male moans and whimpers

Леви С Леви все происходит в темноте вашей спальни. Он не любит суеты, хаотичных движений или нелепых игр в постели. Он знает твое тело лучше, чем ты сама, и помнит каждую эрогенную зону. Вы лежите рядом, когда его прохладные, тонкие пальцы медленно скользят под твою одежду. Контраст его всегда холодных рук и твоей горячей кожи заставляет тебя вздрагивать, но он не отстраняется, позволяя тебе привыкнуть к этому ощущению. Он медленно проводит подушечками пальцев вдоль позвоночника, пересчитывая позвонки, задерживаясь губами на впадине между шеей и ключицей - там, где кожа особенно нежная. Он тихо, размеренно дышит тебе в сгиб плеча, и этот горячий воздух работает в тандеме с его прохладными руками, пока он массирует, надавливает и дразнит нервные окончания. — Тише, — может шикнуть он, если ты начинаешь громко стонать. Ему не нравятся лишние звуки во время процесса. Его голос звучит низко и требовательно.  Леви использует свое колено, чтобы мягко, но настойчиво раздвинуть твои ноги, создавая пространство для себя. Он не спешит входить. Ему нравится этот момент предвкушения. Он прижимается к тебе всем телом, фиксируя тебя своим весом, и его свободная рука скользит вниз, между твоих ног. Он проводит по клитору, упиваясь твоей влажностью, и тихо шипит из-за волны возбуждения, накрывающей его от осознания твоего желания. Он работает с механической точностью. Леви смотрит на твое лицо, исказившееся в удовольствии, и не перестает работать пальцами. Они двигаются в идеальном, монотонном ритме, который он не сбивает ни на секунду.  Он может замедлиться, дразня тебя, или усилить нажим, но не остановится, пока ты не кончишь хотя бы один раз перед тем, как вы приступите к самому главному. Порко Порко никуда не спешит. Он тот тип парней, который любит поиграть и подразнить. Он сажает тебя на край стола, плавным движением раздвигая твои колени своими бедрами. Он не снимает с тебя одежду полностью - ему нравится, когда на тебе остается белье или задранная на талии юбка. Его руки медленно скользят по бедрам, поглаживая внутреннюю их часть. Своими большими длинными пальцами он игриво очерчивает линию белья, но не отодвигает его. Порко смотрит на то, как его пальцы утопают в мягкой коже, и самодовольная ухмылка скрашивает его черты. — Раздвинь ноги пошире, — приказывает он хриплым тоном, и ты, выполняя его просьбу, чувствуешь, как он наклоняется, чтобы мокро поцеловать твою чувствительную кожу за ухом. — Умница. Его главный козырь - это рот, и он знает об этом. Порко медленно опускается на колени прямо перед тобой, демонстративно не разрывая зрительного контакта. Его глаза блестят в полумраке. Ему нравится видеть, как меняется твое лицо, как ты млеешь и закусываешь губу от одного только понимания того, что он собирается сделать. Он мягко касается смоченными слюной губами твоей коленки, потом проводит языком вдоль кожи и поднимается выше. Сантиметр за сантиметром он выцеловывает чувствительную область. Он может дразнить бесконечно долго, дыша горячим воздухом на влажную ткань белья, слегка прикусывая бедра, но не касаясь самого главного. Порко наслаждается тем, как ты ерзаешь и сжимаешь его плечи, моля его сделать хоть что-нибудь. Он мягко посмеется над твоим жалобным тоном, прежде чем отодвинуть белье руками и коснуться клитора языком. Он будет демонстрировать свое мастерство, меняя темп и давление, до тех пор, пока ему самому не станет больно от тесноты в штанах. Тогда он станет более нетерпеливым. Флок Флок не особый любитель сладких и медлительных прелюдий. У него совершенно иной подход. Ему нужно чувствовать власть и сопротивление, чтобы возбудиться по-настоящему. Все начинается с того, что он прижимает тебя к изголовью кровати, одной рукой перехватывая оба твоих запястья, поднимая их и фиксируя над вашими головами. Ему нравится видеть тебя обездвиженной. Он не притирается и не нежничает. Ему нравится брать и владеть. — Не двигайся, — шепчет он прямо в губы, и это звучит не как просьба, а как приказ. По спине бегут мурашки, а внизу живота завязывается сладкий узел предвкушения. Его свободная рука ложится тебе на горло. Его пальцы ощутимо и властно сжимают шею, контролируя твое положение головы. Он чуть подымает ее, чтобы иметь больше доступа, и зарывается лицом в изгиб шеи. Он жадно втягивает носом запах кожи, чтобы затем накрыть ее губами. Поцелуи не удовлетворяют его на сто процентов, поэтому спустя время он начинает кусать, прихватывать зубами и оставлять багровые следы на чувствительной коже шеи.  Он не спешит раздеваться. Ему нравится грубое трение джинсовой ткани о твои чувствительные ноги. Он вклинивается бедром между твоих ног, бесцеремонно раздвигая их, и создает давление на промежность. Он начинает медленно, дразняще двигаться, имитируя движения, заставляя тебя изнывать от трения и от невозможности прикоснуться к нему в ответ, так как твои руки все еще надежно зафиксированы. Он поднимает голову, чтобы посмотреть тебе в лицо. Его зрачки расширены, дыхание сбито. — Ты чувствуешь? — хрипит он, глядя тебе в глаза потемневшим, одержимым взглядом, в котором читается жажда обладания. — Я так сильно тебя хочу.  Он будет мучить тебя этим давлением, властными укусами и тотальным контролем до тех пор, пока твое дыхание не сорвется на тихую мольбу.  Эрвин Эрвину незачем суетиться, потому что секс для вас начинается еще задолго до постели. В вашей спальне время словно замедляется, когда вы разговариваете часами напролет. Ты сидишь на его коленях, и он слушает тебя внимательно, время от времени ласково заправляя прядь волос за ухо или поглаживая костяшками пальцев твою скулу.   Для него нет места спешке, есть только он и его безраздельное внимание к тебе. Тяжелая рука лежит на твоей талии, а вторая зарывается тебе в волосы на затылке, мягко пододвигая ближе к себе. Ты продолжаешь что-то рассказывать, пока он наклоняется в изгиб твоей шеи, делая глубокий, жадный вдох.  Ты осознаешь к чему все движется в момент, когда он начинает раздевать тебя. Медленно и методично, смакуя процесс. Его пальцы справляются с мелкими пуговицами рубашки с впечатляющей аккуратностью. Он расстегивает одну пуговицу - и тут же касается губами открывшегося участка кожи, согревая его дыханием. Расстегивает вторую - и проводит по нежной коже шершавой подушечкой большого пальца, вызывая дрожь. — Не спеши, — вибрирует его низкий баритон прямо у тебя в груди, когда ты рефлекторно пытаешься ускорить его и тянешься к пряжке ремня. — У нас есть время. Дай мне насладиться. Когда одежда сброшена, Эрвин подхватывает тебя под бедра и перемещает на кровать. Он накрывает твою грудь - широкой ладонью мнет одну, а шершавым языком дразнит другую. Затем целует тебя глубоко, властно и влажно. Его горячий рот и рука, уверенно скользящая между твоих ног, заставляет тебя судорожно выдохнуть.  Он почти сразу находит нужный темп и держит его. Эрвин не отводит взгляд. Он смотрит прямо тебе в глаза, серьезно и сосредоточенно, изучая, как удовольствие искажает твои черты, как расширяются зрачки. В этом тяжелом, внимательном взгляде столько концентрированного, зрелого желания, что колени дрожат даже в положении лежа, и тебе не остается ничего, кроме как полностью довериться его рукам. Жан У Жана самые тягучие и сладкие прелюдии. Он любитель растягивать их на продолжительное время, чтобы понаслаждаться друг другом как можно дольше. Как правило, он инициирует близость, поэтому и ведет весь процесс. Он не концентрируется на одной точке - он жаден. Ему нужно ласкать все твое тело одновременно, обволакивая его своим жаром и весом. Вы лежите на кровати, сплетясь конечностями. Жан начинает с глубокого, влажного поцелуя, от которого тяжелеет голова и наливается теплом внизу живота. Он никуда не спешит. Его язык сплетается с твоим, задавая тягучий медленный ритм. Обоим должно быть комфортно. В это время его руки не знают покоя, начиная аккуратно поглаживать спину, спускаются к ягодицам, мнут их, затем скользят к животу и груди. Он отрывается от твоих губ, чтобы проложить дорожку поцелуев вниз по челюсти, на шею и ключицы. Жан заканчивает ложбинкой груди, вырисовывая только ему понятный узор шершавым мокрым языком. Ты невольно выгибаешься и извиваешься в тот момент, когда он накрывает ртом чувствительный сосок, вбирая его целиком, дразня и задевая зубами. Он уделяет внимание каждому твоему стону. Он максимально настроен на твою реакцию. — Ты такая сладкая, — бормочет он, приподнимая уголки губ. Каждый сантиметр твоей кожи для него - десерт. Жану нравится контакт кожа-к-коже, когда между вами не остается пространства. Он может тереться о тебя всем телом, прижиматься эрекцией к твоему бедру, толкаясь и имитируя движения, чтобы подразнить обоих. Его прелюдии состоят из бесконечного потока ласки, томного шепота и чрезмерной тактильности. Он делает все в своих силах, чтобы ты была мокрой и готовой еще до того, как вы приступите к главному. Эрен У Эрена нет терпения. Он страстный человек, которого желание накрывает внезапно и сильно. В его действиях нет никакой последовательности, но есть чистый, неразбавленный инстинкт. Он набрасывается на тебя в вашей спальне с жадностью человека, который умирал от голода и наконец-то добрался до пищи. Его поцелуи мокрые, беспорядочные, с использованием зубов и языка. Он кусает твою нижнюю губу, вызывая небольшую вспышки боли, тянет ее на себя, тут же жадно зализывая ранку, смешивая вкус металла и слюны. Его руки блуждают под твоей одеждой хаотично, не задерживаясь на одном месте дольше секунды. Он наслаждается теплотой твоей кожи и тем электричеством, которое рождается между вашими возбужденными телами. Эрен сжимает грудь полной ладонью, ощущая ее тяжесть, царапает ногтями спину вдоль позвоночника, с напором впивается пальцами в бедра, оставляя на коже горящие следы. Он старается рассчитывать свою силу, но получается не очень, потому что в этот момент он сам себя не контролирует. — Черт, я не могу терпеть, — шипит он тебе прямо в рот, и его голос вибрирует от напряжения. Он наваливается на тебя всем телом. Эрен горячий, неестественно горячий, словно печка. Он трется о тебя, оставляет губами мокрые следы на груди и шее, а сам покрывается испариной от напряжения. Его бедро вжимается в твою промежность, создавая грубое, дразнящее трение через джинсы, от которого искры сыплются из глаз у обоих. Он имитирует толчки, отчего глухо стонет от ощущений. Он наблюдает за тобой с пугающей сосредоточенностью, не отрывая взгляда от размякшего в удовольствии лица.  Эрен быстро стягивает с тебя штаны, путаясь в ткани и чертыхаясь, когда пуговица не поддается сразу. Он часто пропускает детальные ласки руками, переходя сразу к главному, потому что ему невероятно сильно хочется оказаться внутри. Райнер Райнер очень любит прелюдию и уделяет этому много внимания. Это его любимая часть близости, потому что он может наблюдать твое удовольствие, впитывать реакции твоего тела. Его это возбуждает больше всего.  Ты лежишь на спине, утопая в подушках, а он нависает сверху, создавая над тобой купол из своего тела. Райнер опирается на локти, напрягая мощные плечи, чтобы контролировать свой вес и не придавить тебя, хотя ему безумно хочется навалиться полностью, ощутить максимальное давление. От него исходит жар, как от раскаленной лавы. Он начинает целовать твой живот, медленно, влажно, с благоговением поднимаясь выше, к ребрам и груди. Райнер боготворит твою грудь. Он целует ложбинку, жадно вдыхая запах кожи, мнет мягкую плоть своими горячими ладонями, очерчивает ареолы языком, издавая при этом тихие, низкие, утробные звуки удовольствия.  Его руки скользят по твоему телу с удивительной деликатностью. Они проходят путь от плеч до колен, поглаживая бока, сжимая талию, стараясь запомнить каждый изгиб тактильно. Он раздвигает твои ноги и ложится лицом между ними, но не спешит переходить к действию. Райнер просто прижимается щекой к внутренней стороне твоего бедра, оставляя трепетные поцелуи. Он лижет кожу языком, слегка прикусывает, а потом целует.  Он никуда не спешит. Ему нравится, как ты хватаешь его волосы, пока он там. Он будет подготавливать тебя пальцами и губами методично и ласково, до тех пор, пока ты не станешь совсем мокрой и податливой. Он постоянно поднимает на тебя затуманенный взгляд, проверяя реакцию. — Так хорошо? Тебе нравится? Ему нужно видеть, как ты плавишься от его прикосновений, убедиться, что ты готова и хочешь этого так же сильно и жадно, как он.