Чувствовать себя человеком

В месте, где все уже давно забыли, какого быть человеком, перестаёшь относиться к кому-то с человечностью. Так и здесь. В цирке, где от людей остаётся одно название, где никто даже не выглядит как человек. Все мы забыли, что было до, и даже если и помнили, то только фрагментами. И пока я отпускал это далёкое чувство человеческих ощущений, кто-то держался за него всеми силами. Цеплялся за прошлое зубами, словно это было всё, что у него было. Не перестаёт сравнивать всё и всех с тем, что было когда-то. Этим кем-то была Рагата. Мы знали друг друга хорошо, наверное даже слишком. Прошло уже долгое время. Люди приходили и растворялись в пребывании здесь. Не задерживались на долго. Но она их не отпускала, так же как и меня. Она не могла перестать упрекать меня, словно видела во мне нечто, которое было когда-то давно. И тем не менее, я жил дальше. Пока не вернулось что-то то, давнее. Её смех. Искренний (а я знал, как он звучит), несдержанный, громкий и выделяющийся среди тихого шатра. Смех над шуткой, над которой даже хихикнуть "не положено". Мой взгляд устремляется к ней. Как и взгляды остальных. Она замолкает. Ей было смешно, я видел. Она оправдывается, но плохо. Потом это повторилось, и ещё раз, и ещё раз, и ещё, и ещё, всё чаще, я адресовывал подобные штуки именно ей, зная, что она не сможет сдержаться. Зная, что ей нравятся такие шутки. Всегда нравились. Всё чаще я замечал в ней перемены. Она то не смотрит на меня совсем, что в принципе для неё обычно. Либо смотрит, слишком долго, и всегда будто не на меня вовсе, сквозь меня. Словно потрошит взглядом, пытается найти достать изнутри что-то чего я сам о себе не знаю. Достать каждую мысль, каждое тайное желание, которого может и не было. Она просто стояла вдалеке и смотрела. В упор. Не подходила, не пыталась заговорить, или предъявить, смотря чего хочет. Просто смотрела. А я и не пытался разгадать её взгляды. Я знал, что перед ней настолько толстая стена, что кувалдой не пробьёшь. И она возвела её собственноручно. Она идёт за остальными, молчит, лишь вежливо слушает разговор. Я сзади, хоть и не должен быть рядом вообще. Беру её за запястье. Она останавливается, оборачивается, смотрит на меня с недоумением, совсем не так, как раньше. – на важный разговор. — киваю в сторону, показываю, что не здесь, и не при лишних взглядах. Она оправдывается перед Помни. Идёт следом за мной. Я не выпускаю её руки. Завожу её за угол, коротко оглядываюсь. Было бы странно, если бы нас застукали тут. Отпускаю чужую руку. – буду откровенен. Зачем ты на меня пялишься? –пялюсь? – смотрит так, словно вообще не понимает, о чём речь. Даже правдоподобно. – не придуривайся. Ты думаешь, я не вижу, как ты на меня смотришь? – никак я на тебя не смотрю. Она что, реально не понимает. По крайней мере, звучит она очень убедительно. – ну вот этот твой пристальный взгляд в последнее время, как в пустоту. – не помню, чтоб смотрела на тебя. – ладно. Я разворачиваюсь, уже собираюсь уходить, как она снова нарушает тишину. – это всё? – да. А ты хочешь поцелуй на прощание? – я разворачиваюсь, тыкая пальцем в свою щёку. Она фыркает и уходит. Я тоже ухожу восвояси. И всё началось по новой. Приключения, пытки, веселье попеременно со скукой. А вместе с ними вернулось и желание азарта. Привлечь внимание, заставить её обратить на меня взгляд, заставить смеяться, стыдиться. Прикосновение там, словечко здесь. Я видел, что свожу её с ума, медленно и аккуратно. Она сама шла на это. Раз за разом взрывалась, кричала, тут же извинялась, не искренне, с презрением. Она снова начала бросать на меня взгляды. Я видел мысли в её глазах. Каждое слово было написано у неё на лбу. Я заранее понимал о чём она думает, какие козни против меня строит в голове. Я действовал осторожно, но и не напирал сильно. Я же не хочу, чтобы она реально рассеялась. Всё так, ради шутки. Было так приятно снова почувствовать что-то настолько яркое. Настолько странное и словно освежающее.