Константы и самые простые уравнения

      — Отвали, Лео.       — Это не так-то сложно, чувак. Ну, знаешь, оставить её в покое, — друг повёл взглядом в сторону ненавистной ему с седьмого класса парты.       Чёртовой первой парты у окна, где могла сидеть только такая заучка как Меган Нильсен, с которой они только что зарядили очередное выяснение отношений посреди урока.       Которая не изменяла своей привычке и сейчас, сжимая губы, посылала, по всей видимости, проклятия в его сторону, если он за три года научился правильно интерпретировать её взгляды. Этот взгляд доставался только ему, Адаму, для остальных она была едва ли не ангелом во плоти, хлопала своими длинными ресницами и помогала старосте искать вожатых в летний лагерь.       Мелкая выскочка.       «Набирает баллы, чтобы на том свете зачли потом?» — Адам одними губами проговорил ей немое «пошла ты» и заставил себя вернуться к записям теории по испанской грамматике.       Он не знал почему она так выводила его из себя с первого, твою мать, дня своего появления в школе. Просто… это была она. Взять хотя бы имя. Меган. Меган Фокс? Со своим метр шестьдесят и чем-то чуть-чуть выпирающим из-под широких футболок-поло — едва ли.       Покопавшись чуть глубже в чертогах своей души, Адам с неохотой мог себе признаться, что дело было не в её посредственной внешности. Она пришла в его школу, и дерзнула сделала её своей. Ничего не делая, просто раздавая свою ненастоящую — он был в этом убежден — улыбку, как конфеты на благотворительность. Училась, приходила на все первые уроки, организовывала тупые школьные праздники, и абсолютно не признавала его существование в этой школе, как немного более важное, чем существование фикуса, коих было и без того много, в кабинете миссис Ньютон. Ей было поразительно наплевать.       Адам же знал, что это было до поры до времени, пока он не найдет способ умерить её спесь. Сам факт её поступления в эту школу был ошибкой.       В начале седьмого класса на её месте должна была быть совершенно другая ученица, та, что была достойнее её. Сара с детства говорила, что родители отпустят её в Вашингтон, и они обязательно будут учиться вместе. До второго класса они оба жили во Флориде, ни богато и ни бедно, она была его подругой детства, соседкой и просто его чертовой первой влюбленностью. Их семьи разъехались по разным штатам, Адама взяли из-за высоких показателей по экзаменам в элитную школу, и с тех пор им удавалось увидеться не более чем пару раз за год. Так было пока в шестом классе Сара радостно не сообщила по телефону, что будет пробоваться на собеседование в его школу, где надеется получить место, пусть это сделать было не просто. Маккингсли Тэкнолоджис готовил передовых программистов, инженеров и математиков: не самые женские направления. Адам ни на секунды не сомневался, что по знаниям Сара обойдет любого в его школе, но в сентябре вместо неё в класс вошла Меган Нильсен, с высоким тёмным, как смоль, хвостом и синими глазами и села за свободную парту у окна. Тянула руку и ничего вокруг себя не замечала. Адам в этот же день узнал, что девушка, еще и на год младше всех, сдала вступительный экзамен на те же баллы, что и Сара, но только отец Сары был простым юристом, а отец Меган Нильсен — хороший друг директора школы.       Уравнение решить удалось с первой попытки.       Меган он с тех пор видел каждый день, а вот Сара пошла в обычную школу на окраине Вашингтона и из-за проблем дома, редко стала писать и звонить.       У его друга Лео почему-то сложилось впечатление, что всё не так просто, и ему стоило перестать прессовать невинную девушку, и попытаться с ней подружиться, но на это Адам не был готов.       Ему не нравилась Меган Нильсен.       И этот факт был его константой последние три года и таким же он и останется.

***

      Начало ноября оказалось на удивление мягким, хоть и дождливым, едва ли нужно было носить что-то теплее толстовки и кожаной куртки, что определенно сглаживало полный завал по учебе. Бесконечные срезы, эссе, проекты и лабораторные работы и почти полное отсутствие свободного времени.       Однако кто ищет, тот всегда найдет, и после тренировки его дражайший друг Лео буквально приказал не сматываться домой, а подождать его и ещё «кое-кого» во дворе школы. Адам вытер обратной стороной ладони пот со лба и только коротко кивнул. Допустим.       Это в конце концов уже перестало быть смешным, как этот кэтчер филигранно принимал его подачи, но не мог принять тот факт, что в его новой интрижке уже почти нечего скрывать. О том, что Лео Стефенсон почти месяц гулял с одной из девчонок их школы, ему стало понятно почти сразу, — если взъерошенные волосы и покраснения у шеи ничего не значили, — но узнать её личность по сей день так и не удалось. За это парню можно было поставить «отлично», ни дать ни взять.       Сегодня великий секрет перестанет быть таковым и они должны были поехать в одну хорошую местную бургерную.       — Должен сказать, я не думал, что ты так легко согласишься, чувак. Типа ты сейчас должен был придумать максимально тупое оправдание, чтобы покатать по городу или поиграть в GTA, а не «проводить чертовски скучный вечер за знакомством с невестой брата».       — Невестой, охренеть можно, — сжал пальцами переносицу Адам, и отправляя в чат парней из команды сообщение и ожидая девушку вместе с новоиспеченным женихом у ворот школы. — Именно поэтому я иду. Этот роман за спинами всех стал почти мировым скандалом.       — Она — самое лучшее, что со мной случилось! Ты не пожалеешь, что станешь первым кто узнает.       — Какая честь, — хмыкнул брюнет, наблюдая как белокурое нечто неслось на всех парах в их сторону.       Лео только отмахнулся от него и закружил налетавшую на него блондинку, ещё и успевая что-то шептать ей на ушко.       На девушке была школьная форма, под стать её идеальным формам и природным данным, накинутое бежевое пальто, высокий пышный хвост и абсолютно довольный вид. Энергетика победительницы, у которой по понятным причинам в руках было по меньшей мере сердце его влюбленного лучшего друга. Адаму было достаточно нескольких секунд, чтобы по их взглядам друг на друга сложить своё впечатление: они чертовки подходили друг другу.

***

      — Да, о чём еще можно было думать? — Дебби приняла от официанта фри, ставя его посредине стола. — Вы бежали, как бешеные, снести пол трибуны — плёвое дело.       — Это называется гиперболизация. Этому же вас учат на литературном курсе? — посмеялся Лео, отпивая колу и целуя в макушку прижавшуюся к его боку девушку.       — В том числе. Слышала, ты, Адам, в прозе довольно неплох.       Адам удивленно вскинул бровь.       — Это твой парень тебе сказал?       — Не-а, это… о, секундочку.       Дебору отвлек телефонный звонок, и она отошла к барному столику, пока Лео отчего-то над чем-то подхихикивал. Даже не хотелось знать над чем. Но хотелось по-дружески пихнуть того в бицепс.       — Ну что ж, Дебора Ланкастер из литературного курса, тебя можно поздравить. Хороший выбор.       — Скорее это она меня выбрала, чувак, буквально в первый день как пришла на тренировку чирлидерш в октябре. Просто один взгляд и я, думаю, ну всё. Впервые такое, — покачал он головой под смешок друга, и тут же его глаза загорелись чем-то абсолютно точно похожим на азарт. — И знаешь, что? Нет, это будет уморительно. Вот как только сложится, ты меня возненавидишь, но… у тебя не будет выбора.       — Я тебя уже ненавижу за эти жалкие интриги.       — Так ведь интереснее? — не уставал улыбаться Лео, уступая место подоспевший Дебби.       — По-идиотски, ты хотел сказать? — Адам и впрямь думал о том, чтобы завалиться домой прямо сейчас, если этот придурок не перестанет развозить цирк. — Дебора, угомони своего засранца.       — С удовольствием, вы же не против, что моя подруга к нам присоединиться? Она тут… рядом совсем, забежит, мы немного поболтаем.       Адам пожал плечами, и может немного не понял, к чему были сомнительные переглядки между ней и Лео, и переключился на недопитую пепси. Он был бы против подружки подружки его друга? Когда такое было.       — Не вижу причин, чтобы она не присоединилась.       — Ну это ты пока так говоришь…       — Черт, да ты и впрямь засранец, Стеффенсон, — заметил Адам, подмечая что даже голова перестала так болеть, настолько этот парень сегодня вжился в роль интриганки года. — У тебя теперь есть такая девчонка. Ты классная, Дебора, — кивнул он девушке. — Может быть будет и у меня, знаешь, классная.       Лео буквально прыснул в кулак.       — Видит Бог, я его предупредил!.. К слову, она и правда классная, я ни раз тебе об этом говорил, — блондин поправил бомбер на плечах и улыбнулся во все тридцать два на кого-то, кто вероятно только что открыл входную дверь.       Чуть промокшие от дождя выпавшие из пучка пряди темных волос. Синий фирменный бомбер команды «Орлов». Такие же синие, как море в шторм глаза, не по погоде короткая школьная юбка. Сжавшиеся в одну упрямую линию губы, как только её взгляд встретился с его. Она безусловно тоже его сразу же узнала.       Чёртова Меган Нильсен.       Классная Меган Нильсен.       Он убьёт этого засранца кэтчера.