщинку, почему-то эта деталь его поразила, и он продолжил свое изучение объекта напротив. До всей этой эпопеи с законом, в прошлый раз он видел ее в Визенгамоте на собственном суде, уставшую и вздрагивающую от каждого громкого звука, а теперь, несмотря на свойственную эмоциональность, Грейнджер держалась очень властно и уверенно, это подстегивало на соперничество. Малфой вспомнил рассуждения Забини об ее внешности, и сделал еще одно открытие, кажется, она и впрямь стала симпатичной, по-крайней мере, пока молчит. Они продолжили разбирать документы пункт за пунктом, обмениваясь аргументами. К полудню на столе остались лишь самые спорные моменты. — Похоже, мы зашли в тупик, — констатировала Гермиона, откладывая перо. Драко взглянул на наручные часы: — Предлагаю перерыв. Обед в «Золотом лебеде» — мой счёт. Гермиона замерла. — Это шутка? — Нисколько. — Наше совместное появление в ресторане? — её голос стал выше. — После всех статей в «Пророке»? Ты хочешь полностью скомпрометировать мой законопроект? Драко поднял бровь: — Боже, как ты занудна. Это просто обед, а не сговор. — Для репортёров — нет разницы. — Тогда что предлагаешь? — он развёл руками. — Голодать до консенсуса? Гермиона резко встала: — Я предлагаю продолжить завтра. С новыми силами. Драко закатил глаза, но тоже поднялся: — Как скажешь. Но учти — мое время не безгранично, я не буду корпеть с тобой до второго чтения. Завтра в десять. Он вышел, оставив после себя лёгкий шлейф древесного аромата и чувство странного разочарования. Остаток рабочего дня ее мысли то и дело возвращались к Малфою, Грейнджер продолжала анализировать каждое сказанное им слово, представляя, чем же он занимался в Америке. В моменте она даже допустила, что он интересный собеседник, но потом отругала себя, стараясь вспомнить все то мерзкое, что он сделал в их школьной жизни.

***

Утро вторника застало Гермиону за столом, на котором аккуратным квадратом лежал свежий выпуск «Ежедневного пророка». Фотография на первой полосе показывала Драко Малфоя в полумраке элитного ресторана, непринужденно беседующего с Кристофером Риддером, главой «Аркантека». Заголовок кричал: «БЫВШИЙ ПОЖИРАТЕЛЬ СМЕРТИ И ГЛАВА «АРКАНТЕКА»: ДРУЖЕСКИЙ УЖИН ИЛИ ТАЙНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ?» Гермиона нервно постукивала пальцами по газете, когда дверь кабинета открылась ровно в 10:00. — Прекрасное утро, не правда ли? — Драко вошел, безупречный в своем сером костюме, с папкой документов под мышкой. Его взгляд скользнул по газете, но выражение лица не изменилось. — Объясни это, — Гермиона резко пододвинула газету к краю стола. Драко неспешно опустился в кресло, поправив манжеты. — Что именно? Факт, что я ужинал? Или то, что «Пророк» все еще печатает такие бестолковые заголовки? Пожиратели уже давно не в тренде, а у меня новая должность. — Не играй в дурачка! — ее голос дрогнул от ярости. — Вчера ты предлагал мне обед, а вечером тайно встречался с главой компании, которая больше всех выступает против принятия этого закона! Драко медленно улыбнулся: — Во-первых, это был не тайный ужин, а деловой ужин в публичном месте. Во-вторых, — он наклонился вперед, — именно поэтому я и хотел пойти с тобой. Чтобы избежать… недопонимания. Гермиона сжала кулаки. — Ты использовал меня. Хотел, чтобы мы появились вместе, чтобы создать видимость… — Видимость чего? — перебил он, — Что мы работаем вместе? Но мы и правда работаем вместе. Или ты уже забыла? Он открыл папку и достал несколько пергаментов. — Кстати, я пересмотрел пункт 4.3. Можешь проверить новые формулировки. Гермиона смотрела на него, пытаясь понять игру. Его спокойствие бесило больше, чем если бы он стал оправдываться. — Я не доверяю тебе, — наконец сказала она. Драко вздохнул. — Какая неожиданность. И все же, — он пододвинул документы ближе. Гермиона нехотя взяла пергаменты. Каждая новая фраза была безупречна. Это только усилило ее раздражение. Он работает над законопроектом даже в свободное время? — Почему ты встретился с Риддером? — Потому что, в отличие от тебя, я пытаюсь найти компромисс, а не просто навязать свою волю, — его голос внезапно потерял насмешливый оттенок. — Ты хочешь изменить закон? Тогда научись разговаривать с теми, кого он затрагивает. Я бизнесмен, и «Аркантек» одни из моих партнеров, и уж поверь, если нужно будет выбирать, я не остановлюсь на Министерстве. Гермиона хотела возразить, но в этот момент в дверь постучали. — Войдите! Джианна заглянула в кабинет: — Мисс Грейнджер, мистер Уэлдон просит вас к себе. Срочно. Драко поднял бровь: — Кажется, твой начальник тоже прочитал утренний выпуск. Гермиона встала, чувствуя, как гнев сменяется тревогой. — Мы продолжим позже, — бросила она, направляясь к двери, запахивая пиджак. — Не сомневаюсь, — Драко откинулся в кресле. — И, Грейнджер? Она обернулась. — Возьми с собой газету. Уэлдон обожает светскую хронику. Его самодовольная улыбка осталась с ней даже за закрытой дверью. Глава Департамента сидел за столом, медленно перелистывая злополучный выпуск «Пророка», когда Гермиона вошла. — А, Грейнджер, — Он отложил газету и снял очки, — Объясните мне, почему переговоры с главой «Аркантека» проходят в ресторанах, а не в стенах Министерства? Гермиона сжала пальцы. — Я не была на этой встрече, сэр. Это инициатива Малфоя. Уэлдон кивнул, поглаживая бороду. — Полагаю, он не посчитал нужным вас предупредить? — Видимо, нет. — Любопытно. — Уэлдон откинулся в кресле. — И как вам вообще работается с ним? После всего, что было… Гермиона почувствовала, как напряглись её плечи. — Он компетентен. Его поправки действительно продуманы. Но… — Но? — Он всё ещё играет в свои игры и чрезмерно своеволен. Уэлдон усмехнулся. — Я поговорю с ним позже. Надеюсь, он не создаст нам проблем, в пятницу запланируем встречу, посмотрю ваши доработки. Гермиона сжала губы, но прежде чем она успела ответить, Уэлдон продолжил: — По моим источникам, после этого ужина Риддер созвал экстренное собрание совета директоров. Похоже, Малфой на него надавил, пока непонятно, хорошо это или плохо для нас, — он поднял газету и бросил её в сторону Гермионы, — В следующий раз — постарайтесь держать меня в курсе. Даже если ваш напарник предпочитает работать в тени. Когда Гермиона вернулась в свой кабинет, Драко сидел в её кресле, развалившись с видом полного удовлетворения. — Ну что, получила выговор? — спросил он, не отрываясь от ее ежедневника, который держал в руках. Гермиона резко захлопнула дверь. — Ты использовал меня. Драко медленно поднял глаза. — Очаровательно. Ты даже когда злишься, говоришь, как учебник по этике. — Почему ты не предупредил меня о встрече с Риддером? — Потому что тебя это компрометировало бы, — он отложил бумаги и встал, подходя к ней, — Если бы ты знала заранее, тебе пришлось бы либо одобрить это, либо запретить. А так… — А так ты оставил меня в дураках перед всем Министерством! Драко усмехнулся. — Зато теперь у тебя есть железное алиби. Ты действительно ничего не знала. Гермиона сжала кулаки. — И что, Риддер теперь сдастся? Начнет регистрировать все свои безумные разработки. — Конечно. — Драко засунул руки в карманы. — Я дал ему понять, что если «Аркантек» продолжит блокировать закон, МАКУСА заморозит все их активы в Штатах. — Это грязная игра. И уйди из моего кресла, — она подошла ближе и потянула его за рукав, призывая встать. — Завтра я не приду, так что наслаждайся моим присутствием, — язвил Драко, не собираясь вставать. — Малфой, — как-то неожиданно спокойно обратилась она. — Что такое? — кажется, он тоже уловил серьезность ее тона. — Тебя задело, что в «Пророке» тебя назвали Пожирателем? — Гермиона сказала последнее слово чуть тише, ей было даже неприятно это произносить. — Нет смысла обижаться на правду. Пожалуйста, давай вернемся к твоей писанине.