Школа, учёба и ещё учёба

— Физика, алгебра, химия, география, ИЗО и физкультура… — прочитал Зеницу, поговорив с завучем. Беседа длилась минут пять, поэтому Агаццума спокойно радовался школьному дню. — Завтра пятница!!! — заорал Иноске на весь коридор. Шедшие ученики принялись оборачиваться. — Иди на хуй! — из толпы послышался знакомый голос. Видимо, одноклассник. — Сегодня эстафета последним уроком, — напомнил шедший рядом ученик. — Эстафета? — переспросил Танджиро. — Да. А вам не говорили? — удивился он. Танджиро посмотрел на Зеницу, который стоял, раскрыв рот. — Ебучая эстафета!!!! — истерично закричал Агаццума. Иноске в это время улыбался во все тридцать зубов (ещё два не выросли), а Муичиро вовсе пропал. — Ладно, братки, живите, — произнёс парень на прощание и приободряюще похлопал по плечу желтоволосого. — Ладно, прогуляем, — предложил Камадо. — Правда можно?!! Ты тоже физкультуру ненавидишь?!!! — обрадовался Зеницу, схватив парня за руки. — А кто её любит? Если это не Иноске и Сусамару, — хихикнул Камадо. — Я, — вставил проходящий мимо Яхаба и приободряюще похлопал ученика по плечу. — Вы просто в волейбол играть не умеете. — …и Яхаба, — добавил Танджиро. — А как прогуляем? — поинтересовался Зеницу. — Без понятия. Как обычно, может? Берём — да уходим, как первоклашки, которые вообще про эстафету не знают, — предложил Камадо. — Бездари ебанные, — Иноске улыбнулся и пошёл дальше. — Ты долбоёб нахуй?!!!! Как ты, блять, из какой пизды ты вытащил отсюда 3?!!! — раздраженно спросил Санеми у Зеницу после пяти минут ответа у доски без шпаргалок. — 9-6=3… — жалобно ответил парень. — Где ты, блять, нашел 9 и 6?!!!! Я тебе сейчас ебало отвенчу!! — заорал математик на ученика, который вжался в стенку. — Я не знаю!!!! Ставь хоть 2, мне посрать! — наехал в ответ желтоволосый. — Хуй я тебя отпущу, пока не решишь. — угрожающе ответил Шинадзугава. Иноске в это время свалился со стула от смеха. — АХХААХАХАХАХ, вот ты ебалай!!! — пропыхтел он сквозь смех. Спустя секунду он тоже стоял возле доски с примером из университета. — Решай, раз такой умный. — хмыкнул Санеми. — Ты вообще ебнулся с концами? Как я решу… Вот это нахуй?!!!!! — заорал Иноске. — Нехуй ржать было, решай. — улыбнулся математик. — Сам ебалай. — проворчал Зеницу, протирая доску рукавом рубашки. — Завали ебало. — прошипел Хашибира. Дверь неожиданно скрипнула. Парни обрадовались, не зная, кто это, но они были более чем уверены, что оно их спасет. — Шинадзугава, верни контрольные по химии. — проговорил стоящий в дверном проёме Игуро. Ученики возмущённо вздохнули. — Нет их у меня. — буркнул Санеми, поверхностно оглянув рабочий стол. — Я тебе утром давал, теперь печатай новые. — прошипел Обанай, закатив глаза. — Пошёл на хуй, сам печатай. Нет у меня бумаги. — шикнул математик. Химик цыкнул и уверенной походкой влетел в класс. Затем, вытащив из мусорки стопку листов, будто знал, что они там находятся, и невозмутимо вышел из класса. Мурата вопросительно взглянул на учителя, моргнув одним глазом. — Все тесты из мусорки? — ошарашенно спросил он. — Да. — угрюмо ответил Шинадзугава и выдвинул один из ящиков. — Вы двое садитесь. — сказал он. Агаццума не поверил своему счастью, и уже хотел стащить со стола телефон, но математик выхватил его и убрал на другой конец стола. — Контрольная. Телефоны на стол. — Пидрила ебучая. — прошипел Хашибира и сел на стол. — Ты сегодня удивительно спокойный. Смирился? — хихикнул Камадо. — Пошел в пизду. Хуй я клал на это смирение. Я ему ебало надеру. — пригрозил Иноске. — Пересадка. — объявил Шинадзугава и оглянул класс, затем вновь уставившись на незаполненные тесты. — Иноске и Кирия сюда. — произнёс он, указав на первую парту первого ряда. — Он с краями ебнулся. — пробормотал Хашибира, но с места не сдвинулся, пока Кирия в это время спокойно сел поближе к окну. — Быстрее. — прошипел математик. — Пошел на хуй, я не в первом классе, чтобы рассаживаться. — заявил парень. Шинадзугава же в ответ на это кинул в него первый попавшийся пенал. Спустя еще 3 секунды, в учителя прилетел учебник по алгебре. — Ах ты ж, сучёнок. — прошипел он, вовремя поймав учебник. — Блять, блять, блять, Иноске ты ебнулся. — испуганно зашептал желтоволосый, когда к ним направился учитель. Схватив ученика за воротник, Санеми планировал посадить его на место, а после урока отвести к директору. Хашибира же схватился за парту мертвой схваткой. — Пацан, ты в край ебанулся. Я твой фанат. — объявил Камануэ, улыбающийся во весь рот. Его соседи — Рокуро и Вакураба подбадривали ученика жестами. Энму, сидевший перед Танджиро, поглядывал на медленно тикающие часы. Руи вовсе надел наушники, и слушая невероятно эпичную музыку, поглядывал на всю картину с выражением лица "Ну что за цирк". Спустя ещё минут 5, Санеми всё же удалось всех рассадить по-своему. Лишь Иноске отсутствовал на уроке, так как его отправили к директору. Никому не повезло с соседями от слова совсем. Кирия, к счастью, тихо сидел и писал контрольную, один на первой парте, будто бы наглядный пример для других одноклассников. Прям за ним усадили шумную Сусамару и Вакурабу, который всячески пытался сделать вид, что не слышит её. Затем сидели Энму с Канао, которые не промолвили ни слова, лишь жалобно поглядывали на своих друзей, которых отсадили от них буквально на другую планету. Лучшего друга Энму — Руи, который не знал об этом, усадили на первую парту третьего ряда вместе с Муратой. Парень пытался всячески с ним найти общий язык, но Аяки не отвечал тем же. А подруги Канао — Мукаго, Аой и Даки посадили на невероятно удобных местах для того, чтобы списать все ответы. Мукаго в одиночестве посиживала на последней парте второго ряда. Аой — на четвертой парте третьего ряда вместе с Котецу. Даки на третью парту второго ряда вместе с Рокуро. Девушке было противно со своего соседа по парте, но ему это собственно не мешало вести себя как обезьяна. Танджиро усадили вместе с Геньей — младшим братом Санеми. Камадо посчитал это хорошим знаком, и попытался пообщаться с парнем, но тот лишь злобно поглядывал на него. Зеницу же на третьей парте третьего ряда бился в истерике, так как его крайне не удовлетворял его сосед по парте — Гекко. Муичиро сидел с Ничикой на последней парте. Оба сидели молча, отличались оба лишь полом, внешностью и тем, что Ничика писала, а Токито лишь разглядывал парты, лампы, потолок и стены. Прошло 15 минут, Иноске так и не вернулся, так что Танджиро начал волноваться, несмотря на свой полупустой бланк. Муичиро так и продолжал вертеть головой. Ничика же уже заполнила всё и сверлила взглядом парня. Зеницу за это время успел списать всё у окружающих его отличников.

***

— Пошли вы на хуй! Я не буду валить отсюда! — орал Хашибира на весь кабинет. — Я… блять, вы ахуели! — Слушай, Хашибира, это тридцатая жалоба от Шинадзугавы. Помимо его жалоб, есть ещё двенадцать от Игуро… — директор принялся перебирать листы один за другим. — Ещё десять от Томиоки, одна от Кочо, три от Цугикуни, две от Фудзикавы и семнадцать от Ягами. — перечислил он, и сложил руки на парте. — У твоих друзей тоже жалоб многовато, но ты уже превысил свой лимит. — Шинадзугава, Томиока, Ягами и Игуро просто меня не любят. Мрази. Написали какую-то херь и радуются. — проворчал Хашибира. Убуяшики вскинул бровь. — Да? Ладно. Жалоба первая: грубил учителю в коридоре, планировал опоздать на 20 минут, сказав, что была очередь в столовой. Камера подтвердила. Далее, матерится на уроках и орёт как обезьяна. Это также нетрудно узнать, учитывая ваше некомпетентное поведение. Чуть не вырвал ручку двери, пока пытался открыть. Пусть платит. Пожалуй, скажу сразу, что в коридоре… везде, стоят камеры, поэтому, благодаря этому, можно отнять жалоб так двадцать. У Игуро, Томиоки и Ягами похожие жалобы, так что… считаю, что это правда. — перечислил тот без единой запинки. — Блять, мразь ебучая. — пробурчал Хашибира. — Мне позвонить родителям? — поинтересовался Кагая. — Да звони, мразота!! — выпалил ученик. Директор вскинул брови и вытащил телефон из ящика. Позвонив на нужный номер, он принялся ждать. — Абонент временно недоступен. Пожалуйста, пере… — заговорил автоответчик. — Пожалуй, последую совету автоответчика. Позвоню позже. — кивнул он своим мыслям. — Так… что скажете в оправдание? — Оправдываться не буду. Иди на хуй. — проговорил парень. — Как пожелаете, заставлять не буду. — директор шутливо поднял руки. Иноске промолчал, закатив глаза. После 5 минут неловкого молчания, Убуяшики откашлялся и проговорил прежним спокойным и тихим голосом: — Просьба передать своим друзьям, что на них огромная куча жалоб. Только меньше, чем у тебя. У Агаццумы три от Томиоки, пять от Игуро, десять от Шинадзугавы и двадцать от Ягами. У Токито семь от Томиоки, пятьдесят от Игуро, шестнадцать от Шинадзугавы, тринадцать от Ягами, шесть от Цугикуни, одна от Фудзикавы, одна от Кочо и одна от Ренгоку. — Блять, а хули меня выгоняют, а не Муичиро? — возмутился Иноске. — У него этой хуйни жопой жри, так какого хуя… — возмущался он, пока Убуяшики громко не вздохнул. — Кхм, сравните, пожалуйста, содержимое жалоб. Вы — ведёте себя просто ужасно, а Токито лишь спит и не приносит спортивную форму. Да и учебники вообще… — проговорил Кагая. — Ты… блять… ебало накрашенное! — выругался парень. Директор удивлённо указал на себя, мол: «Я?». Юноша продолжил: — Иди на хуй со своими жалобами припизднутыми. Умник ебанный, хули, бля. Думаешь, нарожал, сука тройняшек и дохуя крутой, да? У тебя сын ебать тупой троечник. Так какого хуя ты до меня прикопался? За своими хуеплетами посмотри, ебалай. — раздраженно произнёс Хашибира и громко хлопнул дверью. Директор вздохнул: — Подростковый возраст? — предположил он и начал прибираться на столе после буйных выпадов Иноске. — Кирия? Троечник? — удивленно пробормотал тот и задумался. Ловко открыв электронный дневник, он оглянул рейтинг класса. «Кирия — 28 место из 34. Ничика — 2 место из 34. Хинаки — 6 место из 34.» —Ого… Поговорю с ним позже.

— Здравствуйте, Иноске здесь? — в проёме показалась ярко жёлтая макушка Агаццумы. Директор нахмурился: — Доброе утро, господин Хашибира ушёл около восьми минут назад. Перед этим, он кхм… использовал нецензурную лексику в мою сторону… Агаццума, я просил перестать красить волосы в такой яркий цвет. Если настолько хочется, то покрась в оранжевый только кончики. — напомнил он. — Это мой естественный цвет волос! — воскликнул ученик. — Пока! — кинул он на прощание, и убежал. Дверь осталась открытой, жалобно поскрипывая.

***

Химия. Игуро отмахивался листами, вытащенными из мусорки словно веером. Внезапно, в кабинет ворвалась толпа учеников. Химик как ни в чём не бывало, цыкнул и закатил глаза. — Добрый веч… день… упа! Утро, господин Игуро! — поздоровался Мурата. — Я сделал домашнее задание! Можете проверить? Исправьте, пожалуйста, двойку. — жалобно попросил он. — Нет. — коротко ответил учитель, качнув головой. — Пожа-а… — взмолился парень, но тут же получил стопкой бумаги по лицу. — Раздай. Имена написаны сзади бланков. — скомандовал Игуро. — А вы оценку исправите? — обрадовался Кадзухиро (Мурата). — Нет. — повторил Обанай. — Тогда, я… — вредно начал парень, но его вновь прервали. — Тогда я понижу твою оценку до кола. — пригрозил химик. Мурата тут же успокоился и принялся раздавать листовки. — Кто такой «Придурок»? — поинтересовался Кадзухиро. — Токито. — прошипел брюнет. — А его здесь нет. Ну, в классе. — сказал парень. — Придёт. — уверенно заявил Обанай.

***

Танджиро, Зеницу, Муичиро и Иноске в это время "мирно" болтали в коридоре. — Иноске, ты ебанулся!!! — воскликнул Агаццума. — Я, сука, ты!!! — Ты сегодня опять прогуляешь? — поинтересовался Камадо у Муичиро, который прогулял химию уже два раза. Токито кивнул. — Ладно… Ты ещё долго так будешь? — спросил Танджиро. Длинноволосый вновь кивнул. — Хорошо… удачи. Мы пошли. — попрощался с ним Камадо и побежал догонять Зеницу с Иноске.

***

— Без Токито не возвращайтесь. — злобно прошипел Игуро, завидев эту троицу и захлопнул дверь. — Да и пошла на хуй эта химия. — закатил глаза Иноске и расслабленно побрел по пустому коридору. — У нас… контрольная. — напомнил Камадо. — Ещё лучше. — обрадовался Хашибира. — Не-а, нас на второй год оставят. — пессимистично напомнил Агаццума. — Бля-ять. Похуй, но, сука… — прошипел парень и добавил: — Погнали искать этого сученыша. Оббежав сначала третий этаж, они направились открывать кабинки туалетов, и окликать везде Муичиро. Затем, пробежав длинный коридор, они направились на второй этаж и проверили все туалеты там. Последним оставался лишь самый просторный и огромный первый этаж. Обрыскав все вокруг и там, парни вернулись в кабинет, где почему-то отчитывал Игуро директор. — Здравствуйте… — поздоровался Танджиро. Оглянув класс, он заметил стоящего неподалеку от учительского стола Токито. — Здравствуйте, Камадо. Садитесь на место. — вежливо поздоровался Убуяшики и продолжил что-то объяснять химику, который, кажется, вообще не слушал и время от времени извинялся. Сев на места, Агаццума поинтересовался у Энму: — Что случилось? Цукино (Энму) пожал плечами: — Не знаю, кто-то до кого-то домогался. — произнёс он, хоть перед ним Доума с Аказой элитно флиртовали. Блондин лез к соседу по парте и грыз тому все подряд, а розоволосый избивал того линейкой. — Кратко говоря, — Руи повернулся: — У нас была контроша. Потом Обанай чё-то там увидел в коридоре, вышел, потом зашел директор, притащил за его за ухо. Выглядило прикольно вообще, наехал на Кирию и теперь наезжает на Обаная. — рассказал Аяки и вновь повернулся, чтобы не пропустить самое интересное — соседей спереди. Сам химик в это время летал среди облаков. Парню хотелось вышвырнуть директора в окно, но учитывая его физическую силу и разницу в росте, такое явно бы не получилось. — Игуро! — окликнул того Убуяшики после невероятно долгой лекции. — Ты слушаешь? — Угу, угу. — химик покивал, закатив глаза. — Что я сказал? — спокойно спросил Кагая. — Господин Убуяшики, я не в первом классе. Так что, нет необходимости прибегать к такому. — вздохнул Игуро. — Верно, в первом классе, на кону бы стояла только твоя успеваемость. Сейчас же, на кону твоя работа. — кивнул Убуяшики. — Что я сказал? Игуро задумался. Услышал ли он хоть слово? Нет. Интересовало ли это его? Нет. Мозги, чтобы выкрутиться работают? Нет. Хорошая ли у него репутация в последнее время, чтобы ему простили? После сонного разговора по звонку, явно нет. В подходящем ли он возрасте и ситуации, чтобы сказать какую-то чушь? Нет конечно! Спустя пять секунд раздумий…: — Настоятельно и категорически предлагаю инициировать конфабулятивную, метапарадигматическую, когнитивно-синергетическую дискуссию, экзистенциально и процедурно соотносимую с вышеозначенным эпизодическим инцидентом, включающим множественные нюансированные аспекты, контекстуальные детерминанты, интроспективные и архетипические элементы, непосредственно в высокопривилегированном пространственно-организационно-административном контексте руководства учреждения. — выпалил химик на одном вздохе. От подобного выпада, директор замолчал, как и весь класс. Спустя пару секунд, учитель принялся невозмутимо выставлять красные оценки. — До свидания. — доброжелательно проговорил директор и вышел из класса. Оставшиеся три минуты, класс провел в гробовом молчании. Только Игуро пощелкивал мышкой и клавишами. Токито всё также стоял, а одноклассники сочувственно поглядывали на него.

***

— Что у вас с Танджиро, мать твою, творится?! — воскликнул Зеницу. — Сначала, Танджиро снится какая-то чушь, потом Томиока утаскивает его в кабинет, неизвестно зачем и почему-то об этом они умалчивается. Теперь, Муичиро что-то сделали с Обанаем и за это на них наехал директор. Об этом никто не знает, но и в диалоге ничего понятно не было. Вы романы крутите, верно?! — Не неси чушь. — проворчал Камадо. — Я расскажу вам, что было у нас с господином Томиокой, но потом. — вздохнул он. — Когда? Когда ты случайно родишь? — уточнил Агаццума, закатив глаза. — Я?! — переполошился Камадо. — Мы… Я… Мы ничем подобным в школе не занимались!! — Значит, блять, вне школы занимались? — хихикнул Иноске. — Вне школы тоже. — твердо ответил парень. — А ты, пидрила, хули смотришь, как будто вообще не при чем? — спросил у Токито Хашибира. — Я шёл, меня Игуро заметил, потом прижал к шкафчику. — рассказал Муичиро. — А потом? — поинтересовался Агаццума. — А потом их заметил господин Убуяшики. Вы города в Европе отметили? — перебил Танджиро. Парни переглянулись. — Похуй. — закатил глаза Иноске. — Не хочу. — помотал головой Токито. — Европа это не море? — удивился Зеницу. — Это название баскетбольной команды. — влез в их разговор низенький, 20-летний географ, которого приняли за школьника. — Кстати, Агаццума, тебе 2. Голова твоя — банка использованная. Раньше что-то там было, теперь нет. — Я перепутал. — выпалил желтоволосый. Учитель вскинул брови: — И что такое Европа? — Это страна. — уверенно заявил Зеницу. — Кол тебе. Это часть света. — безнадежно вздохнул парень и тут же строгим тоном выкрикнул: — Не бегаем! — бегающий школьник, от неожиданности, врезался в проходящего мимо Сабито. — Заколебали. Дома побегайте. — проворчал он и устремился прочь. — Учитель, я не бегал. — посетовал ранее носящийся по коридорам ученик. — Добрый вечер, ученик. Меня зовут Юширо Ягами, мне кажется, я уже представлялся 2 года назад. — саркастично огрызнулся учитель, но тут же сменил "доброжелательное" лицо на злую мину: — В башке у тебя значит тараканы бегают вместо тебя, раз забыл.