Феникс

Всю свою жизнь Мора была обычной девочкой, которая помнила себя в католическом приюте. Она не знала точно, что произошло с ее родителями и как она сюда попала. Накануне ее пятнадцатилетия с девушкой стали происходить странные вещи. Как-то раз над ней решила пошутить главная любимица директора и попыталась вылить ведро с ледяной водой, пока Мора спускалась по лестнице. Но ведро выскользнуло из рук воспитанницы, и все содержимое вылилось на нее саму. Потом девушку отчитывала одна из преподавательниц, которая особенно недолюбливала Мору. Девушка так сильно разозлилась, что в тот же миг подол платья преподавательницы вспыхнул огнем. Остальные воспитанницы видели, что Мора была не такая, как они, и это лишь подпитывало их ненависть к ней. Мора похожа на ожившую гравюру - контрастная, хрупкая, с четкими линиями, будто нарисованными тушью и серебряной иглой. Ее облик сочетает в себе мягкость и остроту, как ее нынешнее состояние: беззащитная пустота и прорывающиеся сквозь нее острые обрывки прошлого. У девушки были не просто длинные черные волосы. Это масса тяжелых, густых волос цвета воронова крыла, с глубоким синеватым отливом при ярком свете. Они вьются только на концах - от середины длины и ниже, образуя мягкие, беспорядочные завитки и кольца, будто волны, разбивающиеся о скалы ее плеч. Эта двойственность - прямые у корней и вьющиеся внизу - отражает ее саму: внешне собранная, внутренне - хаос. Челка - не идеальная, а рваная и живая. Она падает на лоб мягкими, несимметричными прядями, частично скрывая высокий лоб и брови. В моменты волнения или концентрации она непроизвольно сдувает ее или закладывает за ухо жестом. Бледность - это не болезненная бледность, а аристократичная, мраморная, будто ее кожа редко видит солнце или хранит в себе слишком много теней. На этом фоне любые эмоции проявляются с поразительной яркостью: легкий румянец от смущения, синеватые тени под глазами от бессонницы, алый прикус губ в моменты напряжения. Скулы достаточно высокие, что придает лицу изящество и легкую худобу, особенно заметную, когда она стискивает челюсти. Губы - не полные, но четко очерченные, естественного розового цвета, который кажется ярким пятном на бледном лице. В моменты задумчивости она имеет привычку слегка прикусывать нижнюю губу. Серые глаза - но не холодные стальные, а цвета грозового неба, дымчатого кварца и утреннего тумана над озером. В них есть глубина и переливчатость: при разном освещении они отливают то серебром, то зеленовато-голубым, то становятся тяжелыми, свинцовыми. Взгляд часто расфокусированный, отсутствующий, будто она смотрит сквозь мир, пытаясь разглядеть что-то за его гранью. Но когда ее что-то цепляет, взгляд мгновенно становится острым, пронзительным, изучающим - как вспышка молнии в тучах. Ресницы длинные, очень темные, почти черные. Они отбрасывают легкие тени на щеки, когда она опускает глаза. Невысокий рост делает ее стройной и легкой, но не детской. В ней есть скрытая сила - она двигается быстро и точно, особенно в опасности. Ее осанка говорит о внутреннем конфликте: плечи иногда сутулятся, будто под тяжестью невидимого груза, но спина чаще всего прямая, с достоинством, как у того, кто привык справляться с трудностями. Жесты сдержанные. В моменты волнения она может крутить вокруг пальца непослушный завиток волос или теребить мантию – маленькие телодвижения, выдающие ее беспокойство. А затем в приют пришел профессор Фиг и забрал Мору. Он рассказал ей о мире волшебников и научил нескольким заклинаниям. Все лето перед пятым курсом она провела в тренировках. Девушка была бесконечно благодарна профессору за то, что тот забрал ее из полнейшего ада. Мора поначалу не особо верила в рассказы пожилого мужчины о Хогвартсе, но она была готова уйти куда угодно, главное - подальше от приюта. Это была первая поездка девушки на Хогвартс-экспрессе, поэтому волнение переполняло ее. Все лето Мору мучили последствия прошлого года, или, точнее сказать, их частичное отсутствие в ее памяти. Конечно, она помнила, как победила Ранрока, как добралась до хранилища и заполучила силу. Но чего-то все же не хватало. Мора все лето получала письма от друзей, но никак не решалась спросить у них. На платформе было огромное количество людей. Всюду сновали студенты с родителями, так заботливо провожающими своих детей в школу. От поезда исходили клубы дыма. Мора продолжала пробираться сквозь толпу, пока ее не окликнули. Она обернулась и увидела высокую смуглую девушку. Это была Натсай Онай, но друзья называли ее Натти. - Хей, Мора! Привет! – Натти крепко обняла подругу. - Привет, – слегка улыбнувшись, ответила девушка. - Мне столько нужно тебе рассказать! – затараторила девушка с небольшим акцентом, но тут же осеклась. – Ты какая-то уставшая, у тебя все в порядке? – она внимательно вглядывалась в лицо подруги. - А? О чем ты? Вроде… все в порядке, – отрезала Мора. Девушки двинулись в сторону поезда. Первой в вагон зашла Натти, она пропустила первые несколько купе и остановилась напротив одного. Мора осматривала поезд. Их вагон состоял из нескольких однотипных купе, располагающихся на одной стороне вагона. В каждом купе было по два диванчика напротив друг друга, а между ними у окна - столик. - Привет, Поппи! Здесь не занято? – заглянув, спросила Натти. - Ой, привет, заходите, конечно! – вздрогнув, ответила девушка. - Привет. – тихонько сказала Мора, заходя следом за Натти. - Мора! Как поживает твой низзл? – с искренним интересом спросила девушка. - А я решила его взять с собой, – ответила Мора и поставила сумку на противоположное от подруг сиденье, откуда в секунду вылезло существо чуть больше кошки. Он осмотрел своими огромными зелеными глазами на девушек и за пару прыжков добрался до верхней полки, откуда ему открывался отличный обзор на все купе. – Его зовут Твитч, – продолжила Мора, смотря на своего питомца. - Какой прекрасный низзл! – воскликнула Поппи. И тут Натти забрала все внимание подруги рассказами о волшебных тварях, обитающих в Уагаде. Мора была этому только рада, потому что сил на разговоры у нее совершенно не было. Как только поезд тронулся, Мора уснула под убаюкивающие рассказы подруг о всяких неведомых ей существах. Сентябрь 1890 Мора оказалась в до боли знакомой ей гостиной Слизерина. Здесь, как и всегда было немноголюдно, и студенты распределились по разным углам небольшими кучками. Мора прошла к одному из диванов, находящихся перед камином, где туда и обратно расхаживал высокий парень с книгой в руках. Девушка подошла к нему. - Что ж, пожалуй… нет! – пробормотал парень себе под нос. – Хм! – заметив Мору, он отложил книгу на небольшой журнальный столик. – Чем могу помочь? – серьезно спросил он. Мора кивнула в знак приветствия. Она немного переживала, ведь до этого ей еще не приходилось бывать в этой школе, и она никого здесь не знала. Но пока парень перед ней казался ей не самым дружелюбным. - А! Это же ты – новая пятикурсница. – его выражения лица сменилось с серьезного на изучающее. – Я Себастьян Сэллоу. Добро пожаловать на Слизерин, – важно продолжил он. - Спасибо, – робко ответила Мора. - Не всех провожает в школу представитель Министерства, – заметил Себастьян, слегка прищурив глаза. - Это был друг профессора Фига, присоединившийся к нам в пути… - начала объяснять Мора, но ощущение складывалось, что Себастьян явно хочет узнать подробности. - Но все равно, весьма впечатляюще, – перебил ее парень. – Угораздило же попасть в такую передрягу. – он словно проверял Мору на прочность, все еще не сводя своего проницательного взгляда. – Хорошо хоть вы с Фигом в порядке, – смягчился Себастьян. - Это было ужасно, правда… – продолжила Мора, мысленно моля парня сменить тему разговора. - Занятно, что ты так на это смотришь. Как же вам с Фигом удалось уйти? – Себастьян усмехнулся. - Если честно, все до сих пор как в тумане. – выдохнув полной грудью, ответила девушка. - Я не настаиваю. Ты пока устраивайся. – парень решил, что на сегодня явно хватит с допросами. - Что за книгу ты читал? – Мора решила, что это ее шанс ответить радушному приему Себастьяна. - Да так… одну книгу заклинаний. – парня явно позабавило, что новенькая вовлеклась в игру. - Есть парочка занятных, но… Не совсем то, что мне нужно. Думаю, ты скоро поймешь, что далеко не все нужные заклинания можно найти в наших учебниках. – он хитро взглянул на девушку. Огонь камина создавал хитрый отблеск в его глазах. Почему-то Море не хотелось прекращать диалог и хотелось получше узнать своего собеседника. «Этот парень не так прост», - подумала она. - То есть в Хогвартсе не учат некоторым заклинаниям? Интересно каким? – продолжала напирать Мора. - Кажется, я нашел родственную душу! – рассмеялся Себастьян. - Обсудим это в следующий раз! – он явно был доволен беседой. - Приятно было познакомиться. Удачи.

***

Мора проснулась от того, что кто-то тряс ее за плечи. Она открыла глаза и увидела перед собой смуглое лицо Натти. - Мы скоро прибудем в Хогвартс. Пора переодеваться в форму. – с улыбкой проинформировала подругу. Мора встала со своего места, осматриваясь. Подруги внимательно за ней наблюдали. На место девушки сразу же приземлился низзл, одним прыжком оказавшийся внизу. - Тебе что-то снилось? – мечтательно спросила Поппи. – Ты бормотала во сне. - Да так… снилось, как я летаю на Крылане, – соврала Мора. - Как она поживает, кстати? – спросила подруга. - Не волнуйся, она в безопасности, – ответила девушка и улыбнулась. - Это самое главное. Натти рассказала, как ты спасла ее от браконьеров, – продолжила она. - Кто еще кого и спас, – усмехнулась Мора. – Нас тогда застигли врасплох, но мы успели улететь, – рассказала она. - Хоть Руквуда и Харлоу больше нет, браконьеры все еще кишат повсюду, – сетовала Поппи. - Ты не общаешься с родителями? – спросила подруга. - Нет, их убеждения никак не изменились, – отрезала она. - Поппи, я надеюсь, скоро все наладиться, – попыталась поддержать девушка. У нее никак не выходил из головы тот парень. Складывалось ощущение, что она его где-то видела. Голова раскалывалась. Натти покинула подруг, так как она была старостой. Все старосты обязаны были собрать первокурсников и переправиться вместе с ними на лодках через Черное озеро. Очень красивая традиция, если, конечно, погода хорошая. Море было немного грустно из-за того, что она не пережила всего этого в свое время. Все-таки немногие, а почти никто не начинал свое обучение в Хогвартсе на пятом курсе. Поппи и Мора взяли свои вещи и спустились к каретам, запряженным фестаралами. Фестрал выглядит так, будто сама тень смерти обрела форму благородного, но ужасающего скакуна. Он не просто худой - он лишен плоти в привычном понимании. Его тело - это живая, дышащая анатомическая модель, обтянутая тончайшей, почти невидимой пленкой. Он стоит на грани восприятия: одновременно жутко осязаемый и призрачный. Многие студенты после событий прошлого года начали видеть этих диковинных и немного жутких существ. Для некоторых это открытие стало шокирующим. Ведь они полагали, что кареты заколдованы и ездили сами по себе. В карете уже сидели два парня и бурно что-то обсуждали. Один из них обернулся. Это был Гаррет Уизли. Его собеседником оказался Амит Таккар. Мора хорошо общалась с ребятами, в прошлом году они несколько раз выручали ее. - Хей, привет! Запрыгивайте скорее, – махнул девушкам Гаррет. - Привет, Поппи, – Амит подал руку девушке. – П-привет, Мора, – немного смутившись, парень помог и другой девушке. В прошлом году у Моры с Амитом вышла небольшая размолвка из-за одной их вылазки к гоблинам. И теперь парень немного сторонился девушки. Она уже тысячу раз пожалела, что втянула его во что-то настолько опасное. - А мы тут обсуждали Квиддич. Как вы думаете, в этом году директор Блэк разрешит нам играть? – задорно спросил Гаррет. - Квиддич как был, так и остается опасной игрой! – заявила Поппи. - И я ему также говорю, – согласился с девушкой Амит. - Ну а ты, что думаешь, Мора? – Гаррет взглянул на нее с надеждой в глазах. - Мне кажется, что Квиддич нужно вернуть, чтобы у студентов было меньше времени на то, чтобы попадать в неприятности, – заявила Мора и виновато взглянула на Амита. - Ха! А не думаешь ли ты попробоваться в команду Слизерина? Честно, мне было бы страшно играть против тебя. Вдруг ты случайно кинешь в меня своей Древней магией, – рассмеялся Гаррет. - Гаррет, ты же знаешь, что я никогда больше не сяду на метлу, – Мора понимала, что шутка друга была совершенно беззлобной. - Значит, как летать на гиппогрифе ты не боишься. А про метлу и думать не можешь? – усмехнулась Поппи. - Поппи, а что же ты? Не будешь играть за Пуффендуй? – ответила Мора с ухмылкой. - Ладно-ладно, дамы. Я все понял. Но обещайте, что будете болеть за меня! – заявил Гаррет. Так, друзья, и доехали до Хогвартса. Они быстро поднялись по лестнице в Большой зал, где уже собрались студенты. Дальше они разошлись, каждый за свой стол. Мора сразу увидела свою подругу Анну Сэллоу, которая сидела в середине стола, и место рядом с ней было пусто. Мора быстро пошла к ней. - Привет! Давай быстрее, сейчас будет говорить директор Блэк, – поторопила она подругу. - Привет! Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась Мора. Анна выглядела уже намного лучше, хоть и была немного бледной. - О, мне намного лучше. Ты ведь знаешь, я тебе обязана, – смутилась подруга. - Анна, все в порядке. Это был мой выбор, – успокоила подругу девушка. - Но все же. Если бы не ты, неизвестно, где я сейчас была бы, – она подняла свои глаза на подругу. - Как поживает твой дядя? Он все еще зол на меня? – поинтересовалась Мора. - Нет! Что ты такое вообще говоришь! – возмутилась подруга. – Напротив, он ждет тебя на следующие каникулы к нам в гости. – она улыбнулась. - Я буду только рада посетить ваш дом, – согласилась подруга. - Правда, в Фелдкрофте не так весело, как в Хогвартсе. Это все-таки деревушка, – объяснила Анна. - Знаешь, это намного лучше, чем то, где я жила раньше, – усмехнулась девушка. Разговор был прерван появлением директора Блэка. Найджелус Блэк - потомок древнего и могущественного рода Блэков, приверженного идее «чистоты крови». Он - живое воплощение ценностей своей семьи: высокомерный, снобистский, чрезвычайно озабоченный репутацией и внешним лоском школы, а не благополучием учеников или поиском истины. Директор, как всегда, произнес не самую лучшую речь, и началось распределение. Мора с интересом рассматривала первокурсников и поддерживала тех, кто попадал на Слизерин. Вдруг она почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Девушка оглянулась и увидела парня, сидевшего в конце стола. Голову Моры поразила резкая боль, она зажмурила глаза и приложила пальцы к вискам. Не успела девушка ничего сделать, как распределение было закончено, и на столах появилась еда. Анна начала накладывать себе на тарелку почти все, что ей попадалось под руку. Мора незаметно улыбнулась, она очень радовалась выздоровлению своей подруги. Но ей, в отличие от нее, совершенно не хотелось есть. - Анна, знаешь, я хотела у тебя кое-что спросить, – аккуратно начала Мора. - Што такхое? – ответила Анна, не отрываясь от своей тарелки. - Да впрочем, ничего, – отрезала Мора. – Хотела спросить тебя про твое расписание. – на ходу придумала вопрос она. - И ты туда же! Меня Оминис уже замучил наставлениями и тем, какие предметы мне следует выбрать. – пожаловалась подруга. – В итоге, я буду ходить на Древние руны, ЗОТИ, Травологию и Трансфигурацию. А что насчет тебя? – перечислила она. - Я пока не знаю, кем стать в будущем, поэтому буду посещать все возможные занятия. – задумчиво ответила девушка. - Тебе плохо? – Анна в шутливой форме приложила тыльную сторону ладони ко лбу подруги. – Вроде температуры нет. Тогда зачем тебе все это? – удивилась она. - Начнем с того, что я только второй год учусь в Хогвартсе и не хочу ни от кого отставать. Тем более, что в прошлом году я часто отвлекалась от учебной программы. – объяснила Мора. – Да и я пока не знаю точно, что может пригодиться в дальнейшем. – подытожила она. - Кстати, ты не слышала, кто теперь заменит профессора Фига? – перевела тему подруга. - В поезде говорили, что нового преподавателя нет. И вроде как его предметы возьмем профессор Уизли. – сообщила девушка. - Ох, мне кажется, она меня недолюбливает. – Анна скривила гримасу. Девушка покинула Большой зал практически одной из первых, сославшись на усталость. Она и правда чувствовала себя уставшей. К этому еще добавилась и головная боль. Добравшись до комнаты, она плюхнулась на кровать, закрылась балдахином и провалилась в сон, так и не переодевшись.