Светлый огонь

Дэанэ проснулась от запаха шоколада и корицы. Сначала она не поняла, где находится — потолок был низким, деревянным, совсем не похожим на лепнину поместья Алеси. Потом вчерашний день навалился воспоминаниями: побег, письма, перчатка, зелёное пламя камина и Дамблдор с его тёплой улыбкой. Она улыбнулась и потянулась. За стеной уже слышались голоса — Молли что-то громко командовала, близнецы перекрикивались, а где-то вдалеке раздавался тонкий детский голосок, который пытался всех переспорить. Дэанэ встала, натянула вчерашнюю футболку (теперь уже свою) и спустилась вниз. Кухня встретила её теплом и шумом. Молли стояла у плиты, колдуя над огромной кастрюлей. Артур читал газету за столом, Чарли и Билл спорили о чём-то, близнецы носились вокруг с какими-то свертками, а в углу сидел маленький рыжий мальчик и сосредоточенно ел что-то из тарелки. И тут же, привязанная к стулу какими-то верёвочками, сидела крошечная рыжая девочка с бантом на голове и грозно смотрела на всех сразу. — Джинни, сиди смирно! — прикрикнула Молли, даже не оборачиваясь. — Я сказала, нельзя бегать, пока не поешь! — Я не бегаю! Я просто хочу посмотреть на гостью! — возмутилась девочка таким тоном, будто ей как минимум пятнадцать, а не три годика. Дэанэ замерла на пороге. И в этот момент Джинни её увидела. Девочка замерла, уставившись на Дэанэ круглыми глазами. Потом перевела взгляд на Билла. Потом снова на Дэанэ. — Мама, — сказала она тоненьким голоском. — Мама, это та самая девушка? Про которую Билл рассказывал? Молли обернулась, увидела Дэанэ и улыбнулась: — Она самая. Дэанэ, доброе утро. Иди завтракать. — Это та, которая в команде с Чарли? — спросил Рон, с интересом разглядывая гостью. — Та самая, — кивнул Чарли. — А почему она в Билловой футболке? — Потому что своя порвалась, — ответил Билл, не поднимая глаз от тарелки. Рон сощурился с подозрением, но ничего не сказал. Джинни тем временем уже отвязалась от стула (верёвки были чисто символическими) и подбежала к Дэанэ. Она остановилась в двух шагах, задрав голову, и серьёзно спросила: — А ты правда из Франции? — Правда. — А на метле летаешь? — Летаю. — Круто! — восхитилась Джинни. — А меня научишь? — Джинни, ты ещё маленькая, — вздохнула Молли. — Не маленькая! Мне уже почти четыре! — На метлу с четырёх лет не сажают, — авторитетно заявил Перси. — Это опасно. — А ты молчи, умник! — Джинни! — Что? Он первый начал! Дэанэ рассмеялась и присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с девочкой: — Когда подрастёшь — обязательно научу. Обещаю. — Честно-честно? — Честно-честно. Джинни довольно кивнула и тут же заявила: — Тогда ты теперь моя подруга. Самая лучшая. После мамы. Молли фыркнула: — Быстро я подвинулась. — Мама, ты всегда первая, — успокоила её Джинни. — А она вторая. — Лестно, — улыбнулась Дэанэ. — А ты есть будешь? — спросил Рон с набитым ртом. — А то тут вкусно. — Буду. Дэанэ села за стол, и Джинни тут же забралась к ней на колени, с интересом разглядывая новую знакомую. — А почему ты сбежала? — спросила девочка без всякого стеснения. — Джинни! — рявкнули сразу несколько голосов. — Что? Я просто спросила! Дэанэ погладила её по рыжей макушке: — Потому что там хотели, чтобы я делала то, чего я не хочу. А здесь мне разрешают быть собой. Джинни задумалась, нахмурив крошечный лобик, а потом выдала: — Тогда правильно сделала. Я тоже не люблю, когда заставляют. — Тебя заставляют? — улыбнулась Дэанэ. — Кашу есть, — мрачно сказала Джинни. — А я не люблю. Все засмеялись. — Джинни, — позвала Молли. — Дай человеку поесть. Слезай. — Не слезу! — Джинни Уизли! — Ладно, — девочка нехотя сползла с колен, но уселась на соседний стул и всю трапезу не сводила с Дэанэ любопытных глаз. — А что ты умеешь? — спросила она, когда Дэанэ доедала яичницу. — Ну... летать на метле. Готовить немного. Рисовать не очень. — Билл хорошо рисует, — авторитетно заявила Джинни. — Он тебя научит. — Джинни! — Билл покраснел. — Что? Ты же сам говорил, что хочешь её научить. Я слышала. — Подслушивать нехорошо, — назидательно сказал Перси. — А я не подслушивала, я просто мимо проходила! Близнецы захихикали. — Джинни у нас главный информатор, — сказал Фред. — Ничего не скроется, — подхватил Джордж. — Молчите, близнецы! — шикнула Джинни, но было видно, что ей приятно. Дэанэ смотрела на эту рыжую орущую банду и чувствовала, как внутри разливается тепло. Здесь было шумно. Тесно. Безумно. И это было лучшее место на земле. — А ты надолго к нам? — спросил Рон, доедая уже вторую порцию. — Не знаю, — честно ответила Дэанэ. — Надеюсь, надолго. — Ура! — завопил Рон. — Тогда ты будешь меня учить летать! — А меня? — тут же встряла Джинни. — Тебя рано! — Не рано! — Хватит орать! — рявкнула Молли. — Все на месте? Близнецы, вы куда? — Украшать ёлку! — Мы повесили игрушки! — Они криво висят! — Нормально висят! — Перси, проверь их! — взмолилась Молли. Перси важно поправил очки и направился к ёлке. Через минуту оттуда донеслись его возмущённые крики и хихиканье близнецов. Чарли и Билл снова заспорили — теперь о том, кто будет таскать дрова. — Ты вчера таскал! — А ты вообще драконов любишь больше, чем семью! — Это разные вещи! Джинни дёрнула Дэанэ за рукав: — А ты будешь с нами Рождество праздновать? — Буду. — И подарки получишь? — Надеюсь. — Я тебе нарисую что-нибудь, — пообещала Джинни. — Я умею. Не так хорошо, как Билл, но красиво. — Спасибо, — растрогалась Дэанэ. — А ты мне? — Обязательно. Джинни довольно заулыбалась и убежала к близнецам — видимо, делиться новостями. Рон подошёл поближе и спросил тихо, чтобы никто не слышал: — А тот парень, который тебя бросил... он дурак да? — Дурак, — серьёзно кивнула Дэанэ. — Я так и думал. Билл бы не бросил. — Рон! — донеслось от ёлки, но было непонятно, слышал Билл или нет. Рон хихикнул и убежал. Дэанэ сидела за столом, смотрела на эту рыжую суматоху и думала о том, что вчера в это же время она была в поместье Алеси, среди фальшивых улыбок и холодного мрамора. А сегодня она здесь. Среди своих. И пусть Джинни ещё маленькая и задаёт сто тысяч вопросов, пусть Рон вечно жуёт и лезет не в своё дело, пусть близнецы орут, а Перси всех поучает. Это был дом. Её дом теперь.