Друзья детства

      Николь точно помнила дату въезда соседей в дом рядом.       Это было в среду октябрьского дня. С утра моросил небольшой дождь. Старшая сестра Николь готовилась к школе, а младшая сонно тёрла глаза, пока отец собирал её в садик.       Когда они выходили из дома и садились в отцовскую машину, Николь увидела большой грузовик возле соседского дома. Рабочие выгружали мебель, личные вещи, а рядом неустанно бегал один мальчик. Он был таким шумным, что его невозможно было не заметить: носился между коробками, кричал что-то рабочим на смеси немецкого и французского, а потом споткнулся и чуть не упал. Николь замерла, а он обернулся, увидел её и широко улыбнулся. Первая её мысль была: он сейчас заплачет? Она долго смотрела на него, пока отец не захлопнул дверцу машины. Однако слёз не было, остался лишь заинтересованный взор голубых глаз.       Этого мальчишку звали Варка. Он был родом из Швейцарии, как и его родня, но его родители почему-то решили переехать сюда, в Берлин.       Как ни странно, комната Варки оказалась напротив комнаты Николь. Ночью, ложась спать, девочка сидела у окна и разбирала игрушки, и вскоре её внимание привлёк свет, загоревшийся напротив. Она невольно подняла взгляд и увидела мальчишку, который без футболки стоял в комнате, а матушка Варки что-то ему объясняла и переодевала в пижаму.       Николь подумала: но он же почти взрослый, неужели сам не может переодеться.       Вскоре, когда женщина вышла, Варка повернулся к окну и увидел её. Николь не отвела взгляд, но и не смотрела в упор. Мальчишка помахал ей, улыбнувшись беззубой улыбкой. Николь чуть смутилась, опустила глаза и неловко помахала в ответ.       Родители пришли друг к другу на чай, а детей выставили во двор. Варка тут же залез на дерево, Николь испугалась, а он протянул ей руку и сказал: «Не бойся, я тебя поймаю». Они почти оказались одногодками. Варка всего на полгода был старше неё. Блондинистые волосы, немного французский акцент и голубые глаза отлично передавали характер самого владельца – такой же яркий, неуловимый, как ветер, и в меру шумный.       Николь сначала думала, что он какой-то глупый, потому что носится во дворе, слишком ярко реагирует на многие вещи. Она отчётливо помнит, что Варка часто приходил к ней домой и просил поиграть с ним, а она не хотела, но родители заставляли её выходить во двор и играть с этим мальчишкой.       Совсем скоро, когда садик закончился, Николь оставалась дома со старшей сестрой Алисой. И был Варка. Он не ходил в садик, но зато умел считать наравне с Николь. Это немного обижало девочку, но Николь виду не подавала.       И по ещё одной причине Николь не нравилось проводить время с Варкой — это из-за старшей сестры, которая тыкала в них и смеялась, приговаривая: жених и невеста, тили-тили-тесто!       Николь всегда заливалась краской, а Варка смеялся беззаботно, будто его не волновала подобная штука.       Их родители часто начали проводить время друг с другом. Если Варка с родителями оставались в городе на праздники, то две семьи обязательно собирались вместе: то оставались дома и во дворе жарили мясо, то ходили в походы, которые так любили старшие. И в ходе всего этого времяпровождения Николь сама не заметила, как подружилась с Варкой. Они начали проводить больше времени перед школой, учились вместе и сдавали домашнюю работу сестрице Алисе, которая всё проверяла и выставляла оценку. Николь всегда получала высокий бал, как и Варка. Хотя, честно признаться, Николь всё ещё думала, что Варка глупый ребёнок.       В первом классе они попали в один класс и сели за соседние парты. Помогали друг другу с домашними заданиями. А родители Варки с утра до вечера пропадали на работе, поэтому мальчишка проводил время с Николь и Алисой, которая возвращалась вместе с ними из школы и готовила обед.       Алиса была всего на пять лет старше них, но умна не по годам. Уже в средней школе она определилась с будущей профессией и тщательно готовилась к вступительным экзаменам. Но и про младших не забывала.       Так проходили недели, месяцы и годы.       Когда Николь и Варке исполнилось двенадцать, они незаметно друг для друга начали отстраняться. Варка больше не приходил каждый день, разве что раз в пару недель, чтобы провести время с Николь и Алисой, а в остальное время он ходил на баскетбол. Николь же зависала в библиотеке, изучая разные книги. Они больше не возвращались домой вместе. Не сказать, что Николь было обидно, — Варка тогда её особо не волновал. Старшая сестра планировала поступать в Америку. Николь волновалась за Алису, желала, чтобы та смогла достичь своего. Однако сама мысль, что сестра уедет так далеко, немного заставляла её грустить.       Николь обещала себе, что не будет плакать, когда Алиса всё же поступит в университет своей мечты и улетит. Но стоя в аэропорту, провожая свою красноволосую сестрицу, Николь не сдержала плача. Варка, который стоял рядом с ней, заботливо опустил руки на плечи подруги.       Не было лишних слов, лишь немая поддержка друга детства.       Привыкнуть к тишине дома было сложно, но спустя год Николь всё же привыкла. К тому же Алиса старалась отвечать на сообщения каждый день, но вскоре и сама Николь перестала донимать сестру. Она прекрасно понимала, что та учится и может быть по уши занята. Варка приходил в выходные, и они разбирали домашнее задание, но и его походы стали редкими, а вскоре и вовсе прекратились.       Когда Николь было пятнадцать, Варке только исполнилось шестнадцать.       Варка был душой любой компании. В школе он учился в другом классе, но друзей у него было много — и в своём, и в параллельных. День рождения он решил отметить масштабно. В ту неделю как раз родители обоих уезжали в командировку.       Николь не любила шумные вечеринки, но всё же пришла. Ну, точнее, переступила порог своего дома, прошла десять шагов и оказалась на вечеринке.       Она поздравила Варку, вручила подарок, что-то простое, не очень личное, но выбранное с теплотой. А через полчаса увидела, как её друга целует высокая брюнетка с пышными формами. Прямо перед всеми, безо всякого стыда.       Он не был против.       Николь смотрела на них, сжимая в руке пустой стакан, и чувствовала, как внутри что-то сжимается. Ей не было больно, по крайней мере, она убеждала себя в этом. Просто стало ясно: она здесь лишняя. И что Варка не только её друг. И что та часть его жизни, где она была главной, возможно, осталась в детстве. Она чётко поняла, что они оба взрослеют, и это вполне нормально, что Варка начинает обустраивать свою жизнь, заводить друзей и… девушку.       Она тихо вышла, никем не замеченная, и вернулась домой. Тогда Николь поняла: подобные места не для неё.       С того дня Варка начал встречаться с той красавицей, она была на класс старше, и их пара бурно обсуждалась в школе. Некоторые девочки подходили к Николь, жаловались, просили помочь привлечь внимание Варки.       – Почему вы все спрашиваете у меня? – злилась Николь каждый раз, когда слышала подобное.       – Ну вы же друзья детства! – отвечали ей.       Николь не знала, смеяться ей или плакать. Друзья детства. Да, они были друзьями. Но сейчас они редко общались, разве что обменивались радужными приветствиями у дома. Да и как-то даже не хотелось здороваться. Николь в глубине души переживала, что может дать ненужный повод для ревности той красавице.       Ну, честно признаться, Николь в какой-то степени было одиноко. Дома родители были на работе, и бывало, что приходили поздно, а друзей она не умела заводить. Характер-ботаник сказывался. Не сказать, что это сильно волновало её саму: она считала, что заводить друзей немного затруднительно. Хотя, может, первый неудачный опыт оставил ей травму, чего не скажешь про Варку.       Он был красив, высок и привлекал внимание любого человека. Иногда своим поведением он напоминал Николь золотистого ретривера: такой же открытый, яркий, и все вокруг тянулись к нему, как к солнцу.       Но всеми любимая горячая парочка рассталась спустя месяц. Николь не была влюблена. Она считала, что подростки не должны тратить время впустую на ненужные отношения и должны учиться, пока их мозг ещё может впитывать информацию.       Но одно осталось неизменным. Времяпровождение двух семей. Варка обязательно присутствовал на посиделках и был всё тем же другом, которого Николь помнила. Не было лишних слов, вопросов, каждый понимал, что у них было что-то своё, что-то другое, но дружбу между ними они оба ценили. Николь хоть этого не признавала, но была рада, что Варка не изменился в отношении к ней, хоть и видятся и проводят время редко.       Когда они перешли в последний класс, с самого начала учебного года скауты из США заприметили игру Варки в баскетбол. Ему предложили место в академии во Флориде. Стипендия покрывала почти всё, и это была отличная возможность для нового начала. Он уезжал на последний год школы, чтобы потом попробовать поступить в американский университет по спортивной программе.       Николь сказала, что это отличный шанс. И даже улыбнулась, услышав эту новость. А ночью не спала, смотрела на тёмное окно напротив и думала: «Вот и всё».       В день, когда Варка должен был улетать, Николь не захотела провожать своего единственного друга, поэтому осталась в постели.       Так он и улетел.       Так Николь осталась одна в Берлине.       Последний учебный год давался Николь намного сложнее, чем все предыдущие. Не потому что программа была сложной, а потому что девушка не могла определиться со своей будущей профессией. Алиса уже давно выбрала свою профессию и стала инженером, но жизнь в Америке оказалась для неё насыщенной, что она даже успела выйти замуж и родить ребёнка. Племянница Николь была очень милой и похожей на свою мать на все сто.       А Николь смотрела на бланк впереди себя и не знала, что ей делать. Этот бланк дали ещё в начале этой недели, а завтра уже понедельник. Николь не знала, кем ей стать. Плохие и тревожные мысли крутились в голове неустанно: вдруг я не выберу не то? Вдруг я передумаю? Вдруг я разочарую родителей?       Ложась на свою кровать, она вздохнула, так и оставив этот вопрос на потом. Николь не искала своего давнего друга в соцсетях. Честно.       Просто иногда алгоритм сам подсовывал фотографии: Варка в форме академии, Варка с командой, Варка на площадке, такой же яркий, как в детстве, но будто бы… другой. Более уверенный. Слова с губ были точнее, движения быстрее, а взгляд спокойнее и увереннее. Будто тренировки не просто накачали мышцы, а собрали его в единое целое.       Она залипла на одну из фотографий дольше, чем планировала, потом разозлилась на себя и захлопнула ноутбук.       Но привычка всё же появилась.       По субботам, в пять вечера по Берлину, академия Варки транслировала игры на ютубе. В Америке это было, кажется, одиннадцать утра. Николь говорила себе, что смотрит, потому что ей интересен спорт. Что это просто способ отвлечься от учебников. Что это не имеет никакого отношения к нему.       Она смотрела из-под одеяла, выключив звук, чтобы родители не слышали. Варка на площадке был неузнаваем: резкий, быстрый, без тени той детской неловкости. Он раздавал пасы, как фокусник, и когда камера ловила его крупным планом, Николь смотрела странным взглядом. Внутри было что-то непонятное. В первое время подумала, что она спятила и возможно испытывает к нему симпатию, но нет. Таковых эмоций не было, спустя время она поняла, что завидует Варке, который нашёл своё призвание и своё место. Это выдавало его глаза, которые горели. Это рвение и устремление было видно даже через большие экраны. Хоть она и вписала в тот бланк, что желает стать химбиологом в будущем, она не была уверена в этом на все сто процентов. Николь закрыла ноутбук, так и не досмотрев матч до конца.       Она ни с кем в школе не общалась. Не потому, что её не замечали, скорее, она сама делала всё, чтобы её не замечали. Уроки, библиотека, дополнительные курсы, потом долгая дорога домой. К восьми вечера она возвращалась, ужинала, садилась за домашнее задание и дополнительные курсы. Иногда забывала поесть и засыпала прямо за рабочим столом.       Родители всё работали допоздна. После школьных занятий и дополнительных дом встречал её темнотой и тишиной. Николь включала свет на кухне, грела ужин, садилась перед ноутбуком и… иногда, когда сил не было даже на учебники, открывала ютуб.       Пять вечера субботы стало её ритуалом. Она сама не заметила, как это случилось.

***

      Больше всего в школе она ненавидела одно — проектные работы. И сейчас, по химии, сидя в кабинете учителя, Николь сдерживала вздох.       На доске большими и чёткими буквами написано: проектная работа.       Учитель попросил разбиться на пары по двое учеников. Она, скорее всего, снова будет делать проект одна, так как к ней никто не подходил в дополнительном классе.       В целом, в школе к Николь особо никто не подходил, лишь пару девочек могли поздороваться с ней и всё. Николь подняла руку, чтобы сообщить учителю, что будет работать одна, но совсем неожиданно к ней подсел один парень.       – Привет. Не желаешь работать в паре со мной? – темноволосый парень, которого она видела на дополнительных уроках, смотрел на неё с лёгкой улыбкой на губах.       – Эмм, – Николь оглянулась, а позже указала на себя, – Ты мне говоришь?       Парень забавно рассмеялся.       – Да, тебе? Ты ведь Николь? Я Вильгельм.       – Хорошо… – Николь сомнительно оглянулась вновь, всё ещё не веря, что этот парень пожелал работать с ней в паре.       Они выбрали тему для проекта и вскоре после окончания занятия выходили из класса.       – Мы можем у тебя дома заняться, – предложил Вильгельм.       Николь на секунду застыла. Впустить незнакомого парня к себе? Это было… странно.       – Может, в кафе? – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Тут недалеко есть кафе, там обычно бывает тихо.       Вильгельм покраснел. Серьёзно, взял и покраснел, как мальчишка. Он совсем не хотел предлагать такое, честное слово!       – Извини, – сказал он, теребя лямку рюкзака. – Я не подумал. Конечно, давай в кафе.       Она улыбнулась, кивнула, и с этого дня они начали работать вместе.       Оказалось, Вильгельм учился в параллельном классе. Всё это время был рядом, а она его даже не замечала.       – Ого, – сказала Николь, когда он упомянул это. – Я тебя не замечала.       – Я знаю, – он усмехнулся без обиды. – Я вообще незаметный.       Это было неправдой. За пару месяцев он стал её постоянным спутником: вместе ходили в библиотеку, вместе обедали, вместе корпели над проектом. Вильгельм был странным, в хорошем смысле. Нердик, каких поискать. В школе носил линзы, а на выходных очки, потому что глаза уставали. Мог час объяснять разницу между типами реакций, а потом так же увлечённо рассказывать про старые фильмы, которых Николь не смотрела.       Она привыкла к нему. Даже радовалась, когда он появлялся в дверях класса.       В один из вечеров они сидели в том же кафе, готовились к контрольной. Вильгельм был какой-то нервный, всё крутил в руках меню, хотя они уже давно сделали заказ.       – Слушай, – сказал он наконец. – Может, выпьем чего-нибудь?       Николь подняла глаза.       – В смысле?       – Ну, – он замялся. – Пива. Или вина. Они тут вроде подают.       Николь моргнула. Посмотрела на его красные уши, на то, как он сжимает меню. Вильгельм казался другим. Он нервно кусал нижнюю губу, оглядывался по сторонам. Николь стало не по себе.       – Прости, – она попыталась сказать это мягко. – Я не пью.       – А, – Вильгельм опустил меню. – Точно. Глупость сказал. Извини.       Она хотела сказать, что ничего страшного, но решила промолчать. Сегодня Николь старалась закончить подготовку быстрее, чем раньше. Когда телефон зазвенел, она вскочила резче, чем планировала.       На экране высветилось имя отца, и она поспешила поднять трубку. Уведомив дочку о том, что он заехал забрать её после посиделки с другом, Николь поспешила собрать вещи.       – Давай доделаем остальные задания дома? Если непонятно что-то, напишешь, – Николь улыбнулась, смотря на Вильгельма, который нервно закивал и неловко улыбнулся.       Когда дверь закрылась после блондинки, брюнет тяжело задышал и сдержался, чтобы не ударить себя по колену.       Он думал о том, что облажался на встрече и отпугнул Николь! Но в следующий раз он более мягко подойдёт к ней…       Николь с отцом ехали домой молча. Была середина декабря, на следующей неделе оставались лишь три контрольных, после которых школьники могли спокойно отправиться на долгие зимние каникулы. Николь глянула в окно и выдохнула. Весь город готовился к предстоящему празднику. Совсем скоро наступит Рождество. Николь особо не обращала внимания на праздники, но двадцать пятое декабря ждала особенно. Потому что родители наконец-то забывали про работу, могли себе позволить отдохнуть пару дней, потому что приезжала сестра со своей дочерью и мужем. Потому что это был один из немногих праздников, когда вся семья собиралась в сборе.       Улицы были разукрашены гирляндами, некоторые магазины и кафешки могли даже поставить макеты оленей, разукрашенную ёлку. Николь невольно заметила, что они ещё не украшали дом и не поставили ёлку в гостиной. И что необходимо этим заняться на выходных.       – Вау, – она вздохнула завороженно, наблюдая за снежинками, что падали красиво, оседали на асфальте и сразу же испарялись.       Отец Николь, стоя на красном светофоре, глянул на свою дочь. Пока дочь думала о предстоящем празднике, и восхищалась красотой зимнего вечера, его беспокоило то, что она слишком много времени проводит с тем странным пацаном, и порой даже ходила к нему домой. Он понимает, что его дочь уже взрослая, и вполне возможно, что они… Мужчина тяжело вздохнул, привлекая внимание дочери. Не хотел он, чтобы Николь общалась с ним.       – Этот пацан странный. Ты с ним особо не общайся, – он мог проговорить лишь это. Хотя хотел добавить ещё немного про половое воспитание, но счёл это немного слишком. Он позже поговорит со своей женой и попросит поговорить с Николь о том, как важно использовать защиту.       Николь промолчала. Но про себя подумала, что он прав. Странный. Только она сама не понимала, плохо это или нет.       Она поднялась в свою комнату, хотела сразу лечь, но взгляд упал на окно напротив.       Там горел свет.       Николь замерла.       За шторами двигался женский силуэт. Тётушка снова прибиралась. На секунду она подумала, что вернулся Варка.       Хах, какие нелепые мысли.       Она долго стояла у окна, смотрела, как за шторами мелькает свет, и думала о том, что Вильгельм странный, а Варки рядом нет. И что в этой странности, наверное, и есть её жизнь.       Николь забралась на кровать, обхватила колени руками и прижалась спиной к изголовью кровати. За окном кружились снежинки: крупные, мягкие, одна за другой. Она смотрела, как они падают на тёмный двор, на крышу соседнего дома, на подоконник напротив, где уже давно погас свет.       Тётушка ушла. В окне Варки снова было темно.       Вскоре привлёк её внимание стук в дверь. Дверь открылась, и на проёме показалась матушка.       – Милая, можно? – женщина зашла в комнату после разрешения дочери и села на край кровати. – Как дела?       – Хорошо.       Матушка мялась и выглядела так, будто репетировала этот разговор весь вечер, повторяя свои ранее озвученные реплики мужу, представляя, что разговаривает с дочерью.       – Николь, присядь, пожалуйста.       – Я и так сижу, – Николь непонятно глянула на матушку.       – Я имею в виду… – мама чуть заикнулась. – Посерьёзнее.       Николь всё же выполнила просьбу, садясь рядом с ней.       – Что-то случилось?       – Нет! – слишком быстро ответила мама. – То есть ничего страшного. Просто… ты уже взрослая, и мы с папой заметили, что ты стала часто бывать у… ну, у этого мальчика.       – У Вильгельма? Мы делаем проект.       – Я знаю, знаю, – мама закивала. – И мы доверяем тебе. Но, Николь, ты должна понимать, что когда ты приходишь к нему домой… вы же там вдвоём?       – Его родители иногда дома.       – Иногда, – мама сделала акцент на этом слове. – А иногда, наверное, нет?       Если Николь в начале не понимала, к чему ведёт мама, то сейчас её щёки начали невольно алеть.       – Мам, мы просто делаем домашнюю работу.       – Я верю, – матушка подалась вперёд. – Но в вашем возрасте… гормоны… и ты красивая девочка, а он… ну, парень. И если вдруг… – она запнулась, подбирая слова. – Если у вас что-то… начнётся, ты должна знать, что это серьёзно. И что нужно быть осторожной. Что есть средства… защиты.       Николь закрыла лицо руками.       – Мама, пожалуйста.       – Я просто хочу, чтобы ты знала, что можешь прийти ко мне с любым вопросом, – мама говорила быстрее, будто боялась, что Николь не дослушает и выгонит её. – Что бы ни случилось, я не буду злиться. Я только хочу, чтобы ты была в безопасности.       – Я не сплю с Вильгельмом, – глухо сказала Николь из-под ладоней. – Мы даже не держимся за руки. Мы просто друзья, мама!       – Я не говорю, что вы… Я просто хочу, чтобы ты знала. На всякий случай.       – Я знаю, – Николь опустила руки. Лицо у неё было красное, но голос звучал ровно. – Ты мне говорила об этом раньше. Всё нормально, мама… я не буду забывать о… защите в будущем, – Николь вспыхнула красным цветом ещё сильнее, но так нужно было проговорить, чтобы больше не беспокоить матушку лишний раз.       Она ведь действительно не спит с Вильгельмом, да даже мыслей таковых не было!       Женщина, которая долго готовилась к данному разговору, видела смущённые щёки своей дочери и её взор, направленный вперёд. Ох, кажется, она немного переборщила? Всё же её дочь умная девочка. Она бы не стала поступать опрометчиво.       – Николь.       – Что? – голубые глаза девушки наконец-то посмотрели на мать.       – Если захочешь поговорить, я всегда рядом.       В глазах матери было столько искреннего желания сделать всё правильно, что небольшая злость и смущение прошли.       – Знаю, мам. Спасибо.       Матушка поцеловала дочку в лоб и поспешила подняться, покидая комнату. Она пожелала спокойной ночи и закрыла за собой дверь, ощущая небольшую победу после успешного разговора с дочерью. Родительская гордость брала вверх, ведь она читала в интернете, что не каждый родитель готов так открыто разговаривать со своими детьми. Уже на веселе спускаясь вниз, она поспешила всё рассказать мужу, который ждал её.       – Боже, – прошептала Николь, оставаясь в комнате одна. – Боже-боже-боже.       Через минуту телефон пиликнул. Сообщение от Вильгельма:       «Всё нормально? Ты какая-то странная была сегодня».       Николь посмотрела на экран, потом на окно напротив, потом снова на телефон.       «Всё нормально», — написала она. — «Просто мама решила напомнить про средства защиты».       Отправила и тут же захотела забрать сообщение обратно.       Но было поздно.       Вильгельм ответил через пять минут. И ещё через минуту. И ещё.       Николь выключила звук, перевернулась на спину и уставилась в потолок.       Не хотела читать ответ. Вильгельм тот ещё зануда, когда касается серьёзных тем, хоть объясняет чётко и коротко.       Совсем скоро она не заметила, как уснула.       Утром её разбудил голос матери:       – Николь, вставай! Ты не представляешь, кто прилетел!       Первое имя, что на ум пришло – Алиса! Но когда матушка озвучила следующее имя, она сдержала странный вздох.       – Варка прилетел!       Внутри образовалось странное чувство. Они за эти пару месяцев переписывались лишь изредка, наверное, обменялись менее чем десятью сообщениями. Ей показалось странным, если она сейчас поспешит спуститься вниз и встретиться с Варкой… Поэтому Николь обратно натянула одеяло до носа, ложась спать обратно.       В субботу, когда обычно дома было всегда тихо, стало необычно оживлённо. Родители с утра встретили Варку и даже приготовили ему его любимые сырники с мясом и сыром. Оставив несколько штук и Николь, которая проснулась после обеда и специально встала тогда, когда Варка уйдёт к себе домой.       Она неспешно жевала завтрак, листала сообщения и, прочитав пару абзацев в ответе Вильгельма, усмехнулась. Он как всегда в своём репертуаре.       Родители приехали с рынка, купив продуктов на пару недель вперёд. Николь в это время занималась в гостиной, пока на телевизоре крутили объяснения нужной формулы.       – Николь, доченька, помоги расставить продукты, – голос матери был оживлённее, чем обычно.       Откладывая в сторону ручку с тетрадью, она поднялась, ставя на паузу видео.       – Иду!       – Почему ты не спустилась вниз увидеться с Варкой? – матушка беззаботно задала вопрос, расставляя яйца в холодильнике.       – Хотела спать, – Николь ответила вяло. Она не хотела отвечать, что боялась встречать его, она не знала, как отреагировать на него. Сказать «привет, как дела»? Это всё было странным для неё.       – Ну ничего. Он обещал прийти на ужин. Приготовим его любимую копчёную курицу. Николь кивнула. Не всегда же ей избегать своего друга детства?       Верно?       К вечеру дом наполнился запахом имбирного печенья, хвои и копчёной курицы из духовки.       Снова, как в прошлом, два семейства собрались дома у Рейнов. Родители обсуждали, у кого встречать предстоящее Рождество — у них или у соседей. В обед купленная ёлка была уже собрана и стояла в углу гостиной комнаты, ожидая, пока её развесят игрушками. И, честно признаться, наконец-то в доме начал витать атмосфера самого лучшего праздника. Настроение Николь даже немного приподнялось. Как она скоро закончит с контрольными в школе, она может отдохнуть от учёбы две недели. Будет валяться, смотреть сериалы и есть много вредной пищи.       Они должны были разукрасить ёлку, и пока эту задачу повесили на плечи Николь. Варки ещё не было, тётушка сказала, что Варка встречается с друзьями и сейчас должен приехать. Николь помогала, крутила в руках рождественскую игрушку, но мысли были где-то далеко. Она слышала, как хлопнула входная дверь, как кто-то громко рассмеялся, как матушка вновь запричитала: «Какой же ты большой стал!»       Николь не выходила в прихожую. Ждала, сама не зная чего.       – Проходи, проходи! – засуетилась мама.       – Всё отлично, – голос Варки стал глубже, увереннее. – Соскучился по вам, тётя Рейн.       Николь всё стояла у ёлки, перебирала игрушки и не оборачивалась. Слышала, как он снимает куртку, как здоровается с отцом, как делает шаг в гостиную.       – Николь, ты что, не поздороваешься? – спросила мама.       Она повернулась.       И замерла.       Варка стоял в проходе, и ей пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Он вырос. За полгода тренировок он превратился из высокого парня в кого-то… взрослого. Плечи стали шире, руки крепче, а лицо острее. Так и не скажешь, что они одногодки. Почти.       Он улыбнулся той же улыбкой, что и в детстве. Беззаботной и милой.       – Привет.       – Привет, – выдавила она.       Варка шагнул к ней, легко, по-свойски, опустил руки на её плечи и притянул к себе.       – Какая ты противная, — сказал он, чуть надувая губы. – Не встретила меня рано утром, а я надеялся увидеть твоё сонное личико.       Николь почувствовала запах одеколона — лёгкий, свежий, совсем не тот, что был раньше. Её щёки вспыхнули, а сама она почувствовала неловкость. Варка спустя полгода молчания и расстояния ощущался как-то иначе, как-то по-другому…       – Ты можешь так больше не делать? – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Это странно.       Странно было то, что было внутри неё. Она не знала, что это, не могла придумать название этим чувствам. Но неловкость сковывала её руки и горло.       Варка моргнул, опустил руки и отступил на шаг.       – А, – протянул он. – Извини.       На его лице мелькнуло что-то — растерянность? Смущение? Он сунул руки в карманы и усмехнулся, но как-то не так, как обычно. Он видел на лице Николь небольшое смущение и ещё что-то, что не мог разглядеть и понять.       Николь хотела сказать, что не то имела в виду, увидев растерянность на лице Варки, но решила промолчать. Она просто испугалась. Испугалась его уверенного движения, его, который стал вдвое больше за полгода жизни во Флориде.       Но вместо этого она кивнула и отвернулась к ёлке.       Варка постоял ещё минуту, хотел предложить помощь, смотря на ёлку, но потом отошёл к родителям. Голоса смешались, а Николь всё сжимала в руке игрушку, которую так и не повесила на ветку.       Ужин подали совсем скоро. Николь сидела поодаль, ковырялась в курице, наблюдала за тем, как родители кормят Варку, расспрашивают о его жизни во Флориде. Она отправляла в рот листья салата и курицу и смотрела на Варку. Он действительно изменился, явно в лучшую сторону. Он как-то даже напоминает Алису, которая так же горела и всё ещё горит своим любимым делом.       Варка стал чуть смуглее, на его щеке появился глубокий шрам, по рассказу Николь поняла, что он получил его ещё тогда, когда приехал во Флориду, неудачно упал, вот и последствия.       Даже как-то странно всё это. А его голос стал глубже, увереннее, к тому же Варка начал разговаривать с американским акцентом.       Николь чуть замялась, когда Варка улыбнулся её матушке и повернул голову к ней. Парень улыбнулся беззаботно, так, как улыбался всегда. Николь неловко приподняла уголки губ.       Хах. Она зря переживала. Варка всё тот же друг с детства, просто приоритеты поменялись.       Когда с ужином было покончено, вся семья уселась перед большим телевизором. Родители выбрали какой-то рождественский фильм, но главным событием вечера стал звонок Алисе.       – Смотрите, смотрите, кто проснулся! – Алиса улыбалась с экрана, прижимая к себе маленькую тёплую свёртку.       Николь потянулась к телефону, забыв про всё на свете.       – Покажи её! – сказала она, и Алиса послушно опустила камеру.       Племянница — копия старшей сестры, такая же светлая, пухлощёкая, с любопытными глазами. Николь смотрела на неё, и улыбка сама расползалась по лицу. Она чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое, почти забытое чувство.       Варка, который сидел чуть поодаль, смотрел на Николь. На то, как она светится, как смеётся, как говорит с сестрой и с племянницей.       Когда Варка глупо натянул улыбку, Николь повернулась к нему. Но она ничего не сказала, обратно поворачиваясь к телефону.       После второго фильма родители ушли спать первыми. Гостиная опустела, телевизор продолжал работать, но теперь на экране мелькали старые мультсериалы — те самые, что они смотрели в детстве, лёжа на ковре, пока взрослые были на работе.       Николь устроилась на диване, поджав ноги. Варка сидел рядом, на расстоянии, но с каждым смешным моментом оно становилось меньше.       Они пересматривали любимые серии, угарали над шутками, которые знали наизусть, и чувствовали себя теми же детьми. Николь сама не заметила, как расслабилась, как перестала следить за каждым своим движением.       – Ахах, я помню, как ты боялась этих мертвецов, – Варка откинулся на спинку дивана, указывая на телевизор.       Они как раз решили пересмотреть старые серии мультсериала «Скуби-ду».       – Они казались действительно страшными! – Николь хмыкнула. – Это ты просто ничего не боялся.       – Что-о? Почему это? Я много чего боялся, – Варка возмущённо проговорил, смотря на то, как Николь закатывает глаза на его ответ.       – Ага, скажешь ещё.       – Ну да…       Варка хотел продолжить, но телефон в кармане штанов девушки завибрировал. Варка с интересом глянул на Николь, которая улыбнулась экрану, прежде чем поднять трубку. Кто мог позвонить ей так поздно ночью?       – Слушаю, – несмотря на былую улыбку, отвечала она холодно, как привычно. – Да, я пришлю примеры. Я сама ещё не поняла, как лучше преподнести проект… Ага… Хорошо, завтра встретимся… У тебя? Конечно, без проблем… Спокойной ночи…       Когда Николь положила телефон в сторону, Варка склонил голову заинтересованно.       – Кто это был? – спросил он.       – Да друг один, мы с ним над проектами с дополнительных занятий работаем.       Варка сдержался от комментариев, но он искренне удивился, что у Николь есть друг-парень. Ладно, девушки-подруги, но парень?       Парень сложил руки на груди, ему уже не было интересно смотреть телевизор, пока Николь тянулась к попкорну из миски и смеялась над моментами.       Что-то здесь не чисто – подумал Варка, смотря вперёд.       Спустя час девушка начала клевать носом, и парень, заметив это, предложил закругляться.       Когда Николь остановилась в прихожей, провожая Варку, она тепло улыбнулась.       – Я рада была видеть тебя, Варка, – она стояла, смотрела на своего друга с такой теплотой, что Варка невольно улыбнулся.       «Наконец-то она стала собой», – подумал он.       – Это приятно слышать, Николь. Спокойной ночи, – Варка склонил голову, возвращаясь к себе.       Когда они оба поднялись к себе и готовились ко сну, Николь уснула первой, стоило ей лечь на кровать. Варка же, как и делал раньше, раскрыл жалюзи и открыл окно, впуская холодный свежий воздух.       Николь тоже спала с открытыми шторами, напоминая Варке детство. С самого утра он видел спящую Николь и отметил, что перестановка в комнате девушки была идеальной. С этого ракурса её было хорошо видно даже в полутемноте.       Николь очень милая и совсем не изменилась. Конечно, Варка немного напрягся, когда увидел напряжение со стороны подруги, но когда она снова привыкла к общению, она стала привычной.       Парень ещё долго смотрел в окно Николь, размышляя о своём.