В моём дыму-ты в безопасности

Я замер под потолком, вцепившись когтями в старую балку. Моё тело — сгусток тьмы, я почти не дышу, чтобы не спугнуть тишину. Лили пошевелилась на старом диване. Её пальцы, тонкие и бледные, скользнули по пыльному пледу и наткнулись на него. Маленький серебристый кулон в форме звезды. Поцарапанный, с тусклым блеском, на перетертой цепочке. Я хранил его в своей пасти, под языком, долгие годы. Это было единственное, что не давало мне окончательно стать просто послушным зверем Прототипа. Смотри, Лили. Вспомни. Она вздрогнула, резко сев на диване. Её дыхание участилось. Она схватила кулон, поднесла его к самым глазам, и я услышал, как у неё перехватило горло. — Нет… — выдохнула она. — Этого не может быть. Я потеряла его в приюте… когда Тео… При упоминании моего имени я непроизвольно выпустил когти. Металл балки жалобно скрипнул. Лили замерла, медленно поднимая голову к потолку. В комнате было слишком темно для человеческих глаз, но она чувствовала, что она не одна. — Кто здесь? — её голос дрожал, но в нём уже не было того парализующего ужаса. Скорее — болезненная надежда. — Ты… ты нашел его? Я хотел ответить. Я открыл пасть, но вместо слов из меня вырвался лишь тихий, хриплый рокот, похожий на неисправный мотор. Я видел, как она сжала кулон в кулаке так сильно, что костяшки побелели. Я здесь, Лили. Я всё это время был здесь. В тенях, в стенах, в твоих кошмарах. Но теперь я — твоя единственная стена против этого ада. Она не побежала. Она не закричала. Её пальцы судорожно сжали холодный металл кулона, и я услышал, как её дыхание на мгновение замерло. Она медленно повернула голову к самому тёмному углу под потолком, туда, где я впился когтями в балку.— Тео? — её голос был тихим, почти невесомым, как пыль в луче фонаря. — Это... это ты?Моё имя. Звук, который я не слышал целую вечность. Прототип называл меня Экспериментом 1170. Другие игрушки называли меня КэтНапом, Котом-Опекуном, Тенью. Но «Тео»... Это имя принадлежало маленькому мальчику, который боялся темноты и любил лавандовые леденцы.Я не выдержал. Грудная клетка отозвалась хриплым, ломаным звуком. Я не умел больше говорить, но моё тело предательски задрожало.— Тео, если это ты... пожалуйста, выходи, — она встала с дивана, пошатнувшись. — Ты нашел мой кулон. Ты спас меня там, в коридоре. Я знаю, это был ты.Я медленно, дюйм за дюймом, начал соскальзывать вниз по стене. Мои длинные лапы бесшумно коснулись пола. Я оставался в тени, свернувшись, стараясь казаться меньше, чем я есть на самом деле. Но моя застывшая, широкая улыбка всё равно скалилась во тьме.Лили сделала шаг навстречу. Она протянула руку — ту самую руку, которая когда-то прикрывала меня от воспитателей.— Я не боюсь, — соврала она, и я почувствовал запах её страха, смешанный с безумной надеждой. — Покажись.Я сделал шаг в полосу тусклого света, пробивавшегося сквозь разбитое окно. Сначала показались огромные когти, затем фиолетовый мех, свалявшийся от времени, и, наконец, моя морда с пустыми белыми глазами.Я замер, ожидая, что она закричит и бросится прочь. Что она увидит во мне только чудовище, которое пожирает сотрудников и молится на Прототипа.Но Лили замерла. Она смотрела прямо на меня, и в её глазах стояли слёзы. — Боже... Тео... что же они с тобой сделали?