В плену твоей одержимости

                          Отец Ван Ибо был католическим священником, а дед — известным в округе экзорцистом. Если к священнику все с удовольствием приходили на мессу, то деда, старого Ван Мина, побаивались, но при этом вдруг что случалось плохое, бежали именно к нему. Мать Ван Ибо умерла от болезни, когда мальчику было всего 6 лет. О ней у парня остались самые теплые воспоминания. Он помнил ее ласковый и тихий голос, рассказывающий сказку на ночь. Ее нежные объятия, как она играла и звонко смеялась вместе с ним. Ибо унаследовал от нее глаза феникса и чувственные губы. А вот упрямство и настойчивость он получил от отца. Поначалу после смерти супруги папа старался уделять достаточно времени воспитанию единственного сына, но церковь и прихожане постепенно оказались на первом месте. Так вышло, что маленький Ибо больше находился у дедушки дома, чем с отцом. Дед жил в старинном доме один и внук был ему только в радость. Старик Ван обучал всем своим премудростям внука ещё со школьного возраста, чем расстроил отношения между отцом и сыном.       В шестнадцать лет Ван Ибо покинул отчий дом окончательно и переехал жить к деду. Теперь он повсюду сопровождал старика Вана и во всем ему помогал.       Сейчас Ван Ибо было уже двадцать шесть лет. И прошло  два года, как умер самый близкий ему человек. Тогда медики зафиксировали инфаркт, но Ибо прекрасно знал, что причиной смерти Ван Мина стал демон, который вселился в местного мальчика-беспризорника. Ибо винил себя в смерти деда, ведь он именно тогда был на свидании и попросту опоздал к нему на помощь. Вернись бы он на десять минут раньше, то помог бы Ван Мину оторвать демона от души ребёнка без печальных последствий. Старый экзорцист умер, но дело свое сделал, мальчик был сильно напуган, но душа его осталась чиста. Смерть деда сильно повлияла на молодого мужчину. Он понимал, что тот путь, который он избрал был смертельно опасен. Но он не мог просто так бросить дедово дело, которое передавалась из поколения в поколение.              Эти пару лет стали для него тяжёлым испытанием. Ничего не радовало, абсолютно ничего. Ибо даже ознакомился с советами для людей, находящихся в депрессии. Он начинал читать какой-то крутой бестселлер текущего года, но после того, как возвращался к одному и тому же абзацу пару раз так ничего и не поняв, просто бросил эту затею. Он пытался пересматривать любимые фильмы о гонках и восхождениях в горы, но не чувствовал прежнего азарта и удовлетворения. Работа, которая раньше была интересна, теперь не радовала. Все проекты были скучными, а общение с коллегами в рабочих и не только чатах, вызывало раздражение. Ещё в детстве он обожал конструкторы Лего. Он думал, что именно это потом повлияло на его выбор профессии и он стал инженером. Но сейчас не было желания сложить какой-нибудь новый конструктор. Он грустно вздыхал, глядя на аккуратные полочки, где стояли собранные модели автомобилей, самолётов и мотоциклов. Эти полочки он когда-то мастерил и устанавливал вместе с дедом. Он вообще любил наблюдать как Ван Мин что-то создавал, ремонтировал или чинил.       Еще, будучи подростком, Ибо вечно крутился у него под ногами, высматривая каждое движение и запоминая.       Дед был для него примером и самым дорогим человеком. Он рассказывал старику о всех своих мечтах и желаниях, делился самым сокровенным. Про то, что ему начали нравиться парни, естественно он тоже рассказал в свое время. Ибо ожидал тогда осуждения, но на удивление дедушка просто принял это как данность.       Он с теплом вспоминал тот разговор:        — Мы не выбираем кого любить, разве не так? — Ван Мин внимательно смотрел на внука.        — Но это же противоестественно!        — И это ты мне говоришь? Ибо, я занимаюсь экзорцизмом, мне кажется это более противоестественно, чем связь между мужчинами.        — И то правда.        — Вот ты не любишь морковь, а кинзу обожаешь. А кто-то наоборот! Мы не должны быть одинаковыми. Все мы разные! Так и в любви. Кто-то любит худышек, кто-то женщин с формами, а кого-то как тебя привлекают парни.        — Значит, я — нормальный?        — Конечно, нормальный! Даже не думай считать себя каким-то неправильным! Сердцу не прикажешь!        — Деда, ты же знаешь, что ты самый лучший!        — А то?! — Ван Мин прищурился и улыбнулся на одну сторону, — только это, ты всегда должен предохраняться и...        — Всё, всё. Дальше я знаю! — тараторил Ибо, краснея лицом.        — И отцу пока не говори!        — Я и не скажу, он меня все равно не поймет!        — Не горячись! Он любит тебя, по-своему конечно, но любит.        — Деда, вот только не надо его снова защищать!        — Ты ещё молод и многого не понимаешь. Обещай, что никогда от него не отвернешься! Твоя мать его очень любила, а он её. И ему тяжело без неё.        — Как и мне!        — Как и тебе...              Как же давно это было...       После кончины Ван Мина отец Ибо пытался наладить отношения с сыном и очень часто приглашал его домой и в церковь. Поначалу Ибо отказывался, но не имея ни друзей, ни близкого человека и помня слова деда "не отворачиваться от отца", он в итоге сдался и стал приходить сначала на мессы. Ему требовалось хоть какое-то человеческое тепло и общение, он это прекрасно осознавал, но прожив рядом с дедом и помогая ему изгонять бесов, Ибо стал очень нелюдимым. Он итак с детства был неразговорчивым, а будучи помощником экзорциста, окружающие тоже стали его избегать. Хорошо хоть работа в интернете давала ему постоянный заработок  и сводила общение к минимуму, иначе бы он нигде не прижился бы.       Серьезных отношений он никогда не заводил, да и кто бы захотел встречаться с экзорцистом? С парнями он знакомился или в баре, или в интернете. Больше одной ночи он ни с кем не проводил. Хорошо, что парни в принципе относились к таким "отношениям" проще, чем девушки. Возможно Ибо преследовал злой рок, потому что ни к кому он не чувствовал душевной тяги или тепла. Его интересовал только секс на одну ночь. Но было одно исключение.        Его звали Кевин. Стройный паренёк, намного ниже Ибо, с милым смазливым лицом, голубыми глазами, пухлыми губами и светло-русыми волосами. Когда-то он занимался фигурным катанием, поэтому обладал красивой и немного женственной фигурой. Тело его было гибким, с неимоверной растяжкой. Этот момент Ибо ценил в нем особо высоко. Ему нравилось заниматься с Кевином сексом, пробуя различные позы. Тот же в свою очередь всегда был ненасытным, позволяя Ибо делать все, что тот захочет.       Кевин был очень удобным, всегда отзывался на предложение провести ночь и никогда не отказывался. Единственное, что напрягало Ибо, это иногда излишняя навязчивость парня. Ещё в день их знакомства, Ибо предупредил, что не ищет отношений, ему нужен просто защищённый секс без лишних разговоров и обязательств. И по началу Кевина все устраивало. Но с течением времени он стал нарушать их договоренности.              После очередных жарких часов в постели он потянулся к, уже одевающемуся, Ибо со словами:        — Останься сегодня со мной до утра!        — Не начинай, ты же знаешь правила!        — К черту эти правила! Ведь нам так хорошо вдвоём! Зачем идти на холодную улицу, когда тут возле меня так тепло!        — Кевин, если тебе хочется уюта и тепла, то лучше найди человека, который с радостью все это тебе предоставит. Я не такой человек.        — Ну почему ты такой грубый?!        — Пять минут назад моя грубость тебя вполне устраивала.        — Пожалуйста, ну останься хотя бы сейчас! У тебя нет ни жены, ни детей, чтобы стремиться домой, всего лишь старый дед! — не унимался Кевин.        — Перестань! — Ибо глянул на любовника пронизывающим взглядом, — Если для тебя эти ночи стали казаться чем-то больше, чем просто секс, то нам нужно прекратить все это!        — Нет-нет! Меня все устраивает!       Кевин проводил щенячьим взглядом Ибо и обнял свои согнутые ноги. "Все равно будешь моим!" — прошептал он в  коленки.              Последнее "свидание", которое Ибо вспоминал с камнем на сердце, как раз было тоже с Кевином. Если бы он тогда не поругался с ним, если бы тогда не задержался, то возможно бы не опоздал на обряд экзорцизма, проводимый дедом.       В тот день Кевин был особо настойчив, цеплялся за Ибо как за спасительную соломинку.       Вытянув член из жаркого рта и кончив на веснушчатое лицо парня, Ибо довольно расслабился и потянул его в ванную. Принимая вдвоем душ, неудивительно, что они пошли на второй заход. Кевин стонал во весь голос, он всегда был слишком громким. Он кричал называя Ибо "мой мистер Ван". Но Ибо это только нравилось, ещё больше заводило и тогда он брал парня ещё грубее, заставляя кричать и молить о пощаде.       Выйдя из ванной, Ван Ибо посмотрел на пропущенные сообщения в чате. Дед звал его на очередной ритуал, причем срочно. Парень начал поспешно одеваться. А Кевин, заметив, что Ибо собирается уходить решил попытать удачи и заканючил:        — Ибо, за окном начинается гроза, оставайся у меня сегодня! Я приготовлю нам что-нибудь поесть!        — Кевин, у меня дела! — в голосе Ван Ибо почувствовалась раздражение.       Но парень, не обратив на это внимание, схватил Ибо за руку:        — Почему ты всегда меня отталкиваешь? Разве нам плохо вдвоем? Неужели ты никогда не рассматривал наших отношения как что-то более серьезное?        — Если ты продолжишь в том же духе, наши отношения, — Ибо руками показал кавычки, — вмиг прекратятся! Мы с тобой это уже неоднократно обсуждали. Я всегда был честен с тобой. Меня интересует только секс!        — Я для тебя всего лишь игрушка, да? — в небесных глазах проступили слезы.        — Кевин! Ты не игрушка, не переиначивай мои слова! Мы с тобой хорошо проводим время и точка! Где мой второй кроссовок? — Ибо пытался найти обувь и уже начинал нервничать, он ненавидел такие разговоры.        — Ты жестокий мудак! — парень всхлипнул, — заставил меня привыкнуть к себе, влюбил в себя!        — Стой! Я тебя ни к чему не принуждал. Мы занимались сексом по обоюдному согласию. Но я не чувствую к тебе ничего большего, чем желание трахаться. Прости! Ты отличный парень и я надеюсь, что ты найдешь свою истинную любовь, но это точно не буду я.        — Ты же не бросаешь меня? — слезы уже лились по лицу парня и его начинало потряхивать.       Ибо и так сильно нервничал, он никак не мог найти так не вовремя где-то закинутый кросс. Он понимал, что уже опаздывает, плюс ещё эта сцена.        — Как я могу тебя бросить, если мы даже не встречались?       Наконец-то он увидел белеющий кросс под диваном и потянулся за ним. Кевин бросился к Ибо и обхватил его со спины.        — Пожалуйста не бросай меня, я не выдержу! — у него начиналась самая настоящая истерика.        — Кевин, прекрати! Мы не встречаемся с тобой как пара!        — Но я! Я же люблю тебя! Очень люблю тебя! Мой мистер Ван! Я действительно тебя люблю!       Ибо замер, этого он никак не хотел. Он аккуратно взял ладони Кевина и попытался развести его руки, чтобы освободиться. А потом как можно мягче сказал:        — Кевин, я не могу ответить тебе тем же. Прости! Я думаю нам не стоит продолжать дальше общаться!        — Но почему? Что тебя не устраивает? Разве я урод? Тебе же так нравиться со мной трахаться! — Кевин кричал и плакал одновременно, тесно прижимаясь к спине Ибо .        — Ты прекрасен! И секс с тобой тоже чертовски хорош. Но я не испытываю к тебе ничего, кроме влечения! Понимаешь? Ну, что я могу с этим поделать? Я не могу ответить тебе взаимностью. Как ты не поймёшь? Это не в тебе проблема, а во мне! Я не умею любить!       Ибо резко оторвал Кевина от себя и решительно направился к двери.        — Больше мы не увидимся! Я надеюсь, что ты встретишь своего единственного!       Чувствуя себя гадко, Ибо открыл входную дверь и скрылся за ней.       Кевин ещё минуту сидел неподвижно, не веря в то, что любовь всей его жизни только что порвал с ним отношения. "Нет, ты не оставишь меня! Это ты мой единственный! Я уже тебя встретил и мне больше никто не нужен!" Он подорвался, быстро одел штаны и худи, всунул ноги в ботинки и выскочил на улицу. Снаружи уже гремело во всю, гроза обрушилась на город во всей своей красе. Кевин сразу же промок насквозь, но он совсем не обратил на это внимание. Сквозь серые потоки падающей холодной воды он высматривал форд Ибо. Увидев, как знакомая зелёная машина выруливает на свою полосу, парень бросился догонять в ее сторону. Он звал Ибо громко, но разве сквозь шум ливня и раскаты грома тот бы что-то услышал?       Ничего не подозревающий Ван Ибо переключил скорость и поехал к деду, он и так уже значительно опаздывал. На душе скребли кошки, он чувствовал себя мерзко из-за сложившейся ситуации. Кевин был достоин лучшего, ведь он то совсем неплохой парень, это просто у Ибо нет к нему никаких чувств, а заставлять себя кого-то любить было глупо и нереально.       Его форд повернул на перекрёстке и устремился вдаль. Ибо уже не смог бы услышать резкий свист тормозов далеко позади и глухой удар. Он уже не смог бы увидеть, как от столкновения с черным седаном тело светловолосого юноши подкинуло вверх как тряпичную куклу. Он уже бы не заметил, как оно  упало на капот автомобиля разбрызгав алую кровь вокруг. И он точно бы не увидел, как небесного цвета глаза последний раз взглянули на тёмное грозовое небо и навсегда закрылись. Холодный ливень продолжал лить, смывая кровь с безжизненного лица юноши.              Как бы Ибо не торопился, но он всё-таки опоздал. Дедушка умер прямо на его руках. Парень держал сморщенные руки в своих ладонях и проклинал себя за свое промедление. Если бы он только мог повернуть время вспять, он бы не пошел сегодня на встречу с Кевином. Он бы остался дома и провел бы ритуал изгнания демона с дедом вместе. Он бы не допустил такого конца! Как вообще такое произошло? Сильный бес? Ибо всматривался в уставшее лицо рядом лежащего бессознательного мальчика, из тела которого дед успел всё-таки вытянуть неприкаянный дух. Он уже вызвал скорую, но врачи помогут только обезвоженному ребенку, а дедушку им уже не спасти.       Ибо пообещал себе, что больше никогда не заведет отношений с кем-либо, так сильно он чувствовал за собой вину.