Однажды в Египте

Широкая водная гладь раскинулась на сотни километров вперёд. Взгляд на неё успокаивал и будто бы даже придавал немного моральных сил. В семь утра по местному времени на пляже было безлюдно. Нориаки поспал от силы пару-тройку часов, просидев полночи в интернете в надежде найти хоть крупицу информации, и сейчас просто всматривался в синюю даль перед собой. Сложно думать, что ты не спятил, после того, что случилось. К берегу прибило немного мусора и водорослей — последствие сильнейшего ливня, который обрушился вдоль побережья Шарм-эль-Шейха до самого Каира. Забыть о нём не дали ни разговоры отдыхающих, ни репортаж по телеку, ни собственная память. Но вчера, когда промокший до ниточки Нориаки вернулся в номер, тот снова был пуст. Какёин трогал сраную лампу, пытался заговорить — ничто не возымело эффект. Странный незнакомец вновь испарился, оставив кучу вопросов и хаос в голове. Вместо того чтобы спать, Нориаки штурмовал интернет-страницы в попытках наткнуться на рассказы людей, с кем происходили похожие необъяснимые вещи. Да, он нашёл таких, но всё было не то. Либо описание джина было совсем другим, нарочно мультипликационным — а тот, которого встретил Какёин сильно отличался, — либо сама история больше напоминала легенду городского сумасшедшего. С другой стороны, может, и его историю можно обозвать наивным бредом. Поиски информации лишь больше запутали. Звук вибрации отвлёк от бесконечного круговорота мыслей, Нориаки взглянул на экран телефона. «Мне нужно забрать свои вещи до обеда». Прекрасно. Что ещё могло испортить утро с такой же поразительной точностью. Мысли о Дио плотно соседствовали с мыслями о джине. Какёин понимал: с бывшим парнем наверняка ещё предстоит увидеться, возможно, даже поговорить. А для того, чтобы разговор вышел продуктивным и не губительным для собственной психики, его нужно обдумать. С Брандо никогда не было просто. Вот и сейчас… не то сообщение прислал, не то очередную головоломку. Никакого приветствия и дружелюбного тона — лишь перекладывание ответственности. Порой Нориаки казалось, что отношения с ним подобны шахматной партии. И пусть они вроде как закончились, это вовсе не значило, что Дио не сделает следующий ход. Во второй раз из размышлений вырвал внезапный лай собак. Какёин настороженно обернулся: у входа к пляжу скопились несколько человек в форме, а вместе с ними на поводках полицейские псы. Череда странностей продолжалась. Нориаки поднялся, отряхивая одежду от песка, и направился подальше от берега. Могло ли это как-то быть связано со вчерашними событиями? За стойкой ресепшн на его этаже Какёин встретил уже знакомого портье. Тот выглядел обеспокоенным чем-то, но это не остановило вопрос Нориаки, а лишь усилило интерес: — Что-то случилось? Там, на берегу. Юноша поморщился, с трудом скрывая волнение: — Не могу сказать, сэр. Прошу меня извинить, — он поднял стационарную трубку, набирая номер, всем своим видом изображая занятость. Какёин не стал давить и просто понимающе кивнул. Плохой это знак, конечно. Зачем нужны были собаки? Только если для поисков чего-то. Или кого-то. Или Какёин просто придумал себе какое-то происшествие… Но почему тогда портье не смог ничего рассказать? Дойдя до спальни, Нориаки вдруг остановился, делая несколько медленных шагов назад. Внутри закипало раздражение: он точно здесь. Необъяснимое чувство чужого присутствия сдавило грудь. — Долго гуляешь, — раздался на ухо знакомый голос, и Нориаки от неожиданности чуть не подпрыгнул на месте. Он почему-то ждал гостя снова в спальне и никак не мог предположить его резкое появление у себя за спиной. — Позвал бы меня, раз я так нужен. Да уж. Из-за неловкости и злости фраза вышла такой, словно Какёин был обижен чужим исчезновением почти на сутки. В целом оно так и было. А больше всего обидно было за то, что он чуть с ума не сошёл, думая, что сошёл с ума. Ну или как-то так. Дурацкая тавтология. — Я не могу просто так подойти к тебе в людном месте. Меня же заметят, — джин наконец показал себя, выйдя вперёд. Он выглядел ровно так же, как и вчера: экзотично, интригующе. Фантастически нереально. Какёин не мог остановить себя от беспардонного разглядывания предметов его странной малочисленной одежды. С другой стороны, ему вчера официально разрешили это разглядывание. — Правда? — почему повязка и сапоги? Зачем цветной шарф на шее? — Мне казалось, ты должен уметь становиться невидимым. — Невидимым я испугал бы тебя ещё больше, — и снова лёгкая усмешка одним лишь очертанием синих губ. Короткая и иронично-снисходительная. Нет, ну такое Нориаки однозначно не нравилось. Своё отношение к джину он пока смутно понимал; сильного страха не было, скорее он испытывал осторожное благоговение. Но уж точно ему не был нужен ещё один кукловод, даже временный: — А я вообще не люблю, когда меня пугают. Хоть как, — и неважно, что перед ним какой-то там по всей видимости очень древний дух. Он не позволит себя дразнить. — Прости, если задел, Нориаки. У меня вовсе нет цели злить тебя или обижать, — слова джина прозвучали довольно искренне, даже будто смягчилось его не слишком эмоциональное лицо. Конечно, у него не должно быть цели злить, он ведь по сути своей обязан выполнять людские желания. А вот насчёт обидеть… не надо было исчезать, не сказав ни слова. Поэтому полностью извинение Какёин не принял, но всё же решил немного ослабить оборону: — А у тебя имя есть? Или мне звать тебя просто «джин»? — Зови меня Стар. — Стар? Получается, «звезда» на западный… манер, — Нориаки запнулся из-за внезапного осознания: — ты говоришь на японском. — На твоём родном языке, да. Иначе как бы ты меня понимал? Действительно. Такая мелочь, но без неё их диалога бы не существовало. Тихое и незаметное проявление магии. Джин не спешил впечатлять недюжинной силой или умениями — как будто сам осторожничал. — Думал над следующим желанием? — спросил Стар, не дождавшись ответа от смутившегося Нориаки. Да. Какёин думал — и ничего особо не придумал. Мысли по-прежнему крутились вокруг Дио: почему расставание произошло именно сейчас? Почему тот был особенно резок? Глупость, но отчего-то мозг настойчиво подкидывал желания, связанные с Брандо. Чем же так важен его клиент? Любовник, может, тайный? Как эти подозрения облечь в желание? В какое? Может, сам джин ему в этом поможет? — Скажи, а… предположим, я хочу узнать ответ на вопрос. Как ты будешь действовать? — Зависит от вопроса. Какёин вымученно вздохнул: не хотелось посвящать незнакомца в свою любовную драму. Вряд ли он поймёт тонкости их взаимоотношений с Дио, да и вообще… Нориаки в принципе считал неуместным выворачивать перед кем-то грязное бельё. Однако магия вполне могла помочь найти ответы на терзавшие душу вопросы. — Допустим, мне нужно узнать информацию о человеке. Проверить кое-что. Широкие брови джина сдвинулись ближе к переносице. — Тебя интересует, как работает моя магия или то, в каком виде будет ответ на вопрос? Выбор был очевиден: — И то, и другое. — Не ожидал от тебя меньшего, — качнув головой, хмыкнул Стар. — Если желанием будет вопрос — получишь честный ответ, я добуду его любым возможным путём. А насчёт магии… некоторые тайны должны оставаться тайнами, не считаешь? — Возможно. Но я немного сомневаюсь в твоих методах. Джин какое-то время просто смотрел и молчал. Однозначно определить его эмоции было сложно, но казалось — тот с трудом пытался подобрать, что сказать. — Впервые сталкиваюсь с таким беспрецедентным скептицизмом. Тебя что, дождь так и не смог убедить? Чёрт, не то. Он не понял. — Да убедил меня твой дождь. Я имел в виду… — теперь Нориаки и сам затруднялся объяснить, что подразумевал. — Не поверю, если не увижу сам. Если не узнаю сам. Наверное, прозвучит странно, но мне не требуется, чтобы всё сделали вместо меня, мне просто… »…нужна помощь. Помощь в виде магии». Какёин так и не закончил предложение, снова задумавшись. Вроде как удалось зацепиться за мысль, но рискованно, очень рискованно. Он был почти уверен, что джину не понравится его формулировка, однако опыта в грамотной постановке желаний у него никогда не было. И поэтому: — Помоги мне проследить за одним человеком, — тихо произнёс Какёин, не веря, что в самом деле просит об этом. Сначала разгром посуды, потом встреча со Старом, теперь слежка… жизнь так стремительно менялась после той злополучной ссоры. Реакция джина была на удивление спокойной: — Проследить или выследить? — Проследить. Дио говорил о вечеринке, о сделке, которая как раз должна состояться сегодня. Если проследить за ним, то можно выяснить, какие отношения у него со своим клиентом. Понять, что происходит на этих встречах. Какёин должен узнать. — Желание принято, — и в подтверждение золотые нити на теле Стара ненадолго засияли, а затем погасли — прямо как в прошлый раз. Нориаки подозрительным взглядом уставился на чужое бесстрастное лицо. — И в чём подвох? — Что тебя не устраивает? — Стар снова нахмурился. — Тебя не должна устраивать моя формулировка. Совсем за идиота держишь? Моё желание подразумевает слишком много действий, — в сказках всегда была конкретика. Какёин ждал поправки или даже отказ выполнять что-то настолько размытое и трудоёмкое, или что джин хотя бы разозлится. А то, как легко и быстро тот согласился, лишь подтверждало теорию — в чём-то определённо был подвох. Стар изучающе молчал, не отводя своих необычайно ярких глаз. На мгновение Нориаки показалось, что в них мелькнула тень тщательно скрываемой печали. А затем тот и вовсе отвернулся, и сделал шаг в сторону окна. — Как думаешь, часто находят мою лампу? Какёин опешил: откуда бы ему знать? Странная смена темы. — Понятия не имею. — Последний раз я был здесь почти десять лет назад, — джин тяжело вздохнул перед тем как продолжить. — Ерунда по сравнению с вечностью, но новый мир так стремительно меняется. С каждым годом мне всё сложнее уловить его ритм, сложнее… соответствовать. Ты прав: раньше бы я противился подобной просьбе, но не теперь. Лучше задержаться здесь, чем дальше прозябать внутри, — вечность… можно только догадываться, как ощущалось время, когда ты бессмертен. Стар же бессмертен? Наверняка. Какёин мысленно поморщился: он никогда не хотел жить вечно. — Так что я помогу тебе, Нориаки. И мне импонирует ход твоих мыслей. Хочешь быть главным — будь. Но не забывай об уважении — я не собачка на побегушках, — и с этими словами Стар вновь повернулся: печаль исчезла с его точёного лица, а губы тронуло подобие улыбки. Улыбнуться в ответ Какёин пока что не смог, но чужое откровение значительно расположило к себе. Признание было неожиданным… и необычным. Оно показывало джина более человечным, чем Нориаки ошибочно посчитал, и вполне объясняло его мотивы. Технический прогресс неотвратимо менял мир каждый месяц, если не каждый день — что говорить о годах. Видимо, даже у духов есть своё подобие чувств и свои стремления. — Я и не собирался злоупотреблять твоей силой, — на самом деле Какёин был справедлив и мягок. Вежлив, внимателен и учтив, несмотря на упрямство и порой проскальзывающую дерзость — то лишь броня, выстроенная за годы бок о бок с Дио. Он бы действительно не смог помыкать кем-то или нагло использовать в своих целях. — Теперь рассказывай, — джин подошёл ближе и опустился на диван. Похоже, с нравоучениями и подозрениями было покончено — пришло время прикинуть план к своей внезапной идее. Он вкратце рассказал Стару о Дио и о его вечерней встрече с клиентом, намеренно не упоминая о том, кем Брандо ему приходился. — М-м, тот самый Дио. Так тебе нужно выяснить детали сделки? — Да, можно и так сказать, — подтверждение вышло слегка неуверенным. Интересно, есть ли джину дело, если в процессе слежки они застанут двух флиртующих мужчин? Или, например, целующихся. Разумеется, далеко не факт, что именно эти опасения Нориаки подтвердятся: оттенки чужого интереса могут оказаться иными. Да и раскрывать интимную информацию раньше времени Какёин совсем не стремился. Успеется. — Где будет встреча? — В одном из местных ресторанов. Название вроде «белая змея» или как-то так, — голос Энрико был таким громким, что Нориаки даже смог запомнить название места, о котором они с Брандо говорили. — Не слышал. Разузнаю всё и вернусь, — Стар вмиг поднялся, расправляя широкие плечи. — У нас же время до вечера? — Необязательно узнавать, я могу просто загуглить. Ну, то есть найти в интернете. Ты же в курсе что… — Я в курсе, да, — быстро перебил его джин, — просто хочу немного… прогуляться. Ох. Об этом Какёин не подумал. — А, тогда конечно, — и после недолгих сомнений добавил: — только не пропадай как в прошлый раз. «Иначе я снова решу, что спятил». — То было вынужденно, — загадочно ответил Стар и в следующую же секунду исчез. Нориаки окинул взглядом резко опустевший номер: словно и не было никакого разговора и никакого джина. Ещё одно мгновение — и воцарившаяся тишина напомнила о главном: Какёин собрался следить за своим бывшим парнем. «Безумие». Но грудь до сих пор сдавливало тягостное беспокойство. Обострившаяся интуиция подсказывала, что ему нужно быть в том ресторане сегодня. Невовремя вспомнились люди в форме на пляже, собаки… Ладно, это уже совсем какие-то гнетущие домыслы. Кстати, о Дио. Нориаки достал мобильник и открыл нужный диалог: «Можешь забрать сейчас». Какёин рассчитывал на то, что Брандо не посмеет явиться сам, а пошлёт за багажом кого-то из персонала. Что ж. В любом случае, даже несмотря на расставание, он вполне имел право забрать свои многочисленные вещи, которые наверняка понадобились перед важной встречей. Современный денди, он был повёрнут на моде, и каждый сезон скупал новые предметы одежды, стараясь опережать тренды. Молодился в свои почти тридцать и тщательно избегал темы возраста, порой и вовсе занижая его перед другими. Дио был нездорово зациклен на красоте и привлекательности. «Через 10 минут». Десять минут. Нориаки прошёл в ванную и заглянул в зеркало: внутренние терзания нисколько не отразились на нём внешне, только на коже успел проступить лёгкий красноватый загар. Всё-таки пребывание в Африке бесследно пройти не могло: даже отросшая чёлка успела подвыгореть. Какое же нещадное в Египте солнце. Когда Нориаки проходил мимо спальни, взгляд зацепился за лампу, так и оставленную на прикроватной тумбе, и он поспешил спрятать её внутрь. Подальше от чужих хитрых глаз. В дверь аккуратно постучали. Похвально, учитывая, что у Брандо осталась при себе ключ-карта. Какёин не стал медлить — хотел разделаться с этим визитом как можно быстрее. Ладони предательски вспотели, когда он потянулся к дверной ручке. На пороге ожидаемо стоял Дио. Он выглядел как всегда чертовски хорошо. Нориаки вместо приветствия жестом пригласил его войти, но тот не двинулся: — Ты не один? Какой странный вопрос. — Один. — Хм-м. Извини, показалось, — Брандо наигранно улыбнулся, заглядывая куда-то за Нориаки. Какёин непонимающе нахмурился, а после по спине пробежал холодок: Стар же не мог вернуться настолько быстро? Да нет, он бы точно не стал светиться перед кем-то. Какёин сам оглянулся, чтобы убедиться, — в комнате позади него было пусто. Наверное, тому и в самом деле показалось. Дио медленно проследовал к шкафу и принялся тщательно перебирать собственные шмотки. Он не торопился. Нориаки невзначай наблюдал за ним, прокручивая в голове недавние мысли. Не сказать, чтобы он ждал от Дио извинений или простой попытки нормально поговорить — для себя Нориаки твёрдо решил, что мириться не будет ни на каких условиях и ни при каких обстоятельствах. Хватит с него. Чужая грубость вышла далеко за рамки шаблонных оскорблений. Какёин и так слишком долго закрывал глаза на его выходки и теперь даже не испытывал особых эмоций — только усталость и раздражение. Было банально неприятно находиться с ним в одной комнате, к тому же ещё и напряжно. Молчание давило на нервы. А ещё на нервы давила мысль о том, что Нориаки собрался делать вечером. Да, мириться он не хотел, но очень уж хотел докопаться до правды. Узнать и успокоиться, отпустить ситуацию раз и навсегда. Смелость в нём часто оставалась в тени благоразумия, но, видимо, настало время перемен. Тем более раз ему суждено было кардинально поменять мировоззрение, увидев магию собственными глазами. Теперь случайности больше не казались такими уж случайными. Брандо наконец определился с выбором, закинул на плечи пару вешалок с одеждой и вроде как собрался уходить. — Нет. Забирай всё, раз пришёл, — остановил его Нориаки. Ежедневные встречи наедине не входили в его дальнейшие планы. — Не волнуйся, — тотчас заверил Дио, понимающе ухмыляясь. — За остальным я просто пришлю кого-нибудь. А почему бы сразу не сделать именно так? Значит, увидеться захотел. Проверял. Его методы всё так же оставались неизменными. Уже перед самым уходом Дио впервые за то непродолжительное время, что им пришлось провести вместе, открыто смерил Нориаки пронзительным долгим взглядом: — Обида тебе к лицу, — мягко бросил он напоследок. Какёин с силой захлопнул за ним дверь.