Параноик

      Тэнши шагнула на кухню, чувствуя, как подошвы домашних тапочек липнут к полу и потянулась к холодильнику в надежде на то, что на сей раз там можно будет найти хоть что-то съедобное.       Ивамото не знала по какой причине она продолжает лелеять надежду на то, что мама решит порадовать домочадцев явством сложнее чем подгоревшее омурайсу, но каждый раз вид запустелой кухни безжалостно разбивал эти наивные иллюзии.       Впрочем, винить мать было бы несправедливо — для того, чтобы готовить, нужно хотя бы иногда бывать дома. Родители, как истинные японцы перерабатывали, а она как полагается образцовой, насколько это вообще возможно дочери, не напоминала им о том, что ни одна работа не требует нахождения в офисе… Она призадумалась. Трое суток.       Внутренний голос ехидно подметил, что ей самой уж точно не стоит брать с них пример в вопросах воспитания детей, но почти что в ту же секунду все тот же голос напомнил, что матерью она не станет в принципе по целому ряду причин, от самой Ивамото никак не зависящих.       Тэнши поморщилась. Продолжать диалог между собой и собой занятие крайне утомительное, особенно когда оба твоих «я» несут откровенную херню. Быть может, такими темпами Тэнши дойдет до общения с настоящими людьми.       Не дай Бог.       Поведя затекшими плечами, она вяло смахнула с лица мешающую прядь волос. И обхватив пальцами скользкую от мелких брызг жира ручку холодильника, Тэнши всем весом подалась назад, преодолевая сопротивление магнитной ленты.       Дверца открылась, обдав ее запахом залежалых продуктов. И…чуда не случилось, ибо полки были практически пусты, если не считать пакета молока с истекающим сегодня сроком и пары яиц, одиноко перекатывающихся в лотке.       Сообразить из этого натюрморта что-то съедобное не вышло бы даже при огромном желании. Пустой желудок отозвался разочарованным урчанием, пока девушка задумчиво сканировала полупустое пространство в поисках хоть чего-то съедобного. Ивамото прикрыла глаза, подавляя мимолетное желание просто захлопнуть дверь и забыть о чувстве голода, однако перспектива остаться совсем ни с чем заставила её присмотреться внимательнее, и в самом дальнем углу.       Печально.       Она выудила из глубины жестянку газировки, которая, кажется, находилась там с момента покупки холодильника и с тех пор благополучно пережила все редкие попытки навести порядок и с трудом вытащила руку с напитком из узкого проема между полками, случайно задев костяшками острый край пластикового разделителя.       А потом глубоко вздохнула и на мгновение прислонилась лбом к прохладному металлическому боку холодильника, мысленно прося прощения перед своим желудком, который каким-то чудом все ещё вполне себе неплохо функционирует.       Пить газировку сомнительного происхождения и ещё более сомнительным сроком годности не самая лучшая идея, но вопреки всем доводам рассудка, рука уже потянулась к открывашке напитка с подмигивающей вишней.       Тэнши готова поспорить, что уровень его химозности превышает всевозможные нормы, если они вообще предусмотрены. Да, почему бы не поспорить.       Девушка наконец отстранилась от холодильника, оставляя на белой дверце влажный след от лба и принялась медленно вращать банку в руке. Наверное, лучшим решением сейчас будет игнорирование состава напитка.       — Эй, — Тэнши продолжала смотреть на кокетливую вишню на покрывающейся конденсатом банке. — Спорим, что я не проблююсь ближайшие…– Она задумалась над тем, какое время обозначить, чтобы выйти победителем. — Ближайшие полчаса.       Желудок предупреждающе сжался, словно умоляя передумать, но Тэнши проигнорировала это и с щелчком дернула кольцо. Резкий запах синтетической вишни ударил в нос и девушка сделала жадный глоток, поморщившись от того, насколько напиток был приторным.       Ивамото оторвалась от банки, тяжело выдохнула и поставила ее на стол, делая вывод, что с нее хватит, да и те два яйца уже выглядели весьма соблазнительно. Чего греха таить, молоко тоже уже и не совсем прокисшее.       Можно было бы, конечно, накинуть что-нибудь сверху, сунуть ноги в уличные тапки и дойти до ближайшего комбини за нормальным бенто или хотя бы парочкой горячих никуманов. Денег было в достатке, но это означало бы выход в жестокий внешний мир, где бродят они.       Ну нет.       Яйца так яйца, тоже неплохо, хотя и не пик гастрономического удовольствия, откровенно говоря. Поиск чистой сковороды предсказуемо обернулся небольшим квестом. Единственная пригодная для жарки посудина покоилась в раковине под слоем чего-то засохшего, что когда-то, возможно, было тем самым маминым омурайсу. Тэнши тихо чертыхнулась и принялась отмывать это нечто.       Процесс создания ужина из того, что Бог послал (а послал он сегодня откровенно мало), не занял много времени. Яйца с сухим хрустом треснули о край пиалы. Она подозрительно принюхалась к открытому пакету с молоком, которое вроде как не кислое, но легкий душок намекал, что его время неумолимо истекает. Плеснув немного жидкости к яичной яйцам, Ивамото принялась лениво взбивать смесь палочками.       Звон палочек о керамику, заглушающий шуршание со стороны мусорки, ритмично разносился по пустой кухне. На дне бутылки с маслом сиротливо плескались остатки и Тэнши вылила их на склвороду, наблюдая, как лужица неохотно растекается по антипригарному покрытию, которое давно перестало выполнять свои прямые обязанности.       Пока омлет пузырился и стремительно прилипал к краям, Ивамото оперлась бедром о столешницу, скрестив руки на груди. Челка, которую она отрезала буквально пару дней назад так и наровила залезть в глаза, но девушка стоически сносила это. А ведь она божилась, что больше никогда и ни за что не отрежет себе челку и… И тут взгляд зацепился за календарь на стене.       До следующего четверга оставалось всего два дня.       Тэнши сжала губы в тонкую полоску и отвернулась. Внутренний голос подкинул крайне заманчивую идею, которая заключалась в том, чтобы, нагло слиться с приема, но этот план разбился в дребезги.       Йошимура-сан обязательно позвонит матери.       Если Ивамото Тэнши не явится в четверг, в офис к отцу или на мобильный Саяко-сан поступит звонок. Мысли касаемо разговоров об «ответственности», «рецидиве» и, что самое паршивое, маячащая на горизонте перспектива стационара, не вдохновляли.       Она с силой провела ладонью по лицу и снова прислушалась к шуршанию, которое стало интенсивнее.       Тэнши знала, что если она сейчас сдастся и позволит себе поверить, что видит реальный мир, а не бред своего воспаленного мозга, то на приеме она просто не сможет промолчать, а Йошимура-сан снова наклонит голову, его очки блеснут в свете ламп, и он вкоадчиво спросит:       — Что там, Тэнши?       Она резко мотнула головой, прогоняя наваждение. Шуршание стало невыносимо громким, перерастая в тихое хихиканье, заставив девушку нервно сглотнуть.       — Ха-ха, ну и жесть, — выдавила она, пытаясь унять дрожь в пальцах.       — Ха-ха, ну и жесть, — эхом отозвалось нечто со стороны мусорного ведра, в точности копируя её интонацию, но искажая голос до неприятного скрежета.       Ивамото не шелохнулась и вместо того чтобы закричать (что бы бы логично в такой ситуации), она медленно перевела взгляд на настенные часы. Секундная стрелка лениво завершила круг. Полчаса уже прошло       — Ты проиграл, — отчеканила она, глядя в темноту угла, — так что завали хлебало и помалкивай.       — Помалкивай… — обиженно донеслось в ответ, но уже тише.       Она потянулась к недопитой банке газировки и пальцы крепко сжали тонкий алюминий. Несколько секунд она просто крутила её в руках, чувствуя, как внутри плещется остаток напитка, а затем резко замахнулась.       — Иди ты на хер, — Банка с грохотом врезалась в стену, разбрызгивая напиток по обоям и полу. В ту же секунду хихиканье оборвалось и тень в углу схлопнулась.       По кухне разносился аппетитный запах омлета.

×××

      Ивамото Тэнши была обычным ребёнком и как бы это странно ни звучало, все самое странное, как правило происходит именно с самыми обычными людьми. В большинстве фильмов и сериалов, книгах и аниме: всегда какая-то херня происходила с теми, кто просто жил свою, не всегда счастливую, но относительно спокойную жизнь.       И девушка была бы не против, если бы она попала в особняк с вампирами или же в ее парня на огромной скорости врезался супергерой, а потом… Хотя нет, насчёт последнего она сомневается, лучше остановимся на секси-вампирах.       Но реальность, как это обычно и бывает, внесла свои коррективы во все фантазии и ее особой фишкой, как у главной героини, стала короткая надпись в медицинской книжке:       «Параноидная шизофрения, код F20.0» И чуть подлиннее:       «Галлюцинаторно-бредовый синдром с аутохтонными идеями преследования.»       Так себе суперспособность. Удвоить и передать другому, если это возможно. Нет? Ну и ладно. На нет и суда нет.       Тэнши искренне верила, что все происходящее — просто сбой, то что можно легко исправить лекарствами и долгими разговорами с врачом.       Именно поэтому Ивамото так отчаянно и старательно пыталась сохранять позитивный настрой, сидя на своем самом первом приеме.       Позитивный настрой был ее верным спутником на протяжении долгого времени, надежным спасательным кругом в океане надвигающегося, как ей тогда казалось, временного помешательства. Она вежливо улыбалась, тщательно подбирала слова, описывая свои «визуальные искажения», и ждала, что врач выпишет волшебную пилюлю, которая вернет мир в норму, но в какой-то момент, где-то между сменой очередного бесполезного препарата и осознанием того, что монстры никуда не исчезнут, оптимизм просто выдохся. Он решил окончательно махнуть на все рукой и бесследно скрыться в неизвестном направлении, оставив Ивамото на произвол судьбы.       Тэнши следила за дозировками и послушно ждала, когда же мир снова станет нормальным, но реальность отказывалась подчиняться фармакологии: существа становились только четче, больше, осязаемее, словно обретая плотность от ее собственного отчаяния.       Бодрое и почти легкомысленное «Пропью таблеточки и все будет нормально» в какой-то момент превратилось в крайне не обнадеживающее «Ого, да мне же пиздец.»       — Доктор, честное слово, я не верю в эзотерику и все такое, — она нервно дернула край рукава. — Но порой мне кажется, что это не первая моя жизнь.       Он медленно откинулся на спинку кожаного кресла, которое отозвалось скрипом. Кончик его дорогой перьевой ручки замер над чистой страницей блокнота.       — Кем же вы были в прошлой жизни? Возможно, он рассчитывал на то, что она скажет, что является реинкарнациией императрицы или на худой конец собаки, но реальность оказалась куда более прозаичной.       — Просто…эм… девушкой? — она неловко пожала плечами и тут же уставилась на свои колени.       — Девушкой? — доктор слегка наклонил голову, — И это всё?       — Студенткой. Возможно, это просто сон, но я подумала, что стоит рассказать…       Он сделал пометку в карте: «Критика к состоянию частично сохранена. Галлюцинаторная активность не носит императивного характера».       Тэнши же сделала пометку мысленную, которая гласила, что знание сюжета фильма, премьера которого назначена на месяц позже нынешней даты — лишь совпадение. И знания другого языка, изучением которого она не занималась ни дня в своей жизни туда же.       Просто совпадение. Просто какие-то существа кругом. Просто она стремительно, окончательно и бесповоротно сходит с ума.